Нулевой Элемент

Рорита       Я вошла в «Кадьяк» следом за Шепард и ее командой. Кварианка обернулась в мою сторону. Из архивных данных я знала, что ее народ никогда не снимает шлемов в присутствии других рас, и мне стало дико интересно, какое же у нее лицо.       — Меня зовут Рорита Янг, биотик. Постараюсь обеспечить вам прикрытие, — сначала по привычке протянула руку для рукопожатия, но тут же вспомнила об их уязимой иммунной системе и резко опустила ее, чувствуя легкую неловкость.       — Я Тали’Зора, — она вежливо кивнула вместо приветствия. — Приятно познакомиться.       Сзади раздалось недовольное фырканье Гарруса. Я сделала вид, что не заметила. Все были в шлемах, и разбираться, что именно он хотел этим сказать — особенно с учетом нашей непростой истории — мне хотелось меньше всего.       Капитан зашла в челнок последней, и мы отправились к дредноуту гетов. При подлете возникла проблема: нужно было вручную открыть внешний шлюз корабля. Шепард, не раздумывая, вышла в стыковочный переход — ледяную, безвоздушную трубу без гравитации.       Впервые за долгое время мое сердце заколотилось с бешеной силой. Волнение выдавали датчики скафандра, и EDI тут же отозвалась у меня в шлеме:       — Мисс Янг, ваши показатели жизнедеятельности значительно превышают норму. Нервное возбуждение во время миссии — явление обычное, однако рекомендую взять себя в руки.       Голос ИИ предательски выдавал мою панику. Меня охватил первобытный ужас перед этой бездной. Пустое пространство, где малейшая ошибка означала бы мучительную смерть, от которой никто не смог бы спасти. Я вжалась в иллюминатор «Кадьяка», оценивая обстановку, и вдруг поняла, что могу все изменить.       — Капитан, вернитесь! Я могу обеспечить вам доступ на дредноут! — выпалила я в общий канал.       Тали и Гаррус почти синхронно повернули ко мне шлемы. Шепард, уже ухватившись за поручни переходного туннеля, замерла. Она мгновенно сообразила, что спорить сейчас — значит терять драгоценные секунды.       — Янг, что ты задумала? — ее голос в комлинке был жестким. Она еще не понимала моего плана, но уже чувствовала его риск.       — Просто доверьтесь мне! — в этот момент я закрыла глаза, отсекая леденящий душу страх, и сконцентрировалась. Я представила себе точку входа, цель. Темная энергия отозвалась мгновенно, послушная и мощная.       Я почувствовала, как исчезает под ногами пол, и меня понесло вперед по инерции. Телепортация позволяла игнорировать невесомость. Главное — не делать лишних движений, чтобы не сбить траекторию. Повинуясь указаниям Шепард, доносящимся из комлинка, я добралась до панели управления и активировала шлюз. Массивная дверь с шипящим звуком отъехала в сторону, открывая капитану, Тали и Гаррусу безопасный путь внутрь.             Меня капитан оставила на челноке с Кортезом — прикрывать отход. Я не стала протестовать.       Тишина в эфире и полная неизвестность того, что происходит внутри дредноута, сводили с ума. Казалось, прошла вечность, когда наконец раздался голос Шепард с приказом возвращаться на «Нормандию». Они задерживались, наткнувшись на какого-то «дружественного» гета. Несмотря на мои тихие возражения, Кортез беспрекословно выполнил приказ. Мне же было велено оставаться на корабле.       Внезапно я почувствовала глухой гул и вибрацию — Нормандия давала ход. На мой вопросительный взгляд Вега, стоявший рядом, мрачно буркнул:       — Кварианцы открыли огонь по дредноуту. Капитан отключила щиты, а они, видимо, решили, что это отличный момент для атаки.       У меня похолодело внутри. Я не знала пределов своих возможностей по телепортации, но понимала, что сейчас я не смогу помочь — лишь стану обузой, которую придется спасать. Чтобы хоть как-то видеть происходящее, я бросилась в обзорную каюту.       Вокруг царила звенящая тишина. В иллюминаторе был виден гигантский дредноут, разваливающийся на части под шквальным огнем кварианских кораблей. Я лишь бессильно сжимала кулаки, надеясь, что капитан успела выбраться. Сердце колотилось так громко, что стук отдавался в висках.       Не в силах оставаться на месте, я зашла в медотсек. Чаквас спокойно сидела за мониторами, словно ничего не происходило. Тогда я спустилась в грузовой отсек — мне нужно было знать, есть ли новости. Медленно сходя по трапу, я пыталась загнать обратно нарастающую панику и бешеное сердцебиение. В голове прокручивались варианты на случай, если капитан не вернулась. Сама эта мысль выбивала из-под ног почву, словно у меня отнимали что-то жизненно важное.       Внизу царила странная атмосфера. Вега, неспешно посвистывая, перебирал оружие. Кортез возился у своей панели. А посреди отсека стоял… корабль. Непохожий ни на один из тех, что я видела. Странный, угловатый, явно не нашего производства.       — Это что? — постаралась вложить в вопрос максимум любопытства, подойдя к Джеймсу.       — О, Лола, вернулась! — он усмехнулся, и эта его легкомысленность резанула, как нож. — Это наш капитан у гетов реквизировала. Безобидный такой сувенир.       У меня возникло дикое желание его ударить. Он вел себя так, будто ничего не произошло, будто нашу команду только что не попытались уничтожить союзники.       — Где капитан? Где Тали и Гар… — я не успела договорить.       Тень отделилась от корпуса корабля гетов. Это был Гаррус.       — Как интересно, — его голос прозвучал низко и опасно. — Теперь ты внезапно начала беспокоиться о Шепард и всех, кто ее окружает. Странное рвение. — Он угрожающе приблизился. — Отойдем?       Скрывать было нечего. Я молча кивнула.       — Эй, может, не стоит сейчас? Все на нервах, она тоже устала, — попытался вступиться Вега.       — Лейтенант, ваше мнение никто не спрашивал, — холодно отрезал Гаррус, не отводя от меня взгляда. — Вернитесь к своим обязанностям.       Джеймс на мгновение замер, но, помня о субординации, нехотя отступил.       Мы дошли до батареи главного калибра — места, которое турианец считал своим личным пространством.       — Садись, — он коротко указал на стул у панели управления. Я молча подчинилась, с любопытством ожидая его слов.       — Так с чего такие внезапные перемены, рядовая Янг? — Гаррус скрестил руки на груди, челюсть напряглась. — Я слышал, как ты переживаешь за капитана и команду. Меня трудно одурачить. Еще недавно ты нападала на нас, а теперь не дерзишь и лезешь из шкуры вон, чтобы помочь? Это изящный способ заманить нас в ловушку или очередная игра твоего воспаленного разума? — В его скрипучем голосе не было крика, но каждая фраза была отточенной угрозой. Я не просто слышала ее — я ощущала кожей, всем телом.       Мысленно затыкая возмущенный голос Лолы и стараясь не выстраивать привычную биотическую «броню», я ответила как можно ровнее:       — Нет. И… нет. — Мой голос звучал спокойно. Прошлое это не осознанный выбор, а череда роковых случайностей. Его подозрения имели право на существование. — Я не прошу доверия. Я просто пытаюсь делать то, что в моих силах.       Он скривился и сдавленно выдохнул, словно сдерживая более резкие слова.       — Тебе повезло, что Джейн смогла простить твои ошибки. Но не жди от меня ни поблажек, ни жалости. Если подставишь нас под удар — убедись, что мы действительно мертвы. В противном случае я сделаю всё, чтобы устранить тебя. — Он приблизил ко мне свое лицо, и между нами повисла напряженная пауза.       [Ох, интересно, что будет, если мы его сейчас нежно чмокнем в щечку и телепортнемся?!] — голос Лолы в голове звучал беззаботно и весело, словно она наблюдала за забавным спектаклем.       Я опустила глаза и медленно поднялась с места. Гаррус отступил, пропуская меня к выходу. Спорить с ним не имело смысла. Он защищал Шепард. Я не могла осуждать его за это. Стэнли поступил бы точно так же ради меня.       В памяти всплыло давнее воспоминание: на меня напали, пытаясь отобрать сумку, и Стэнли в ярости набросился на грабителя, едва не забив того насмерть.       Уже на выходе из отсека я обернулась. Гаррус стоял неподвижно, ожидая, не скажу ли я что-то еще. Не найдя нужных слов, я просто молча покинула его территорию.       Медленно бредя по пустым коридорам, я добралась до столовой. Было тихо — до дежурного перерыва еще оставалось время. Я опустилась на стул и уставилась в пустоту, ловя себя на мысли, что в последнее время Шепард неизменно сопровождала удача. Вопрос лишь в том, когда она иссякнет… Смогу ли я оказаться рядом и помочь?       Странно. Раньше я никогда не была склонна к риску. Всю свою жизнь я все анализировала, просчитывала варианты. С каких это пор я стала ставить жизнь другого человека выше собственной? Мыслей о том, чтобы найти изощренный способ покончить с собой, больше не было. Шагнуть в открытый космос меня не испугало. Но меня вогнала в ледяной ужас мысль, что на моем месте могла оказаться Джейн.       Нет, я не влюбилась в нее. Это было что-то другое. Незнакомое, иррациональное, не поддающееся никакой логике.       Голова гудела от постоянного напряжения. Утомительно — безостановочно подавлять эту новую способность чувствовать окружающих. Я была так сосредоточена на внутреннем контроле, что на управление собственной мимикой уже не оставалось сил. Со стороны, наверное, выглядела как бесчувственная кукла.       Мне отчаянно хотелось оказаться рядом со Стэном. Он всегда умел привести мои мысли в порядок, найти нужные слова. Как же мне хотелось домой… Эта мысль возникала все чаще. Только вот дома больше не существовало. Как и Стэна. Я опустила голову на сложенные на столе руки и закрыла глаза.       Если Ханна все еще жива… Мне бы хотелось снова поговорить с ней. Хоть кто-то из прошлого, кто помнил меня настоящую. С этими грустными мыслями я не заметила, как уснула прямо за столом.       Мне снился сон. Мы шли со Стэном по улице, смеясь над какой-то глупостью, а рядом радостно лаял Чарли. Возвращались домой после работы: он – со службы, я – из лаборатории. Обсуждали отпуск. Он предложил Сингапур, и я с радостью согласилась, потому что ни разу там не была…       — Эй, Лола! Ты в порядке? — чей-то голос и крепкая рука, трясущая меня за плечо, ворвались в сон. Вега, судя по всему, понятия не имел о личных границах.       Я медленно возвращалась в реальность, тяжелую и безрадостную: я в будущем. Друзей нет. Я в эпицентре чужой войны. Стэнли погиб. Черт… Было так раздражающе сладко спать, и так горько просыпаться.       Подняв голову, я посмотрела на Джеймса. Его ухмылка сменилась выражением искреннего сочувствия.       — Ты плачешь? Что случилось? — он присел рядом, как перед растерянным ребенком.       — Что капитан рассказала тебе обо мне? — мне было интересно, насколько Шепард ему доверяет.       — Она сказала, что ты особенная и тебя надо тренировать. — Он пожал плечами       — Знаешь, я не вникаю в твои крики, про то, что это не твоя война и не твой мир, но сейчас слабость - это непозволительная роскошь. А с таким потенциалом...       Он замолчал, словно подбирая слова.       — Лиара сказала у тебя погиб кто-то близкий, поэтому случился срыв. Когда тебя выносили из грузового отсека в истерике, я вспомнил как потерял людей из колонии которую должен был защитить. Наверное внутри, чувствовал себя тогда также. Ты напомнила мне о всех моих потерянных друзьях — он замолк — прости, пришел и начал грузить тебя своими историями.       Мне не хотелось его жалеть, но и играть в откровения я тоже не горела желанием. Возможно, они и правда потеряли из-за войны больше, чем я — друзей, близких, целые миры. Возможно, эта война забрала что-то у каждого. Но мне хотелось бы иметь хотя бы возможность нормально попрощаться с мужем.       Посмотрев на Вегу и отодвинувшись, я поймала себя на мысли, что близость его лица меня нервирует. Я начала подниматься из-за стола — спина и ноги затекли от неудобной позы. Джеймс все еще сидел на корточках. Я повернулась и легонько щелкнула его по лбу:       — Много будешь думать, морщины появятся. За совет спасибо, но жилетка для слез мне не нужна. И, лейтенант, впредь держите дистанцию. Я не люблю, когда вторгаются в мое личное пространство. — Я собралась было уйти в свою каюту.       — Ой, прости, не знал, что у тебя кто-то есть, — он ухмыльнулся и протянул руку с оттопыренным мизинцем, будто предлагая заключить детский договор.       — Я не ребенок, Джеймс. Возможно, тебе нужен кто-то, о ком можно заботиться, но пойми — нянька мне тоже не нужна. — Я потянулась, разминая затекшие мышцы. — У меня, конечно, нет вашей военной выучки, но со своими эмоциями я разберусь сама. — Размяв ноги, я направилась к выходу из столовой.       — Эй, если захочешь поговорить — я рядом. Не отталкивай меня, Лола. Каждому иногда нужно, чтобы его просто выслушали. — Он неожиданно поймал меня за руку, застав врасплох. Вся его показная легкость куда-то испарилась, сменившись неожиданной серьезностью.       Я мгновенно накинула биотическое поле и высвободила руку. Мои глаза почернели.       — Не хватай меня. Если, конечно, планируешь еще пожить.       Он резко отстранился и поднял руки в знак сдачи.       — Сдаюсь, прости, не подумал, личные границы, да, да — не стоит даже пытаться тратить эмоции на этого человека, хватая меня, он даже не осознает, что сделал не так.       Я так и не убрала защитное поле, когда зашла в медотсек, и сразу наткнулась на обеспокоенный взгляд Чаквас.       — Рори, что случилось? — она начала подниматься мне навстречу.              — Вега, — односложно бросила я и прошла дальше, в свою каюту, не останавливаясь.       За моей спиной доктор тихо усмехнулась:       — Когда-нибудь его действительно покалечат. — Она покачала головой и вернулась к своим мониторам.       Я плюхнулась на свою койку и уставилась на искаженное отражение в полированной стене каюты.              [Убей его, и он больше не доставит нам хлопот,] — прошипело мое отражение, и ее черные глаза кровожадно усмехнулись.       — Ты решила, раз контроль сейчас у меня, то можно просто развлекаться болтовней? — я отвернулась от стены и закрыла глаза, чтобы не видеть это искаженное подобие себя.       [Ну не могу же я тебя совсем оставить. К тому же, даже Джеймса есть за что благодарить: он дал мне имя, а ещё постоянно выводит тебя из себя!] - еë смех прозвучал прямо у меня в голове, колкий и холодный.       [Смотри, поле до сих пор окружает нас. Твои эмоции не дают мне нормально поддерживать концентрацию.] - я сжала кулаки, пытясь мысленно заткнуть ее голос.       [Кстати, ты не думала, что даже тебе нужны друзья?]       — Это ты мне другом решила стать? — мы, конечно, пришли к некому согласию, но ее голос часто действовал мне на нервы.       [Я — единственная, кто тебя понимает. И напомню: если дашь волю эмоциям и контроль ослабнет, снова начнешь чувствовать и считывать всех вокруг. Мы теперь связаны, не забывай.]       Забудешь тут, как же, — с горькой иронией подумала я.       Плотно сжимая веки, стараясь не видеть отражения, я пыталась взять эмоции под контроль. Кто вообще додумался делать такие стены в каютах? Медленно опустив голову на подушку, я подумала о доме и обо всем, что было мне дорого.       Нет, я не хотела больше уходить. И дело было не в Лоле и ее внезапном желании «пожить». Как ученого, меня многое здесь завораживало. Жизнь в этом времени, технологии, собственные способности… Мне хотелось увидеть больше. Увидеть другие планеты.       Сон медленно затягивал меня в свои темные, убаюкивающие объятия. Шепард       Ссориться с этими идиотами было бессмысленно. Они чуть не убили нас вместе с гетами на том дредноуте. Меня трясло от ярости, но нужно было двигаться дальше — немедленно лететь на Раннох, чтобы спасти адмирала Кориса и отключить гетскую «глушилку».       На дредноуте Рорита показала хороший результат. Было видно, что она наконец обрела контроль над своими способностями. Это радовало. Как она и говорила, если использовать ее силу правильно, шансы на выживание возрастали. После возвращения я нигде ее не встретила, но времени на поиски не было. Главное, что она справилась и никаких приступов паники замечено не было.       «Нормандия» вошла в разреженную атмосферу Ранноха. В штурмовую группу я взяла Тали, Гарруса и Рориту. Ее задачей было обеспечить прикрытие от огня гетов во время эвакуации адмирала. Без него нам бы не удалось убедить кварианский флот проявить хоть каплю адекватности.       Перед высадкой Гаррус по внутреннему каналу, так, чтобы слышала только я, в очередной раз высказал свое недовольство присутствием Янг. Он был уверен, что она рано или поздно подставит нас под удар.       Приземлиться рядом с позицией кварианского командующего мы не могли — геты развернули вокруг зенитные установки. Высадились на почтительном расстоянии и начали прорываться к орудиям, чтобы отключить их.       Рорита работала безупречно. Она прикрывала нас щитами от шквального огня, несколько ракет уничтожила точечными биотическими импульсами прямо в полете, а одну и вовсе развернула и направила в ближайшего Прайма. Мы двигались слаженно, методично уничтожая врагов на пути.       Пока Тали возилась с отключением зениток, Рорита прикрывала ее непробиваемым биотическим куполом. Найдя, наконец, адмирала, мы с помощью турели прикрыли его отступление. И как только ситуация немного стабилизировалась, Рорита телепортировалась к нему и в ту же секунду вернулась с ним на борт челнока.       Меня, как и всех, поразила ее способность телепортировать не только себя, но и других. Я полностью пересмотрела свое мнение о ее полезности в бою — слабину она не давала. Ее обычно пустое выражение лица сейчас выдавало холодную, собранную решимость.       Как только адмирал был в безопасности, мы немедленно двинулись к башне, чтобы отключить управляющее устройство Жнецов. Под прикрытием Рориты мы быстро добрались до панели управления шлюзом. Я навела лазерный целеуказатель, и «Нормандия» с первого залпа превратила устройство в груду обломков.       Когда дым рассеялся, в движение пришел нижний подъемник. К моему ужасу, на платформе стоял Жнец. Не такой исполинский, как Властелин или Предвестник, но все же — это был Жнец, и справиться с ним было бы непросто. Я приказала команде отступать к макко, который для нас пригнал Легион.       Рорита шла последней, не опуская биотический щит. Она запрыгнула на крышу танка, пытаясь прикрыть нас от сокрушительного луча Жнеца. Пока мы пытались уйти, «Нормандия» несколько раз атаковала гиганта — целеуказатель все еще был у меня, и у нас был реальный шанс покончить с ним.       Сумев оторваться, макко остановился. Я приказала команде эвакуироваться, а сама, вооружившись лазерным целеуказателем, подошла к обрыву, на который надвигался Жнец.       Кое-кто решил меня не слушать. Краем глаза я заметила Гарруса, который пытался затащить Рориту обратно в машину, схватив ее за руку. В этот момент «око» Жнеца раскрылось, и ослепительный красный луч ударил прямо в них.       Девушка среагировала мгновенно — биотическим толчком отшвырнула турианца в сторону, но сама не успела уйти с линии атаки. Сквозь дым и хаос я увидела, как ее тело, словно тряпичная кукла, отбросило под напором смертоносной энергии. Я лишь молилась, что ее барьер выдержит.       Гаррус поднялся и побежал ко мне:       — Прицеливайся, Шепард! — закричал он, указывая на Жнеца.       В этот момент шторки «глаза» снова открылись, и луч с ужасающим ревом заработал вновь, пытаясь добить цель. Понимая, что помочь ей уже не смогу, я направила указатель в уязвимую точку чудовища. Несколько управляемых ракет, ведомых моим лучом, поразили цель. Жнец накренился и издал оглушительный вой, дав нам драгоценные секунды на перегруппировку       Я жестом приказала Гаррусу убираться. Он кивнул и бросился к укрытию. Янг нигде не было видно. Непонятно, жива ли она.       Когда Жнец снова открыл шторки, я готовилась навестись, понимая, что на этот раз его цель — я. Собравшись с духом, готовая отпрыгнуть в сторону, я вдруг увидела перед собой Рориту.       Ее скафандр был сильно поврежден и местами дымился. Она тяжело дышала и встала между мной и Жнецом в тот самый миг, когда луч ударил снова.       Но то, что произошло дальше, заставило кровь застыть в жилах.       Вместо того чтобы ослепляюще вспыхнуть от удара, ее темно-синее биотическое поле... ожило. Оно не просто поглощало энергию — оно взаимодействовало с лучом. По его поверхности пробежали миллионы мерцающих, похожих на руны, сине-красных узоров, ее биотика словно разгадывала смертоносный код атаки Жнеца. Алый луч не отражался и не рассеивался — он будто вплетался в структуру щита, изменяя его цвет на багрово-фиолетовый, создавая жутковато-красивую и совершенно непостижимую картину. Это было похоже на то, как капля крови растворяется в воде, только в масштабах катастрофы.       Со стороны это выглядело так, будто сама физика отказывалась работать по привычным законам.       Ее крик оглушил — это был крик и боли и нечеловеческого напряжения. Я видела, как ее тело содрогалось под невыносимой нагрузкой, но щит держался, продолжая свою жуткую алхимию, преобразовывая энергию уничтожения во что-то иное.       — Янг, убирайся отсюда! Мы его уничтожим, тебя надолго не хватит! — попыталась я перекричать нарастающий гул, окидывая ее взглядом. Сквозь мерцающее сине-красное марево я видела, как повреждения на ее скафандре множились прямо на глазах. Она не могла долго выдержать такое — даже ее аномальная сила имела предел.       Костюм частично оплавился и был залит кровью, обнажая почерневшую кожу под ним. На мгновение воцарилась зловещая тишина. Энергия Жнеца иссякла, и он закрыл свои шторки, угрожающе надвигаясь на нас, громко скрежеща металлическими конечностями. Я поднялась и попыталась привести в чувство девушку. Та, покачиваясь, продолжала стоять между мной и Жнецом, не опуская рук, все еще удерживая перед собой пульсирующее поле.       Я понимала — новую атаку она уже не сдержит. Ее обычно темно-синее защитное поле теперь пылало алым и багровым, как расплавленный металл. Сквозь марево энергии не было видно ни ее лица, ни тела — лишь смутный силуэт в эпицентре бури. Поле, защищавшее ее, начало неестественно расширяться, когда Жнец приготовился к новой атаке, открыв свой смертоносный «глаз». И в этот миг она... исчезла.       В то же мгновение Жнец снова оглушительно взревел. Я подняла лазерный целеуказатель и держала его на цели до последнего. Все произошло в одно мгновение: ослепительный луч Жнеца, мой отчаянный прыжок в сторону и точный удар ракет «Нормандии» по гиганту. Жнец замер, пошатнулся и начал медленно пятиться назад, издавая пронзительный, почти живой крик. Я инстинктивно заткнула уши от невыносимого шума, и в следующий миг чудовище засветилось изнутри адским красным светом. Внезапно от Жнеца осталось лишь гигантское облако металлической пыли и пепла. Я закрыла лицо рукой, когда с ветром на меня полетели обломки, не давая ничего рассмотреть.              Дождавшись, когда облако осядет, я увидела, что на месте, где недавно была огромная машина, теперь стояла фигура, объятая пламенем и остаточными разрядами энергии. Из-за этого не было видно, что происходит с человеком. Не раздумывая, я бросилась туда. Подбежав, я увидела, как биотическое поле пульсировало последними судорожными всплесками. От него исходил невыносимый жар, не давая мне подойти ближе. В самом центре была фигура. Она стояла с опущенной головой, руки безжизненно висели вдоль тела. Поле, замедляя пульсацию, успокаивалось и уменьшалось, словно втягиваясь обратно внутрь своего владельца.       Открывшаяся картина была ужасной. Куски брони оплавились и врезались в открытые участки кожи, одежда превратилась в кровавую массу. По поднимающимся и опускающимся плечам было видно, что каждое дыхание дается ей с невероятным трудом. Она продолжала стоять и смотреть вниз. От самых плеч до кончиков пальцев броня отсутствовала, обнажая страшные ожоги и стекающую кровь. Кожа рук была обуглена и покрыта пузырями.       — Тихо, тихо, не шевелись. Помощь уже рядом, — прошептала я, боясь даже прикоснуться к ней, чтобы не причинить еще больше боли. Я вколола в ее бедро панацелин, понимая, что этого капли в море для таких травм. — «Нормандия», нужна срочная эвакуация! Немедленно!       — Так точно, капитан. Кортез уже вылетел к вам, — прозвучал голос Джокера. В этот момент ко мне подоспели Тали, Легион и Гаррус. Он сжал челюсти, когда увидел то, что осталось от Рориты.       Все мои мысли были теперь сосредоточены на флотах гетов и кварианцев, поэтому я не видела, как Рориту загружали в «Кадьяк». Гаррус по моей просьбе улетел с ними. Легион передал гетам код, делающий каждую платформу индивидуальной. Мне пришлось схлестнуться с адмиралами, чтобы те прекратили огонь.       Хорошо, что мои слова все же дошли до их упрямых голов, и кварианцы с гетами не уничтожили друг друга окончательно. Мы с Тали радовались общему успеху. Жаль только, что спасти Легиона мне не удалось — его платформа отключилась во время передачи кода остальным собратьям. Его жертва не была напрасной. Тали решила остаться со мной, чтобы помочь в борьбе за Землю, а геты и кварианцы присоединились к постройке «Горна». Когда вернулись на «Нормандию», меня не отпускала одна мысль: как именно был уничтожен тот Жнец? Этим же вопросом заинтересовались Джокер и остальные члены экипажа. Я сразу же направилась в медотсек — в последнее время я стала там частым гостем.       Чаквас аккуратно двигалась вокруг сидящей на кушетке девушки, с помощью пинцета и лазера снимая остатки спекшейся брони. Та не издавала ни звука, просто смотрела в пустоту перед собой и дышала сквозь сжатые зубы.       — Еще чуть-чуть, потерпи, еще чуть-чуть, — бормотала доктор. Было непонятно, кого именно она уговаривает — себя или свою пациентку. Под действием обезболивающего та вряд ли что-то чувствовала, но были ли внутренние повреждения — оставалось загадкой.              — Я почти закончила, еще немного и начнем регенерацию тканей.       — Эй, ты как? Рори, как ты себя чувствуешь? — я подошла ближе. Волосы, смешанные с кровью, облепили ее лицо, крупные капли пота выступали на лбу, но ее взгляд оставался пустым и отрешенным. Она не реагировала ни на что, лишь тяжелые, хриплые вздохи время от времени нарушали тишину. Она даже не морщилась от боли. Я вопросительно посмотрела на Чаквас.       — Думаю, у нее шок, — тихо ответила доктор. — Часть брони оплавилась и впилась в кожу, обширные ожоги на руках и части спины. Судя по дыханию, возможны повреждения легких. Как только уберу все осколки, смогу через сканер оценить состояние полностью. Я ввела успокоительное и мощное обезболивающее, скоро запустим регенерацию тканей. Поэтому важно быстро убрать все инородные тела. — Чаквас продолжала быстрыми, точными движениями очищать раны, снимая остатки ткани и брони. Закончив, она аккуратно уложила Рориту на кушетку и поднесла медицинский сканер. В тот же миг вокруг тела девушки тонким слоем образовалось биотическое поле, которое заблокировало сканирование.       — Я в порядке. Просто вылечите ожоги, — голос Рориты был слабым, хриплым, но в нем звучала непоколебимая решимость. Ее лицо по-прежнему ничего не выражало.       — Если ты в порядке, дай себя просканировать и убедиться в этом, — я скрестила руки на груди, пытаясь поймать ее взгляд.       — В этом нет необходимости. Либо лечите ожоги, либо я останусь в таком виде. Сканер покажет вам лишь чушь. Если вы узнаете, что там внутри, после того, что мне пришлось сделать… меня надолго оставят здесь. Я не хочу этого. — Она решительно отодвинула сканер и попыталась приподняться. — Я пошла к себе, раз вы закончили.       — Рорита, прошу тебя, останься! Я помогу с ожогами! — взмолилась Чаквас, ее лицо выражало настоящую тревогу. — Капитан, покиньте, пожалуйста, медотсек. Я сама разберусь.       — Хорошо. Пришлите мне отчет о состоянии, — я развернулась и вышла. Мне требовалось отдохнуть и все обдумать. Эта девушка была похожа на ходячую загадку, обернутую в боль и сталь. И с каждым днем эта загадка становилась все сложнее.       Сегодня мы чуть не погибли — и я, и Гаррус. Мне нужно было привести в порядок мысли. Жнецы теперь были повсюду, куда бы я ни направлялась. Турианец уже ждал в моей каюте, вальяжно развалившись на диване.       — Вот это денек, а, Шепард? — он усмехнулся и проводил взглядом, как я подошла к шкафу и начала снимать броню, чтобы переодеться в удобную форму. — Она спасла меня от того луча, кстати. Когда я пытался затащить ее в танк... Удивительно, как быстро она подняла защиту. Плюс тот удар при падении, когда ее отбросило... Не думал, что кто-то настолько... хрупкий... выдержит такое. Я мысленно уже похоронил ее. — Гаррус потянулся к бутылке турианского виски на столе, откупорил ее и сразу же сделал большой глоток. — А потом я видел, как она защитила тебя, приняв на себя весь залп. Ты была ближе всех. Как она уничтожила Жнеца?       — Если бы знала, — я продолжала переодеваться. — Сама не понимаю. После того как атака прекратилась, но перед новым залпом, она просто... исчезла. — Я подошла к Гаррусу и села рядом, взяв то, что смогу пить. — Денек и правда был бешеным. Она отказалась от сканирования. — Турианец замер, приглашая продолжать. — Сказала, что в этом нет необходимости, и попросила помочь только с ожогами. Но в ее защите все же есть брешь...       — Брешь?! — он вспылил, вскочив и размахивая руками. — Несколько раз принять прямой удар луча, который режет корабли, как нож масло, и отделаться ожогами — и ты называешь это брешью? Джейн, если бы все биотики могли так защищаться, мы бы уже уничтожили Жнецов! Она стерла его в порошок! А ты говоришь о бреши... Я понимала, что он чувствует. Его родная планета пылала, и до сих пор у нас не было никакой защиты против такого оружия. Мы сами выжили сегодня лишь чудом.       — Ладно, я не очень умею подбирать слова, ты же знаешь, — я улыбнулась, пытаясь смягчить ситуацию.       — Если бы такая сила была у многих, мы бы выиграли эту войну в мгновение ока, даже не заметив потерь. — Гаррус снова сел, сгорбившись, и схватился за голову. — Почему такие способности у такого нестабильного человека?       Для меня тоже оставалось загадкой природа ее мощи. Интересно, могла ли она так до опытов Цербера, или ее усилили теми наркотиками, что вводили.       — Я думаю, она — наш шанс одержать хотя бы несколько локальных побед. Если она действительно отделалась ожогами, то сможет помочь нам и дальше, — я положила голову ему на плечо.       — Надеюсь, она останется на нашей стороне. Я ей не доверяю. И страшно представить, если такой мощью завладеет Цербер... или Жнецы. В последнем случае не выживет никто.        Турианец нежно приобнял меня и снова сделал глоток из бутылки.       — Знаешь что интересно, чем больше энергия луча соприкасалась с барьером, тем больше он наливался красным цветом, как будто она вступила в синергию с лучом. В какой-то момент думала она отразит его. Но то как Жнец взорвался изнутри, она явно вернула ему то, что впитала. — Я откинулась на спинку дивана и рассуждала о том что видела. — В любом случае, нам пора вернуться на Цитадель, Нормандию сильно потрепало в этот раз, и к тому же советница Азари хотела личной встречи, вроде что-то важное. Думаю мы все сможем перевести дух, пока Нормандия встанет на обслуживание. Но сейчас есть время и для нас… Рорита       — Карин, я в порядке! — снова попыталась я отбиться от ее навязчивого внимания, но голос звучал хрипло и слабо.       — Глупая девчонка! Если есть внутренние повреждения, нужно немедленно начать лечение. Ты еле дышишь, а говоришь, что все в порядке! — она уперла руки в бока и смерила меня строгим взглядом.       Силы стремительно покидали меня. Отключаться было нельзя — если потеряю сознание, точно попаду под сканер. Нельзя допустить, чтобы она узнала... Я догадывалась, что попытка впитать энергию Жнеца нанесла мне непоправимый урон, но сомневалась, что даже Чаквас сможет с этим что-то сделать.       [Если я отвлекусь, мы умрем. Избавься от нее, либо пусть попробует восстановить это. Медицина шагнула далеко вперед.] — Лола была, как всегда, холодно рациональна. Ее мало что могло вывести из равновесия.       — Ладно! — сдалась я. — Сканируйте. Но пообещайте, что не расскажете капитану о моем состоянии.       Чаквас, кивнув, установила сканер. Ее лицо менялось по мере поступления данных на инструментрон. Я понимала — ничего хорошего там не было.       — Я не знаю, что произошло на Раннохе... Я сделаю все, что смогу, чтобы восстановить тебя. Но что ты натворила? Часть твоих органов серьезно повреждена. И, черт возьми... ты поддерживаешь их работу темной энергией? — ее голос дрогнул от ужаса.       Я лишь вздохнула. Лола занималась тем, что не давала открыться внутренним кровотечениям. Иногда иметь вторую личность было... удобно.       — Думала, справлюсь сама. Решу проблему до того, как вы узнаете, — попыталась я выдать хоть какую-то эмоцию, но была слишком вымотана.       — Ложись. Сделаю, что смогу. Операцию будем проводить под общим наркозом. — С этими словами она поднесла инъектор к моей шее.       Глаза сами собой закрылись, и я провалилась в пустоту.       Придя в себя, я ощутила, будто меня пережевали и выплюнули по частям. Надо мной стояла Карин, и выглядела она мрачнее тучи.       — Еще одна такая выходка — и ты долго не протянешь. Когда анестезия подействовала, у тебя открылось обильное внутреннее кровотечение. Не знаю, как ты его сдерживала, но теперь я начинаю понимать причину твоего состояния. Ты пыталась контролировать всё силой? Похвально, но это верх идиотизма! — Чаквас была в ярости. Судя по всему, все было гораздо хуже, чем я предполагала. — Что было бы, потеряй ты сознание? Ох, Боже... на этом корабле все сумасшедшие.       Ничего бы не случилось, — про себя подумала я. Удивительно, но Лола всегда со мной. Если бы не она, в той лаборатории нас бы давно растерзали.       — А EDI не доложит об этом капитану? — меня волновала возможность продолжать выходить на миссии.       — Тебе бы о себе подумать, а не о том, что скажет капитан! — фыркнула она. — Я ввела нанитов. Они помогут с регенерацией. Кожа уже восстанавливается, скоро ожоги сойдут. Внутренние повреждения также почти устранены, но... — Чаквас хмурилась, изучая данные на инструментроне. — Мне нужно проверить кое-что... Расскажи, что произошло перед тем, как ты получила эти травмы.       — Спасибо, док. Ну, если коротко... хотела поглотить мощный заряд энергии космической креветки, — попыталась я пошутить. Чаквас не улыбнулась.       — Ты пыталась поглотить энергетический луч Жнеца? — она ахнула, и ее взгляд стал серьезнее. — Ожоги легких... это из-за этого?       — Да. Температура была, пожалуй, слишком высокая. Не рассчитала. Но есть и успех — я смогла смешать его энергию со своей, — открыв ладонь, я создала небольшой сгусток энергии. Сконцентрировавшись и вспомнив то чувство жжения, я заставила его сменить цвет на алый. Осторожно направив его в сторону соседней кушетки, я оставила на ней небольшую прожженную дыру.       — Еще и имущество на корабле портишь, — доктор ткнула пальцем в поврежденное место, а затем в меня. — Все это ради того, чтобы ломать мое оборудование?       — Я старалась снизить мощность заряда. Не хотелось прожечь обшивку Нормандии, — сдавленно улыбнулась я, понимая, что даже такой маленький разряд потребовал невероятной концентрации. Усталость снова придавила меня к кушетке.       — Постой. Ты до этого ни разу не встречалась с Жнецами напрямую. Как ты могла знать, что выживешь? — потребовала доктор.       — Не знаю. Просто... почувствовала, что смогу. Вышло даже лучше, чем я предполагала.       — «Лучше, чем предполагала», — Чаквас едва слышно повторила мои слова. — Ты что, пытаешься таким образом свести счеты с жизнью? Все эти вылазки, эта попытка принять смерть? Я не могу больше разрешать тебе выходить в поле. В таком состоянии ты угробишь не только себя, но и весь отряд!       — Сидеть сложа руки и быть бесполезной меня тоже не радует. Как же утомила эта ваша опека! Я не пытаюсь умереть. Раньше — да, но не сейчас. — Задумавшись, я вспомнила тот момент. Когда луч был направлен на Шепард, все произошло само собой. Без расчета, без мыслей...       С усилием поднявшись, я направилась к выходу. Как только шлюз за мной закрылся, я выдохнула и осела на пол. От этих мыслей мигрень вернулась с новой силой.       — [Говорила же, поглощать будет больно. Ты меня не слушаешь, а я пытаюсь помочь,] — голос в голове усмехался, его звук казался ограненным сталью.       — Просто заткнись, — прошептала я, прислонившись лбом к холодному металлу шлюза и уставившись в потолок. Усталость накатывала волнами, каждая тяжелее предыдущей. Не добравшись до кровати, я позволила себе уснуть прямо там, на полу.       В той стычке с Жнецом я поняла, что нужно делать и как их уничтожать. Но цена за использование силы таким образом оказалась слишком высока. Следующая попытка может легко стать фатальной. Оказавшись внутри Жнеца, я осознала: без использования всей поглощенной энергии, выпущенной наружу подобно пламенной ауре, повредить его не выйдет. И тогда я отпустила всё... Всю мощь, всю боль, всю энергию, превратившись в подобие живой бомбы. Я буквально чувствовала, как меня разрывает на части изнутри — словно умирала не машина, а я сама.       Проснувшись и поняв по свинцовой слабости в теле, что проспала, должно быть, несколько дней, я попыталась подняться. Голова закружилась. Кто-то переложил меня на кровать — я точно помнила, что отключилась на полу. Тихо поднявшись и подойдя к зеркалу, я осмотрела себя: кожа почти зажила, лишь кое-где виднелись свежие розовые шрамы. Внезапный приступ кашля застал врасплох. Я поднесла ладонь ко рту и увидела на ней ало - голубоватые брызги. Что ж, ясно. Оценив свое состояние, я поняла: та выходка с Жнецом стоила мне дорого. Вытерев кровь и кое-как приведя себя в порядок, я направилась в столовую.       Изо всех сил я старалась делать вид, что всё в порядке. В столовой, к счастью, никого не было. Покопавшись в шкафах, я нашла что-то съедобное — питательные батончики, пасту с неясным составом. Взяв еду, я села за стол и начала медленно есть, чувствуя, как каждый кусок дается с трудом.       — Лола! Давно тебя не видел. — Хорошо бы подольше, — пронеслась мысль. — Выглядишь паршиво! — заключил Вега, ухмыляясь.       — А твоя тактичность, выходит, на ремонте? — я взяла чашку, сделала пару глотков и скривилась. Напиток был отвратителен на вкус.       — Кортез сказал, на тебе живого места не было. — я оставила это без комментариев, продолжая есть, мысленно представляя, что Джеймса не существует. — Ну, если аппетит есть, значит, всё не так плохо. — Стараясь максимально контролировать свои эмоции, я делала вид, что не слышу его. — Лола, если будешь делать вид, что меня не замечаешь, я не исчезну. Поговори со мной. Я ведь не хотел тебя обидеть.       — Лейтенант, я устала и все еще пытаюсь восстановиться после полученных травм. Можно, я не буду тратить силы на разговор с вами? — я поднялась и направилась к выходу.       — Ладно, выздоравливай. — Он остался сидеть за столом, провожая меня взглядом. Не знаю, что у него на уме, но это раздражает. Я прекрасно понимаю, что я на корабле младше всех не только по званию, но и по возрасту. Его навязчивая опека выводила из себя.       Черт, как же я устала... Голова гудит. Доктора не было в медотсеке, и я воспользовалась сканером, но полезной информации не получила. Надо будет попробовать добраться до больницы на Цитадели. Проблема в том, что я ничего там не знаю, а с корабля без сопровождения меня не выпустят. Решение пришло мгновенно:       [Вега. Он так и набивается в друзья. Хорошо... подружимся.] — Лола быстро нашла ответ. Я едва заметно улыбнулась.       К моменту, когда я добралась до кровати, меня начала бить крупная дрожь. Едва коснувшись подушки, я погрузилась в глубокий сон. Как обычно, мне снилось прошлое. Лица друзей были размыты, мы веселимся в клубе, я танцую рядом со Стэном...