Искра Хаоса "Ключ"

Хмурое, тяжелое утро нависло над Красным Фонтаном. Небо было свинцовым, словно впитавшим всю гарь и напряжение прошлых дней. В столовой спецов витал нездоровый дух. Брендон яростно ковырял вилкой омлет, будто это был лично Ривен. Скай пил кофе, его лицо – каменная маска, но напряжение в скулах выдавало бурю внутри. Тимми копался в планшете, под глазами – фиолетовые тени бессонной ночи. Хелия молча наблюдал за всеми, его острый, как скальпель, взгляд скользил по лицам. «...и этот придурок из патруля, представляешь, – Брендон швырнул вилку с лязгом, – заявил, что мой «Буревестник» слишком вычурный для сектора Дельта-7! Да я бы ему показал вычурность! На той орбите ветерок приличный, мог бы развернуться так, что он бы...» «Брендон, – Скай поставил кружку. Звук был тихим, но Брендон замолчал. – Ешь. Через двадцать минут в ангаре. Полная проверка систем «Феникса» перед вылетом на Гамма-12. Ривен не явился на вчерашний разбор и сейчас отсутствует. Добавим это к списку вопросов». Голос Ская был гладким, как лезвие, и холодным, как лед Андорса. «Наверное, похмеляется после своего вчерашнего цирка», – язвительно бросил Брендон, но послушно взял вилку снова. Воздух гудел невысказанным: «Где он? И что с ним?» Тем временем в Парке Алфеи завтрак Винкс был омрачен гнетущей тишиной, исходившей от Музы. Она сидела, отодвинув тарелку с яркими фруктами, и смотрела в окно на серое небо. Ее пальцы нервно перебирали край скатерти. «Муз, он же жив, – осторожно начала Флора, кладя теплую руку ей на плечо. – Сигнал его коммуникатора… ну, выключен, но это не значит ничего плохого. Может, батарея...» «Он не отвечает, – прошептала Муза, голос ее был едва слышен. – И вчера… он был как незнакомец. Зверь. Я его не узнала», – она содрогнулась. «Может, ему просто нужно время? – предположила Стелла. – Чтобы остыть? Прийти в себя?» «Время? – Муза горько усмехнулась. – Время для чего? Чтобы остыть? Или чтобы… извиниться? – она сжала кулаки. – Он обещал объяснить! Еще на острове обещал! А вместо этого...» «Муза, дорогая, – бархатный голос разрезал тягостную тишину. Тревор подошел к их столику. – Не терзай себя, пожалуйста. Он сделал свой выбор. Очень… разрушительный выбор. Для всех. Но больше всего – для тебя, – его взгляд был полон подобострастного сочувствия. – Шок после вчерашнего… инцидента… Это естественно. Ты заслуживаешь покоя. Стабильности. Позволь мне помочь? Прогулка по новой оранжерее? Там расцвели редкие лунные лилии...» Муза отвернулась. «Нет, Тревор. Спасибо. Мне… действительно нужно побыть одной». «Эй! – вдруг вскочила Блум. – А давайте махнем к мальчишкам? В Красный Фонтан? Просто… проведать? Может, у них новости какие про Ривена? Или просто развеемся!» – ее идея упала на благодатную почву. Муза, после секундного колебания, кивнула. Ангар Красного Фонтана гудел привычной утренней суетой, когда туда вошли спецы после завтрака. Скай направился к своему «Грифону». Брендон, все еще ворча, направился к своей площадке. Он шел, рассеянно глядя под ноги, и поднял голову только в паре метров от места. И замер. Площадка была пуста. Совершенно пуста. «Эй… – Брендон обернулся, лицо его начало стремительно терять цвет. – Ребята? Где… где мой корабль?» Тимми, шедший следом, замер. Скай резко обернулся. Хелия нахмурился. «Может, техники куда откатили? – неуверенно предположил Тимми, лихорадочно тыкая в планшет. – Нет… нет записи! И сигнал маяка… нет сигнала! Совсем!» «Что?! – Брендон рванулся к Тимми, оттолкнув его. – GPS… транспондер… ВСЕ ВЫРУБЛЕНО! Как?! КАК ОН СМОГ?! – он оглянулся на пустоту, потом на Ская. Понимание, страшное и яростное, проступило на его лице. – ЭТО ОН! РИВЕН! ОН СПИЗДИЛ МОЙ «БУРЕВЕСТНИК»!» Именно в этот момент в ворота ангара вошли Винкс. Они замерли, оглушенные диким воплем Брендона, который рванулся к Скаю. «ГДЕ ОН?! ГДЕ МОЙ КОРАБЛЬ, СКАЙ?! ГДЕ ЭТОТ ГРЕБАНЫЙ ЗОМБИ?! Я ЕМУ ГОРЛО ПЕРЕРВУ!» – Брендон был багровым, слюна брызгала изо рта. Скай схватил его за предплечья с силой. «Успокойся! Мы найдем!» «УСПОКОЮСЬ?! МНЕ СПИЗДИЛИ ЛАМБОРГИНИ КОСМОСА! ЭТОТ ПСИХ! ОН ОПАСНЫЙ УРОД! ЧТО ДАЛЬШЕ?! КОГО ОН УБЬЕТ?!» – он пнул ящик с инструментами. «Брендон, – тихо, но твердо прозвучал голос Хелии. – Может… может, у него была причина? Очень веская? Может, он в беде?» «В БЕДЕ?! – Брендон закатил глаза. – ОН УКРАЛ МОЙ КОРАБЛЬ! ВЫРУБИЛ ВСЕ ТРЕКЕРЫ! КАКАЯ, НАХУЙ, БЕДА?! ОН БОЛЬНОЙ! ОПАСНЫЙ! ОН УГРОЗА! ДЛЯ ВСЕХ!» Муза, замершая в дверях, услышала это. «Украл... вырубил трекеры... опасен... угроза...» Слова вонзились в нее. Она увидела пустую площадку, ярость Брендона, гнев Ская, панику Тимми, сдержанную тревогу Хелии. Последний мостик доверия рухнул. Ривен предал. Он был где-то в космосе, вооруженный и непредсказуемый. Винкс попытались вмешаться, но атмосфера была накалена. Диалоги получились обрывистыми, нервными. Вскоре все разошлись: спецы – погрузились в поиски, Винкс – молча вернулись в Алфею. Муза шла, не чувствуя ног. Сознание вернулось к Ривену, принеся с собой ад. Голова раскалывалась. Тошнота стояла комом в горле. Он лежал в кресле пилота «Буревестника». Перед ним плыли гигантские глыбы камня в черной пустоте. Пояс Ориона. «Ч-черт…» – прохрипел он. Память возвращалась: бар, драка, боль, ангар, его разбитый «Ястреб», пьяная ярость, чип доступа, рев чужого двигателя... Корабль Брендона. Волна стыда и ужаса накатила. «Что я наделал?!» Но тут же вырвалась ярость. «Нет! Они виноваты! Не понимают! Против меня! Я ДОЛЖЕН найти Ключ! ТОГДА поймут. Набу...» Он нашел обезболивающее, проглотил, запивая. Вбил координаты. Несколько часов сканирования. И вот он – слабый сигнал. «Игольное Ушко» – уродливая станция-платформа, врощенная в гигантский астероид. Примитивные доки, следы сварки, тусклый свет. Банда. Контрабандисты, грабители, азартники – рядом маячил потрепанный транспортник казино-баржа. Ярость вспыхнула. Эти твари могли что-то знать. Он не стал скрываться. «Буревестник» с ревом вынырнул и разнес шлюзовые ворота точным выстрелом. «ВЫХОДИТЕ, ТВАРИ! ИЛИ ВЫРЕЖУ ВСЕХ ПОД КОРЕНЬ!» – его голос, искаженный гневом, прорвался на общую частоту. Хаос. Паника. Несколько корявых истребителей взлетели – «Буревестник» разнес их в щепки. Ривен в доспехах и с клинком ворвался через пробоину. Началась бойня. Он не щадил. Рубил, стрелял, ломал. Его крики сотрясали коридоры: «ГДЕ ЭТО?! ГДЕ АРТЕФАКТ?! КЛЮЧ ВИДЯЩЕГО! ГОВОРИТЕ!! КУДА ВЫ ЕГО ДЕЛИ, ТВАРИ?!» Он врывался в каюты, сметал столы в баре, хватал бандитов, тыча дулом в лицо. Ответы: паника, непонимание, брань. Никто не знал ни о каком Ключе. Просто дыра. Через час станция затихла. Дым, гарь, запах крови. Трупы. Перепуганные, забившиеся по углам выжившие – контрабандисты, проститутки, мелкие игроки. Ривен стоял посреди ада, созданного им самим, тяжело дыша. Пусто. Никаких следов артефакта. Никакой информации. Только страх и смерть. «Херня полная! – выдохнул он хрипло, снимая шлем. Пот заливал лицо. – Ни хуя полезного!» Он провел на «Игольном Ушке» два дня. Жил в захваченной каюте главаря – воняло потом, дешевым табаком и кровью. Спал урывками, с клинком под рукой. Ел консервы из запасов банды – безвкусную бурду. Искал информацию: допрашивал выживших, копался в кривых записях на потрепанных терминалах, обыскивал тайники. Нашел немного кредитов, оружие, наркотики. Ни намека на древний артефакт. Только подтверждение: это была помойка, а не логово хранителей тайн. Его ярость сменилась липким, похмельным отчаянием и презрением к себе. Он украл корабль, устроил бойню... ради ничего. Тем временем напряжение в Красном Фонтане достигло предела. Брендон метался как тигр в клетке. Его ярость из-за украденного «Буревестника» не утихала, а только росла. Каждый час без вестей – новый виток криков и обвинений. Тимми вымотался в ноль, безуспешно пытаясь пробить глушение или найти хоть случайный след. Скай был мрачен и молчалив, его приказы отдавались сквозь зубы. Хелия наблюдал, его обычная сдержанность граничила с ледяной яростью. В Алфее Тревор активизировал «заботу». Он «случайно» встречал Музу у библиотеки, в столовой, приносил изысканные, но ненавязчивые подарки (редкую книгу нот, чай из успокаивающих трав). Его слова были мягкими, полными понимания и намеков: «Видишь, к чему приводит его одержимость?», «Ты сильная, ты переживешь это», «Я восхищаюсь, как ты держишься». Он ловил момент, когда Муза выглядела особенно потерянной. Муза держалась формально, как с другом, но его слова, как яд, капали в трещины ее уверенности. Она скучала по Ривену дико, мучительно, но страх и обида были сильнее. Он не отвечал. Она взяла коммуникатор, пальцы дрожали. Написала: «Где ты? Что происходит? Отзовись, пожалуйста. Я так волнуюсь». В Поясе Ориона, на борту «Буревестника», Ривен увидел сообщение. Сердце сжалось. Ее имя. Ее тревога. Он увидел ее лицо – испуганное, разочарованное, в момент, когда она сказала: «Не могу смотреть на тебя». Стыд и тоска ударили с новой силой. Он не мог объяснить. Не сейчас. Не когда все пошло прахом. Но он не мог молчать. Он набрал ответ, пальцы неуклюже тыкали в клавиши: Ривен: «Поверь мне, я хочу как лучше. Как только все проверю – объясню. Обещаю. И Муз… держись подальше от Тревора. Ты только моя. Только моя». Он отправил, не читая, и снова уставился в багрово-черную пустоту Пояса. Его «как лучше» пахло кровью, воровством и отчаянием. Он не знал, верит ли в это сам. Два дня на помойке «Игольное Ушко» ничего не дали. Только грязь, страх и пустоту. Тратить время здесь дальше было безумием. Как и лететь куда-то еще на украденном «Буревестнике». Путь был один – назад. В самое пекло. Мысль о возвращении вызывала тошноту хуже самого крепкого похмелья. Он представлял лица: ярость Брендона, ледяной гнев Ская, страх и осуждение Тимми, холодное разочарование Хелии... И Муза. Ее глаза, полные ужаса и вопроса «Почему?». Но бежать было некуда. И Набу ждал. Он завел двигатели «Буревестника». Корабль, израненный стычкой с истребителями бандитов, заурчал протестующе. «Держись, красавец, – пробормотал Ривен, не обращаясь к кораблю, а скорее к самому себе. – Последний прыжок. Прямо в жопу льву». Он ввел координаты Красного Фонтана. Гипер-двигатель взревел, втягивая корабль в мерцающий туннель не-пространства. Ривен сидел в кресле, сжав кулаки. Он морально готовился к пиздецу. К крикам, обвинениям, возможно, к кулакам. К тому, что его могут выгнать. Или сдать властям. Он заслужил это все сполна. Но он должен был вернуться. Ради шанса. Ради Набу. Ради... возможности хоть что-то попытаться объяснить Музе. Пусть это будет последний шанс. Ангар был погружен в полумрак, освещенный лишь аварийными лампами. Гул систем жизнеобеспечения был единственным звуком. Спецы не спали. Брендон шагал вдоль пустой площадки, как зверь в клетке, его лицо было искажено ненавистью. Скай стоял у терминала, его поза была напряжена, как у пружины. Тимми дремал, склонившись над клавиатурой, но тут же вздрагивал. Хелия неподвижно сидел в тени, его глаза, казалось, не мигали, следя за пустотой шлюза. Внезапно на главном экране замигал тревожный сигнал. «Входящий корабль! – Тимми вскочил, снося наушники. – Сигнал… сигнал «Буревестника»! Он… он включил транспондер! Идет на посадку!» «ГДЕ?!» – взревел Брендон, кидаясь к экрану. «Прямо к нам! – Тимми тыкал пальцем в точку на схеме. – Высота снижается… скорость… стандартная для захода!» Скай не сказал ни слова. Он просто развернулся и пошел к центральной посадочной платформе. Его шаги гулко отдавались в тишине. Брендон рванул следом, лицо багровело. Хелия встал, как тень, двинувшись за ними. Тимми, запинаясь, последовал. Они выстроились у платформы – Скай спереди, Брендон чуть сбоку, дыша, как бык, Хелия и Тимми чуть позади. Никто не говорил. Воздух гудел от напряжения. Снаружи послышался нарастающий гул двигателей, затем шипение тормозных маневровых сопел. Через шлюз, в свете прожекторов, медленно, с подозрительной осторожностью, вплыл «Буревестник». На корпусе виднелись свежие подпалины, вмятины от попаданий, местами была сорвана обшивка. Корабль мягко коснулся шасси платформы. Двигатели затихли с протяжным шипением. Люк с шипением открылся, выпустив клубы пара. На выдвижном трапе появилась фигура. Ривен. Он выглядел хуже, чем когда улетал. Лицо землистое, под глазами – синяки усталости, сливающиеся в черные круги. Одежда – та же, что и при отлете, но еще более грязная, местами прожженная. Он медленно спустился по трапу, его шаги были тяжелыми, но не шатающимися. Он остановился в метре от Ская, поднял голову. Его взгляд скользнул по лицам: ярость Брендона, ледяная маска Ская, шок Тимми, нечитаемый взгляд Хелии. Он ждал. Готовый ко всему. Первым взорвался Брендон. Он не заорал. Его голос был низким, хриплым от сдерживаемой месяцами (а казалось – годами) ярости. Он сделал шаг вперед, пальцы сжались в кулаки так, что костяшки побелели. «Ну что, зомби? Нагулялся? На моем корабле? – он кивнул на израненный «Буревестник». – Вид у тебя... как будто тебя прожевали и выплюнули. И корабль мой в таком же виде, – Брендон сделал еще шаг. Расстояние между ним и Ривеном сократилось до полуметра. – Ты знаешь, что я с тебя сейчас сниму, ублюдок? Шкуру. По кусочкам. Ты живым отсюда не выйдешь». Ривен не отступил. Он встретил взгляд Брендона. В его глазах не было страха. Только усталость, пустота и готовность. «Делай, что хочешь, – хрипло сказал он. – Корабль твой. Я вернул». Скай поднял руку, резко останавливая Брендона, который уже занес кулак. Его голос был тихим, но резал, как нож. «Не сейчас. Не здесь, – он смерил Ривена взглядом, полным презрения и какого-то ледяного разочарования. – Твой корабль, Ривен, был конфискован после твоей первой выходки. Этот – ты украл. Ты предал доверие. Ты предал команду. Ты – угроза, – Скай сделал паузу, давая словам висеть в воздухе. – Ты сдаешься добровольно? Или мы будем брать тебя силой?» Хелия, наблюдавший молча, скользнул взглядом по подпалинам и вмятинам на «Буревестнике», потом по изможденному лицу Ривена. В его глазах мелькнуло нечто, похожее на понимание, но жесткое, без прощения. «Он был в мясорубке, – тихо констатировал Хелия. – И выжил. Но это ничего не меняет.» Ривен стоял посреди кольца враждебных взглядов, под ярким светом ангарных прожекторов. Путь назад был отрезан. Путь вперед – вел в неизвестность, возможно, в тюрьму или изгнание. Он кивнул, коротко и резко. «Я сдаюсь», – эти два слова прозвучали как приговор самому себе. Глава закончилась. Пиздец только начинался.