Если бы я успел...

В трубке раздавались длинные гудки. С каждым разом, казалось, что они становятся всё громче и громче, отдаваясь гулким звоном в ушах. Он не помнил уже, в который раз звонит по этому номеру. "Ответь же. Ответь!" — пронеслось у него в голове снова. Он отбросил телефон на панель автомобиля и, как только на светофоре вновь загорелся зелёный, нажал на педаль газа, с визгом срываясь с места. Больше всего сейчас он боялся опоздать. Как же он боялся не успеть! Горло сжалось, глаза начало щипать от поступающих слёз. Он проносился по улицам, игнорируя сигналы других автомобилей и не останавливаясь на светофорах. Ему было плевать на всё это, он знал, что сейчас на постах никого нет, и его никто не остановит. Вдруг, как гром среди ясного неба, раздался телефонный звонок. Не раздумывая ни секунды, парень схватил источник звука и, нажав на кнопку принятия вызова, приложил телефон к уху. На том конце послышался знакомый голос. — Уинстон! Что случилось? Почему столько пропущенных? — как только водитель услышал его голос, он облегчённо выдохнул, сглатывая ком в горле и чуть разжимая кулак, которым так остервенело вцепился в руль. — Почему ты не отвечал?! — зло, почти срываясь на крик, проговорил Уинстон. — Я был в душе,— всё ещё ничего не понимая, отозвался парень на том конце. Он хотел было снова поинтересоваться, что произошло, но Уинстон не дал ему этой возможности, так как сразу после его ответа заговорил сам. — Слушай внимательно, Монти,— начал он, — возьми сумку и собери необходимые вещи. Документы и телефон оставь дома. Быстро одевайся и вылезай через окно в своей комнате. Я буду через 3 минуты у чёрного входа в твой дом. — Что..? — недоумевал Монти, стоя в одном только полотенце посреди комнаты. — Живо!!! Не спрашивай сейчас ничего! Просто делай как я говорю! — перебил Уинстон парня, срываясь на крик. — Хорошо, — пробормотал Монти. Несколько секунд простояв в ступоре, он кинулся выполнять указания. Быстро надел трусы, шорты и майку. Открыв школьную спортивную сумку, высыпал из неё содержимое прямо на пол. Он быстро забрасывал внутрь штаны и футболки, не забыв про нижнее бельё и носки. Закинув несколько любимых рубашек и прочих нужных мелочей, оказавшихся рядом, он застегнул её. Монти открыл окно в своей комнате, которое выходило на задний двор, и сбросил со второго этажа только что наполненную сумку, бейсбольную куртку с эмблемой школы Либерти и свои новые кроссовки. Следом за ними из окна спрыгнул и он сам. До него донёсся гул полицейских сирен, что становился всё громче и громче, мигающие огни уже были видны в начале улицы. Монти пробыв в ступоре несколько секунд, опомнился и, хватая всё что скинул из окна, ринулся к маленькой калитке заднего двора. Толкнув её ногой, тот в два шага оказался у машины Уинстона, на ходу запрыгивая в заранее открытую тем дверь, тут же её закрывая. Уинстон, не медля ни секунды, врезается ногой в педаль газа, и машина срывается с места в противоположном направлении. Монти оборачивается назад и видит, что полицейские машины одна за другой останавливаются у его дома. Адреналин зашкаливает, он пытается отдышаться и широко открытыми глазами смотрит на парня за рулём. — Что это, черт возьми, было?! — всё ещё тяжело дыша, произнёс он. Уинстон молчал. Монти повторил вопрос, но никакой реакции так и не последовало. Тогда он потянулся к плечу парня, думая, что тот его не слышит. Но не успел и коснуться, как тот дрогнувшим голосом произнёс: — Молчи. Просто помолчи сейчас... Я всё тебе объясню, когда мы окажемся за пределами города, — Монти взглянул на него. Тот плакал. — Останови машину, — произнёс шатен. — Нель... — Останови, чертову машину, сейчас же! — он перешёл на крик. Уинстон припарковался у самого близкого дома от них, на ходу отключая фары. Монти перекинул свои вещи на заднее сиденье и повернулся к брюнету. Повернул его лицо к себе за подбородок и заметил, что оно было уже полностью мокрым от слёз. Он положил свои ладони ему на щёки, большими пальцами вытирая влагу. — Эй. Эй, успокойся, — начал он, — Я здесь, слышишь? Я рядом, ничего не случилось, всё хорошо, — на последней реплике он прислонился своим лбом к лбу возлюбленного. Они чувствовали рваное дыхание друг друга, оно начало выравниваться, сливаясь в одно. Их губы встретились в лёгком поцелуе. Который очень быстро перерос в страстный, словно первобытный, наполненный страхом и болью. Когда язык Монти попытался пройти меж пухлых губ, их обладатель отстранился. — Позже.., — едва слышно прошептал он, — сейчас нельзя, сейчас нам нужно уезжать из этого города. Но потом мы продолжим хорошо? — Хорошо, — понимающе сказал Монти и, на последок поцеловав любимые губы, отпустил лицо Уинстона. Уильямс завёл машину и двинулся вперёд, включая фары только через несколько домов, для осторожности. На улице уже была глубокая ночь, поэтому другие автомобили встречались редко. С максимально допустимой скоростью в черте города, чтобы не привлекать внимание, они покинули Крестмонт.