Выбор за тобой.

Эй, здрасте, что ли. Добро пожаловать в мою Санта-Барбару. Черт бы побрал этот телефон! Да как его вырубить-то! Я Вайлет Байерс. И это моя долгая, мучительная история о болезненной привязанности. О любви и чертовски трудном решении. Кем мне быть – сукой или… сукой? Но не будем гнать лошадей. Начнем сначала. С той самой точки, откуда и вырос этот мучительный выбор. Ночная жизнь на Внешних Отмелях била ключом, взрываясь музыкой, танцами и пьяными воплями. Я стояла на террасе, разглядывая эту вакханалию, и тупо держала в руке пластиковый стаканчик с чем-то красным. Вроде вино. Мне было до тошноты тоскливо. Только что разругалась с Киарой из-за того, что все еще общаюсь с этой Сарой Кэмерон. Тяжелый осадок давил на грудь, и я чувствовала себя абсолютно лишней. Раньше бы не парилась, просто напилась бы и забыла, а тут – нет. Что-то сломалось во мне. Знала бы я, что меня ждет впереди, ни за что бы не свернула с этого пути. В последнее время все чаще думаю о смерти. Она кружила где-то совсем рядом. Мои друзья вляпались в расследование убийства, а я молчала, поджав губы. Не люблю я эти детективные игры, никогда не любила. Думаю о том, каково это – убить? Легко или тяжело? Мне кажется, если бы я направила дуло пистолета на человека, сразу бы начала думать о его семье, о детях, может быть. Что они почувствуют, когда увидят труп родного человека. Жутко становится. Но мое любопытство оказалось сильнее. Я то и дело приставала к знакомым с вопросом: «Как это – убить человека?» Сара тогда посмотрела на меня с недоумением, как на дуру, и посоветовала больше не пить. Кэлс просто расхохотался и заявил, что он с легкостью прикончит кого угодно. Но я-то знала, что это все чушь. Пустые слова, как вода. Топпер, как ни странно, задумался больше всех. Выглядел серьезным и обеспокоенным. Но ответил, что не знает и знать не хочет. Я надула губы, потому что никаких ответов так и не получила. Но потом врезалась в чью-то широкую грудь, подняла глаза и замерла от ужаса. Рейф Кэмерон. Хотелось просто развернуться и убежать, но что-то заставило меня задать ему тот же самый вопрос, который, казалось, остановил его сердце. Его челюсти сжались, дыхание участилось, словно он только что пробежал стометровку. — Откуда ты знаешь? – прошипел он сквозь зубы. В его взгляде читалось раздражение и отчаяние. Кажется, мое сердце тогда рухнуло куда-то в пятки. И он понял по моему растерянному лицу, что я просто спросила. Но в голове уже вовсю крутилась мысль: вот оно! Я все разгадала одним-единственным вопросом! Нужно рассказать Джону Би. А нужно ли это ему? Нужно ли это мне? Ведь Рейфа я знаю с самого детства. Кэмероны – друзья нашей семьи, они тесно общаются. Рейф прижал ладонь ко лбу и нервно закусил губу. Затем схватил меня за запястье и потащил куда-то. Я чуть не упала. Оказались мы в какой-то серой комнате. Я огляделась. И тут услышала, как он закрыл дверь на замок. Дыхание перехватило. Неужели он решил избавиться от свидетеля? Кэмерон просто сел на кровать, оперся локтями о колени и опустил голову на руки. И тут я по-настоящему задумалась: а стоит ли рассказывать все друзьям? У Рейфа и так была несладкая жизнь, он рос без заботы родителей. И сейчас я впервые видела его таким… жалким? — Не смей… – его голос сорвался на хрип. Честно, я даже подпрыгнула от страха. Одно осознание того, что я жила рядом с убийцей, заставляло легкие гореть. – Никому об этом не говори, Вайлет. Он поднял на меня свои красные от слез глаза. Плачет? В этот момент мир перевернулся. Сердце пропустило несколько ударов. И я поняла, что это значит. Но не хотела знать. Я кивнула, но не ушла. Просто смотрела на него. Бессознательно? Или… мне просто хотелось? Комната казалась склепом, где похоронены тайны. Его мольба повисла в воздухе, словно проклятье. Я стояла, как парализованная, между долгом и сочувствием. Рейф, этот надменный Кэмерон, превратился в сломанную марионетку, дергающуюся на нитях отчаяния. — Я не могу обещать, – прошептала я, голос дрожал, как осенний лист на ветру. — Это слишком серьезно. Его взгляд – раненый зверь загнанный в угол. — Тогда я все потеряю, Вайлет! Все! — Слова врезались в меня, как осколки стекла. Я знала, что он имел в виду. Семью, репутацию, жалкое подобие нормальной жизни, которое он так отчаянно цеплялся. Но что насчет Джона Би? Что насчет справедливости? Они же мои друзья ... В голове бушевал шторм противоречий. Рейф, мой враг, но и… человек? " — Дай мне время, – выдохнула я, чувствуя, как предаю всех. — Мне нужно подумать. Он поднял голову, в глазах мелькнула надежда, как слабый луч солнца сквозь грозовые тучи. — Только не говори никому. Прошу. Я вышла из комнаты, словно из преисподней, неся на плечах груз чужой вины. Ночная жизнь Внешних отмелей продолжалась, не подозревая о драме, развернувшейся за закрытыми дверями. А я знала, что мой выбор определит все: спасу ли я убийцу или стану орудием правосудия. Дилемма, словно острый клинок, рассекала мою душу.