Ты пахнешь, как моя судьба

Свадьба Хосока и Юнги прошла как сказка, о которой Хосок мечтал долгие месяцы. Зал в одном из старинных особняков на окраине Сеула сиял мягким светом сотен свечей, которые Юнги всё же позволил установить после долгих споров. Арки, украшенные пионами, лавандой и розами, были делом рук Тэхёна, чьи дизайнерские навыки превратили пространство в цветущий сад. Гирлянды с тёплым светом переплетались с тканями пастельных тонов, создавая иллюзию волшебства, о котором мечтал Хосок. Гости, одетые в элегантные наряды, танцевали под живую музыку — мелодию, которую Юнги сочинил специально для церемонии, а теперь исполнял небольшой оркестр. Воздух был пропитан ароматом цветов, шампанского и феромонов, которые то и дело смешивались в лёгком хаосе радости. Тэхён стоял у окна, глядя на танцующую пару — Хосока и Юнги, чьи движения были полны синхронности и нежности. Хосок сиял в белом костюме с золотыми акцентами, а Юнги, в строгом чёрном смокинге, смотрел на своего омегу с такой любовью, что у Тэхёна сжалось сердце. Рядом с ним, опираясь на перила веранды, стоял Чонгук. Его тёмная рубашка с закатанными рукавами и лёгкая небритость придавали ему мужественный вид, но в глазах сквозила неуверенность, которую он пытался скрыть. С тех пор как они поцеловались в кафе у реки Хан, их связь стала сильнее, но Чонгук всё ещё держал дистанцию, словно боялся сделать неверный шаг. — Красиво, да? — тихо сказал Тэхён, кивнув в сторону танцующих. Его голос был мягким, но в нём чувствовалась надежда. Чонгук повернул голову, его взгляд скользнул по Тэхёну — по чёрному костюму, который подчёркивал его стройную фигуру, по тёмным локонам, слегка растрёпанным от вечернего ветра, и остановился на глазах, где отражались огни гирлянд. — Да, — ответил он, и в его тоне было что-то тёплое, чего Тэхён не слышал раньше. — Ты сделал это место... особенным, Тэ. Тэхён улыбнулся, чувствуя, как щёки слегка розовеют. Их феромоны, всегда чувствительные друг к другу, начали переплетаться — свежий аромат дождя от Тэхёна и глубокий лесной от Чонгука создавали вокруг них лёгкую ауру, которую замечали только они. Но прежде чем Тэхён успел ответить, к ним подошёл Чимин, сияя в своём леопардовом пиджаке и с бокалом шампанского в руке. — О, мои голубки! — театрально воскликнул он, подмигивая. — Хосок просил передать, что вы обязаны потанцевать, иначе он лично вытащит вас на паркет. А ты, Тэ, выглядишь так шикарно, что я даже завидую! Тэхён рассмеялся, но Чонгук напрягся, его рука сжала перила чуть сильнее. — Чимин-а, не начинай, — пробормотал он, но в его голосе не было злости. — Ладно, ладно, — Чимин поднял руки в шутливой капитуляции. — Но я серьёзно, идите танцуйте. Это же свадьба! — Он ушёл, оставив их наедине, и Тэхён почувствовал, как его сердце забилось быстрее. — Хён... может, потанцуем? — спросил он, стараясь звучать уверенно, хотя внутри всё дрожало. Он протянул руку, и Чонгук посмотрел на неё, словно это был вызов. Чонгук колебался лишь мгновение, прежде чем взять руку Тэхёна. Его пальцы были тёплыми, слегка шершавыми, и этот контакт отправил по телу Тэхёна волну тепла, которое усилило их связь. Они вышли на паркет, где музыка сменилась медленной мелодией, и Чонгук осторожно положил руку на талию Тэхёна, а другую сжал его ладонь. Тэхён положил свободную руку на плечо альфы, чувствуя, как их тела начинают двигаться в унисон. Вокруг них танцевали другие пары — Джин с Намджуном, смеющиеся над чем-то своим, и Хосок с Юнги, которые не могли оторвать друг от друга взглядов. Но для Тэхёна и Чонгука мир сузился до этого момента. Их феромоны смешались сильнее, создавая вокруг них невидимый кокон, и Тэхён почувствовал, как его дыхание становится глубже, а сердце бьётся в ритме с Чонгуком. — Ты танцуешь лучше, чем я думал, хён, — тихо сказал Тэхён, глядя в глаза альфы. Его губы дрогнули в улыбке, и он заметил, как уголки губ Чонгука слегка приподнялись. — Пока ты учился во Франции, я тут тренировался на кухне с Хосоком, — ответил Чонгук, и в его голосе промелькнула лёгкая насмешка. Но затем он стал серьёзнее. — Тэ... я... спасибо, что согласился. Я не хотел портить тебе этот вечер. Тэхён покачал головой, его пальцы слегка сжали руку Чонгука. — Ты не портишь, хён. Ты... делаешь его лучше. Чонгук замер на мгновение, его взгляд стал глубже, и Тэхён увидел в нём смесь вины и желания. — Тэ, я... я не знаю, как быть с этим. С нами. Я обещал не убегать, но... я боюсь, что сделаю что-то неправильно. Тэхён остановился, заставляя Чонгука замереть посреди танца. Их руки всё ещё были связаны, и он шагнул ближе, игнорируя любопытные взгляды вокруг. — Хён, ты уже делаешь всё правильно. Просто будь рядом. Мы разберёмся вместе. Чонгук сглотнул, его глаза блестели в свете свечей. Он хотел что-то сказать, но музыка сменилась, и Хосок, смеясь, подбежал к ним. — Эй, вы двое, хватит шептаться! Идите сюда, перерыв на шампанское! — Он потащил их к столу, где стояли бокалы, и Тэхён с Чонгуком переглянулись, но улыбнулись.

***

Позже, когда тосты закончились, а гости начали расходиться, Тэхён и Чонгук незаметно ускользнули на задний двор особняка. Там, среди высоких кустов и старых деревьев, была небольшая беседка, окружённая гирляндами, которые Тэхён сам вешал утром. Они сели на деревянную скамью, и тишина между ними была наполнена только шорохом листвы и далёким смехом гостей. Тэхён придвинулся ближе, его плечо коснулся плеча Чонгука, и их феромоны снова закружились, усиливая тепло их связи. — Хён... можно спросить? — начал он, глядя на звёзды, пробивающиеся сквозь ветви. Чонгук кивнул, его рука невольно легла на колено, ближе к Тэхёну, чем он планировал. — Всё, что угодно, Тэ. — Ты когда-нибудь думал... что мы могли бы быть вместе раньше? Если бы я не уехал? — голос Тэхёна был тихим, но в нём сквозила уязвимость. Чонгук закрыл глаза, его пальцы сжались на колене. — Думал. Каждую ночь. Я винил себя за то, что не остановил тебя. Но потом... я понял, что тебе нужно было время. И мне тоже. Я был не готов тогда, Тэ. Не понимал, что значит быть с тобой. Тэхён повернулся к нему, его глаза блестели от слёз. — А теперь? Ты готов? Чонгук посмотрел на него, и в его взгляде было что-то новое — решимость. Он протянул руку, осторожно касаясь щеки Тэхёна, и его пальцы оставили след тепла. — Теперь я хочу попробовать, Тэ. Если ты дашь мне шанс. Я не обещаю, что всё будет идеально, но... я хочу быть с тобой. Не как тень, а как тот, кто тебя защищает. Тэхён улыбнулся, наклоняясь ближе, и их губы встретились в лёгком, но полном смысла поцелуе. Их феромоны взорвались вокруг, создавая аромат, который был только их — дождь, лес, цветы и мёд, смешанные в гармонию. Тепло их связи пульсировало, и Тэхён почувствовал, как его тело отвечает, становясь сильнее, здоровее, как сказал Этьен. Они отстранились, их лбы соприкоснулись, и Тэхён тихо рассмеялся, вытирая слёзы. — Хён... ты будто часть меня. Чонгук улыбнулся, впервые за долгое время искренне. — Ты тоже часть меня, Тэ. С тех пор, как я понял, что ты — мой истинный. Я не хочу больше бояться. Тэхён взял его руку, их браслеты со звёздами звякнули друг о друга, как символ их связи. — Тогда давай будем вместе. Шаг за шагом. И... не отпускай меня. Тишина в беседке, где сидели Тэхён и Чонгук, была почти осязаемой, нарушаемая лишь шорохом листвы и далёкими звуками музыки, доносящимися из зала. Их руки всё ещё были сплетены, браслеты со звёздами слегка звякали при каждом движении, а феромоны, смешавшиеся в тёплый аромат дождя, леса и мёда, создавали вокруг них невидимую ауру. Тэхён смотрел на Чонгука, чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с теплом их связи. Впервые за долгое время он не боялся будущего — оно казалось возможным, реальным, их. Но момент их уединения был прерван громким, слегка пьяным возгласом: — Тээээ! Чонгук-хёёёён! Вы где прячетесь, мои голубки?! — Чимин, шатаясь, появился из-за кустов, держа в одной руке пустой бокал, а в другой — бутылку шампанского, которую он явно утащил со стола. Его леопардовый пиджак был слегка расстёгнут, а розовые волосы растрепались, придавая ему вид рок-звезды после бурной ночи. За ним, с выражением лёгкого отчаяния, плёлся Хосок, пытаясь поймать друга за рукав. — Чимин-а, хватит, ты уже три бокала подряд опрокинул! — Хосок пытался говорить строго, но его голос дрожал от сдерживаемого смеха. — Юнги-хён убьёт меня, если ты разобьёшь что-нибудь на нашей свадьбе! Чимин театрально повернулся, чуть не уронив бутылку, и указал на Хосока пальцем. — Хо, милый, это же твоя свадьба, а я — душа вечеринки! Ты должен благодарить меня за атмосферу! — Он сделал драматический жест, расплескав немного шампанского, и вдруг заметил Тэхёна и Чонгука. Его глаза загорелись. — Оооо, вот вы где! Сидите, обнимаетесь, а я тут один борюсь с тоской! Тэхён невольно рассмеялся, чувствуя, как напряжение спадает. — Чимин-а, ты явно не один. И что это ещё за тоска? Ты же только что танцевал с каким-то альфой в костюме с пайетками! Чимин надул губы, картинно прижав руку к груди. — Это был не просто альфа, Тэ! Это был потенциальный спонсор моей будущей яхты! Но он, представь, спросил, не хочу ли я посмотреть его коллекцию кактусов! Кактусов, Тэ! — Чимин сделал такой возмущённый жест, что чуть не упал, но Хосок вовремя подхватил его. Чонгук, до этого молчавший, фыркнул, качая головой. — Чимин-а, ты серьёзно? Опять нашёл себе приключения? — Его голос был мягким, но в нём чувствовалась искренняя теплота. Тэхён заметил, как уголки губ Чонгука дрогнули в улыбке, и это заставило его сердце сжаться от радости. — Приключения?! — Чимин наставил на Чонгука бутылку, словно это был меч. — Хён, ты тут сидишь с Тэ, весь такой романтичный, а я пытаюсь найти свою судьбу! Но, знаешь... — Он вдруг понизил голос, став серьёзнее, и шагнул ближе, чуть не споткнувшись о корень дерева. — Я видел, как вы танцевали. И этот ваш запах... вы двое — как из романа! Я чуть не заплакал, честно! — Он шмыгнул носом, и Тэхён не смог сдержать смех. — Чимин-а, ты плачешь от шампанского, а не от нас, — поддразнил Тэхён, но его щёки порозовели. Он чувствовал взгляд Чонгука, тёплый и внимательный, и это заставляло его феромоны трепетать. Хосок, наконец поймав Чимина за локоть, потянул его назад. — Ладно, душа вечеринки, пойдём, я вызову тебе такси. Юнги уже смотрит на меня так, будто я испортил его идеальный план свадьбы. — Юнги-хён всегда и на всех так смотрит, — Чимин хихикнул, но послушно поплёлся за Хосоком, бросив напоследок: — Тэ, Гуки, не прячьтесь слишком долго! Я ещё хочу сказать тост за вашу любовь! — Он подмигнул, и его смех эхом разнёсся по саду, пока Хосок уводил его к дому. Когда Чимин и Хосок исчезли, Тэхён и Чонгук снова остались наедине. Тишина вернулась, но теперь она была легче, пропитанная теплом их недавнего разговора и смехом Чимина. Тэхён посмотрел на Чонгука, который всё ещё улыбался, глядя в сторону сада. — Он всегда такой, — тихо сказал Чонгук, качая головой. — Помню, как он пытался уговорить меня пойти на вечеринку в Gangnam, чтобы «найти мне пару». Я чуть не сбежал. Тэхён рассмеялся, но его голос стал серьёзнее. — Хён... ты правда никому не позволял приблизиться? Хосок говорил, что ты был... как монах. Чонгук отвёл взгляд, его пальцы нервно коснулись браслета со звездой на запястье. — Тэ, я... не мог. Каждый раз, когда кто-то пытался, я чувствовал тебя. Твой запах, твой голос... даже через тысячи километров. — Он замолчал, сглотнув. — Это звучит глупо, но я не хотел никого другого. Только тебя. Тэхён почувствовал, как горло сжимается от эмоций. Он придвинулся ближе, их плечи снова соприкоснулись, и тепло их связи усилилось, как будто их тела сами тянулись друг к другу. — Хён, я тоже... во Франции я говорил всем, что у меня есть альфа. Потому что ты был в моём сердце. Все эти годы. Чонгук повернулся к нему, его глаза блестели в свете гирлянд. — Тэ... я не знаю, как быть тем, кого ты заслуживаешь. Но я хочу учиться. Хочу быть рядом. Тэхён улыбнулся, его рука нашла руку Чонгука, и их пальцы сплелись. — Тогда учись, хён. Вместе со мной. Мы же... истинные. Чонгук кивнул, его большой палец мягко погладил тыльную сторону ладони Тэхёна, и этот простой жест вызвал у того мурашки. — Хорошо, Тэ. Но... нам нужно поговорить. Обо всём. О твоём здоровье, о том, что будет дальше. Тэхён кивнул, чувствуя, как страх смешивается с надеждой. — Давай уйдём отсюда, хён. Прогуляемся? Там, у реки, тихо. И... я хочу быть только с тобой. Чонгук согласился, и они незаметно вышли из сада, обойдя шумный зал. Река Хан была недалеко, её воды отражали огни Сеула, создавая мерцающий путь. Они шли молча, но их руки оставались сплетёнными, а феромоны продолжали создавать вокруг них тёплую ауру. Когда они остановились у парапета, глядя на воду, Тэхён заговорил первым: — Этьен сказал, что наша связь... она делает меня здоровее. Мои феромоны стабильны, хён. Как будто ты — моё лекарство. — Он улыбнулся, но в его голосе была лёгкая дрожь. — Но я боюсь, что... если мы будем вместе, это будет слишком сильно. Слишком... Чонгук повернулся к нему, его взгляд был полон решимости. — Тэ, если это слишком, мы разберёмся. Вместе. Я не хочу, чтобы ты боялся. И я... я хочу быть твоим альфой. Если ты позволишь. Тэхён ахнул, его глаза расширились, и он шагнул ближе, обнимая Чонгука. Их феромоны закружились, и лёгкое сияние появилось вокруг их тел, как тогда, в кафе. — Хён... я всегда хотел, чтобы ты был моим. Чонгук обнял его в ответ, прижимая к себе, и их тепло стало почти осязаемым. — Тогда я твой, Тэ. Всегда. Их момент был прерван громким хлопком, доносящимся со стороны особняка. Тэхён и Чонгук обернулись, и их взгляды упали на Чимина, который, похоже, решил устроить импровизированный фейерверк. Он стоял на лужайке, размахивая бенгальским огнём, который явно не входил в план свадьбы, и пел какую-то песню, которую никто не узнавал. Юнги, стоявший рядом, выглядел так, будто готов был либо рассмеяться, либо задушить его, а Хосок бегал вокруг, пытаясь предотвратить катастрофу. — Чимин-а! Отдай это, пока ты не поджёг газон! — кричал Хосок, но Чимин, в своём пьяном энтузиазме, только громче пел. Тэхён расхохотался, прижимаясь к Чонгуку, и тот не смог сдержать улыбку. — Он точно душа вечеринки, — пробормотал Чонгук, качая головой. — Хён, пойдём спасать свадьбу? — Тэхён подмигнул, и Чонгук кивнул, беря его за руку. Они вернулись к особняку, где Чимин, наконец, был обезврежен Хосоком, который отобрал бенгальский огонь и передал его Юнги. Юнги, с привычным ворчанием, всё же обнял Хосока, шепнув что-то, что заставило того сиять ещё ярче. Чимин, увидев Тэхёна и Чонгука, подбежал к ним, шатаясь. — Тэ! Гуки! Вы видели мой фейерверк?! Это было эпично! — Он попытался сделать драматический жест, но чуть не упал, и Чонгук вовремя подхватил его. — Чимин-а, тебе пора домой, — сказал Чонгук, но его голос был мягким. — Ты уже устроил шоу, теперь пора отдыхать. Чимин надул губы, но затем обнял их обоих, чуть не уронив всех троих. — Вы такие милые, знаете? Я хочу, чтобы вы были счастливы! Как Хо и Юнги! И... я найду своего папика с яхтой, вот увидите! Тэхён рассмеялся, чувствуя, как тепло Чонгука рядом с ним делает этот момент идеальным. — Чимин-а, мы верим в тебя. Но, пожалуйста, больше без фейерверков. Когда Чимина наконец увезли на такси, Тэхён и Чонгук вернулись к реке, чтобы забрать свои вещи. Они стояли, глядя на звёзды, и Тэхён почувствовал, как рука Чонгука обнимает его за талию. — Тэ... скажи что это начало... — тихо сказал он. Тэхён кивнул, прижимаясь к нему. — Да, хён. Это наше начало.