A Hunger Named You

Прошла неделя. Моргана работала почти без отдыха — собрала мешочки, настояла травы, начертила защитные знаки на амулете для жены брата Гарри. Всё шло, как должно. Но ночи стали иными. По ночам ей стал сниться мужчина. Фигура, чьё появление не объяснялось логикой. Он просто был — в каждом сне, неизменно. Как правило, на границе света. Где-то вдалеке. Никогда не приближался. Никогда не говорил. Он был высоким. Сдержанным. Черты лица — почти безупречные, будто вырезанные из камня. Бледная, гладкая кожа, короткие светлые волосы, уложенные аккуратно. Как у человека, у которого всё под контролем. И глаза… Золотистые. Невыносимо спокойные. Они смотрели прямо, но не выражали ничего — ни интереса, ни вражды. Только присутствие. Моргана просыпалась каждый раз в один и тот же момент — когда он делал полшага вперёд, или едва поднимал руку, будто хотел что-то сказать. Но слов никогда не было. И она, проснувшись, чувствовала странную пустоту. Не тоску — отсутствие. Как будто из сна выдернули что-то важное, прежде чем она успела это понять. Днём она старалась не думать об этом. Не анализировать. Не придумывать объяснений. Но сны возвращались. Накатывали, как волны — всё тише, всё глубже. С каждым разом его образ становился отчётливее. Не как у призрака — как у живого. Того, кто просто оказался на другой стороне. Иногда, когда Моргана задерживалась у окна или вдруг замирала с чашкой в руках, ей начинало казаться, будто этот мужчина из снов мог бы стоять где-то рядом. Просто... наблюдать. Без намерения. Без чувств. Как ветер среди сухих трав. Как память, которой никогда не было. Сны не прекращались. Моргана привыкла видеть многое — и странное, и пугающее, и чужое. Но этот силуэт не был ни видением, ни предупреждением. Он просто… был. Сначала она пыталась не придавать значения. Но на четвёртую ночь, проснувшись чуть раньше, чем обычно, с отбившимся пульсом и сухим горлом, она впервые поймала себя на том, что ждёт этого сна. Не с тревогой — с интересом. Это раздражало. Пугало. Но в то же время — влекло. На следующий вечер, не дожидаясь наступления сумерек, она поднялась на чердак. Там, под покрывалом пыли и ветхими тряпками, хранились старые книги. Некоторые достались от бабушки, другие — куплены ею самой когда-то, по наитию. Она искала нечто конкретное, не зная, как это описать. "Мужчина с золотыми глазами", — звучало нелепо даже в мыслях. "Сны с повторяющимся образом" — слишком широко. "Присутствие, которое ничего не говорит, но остаётся" — вряд ли хоть одна книга даст на это ответ. Но она всё равно искала. Листала страницы древних травников, сборников толкований сновидений, магических трактатов о теневых сущностях и сновидческой архитектуре. И каждый раз — не то. Слишком символично. Слишком рационально. Слишком выдумано. Ни одно описание не совпадало. Ни одно имя не отзывалось. Ночью он снова пришёл. Стоял чуть ближе, чем раньше. Всё так же — молча. Глаза его были бесконечно спокойны. Безмятежны. И от этого — пугающе нереальны. Он не приближался. И всё же казалось, что наблюдает за ней дольше, чем положено сну. Утром, за завтраком, Моргана уставилась в чашку с чаем и прошептала себе: — Что ты вообще ищешь? Ответа не было. Но руки сами снова потянулись к книгам. Она уже не надеялась на совпадение. Просто… хотела что-то держать в руках. Знание, текст, намёк — хоть что-то реальное, в отличие от тех снов. Пальцы пробегали по обложкам, по слабо пыльным страницам. Открывалась книга за книгой, и всё повторялось: краткие главы, старые иллюстрации, обрывочные знания. И вдруг — между страницами одной из самых старых, с треснувшим корешком и потемневшими краями — выпал листок. Не из этой книги. Бумага была тонкая, почти прозрачная, со слегка дрожащими чернилами — будто писала дрожащая рука. Бабушка. Моргана сразу узнала почерк. Простой, аккуратный, но с характерными загнутыми "р". Она аккуратно подняла листок, словно он мог рассыпаться от неосторожного движения, и кончиками пальцев провела по строкам, не сразу решаясь читать. Слова были неразборчивы — где-то потёртые, где-то смазанные. Но среди них чётко выделялись: «Сны — как туман, где лица плутают меж теней. Видела — не одного, а двоих. Он — бледный, с глазами, что горят, будто скрытый огонь, Она — словно свет, что пробивается сквозь густую ночь. Они рядом, но не вместе. Как будто нити времени переплетены невидимо, Их шаги тихи, словно эхо давно забытых слов. Не судьба, но не случай. Веденье — знак, но какой именно, понять пока не дано.» Моргана долго всматривалась в эти строки. В них было больше вопросов, чем ответов. И в них слышался голос бабушки — осторожный, словно предупреждающий и вместе с тем зовущий к разгадыванию. Не громкий стук в дверь отвлек юную ведьму от созерцания и та в спешке стала убирать книги на полки, поправив волосы и глубока вздохнув Моргана поспешила открыть дверь. — Иду! — довольно громко крикнула она, и, распахнув дверь, застыла. — Белла… — прошептала хозяйка дома, словно не веря глазам. Перед ней стояла младшая сестра — знакомые, но теперь такие далекие черты лица, распущенные волосы цвета темного шоколада и привычная непритязательная одежда, словно старая броня, прикрывающая всё настоящее. — Мори, — шмыгнула носом Белла и без лишних слов бросилась в объятия. Тёплые руки, смутный запах домашнего огня, и в этот момент Моргана поняла, как сильно соскучилась по этим простым вещам — по родной близости, по несложным словам и безмятежности, которой не хватало в её холодных снах и таинственных видениях. Моргана обняла Беллу крепче, чем ожидала. В её руках младшая сестра казалась одновременно такой хрупкой и живой — настоящей, а не тенью из снов. — Неужели я не заметила, как пролетело время, — растерянно проговорила старшая Свон. — Ну вообще-то да, — хмыкнула Белла, — ты опять потерялась во времени, — с лёгкой улыбкой добавила она. Моргана улыбнулась в ответ, хоть и чувствовала, что внутри всё куда серьёзнее. — Ты, наверное, права, — тихо согласилась она. — Кажется, мир вокруг меня бежит быстрее, чем я успеваю догнать. — Не забывай возвращаться, Мори. Я теперь здесь, если что, — Белла взглянула на сестру с мягкой заботой. — Пойдём, — довольно сказала Моргана и потянула сестру за собой на кухню. Они шли рядом, и в тишине между ними витала давняя, непрерывная связь — без слов, но с пониманием. В кухне запах свежезаваренного чая и теплого хлеба обволакивал уютом. — Ты всё так же теряешься в своих книгах и мыслях, — улыбнулась Белла, усаживаясь за стол. — Да, — тихо ответила Моргана, наливая чай. — Иногда кажется, что вокруг слишком много вопросов и слишком мало ответов. — Это нормально, — сказала Белла, посмотрев на сестру с теплом. — Жизнь редко бывает простой. Но мы всё равно находим путь. Моргана улыбнулась, чувствуя, как слова согревают её. — Главное — не забывать, что рядом есть кто-то, кто всегда подставит плечо. — Вот именно, — кивнула Белла. — И что бы ни случилось, мы вместе. В этот момент между ними повисло молчание — спокойное и тёплое, словно тихий остров в бескрайнем море жизни. Время бежало довольно быстро, и сестры едва успевали заметить, как оно ускользает сквозь пальцы. Они слишком давно не виделись, и эта встреча казалась невозможной роскошью, которую Белла берегла в глубине души. Она безумно скучала по Мори — по тому человеку, который был для неё не просто сестрой, а настоящей опорой, близким и родным. В детстве, когда их разлучили, Белле казалось, что её лишили самого важного — безумно близкого человека, который понимал её без слов. Она до сих пор помнила взгляд матери в тот день, когда Моргану привезли к бабушке в этот дом. Помнила, как Рейвен кричала на Чарли, как Рене бросила сумку на пол, схватила её за руку и потащила в машину. Изабелла помнила, как, оглянувшись, увидела, что её любимая сестра стоит у порога, глаза полны слёз. В ушах словно звучало её тихое прощание, почти неразборчивое, но таким сильным и болезненным: — Прощай... Этот момент навсегда отпечатался в памяти, напоминая о разрыве, который казался невозможным залечить. Но сейчас, рядом с Морганой, Белла впервые за долгое время ощущала, что мост между ними снова начал крепнуть — тонкий, хрупкий, но живой. — Беллз, может, останешься с ночёвкой? — аккуратно уточнила Мори, глядя на сестру с надеждой. Белла на мгновение задумалась, потом мягко улыбнулась: — Мне бы это очень хотелось. Здесь так спокойно… и так хорошо с тобой. Моргана обняла сестру крепче, чувствуя, что этот вечер — маленький, но важный шаг к тому, чтобы вернуть утраченное. — Тогда оставайся, — тихо сказала она. — Мы ещё многое наверстаем. В комнате повисло тёплое молчание — спокойное и искреннее, словно обещание нового начала. Ночь опускалась мягким покрывалом, и дом постепенно наполнялся уютом, которого так не хватало обеим сестрам. В тишине слышалось лишь тихое потрескивание дров в камине и спокойное дыхание, словно сама атмосфера напоминала им, что здесь и сейчас они вместе — и это главное. Моргана помогла Белле переодеться в тёплую пижаму, стараясь сделать всё как можно нежнее и заботливее, будто тем самым возвращая утраченное время. Они устроились на диване под одним пледом, и в комнате зажглась мягкая лампа, отбрасывая тёплый свет. — Знаешь, — начала Белла, — мне казалось, что я уже привыкла к одиночеству. Но сейчас… я поняла, как сильно я соскучилась. — Я тоже, — тихо ответила Моргана, — и я обещаю, что мы больше не будем терять друг друга. В эти слова было вложено столько надежды и силы, что обе почувствовали — несмотря на прошлое, несмотря на разлуку, впереди у них есть будущее, которое они смогут строить вместе. Белла прикрыла глаза и вдохнула глубокий вдох, чувствуя тепло и спокойствие. — Спокойной ночи, Мори, — прошептала она. — Спокойной ночи, Беллз, — ответила Моргана, наблюдая, как сестра погружается в сон, и думая про себя, что завтра — новый день, полный возможностей. Впервые за долгое время Моргана проснулась не от кошмара, а от тихих звуков, доносившихся с кухни. Сердце застучало быстрее — кто-то шевелился в доме так рано утром. Но тут она вспомнила: рядом с ней была Белла, и тревога немного отступила. С тихим и недовольным стоном Мори поднялась с кровати и направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Холодная вода освежила лицо, помогая расправить мысли. В это время из кухни доносился тихий звон посуды и едва слышное бормотание — это была Белла, которая старалась начать утро спокойно и без суеты. Моргана глубоко вздохнула. День только начинался, и ей предстояло многое сделать. Но сейчас было важно сохранить это спокойствие, которое она так давно не чувствовала. Моргана вышла из ванной, завернувшись в тёплый халат. В кухне Белла уже накрывала на стол — на ней было простое платье, которое Мори помогла подобрать вчера, и в её глазах светилась лёгкая усталость, смешанная с надеждой. — Доброе утро, — тихо сказала Моргана, стараясь не нарушить утреннюю тишину. — Доброе, — улыбнулась Белла, слегка покраснев. — Я подумала, что стоит начать день с чего-то простого. Завтрак готов. Моргана подошла ближе, присела рядом и взяла сестру за руку. — Спасибо, что осталась, — сказала она искренне. — Это значит для меня больше, чем ты думаешь. Белла ответила лёгкой улыбкой и кивком. За завтраком разговор медленно перетекал в обычные бытовые темы — о погоде, о планах на день, о мелочах, которые создавали ощущение дома. Но в воздухе витало что-то большее — тихая уверенность, что теперь они вместе, и впереди их ждёт многое. — Мори, а что ты сегодня будешь делать? — спросила Белла, закончив есть и взглянув на сестру. — Хочу закончить заказ, — ответила Моргана. — А у тебя, если не ошибаюсь, сегодня первый день в школе? — задумчиво добавила она. — Да, волнительно очень… Не знаю, чего ждать,- Белла кивнула, слегка вздыхая — Это нормально, — улыбнулась Моргана. — Но помни, что я рядом. Если что — звони, пишите, я всегда поддержу. Белла улыбнулась в ответ, чувствуя, что с этим спокойствием страх становится чуть меньше. — Спасибо, Мори, — тихо сказала Белла, отпивая чай. — Знаешь, я боялась, что окажусь одна в этом новом месте, что никто не захочет со мной дружить. — Понимаю, — кивнула Моргана. — Новое всегда страшит, но иногда именно в таких моментах рождаются самые крепкие дружбы. — А ты когда-нибудь начинала что-то заново? — спросила Белла, задумчиво глядя в окно. — Не раз, — улыбнулась Моргана. — И каждый раз было страшно, но потом я понимала, что это — шанс стать сильнее. Белла вздохнула, чувствуя, как поддержка сестры помогает ей собраться с силами. — Ладно, — сказала она, вставая из-за стола, — пора готовиться. Сегодня новый день. Моргана улыбнулась в ответ и посмотрела, как Белла направляется к двери. В этом простом движении было столько надежды и решимости — символ начала чего-то важного и нового. — Удачи тебе, Беллз, — тихо прошептала Мори. — Спасибо, Мори, — ответила сестра, прежде чем выйти из дома в новый мир, где всё только начиналось. Изабелла быстро попрощалась с Морганой — у неё оставался всего час до школы, и нужно было ещё заскочить домой, чтобы собрать вещи. Моргана наблюдала, как сестра торопливо вышла за дверь, затем вздохнула и тихо закрыла её. Вернувшись на кухню, она убрала посуду и направилась в свою мастерскую. Перед ней лежали травы, амулеты и полузаконченные изделия — время не ждало. Сегодня Моргана сосредоточилась на амулете для жены брата Гарри — этот талисман должен был стать не просто украшением, а настоящей помощью и поддержкой в её тяжелом положении. Она аккуратно перебирала травы, выбирая самые сильные и чистые, затем начала работу, вкладывая в каждое движение силу и надежду. Мори осторожно вплетала травы в тонкую серебряную цепочку, ощущая, как каждое движение наполняет амулет особой энергией. Она знала — этот оберег не просто символ, а настоящее спасение для женщины, которая сейчас находилась на грани отчаяния. В комнате тихо мерцал свет свечей, отражаясь в глазах ведьмы, сосредоточенной на своей работе. В этот момент не существовало ничего, кроме тонкой нити судьбы, которую Моргана старалась плести с особой тщательностью. Вдруг в памяти всплыли слова Гарри — о доверии, о том, что никто другой не сможет помочь лучше, чем она. Это добавило сил и уверенности. Моргана понимала: в этом амулете — не только магия, но и часть её собственной воли, её желания помочь, поддержать. Когда последний узел был завязан, она тихо произнесла заклинание, мягко касаясь амулета ладонью. Он засиял слабым, но устойчивым светом — знаком того, что оберег активирован и готов к своему назначению. Моргана аккуратно положила амулет в маленький бархатный мешочек и закрыла его, чувствуя, что выполнила важную миссию. Её мысли снова вернулись к Белле и к тому, как хорошо было иметь рядом тех, кто действительно дорог. Сегодня было не просто рабочим днём — это был шаг к восстановлению связей, которые казались навсегда утерянными. — Ну я молодец, — с удовлетворением пробормотала Моргана, глядя на завершённую работу. Амулет для жены брата Гарри был аккуратно уложен в бархатный мешочек цвета тёмного бордо. Его мягкие грани скрывали тонкую работу серебряной проволоки, сплетённой с нитями луговой лаванды и засушенного шалфея. Рядом лежали два мешочка с травами — один от кошмаров, другой от гнева. Всё было готово. Моргана аккуратно уложила их в небольшую коробочку, сверху прикрыв тканью, и убрала в свою чёрную кожаную сумку. Проверила карманы — ключи, бумажник, адрес. Всё на месте. Перекинув сумку через плечо, она вышла на улицу. Во дворе её ждала Toyota Prius — приглушённо-зелёная, с мягким блеском на капоте от утреннего солнца. Моргана любила эту машину: надёжная, экономная, с минимальным уровнем шума. Сев за руль, она включила зажигание — мотор почти не издал звука, только тихое жужжание. Небольшой клочок бумажки на которой был написан необходимый ей адрес был заброшен в бардачок. Тихо скользя по просёлочной трассе, Мори включила радио — хрипловатый голос диджея объявил старую композицию Fleetwood Mac. За окном проносились сосны и редкие дома, и воздух становился чуть прохладнее, будто сама земля здесь хранила в себе память древнего. Примерно через двадцать минут она въехала на территорию Квилетов. Её сердце учащённо забилось, но Мори подавила тревогу — она сюда не просто так приехала. Сумка, лежащая на соседнем сиденье, казалась чуть тяжелее, чем обычно. Внутри — не просто предметы, а части чего-то большего. Она свернула с главной дороги, двигаясь по указаниям. Дом Гарри нашёлся быстро — скромный, с деревянным крыльцом, крытым шифером и обязательной сосной у калитки. Казался обычным, но воздух вокруг был напряжённый, будто сам лес здесь прислушивался. Моргана припарковалась у обочины, заглушила двигатель, поправила прядь волос и взяла сумку. Несколько глубоких вдохов — и она вышла из машины. С каждым шагом, приближаясь к двери, она чувствовала, как внутри растёт лёгкое волнение. Не от страха, а от ответственности. Она постучала дважды. Почти сразу послышались шаги, и дверь открыл Гарри. Вид у него был усталый, но твёрдый. Он взглянул на неё — сдержанно, но по-настоящему благодарно. — Привет, Моргана, — коротко сказал он. — Привет, — ответила она, протягивая сумку. — Всё внутри. Амулет уже активирован. Главное — пусть она держит его рядом. Гарри взял мешочек осторожно, как будто чувствовал, насколько он важен. Помолчал, кивнул. — Спасибо. Моргана кивнула в ответ и повернулась к машине, чувствуя, как напряжение понемногу уходит. Дорога домой пролетела быстрее, чем Моргана ожидала. Когда машина свернула с главной дороги на знакомую просёлочную, сердце будто сжалось. Она знала, что дома ждёт тишина и одиночество, но сейчас это казалось немного иным — менее страшным. За окном лес, словно древний хранитель, тихо шептал, и ветер трепал ветви деревьев. Припарковавшись у дома, Моргана вышла из машины, вдохнула свежий влажный воздух. Но вместо того, чтобы сразу зайти внутрь, её потянуло вглубь леса — туда, где земля пахла мхом и сосновой смолой. Она пошла по мягкой тропинке, внимательно слушая собственное дыхание и стук сердца. С каждым шагом внутри росло лёгкое волнение — будто невидимый след вёл её к чему-то важному. Камешки под ногами тихо катились, ветер играл с волосами. В душе переплетались тревога и ожидание — и чувство, что этот лес хранит ответы, которые ей ещё предстоит найти. Пока она шла всё дальше, тихий шёпот деревьев окружал её, даря странное ощущение близости и покоя. Но лес был не только тишиной — он был историей, памятью, которую Моргана едва начинала понимать. Когда она остановилась и оглянулась, небо уже слегка покрылось сумерками. Её сердце билось ровно, но внутри пряталась тонкая нить тоски — воспоминание о том, что ещё нужно сделать. Дом ждёт, но в лесу осталось что-то, что зовёт вернуться снова. Моргана уже собиралась повернуть обратно к дому, когда внезапно услышала хруст веток за спиной. Она мгновенно обернулась, но успела увидеть лишь мелькающую тень, быстро скрывшуюся между деревьями. Сердце не охватил страх, но какое-то тонкое, неприятное чувство тяжело легло на грудь — как предчувствие чего-то неизвестного, что может вот-вот нарушить её спокойствие. Моргана глубоко вздохнула, стараясь прогнать тревогу, и медленно сделала шаг вперёд, готовая встретить то, что ждало её в темноте леса. — Не стоит прятаться, — хрипло произнесла Моргана, — уж поверь, я тебя хоть и не вижу, но чувствую. Плавными, уверенными шагами она двинулась в сторону, откуда струилась тонкая струйка магии. Шаг за шагом — и вот перед ней появилась та самая девушка, которую Моргана уже видела в книжном магазине. — Серьёзно? — в голосе Морганы прозвучал лёгкий смешок, в котором смешивались удивление и лёгкая насмешка. — Ладно книжный, но встреча в лесу? Девушка слегка улыбнулась, не отводя взгляда. — Ты слишком быстро меня вычислила, — спокойно ответила она. Моргана на это только закатила глаза. Благодаря магии она сразу поняла: от этой незнакомки опасности ждать не стоит. Аура была холодной, почти мёртвой, но в то же время мягкой и не агрессивной. — Кто же ты? — Свон склонила голову набок, — и меня интересует не только имя, — в её глазах мелькнул хитрый блеск. — Я Элис, — с весёлой улыбкой проговорила незнакомка, — и мы подружимся, я это точно знаю. — Подружиться с кем-то, кто появляется из ниоткуда и прячется в лесу? Это звучит... необычно,-Моргана усмехнулась, скрестив руки на груди. Элис шагнула чуть ближе, не теряя улыбки. — Иногда необычные знакомства становятся самыми важными. Особенно когда впереди столько загадок. Моргана почувствовала, как что-то внутри отозвалось на эти слова — смесь любопытства и лёгкой настороженности. — Ладно, Элис, — наконец сказала она, — раз уж ты так уверена, давай посмотрим, к чему это приведёт. Только предупреждаю — я не из тех, кто легко доверяет. — Ну стоять посреди леса я не хочу. Пойдём, — Моргана кивнула в сторону дома, устало выдыхая. Она и сама не заметила, как в её голосе проскользнула усталость, смешанная с любопытством. Элис чуть приподняла бровь — не столько в удивлении, сколько в лёгкой насмешке, будто не ожидала такого хода. Но тут же на её лице вспыхнула тёплая улыбка, почти детская, и без тени сомнения она подошла ближе. Её движения были точными, плавными, и прежде чем Мори успела что-либо сказать, холодные пальцы уже легко обхватили её руку. — Вампир? — задумчиво протянула Моргана, слегка прищурившись. — Что ж, я ожидала подобное… не вурдалак уже — и на том спасибо, — тихо фыркнула она, и в её голосе не прозвучало ни капли страха. Элис тихо рассмеялась, звучно, но ненавязчиво, как будто веселье было её обычным состоянием. — Не каждый день ведьмы благодарят за то, что её преследует «всего лишь вампир», — с иронией заметила она, всё ещё не отпуская руки Морганы. — Не каждый день вампиры скрываются в лесу, — парировала та, бросив на спутницу искоса насмешливый взгляд. — Хотя, если подумать… довольно театрально. Ты всегда так появляешься? — Только если интуиция ведёт. А сегодня она была очень настойчива, — Элис с любопытством изучала Моргану. — Знаешь, обычно я вижу людей... наперёд. А вот ты — как рябь на воде. Ускользаешь. — И это тебе, видимо, нравится, — пробормотала ведьма. —Более чем, — с неприкрытым интересом призналась Элис. — Но мне интересно другое… почему ты не испугалась? Моргана на секунду замерла, вглядываясь в тени между деревьями, будто там прятались её мысли. — Я боюсь другого. И ты — не из тех страхов, что пугают по-настоящему, — тихо сказала она, и голос её потемнел. — У тебя мёртвая аура, но она тёплая. Это странно, но… знакомо. Они снова замолчали. Только хруст веток под ногами напоминал, что путь продолжается. Тишина между ними была уже не неловкой, а насыщенной — как будто обе знали, что эта встреча имеет вес. — Значит, ты — ведьма, — первой нарушила молчание Элис. — А ты — вампир. Кажется, ничья не в нашу пользу, — усмехнулась Мори. — О, я бы сказала, ничья — это только начало, — загадочно произнесла Элис, и её глаза блеснули. Моргана краем глаза наблюдала за спутницей. В ней не было агрессии — только какая-то внутренняя лёгкость, словно она всегда знала, где её место. И хотя разум ведьмы сопротивлялся — сердце, наоборот, будто впервые за долгое время перестало обороняться. — Странный ты человек, — наконец сказала она. — Я не человек, — напомнила Элис мягко. — Но знаешь… ты мне нравишься, Моргана Свон. Ответа не последовало. Только еле заметная улыбка, проскользнувшая на губах ведьмы. Девушки не спеша дошли до пункта назначения. когда они вышли к дому, Элис замерла на месте, слегка приоткрыв рот. — Вау… — выдохнула она, словно на мгновение перестала дышать. — Прямо как из сказки… — её голос стал тише, почти благоговейным. — Настоящий ведьмин домик в лесу, — добавила уже с озорной искоркой и приподняла бровь. Мори покосилась на неё с усмешкой и, подойдя к двери, неспешно вставила ключ в замок. — Ага, — протянула она с ленивой ухмылкой. — Смотри, по законам жанра, я тебя должна запечь в печи, — сказала тихо, но с такой пугающей серьёзностью, что Элис невольно напряглась. А потом ведьма хищно улыбнулась. — Хотя ты слишком худая. Не наешься. Элис на секунду застыла… а затем рассмеялась так звонко и искренне, что даже птицы в ветвях встрепенулись. — Только если стены из пряников, ведьма! — подмигнула она, театрально прижимая ладонь к груди. — Тогда, может быть, я и подумаю, стоит ли бояться. — Всё по классике, — фыркнула Мори, отворяя дверь. — Заходи, пока не стала превращаться в тыкву. Они вошли в дом, и порог будто стер границу между странной случайной встречей и чем-то… большим. Дом Морганы встретил их мягким светом, запахом высушенных трав и слабым ароматом лаванды, витавшим в воздухе. Где-то тихо потрескивали свечи, освещая полки, заставленные стеклянными баночками, старинными книгами и странными артефактами. Всё здесь казалось тёплым, живым, наполненным дыханием времени Элис прошла внутрь, осторожно оглядываясь, словно входила в лесной храм. — Прямо как я себе представляла ведьмин дом, — пробормотала она, слегка улыбаясь. — Честно говоря, даже лучше. — Это я ещё не показывала подвал, — с усмешкой ответила Моргана, скидывая плащ на крючок. — Хотя… тебя же, кажется, не так-то просто испугать. — Испугать? — Элис чуть приподняла бровь. — Я скорее впечатлена. Здесь всё живёт… даже воздух. Мори кивнула и жестом пригласила пройти дальше, в небольшую гостиную с камином. — Присаживайся, если хочешь. Правда, я не предлагаю угощения, — она бросила взгляд через плечо, — у меня нет… чего-то подходящего. — Не беспокойся, — Элис легко присела в кресло, откидываясь на спинку. — Мы же обе знаем: я не ем. Не пью. И не дышу. — Прекрасная компания, — фыркнула Мори, проходя мимо, — прямо мечта для вечеринок. На мгновение повисла тишина. Тёплая, насыщенная ожиданием. — Значит, ты не спишь, — нарушила тишину Мори. — Тогда скажи: откуда ты меня знаешь? Элис опустила взгляд, будто на мгновение отдалась воспоминаниям. Её голос стал тише: — Я не сплю. Но… я вижу. Иногда будущее. Иногда людей. Отголоски того, что должно случиться — или может случиться. Мори выпрямилась, насторожившись. — И ты видела меня? — Не один раз, — кивнула Элис. — Неясно. Словно отражение в воде. Но ты всегда была одна. Вокруг — лес, свет, книги, пепел. И странное чувство, будто всё уже происходило раньше. — Дежавю? — Судьба, — ответила Элис почти шёпотом. — Или пересечение дорог, которое должно было случиться. Моргана молча перевела взгляд на пламя свечи на полке. На мгновение ей показалось, что та пульсирует в такт её сердцебиению. — Знаешь, — сказала она, — я ведь тоже чувствовала, что ты появишься. Неосознанно. Как будто весь лес шептал твоё имя. Даже если я его не знала. Элис улыбнулась. В её глазах, золотисто-янтарных и глубоко спокойных, промелькнуло что-то искреннее: — Тогда, может, начнём с настоящего? Моргана кивнула. — Начнём. Моргана впервые чувствовала себя свободно.Элис стала той которой можно открыться, та кто понимает. Они разговаривали долго и какой то момент Свон даже не заметила как уснула на диване. Мори впервые за долгое время чувствовала, как с неё постепенно спадает напряжение. Будто невидимая тяжесть, которую она носила на плечах все эти годы, вдруг стала легче. Элис — загадочная, непохожая на других, с мёртвой кожей и тёплым взглядом — была тем существом, с кем можно было быть собой. Не ведьмой, не наследницей, не носительницей силы… просто — Мори. Они разговаривали долго. Время словно растаяло в тёплом свете свечей. Темы менялись свободно: магия, сны, книги, люди, вечность. Иногда Элис говорила сдержанно, но её молчание не было тяжёлым — оно было полным. Полным смысла. Полным внимания. Мори делилась тем, что обычно прятала — не словами, а тоном, взглядом, короткими паузами. Лаванда наполняла воздух. Мягкий плед соскользнул с подлокотника дивана на колени. Дом дышал тихо, как живое существо. Элис всё так же сидела рядом, тонкая и неподвижная, но Мори уже почти не ощущала её физического присутствия — будто рядом осталась только тёплая тень. Её веки стали тяжелеть, речь замедлялась, голова склонилась на подушку. Сон подступил быстро, но не мучительно — он был лёгким, как прикосновение крыла. Перед тем как полностью утонуть в темноте, Мори слабо улыбнулась. Её дыхание выровнялось, и она уже не видела, как Элис тихо поднялась с кресла, подошла к дивану и склонилась над ней. С бесконечной осторожностью, почти с нежностью, она поправила плед, укрыв плечи девушки. Несколько секунд стояла молча, изучая лицо Морганы — расслабленное, спокойное, хрупкое. В глазах Элис на миг мелькнуло что-то тёплое, почти человечное. — Ты сильнее, чем кажешься, — прошептала она почти беззвучно. Затем бесшумно направилась к выходу. Дверь закрылась за ней едва слышным щелчком, а в доме снова воцарилась глубокая, уютная тишина. Только свечи продолжали мерцать, охраняя покой той, кто впервые за долгое время позволила себе уснуть. С появлением Беллы и Элис в её жизни у Морганы словно прорвалась плотина тишины. Всё, что прежде казалось застывшим, обрело движение. Мир вокруг наполнился голосами, смехом, вздохами и лёгкой, почти забытой суетой. Белла заходила почти каждый день — сначала просто так, потом уже с очевидной привычкой, как будто всегда жила по соседству. Она жаловалась на школу, на погоду, на странные взгляды одноклассников, но чаще всего — на одного определённого человека. — Эдвард Каллен, — говорила она с тем выражением лица, в котором смешивались раздражение, смущение и лёгкая… заинтересованность. — Он странный, Мори. Взгляд у него — будто насквозь видит. Мори только качала головой и усмехалась, перебирая травы у себя на кухонном столе: — Может, у него просто взгляд загадочный от природы. Есть такие — глядят, будто читали все энциклопедии мира. — Не смеши меня, — фыркала Белла. — Ещё скажи, что у него мистическая аура. — А может, и правда есть, — подмигивала сестре ведьма. Тем временем Элис тоже стала появляться всё чаще. Всегда неожиданно — будто знала, когда Мори нуждалась в тишине, и когда — в разговоре. Улыбчивая, с живым светом в глазах, Элис приносила с собой ощущение странного покоя. Рядом с ней Моргана не чувствовала необходимости скрываться. Не было нужды быть кем-то. Элис не требовала объяснений — она просто была. — Тебе стоит познакомиться с остальными, — говорила она мягко, сидя на подоконнике и болтая ногами. — Моя семья не такая, как все. Тебе понравится. — Я не очень семейная, — отвечала Мори, убирая чашку в раковину. — Особенно когда речь идёт о семьях, живущих в лесу и ведущих себя как будто они из глянцевого журнала. — Вот увидишь, — весело говорила Элис, — ты изменишь мнение. Моргана хмыкала, но где-то глубоко внутри чувствовала — она уже меняет. После таких визитов в доме оставался тёплый след: запах духов, легкий шум воспоминаний, ощущение, что кто-то по-настоящему был рядом. Без фальши. Без ожиданий. Элис словно стала тихим якорем в мире Морганы, где до этого царил штиль одиночества. С Беллой — ускользающая, но родная нить детства. С Элис — нечто новое, странное, обволакивающее, как лёгкий туман. И впервые за долгое время юная ведьма позволила себе не убегать от этого ощущения. Обычный день, ничем не примечательный — за окнами моросил дождь, в доме пахло свежими травами и ладаном, а Моргана спокойно протирала пыль с полок в своей мастерской, когда вдруг раздался звонок. На экране высветилось: «Чарли». Брови Морганы взлетели вверх. Звонка от Чарли Свона она точно не ожидала. Она медленно отложила тряпку, сердце в груди невольно сжалось. Что-то подсказывало — этот звонок несёт в себе тревогу. — Да? — ответила она, стараясь сохранить в голосе вежливость, хотя пальцы дрожали от напряжения. — Привет, — в трубке прозвучал голос Чарли, и он был... растерянным. Сломленным. Почти паническим. Моргана сразу насторожилась. — Что-то случилось? — голос стал холоднее. Она уже знала — просто чувствовала — это не просто болтовня. — Белла попала в аварию, — выдохнул Чарли. — Что с ней?! — перебила его Моргана, и её голос неожиданно сорвался. — Где она?! — В больнице Форкса... Он не успел договорить. Моргана уже отключила вызов. Сердце вбивалось в грудную клетку. Ни секунды не теряя, она схватила сумку, на ходу проверяя, всё ли при ней, и пулей выскочила из дома. Дождь начал усиливаться, мелкие капли барабанили по стеклу, но Моргана почти не замечала. Сердце стучало в ушах, перекрывая все звуки — даже шум ветра и шелест деревьев за пределами дороги казались глухими, приглушёнными, как будто весь мир отдалился, оставив её наедине с тревогой. Руки крепко сжимали руль, костяшки побелели. Она не помнила, как миновала поворот к Ла-Пуш, не обратила внимания на светофор у перекрёстка — всё происходило как в тумане. Только одна мысль билась в голове снова и снова: "С ней должно быть всё в порядке. Белла сильная. Она просто упрямая и неуклюжая. Это точно что-то незначительное. Может, синяк... может, просто испуг..." Моргана редко позволяла себе настоящую панику — она была слишком рациональна, слишком хорошо знала, как работает страх. Но сейчас всё её естество кричало, как в детстве, когда Беллу увозили прочь от неё. "Я уже теряла её однажды. Не снова. Не так." Когда впереди замаячил силуэт городской больницы Форкса, сердце Мори ухнуло вниз. Она резко затормозила у самого входа, так что шины жалобно взвизгнули по мокрому асфальту. Не закрыв как следует дверь машины, она выскочила под дождь и почти бегом направилась внутрь. Сквозь стеклянные двери больницы пахло антисептиками, стерильностью и чем-то... тревожным. Моргана влетела на ресепшн, глаза метались, пальцы подрагивали. — Изабелла Свон. Где она?! — голос срывался от волнения, но в нем звучала стальная решимость. Медсестра без колебаний указала направление, даже не спросив документов. — Она в приемной палате, с ней все хорошо, — мягко ответила та. — Прямо направо, первая дверь. Моргана кивнула, чувствуя, как ком тревоги постепенно сжимается в груди, и поспешила в указанном направлении. Старшая Свон ворвалась в палату, сердце колотилось так, что казалось, слышно было даже сквозь стены. Увидев Беллу, сидящую на кушетке, Моргана сразу бросилась к ней, охватив плечи сестры крепкими объятиями. — Беллз, — громко произнесла она, голос дрожал от волнения, — как ты? Белла устало подняла глаза, слабая улыбка коснулась губ. — Чарли уже звонил тебе? — тихо спросила она, — Разумеется, — пожала плечами Мори, краешком глаза заметив, как в палату тихо вошёл шериф Чарли Свон. Она сделала вид, что не замечает его, повернулась к окну, стараясь скрыть свои чувства. Но взгляд Чарли, полный тревоги и беспокойства о Белле, заставил сердце Морганы сжаться. Эта отцовская любовь была для неё чужда — Чарли всегда держался от неё на расстоянии, словно боялся самой её сущности. Теперь же, наблюдая за ним, она впервые увидела в нём настоящую заботу и боль. Возможно, Моргана еще бы стояла так, погружённая в водоворот эмоций и воспоминаний, но вдруг её пронзил голос — тихий, но одновременно полный силы и удивительной близости, словно эхо давно забытого сна. — Говорят, тут дочь шерифа, — произнес он спокойно, но в словах звучала непоколебимая уверенность. Сердце Морганы застучало громче, дыхание сбилось, и в груди забурлило странное тепло и тревога одновременно. Она обернулась, и перед ней возник тот самый силуэт — тот самый человек из её сновидений. Его глаза, глубокие и проницательные, словно видели всё её прошлое и будущее, и в них таилась неуловимая загадка, заставлявшая душу дрожать. На миг мир вокруг словно замер — время растянулось, воздух стал плотным, наполненным ожиданием чего-то важного, и Моргана почувствовала, как что-то в ней, давно спящее, начало пробуждаться.