Chapman Red

      Дурное знамение — весь день в этом городе. Дождь то начинается, то заканчивается, а зонта никто с собой не взял. Никто и не знал, что можно взять зонт, ведь каждого, кого видит Гу Ман, прячет капюшон. Разве покажут эти люди свои глаза? Кто-то да. Девочки, вот, показывают, хоть и промокли. Сидят, щебечут на лавочках, словно воробьи. Не они радуют — пачка сигарет, купленная на последние деньги. “Мо Си бы расстроился,” — маячит мысль в голове, прежде, чем провалиться в бездну. Её заменяет шум из незначительности. Всё не так плохо, пока он может отвлечься.       Гу Ман на качелях, и он закуривает там же. Детей нет, тучи съели солнце, которое выманивает их. Во дворе сейчас только люди, у которых есть причины прятать глаза. И также много глаз, которые хотят уловить чужой взгляд, словно в нем можно что-то найти. Гу Ман нервно озирается, пытаясь найти того, кто ловит его взгляд. Он плохо видит, поэтому не замечает взгляда в упор. Грязь стекает в лужу вместе с каплями дождя, задержавшимися невзначай на куртке. Гу Ман тушит сигарету о холодный металл, но не бросает на землю — несет до мусорки, словно за ним кто-то следит.       Он вступает в беседу с девочками-воробьями. Гу Ман всегда нравился им: весёлый и шумный, он составлял конкуренцию тучам по тому, кто затмит солнце. Сигареты из его пачки разлетаются быстро — день сразу становится мрачнее. А когда чужие глаза приближаются к их компании, у Гу Мана трясутся руки. Никому не нравится Мужун Лянь, но девочки-воробьи не бросаются врассыпную при виде кота, заинтересованно всматриваясь в огонек в его руках. Он медлительно тянет чапман и воробушки тянутся к огоньку. Гу Ман потирает руку — старый ожог вдруг напомнил о себе.       Девочки-воробьи быстро понимают, что они связались с котом. Они боятся обжечься об огонёк. Чирикают. Прячут глаза. Разбегаются. Гу Ман останется с Мужун Лянем наедине. Он не помнит, не является ли воробьем, поэтому вздрагивает. А глаза у Ляня правда кошачьи — узкие и холодные. Огонёк тухнет и Гу Ману становится легче. Теперь и он тянется к Мужун Ляню, неловко забирается на лавочку, на коленях склоняясь к человеку-коту по другую сторону. Облизывается, словно желая о чем-то сообщить этим движением.       Губы Мужун Ляня трогает холодная улыбка. Гу Ман тянет руку, чтобы пальцами коснуться её, но на пути встречается пачка сигарет. Чапман Ред. Он всегда курит только их, как будто в этом есть какая-то острая необходимость. Гу Ман подозревает, что не в сигаретах дело: уж больно тихий Мужун Лянь. Пачка полупустая — две сигареты, одна из которых принадлежит Гу Ману по праву подачки. Он берёт перевернутую. Привык питаться подачками от кошки, поэтому без стеснения поджигает сигарету. Мужун Лянь выкинет неидеальный вариант, как когда-то вышвырнул Гу Мана. Так почему бы ему не выкурить эту сигарету…       Они молчат. Можно сосредоточиться на удовольствии от наполнении своих лёгких. Гу Ман ожидал почувствовать вишню, но у вечности вкуса нет — и, хоть, сигарета кончается, он чувствует в ней смутность времени. Взгляд Мужун Ляня расфокусированный, что заставляет Гу Мана задуматься над тем, что творится в чужой голове. Он не может уловить ни одной мысли, поэтому смещает свой фокус на чужие губы. Странно красные, будто от мороза, они, верно, имеют вкус вишни. В отличие от сигареты, которую они иногда сжимают для долгой затяжки. Мужун Лянь курит странно: тянет много, но почти не выдыхает. Гу Ман облизывает губы, желая вкусить эту странность. Сигареты кончаются быстро, словно не существует времени, пока они растягиваются в тонких пальцах.       Он тянется к Мужун Ляню, хотя у него в руках больше не горит опасный огонек. Кажется, именно это привлекает Гу Мана, он не воробей, поэтому он не обманывается минутным теплом. Чувствуя, что кот может выпустить когти, он не думает о своей безопасности — склоняется через лавочку и касается алых губ в детском поцелуе. Не углубляя его, не надавливая, не настаивая, Гу Ман просто слизывает вкус сигарет с мягких губ. Мужун Лянь не отступает и не отталкивает. Казалось, он совсем не понимает, что происходит, но на плечо Гу Мана опускается рука без когтей. Он ожидает боли, но ничего не происходит. Поэтому не останавливается, сминает губы, тянется к языку, желая получить томительное никотиновое послевкусие. Но он увлекается, не замечая, как кот возмущается его смелостью. Не чувствует хватку на своем худом плече, поэтому и не останавливается.       Мужун Лянь толкает его в плечо, хоть сам не отходит. Он хмурит брови, этот кот, смотрит на него в ярости. Что-то заставляет Гу Мана глупо улыбнуться, когда он понимает, что девочки-воробьи всё видели. Мужун Лянь оглядывается, словно следом фиксируя эту мысль. Что-то в его лице меняется, откуда-то появляется фокус во взгляде, в нём же мелькает паника. Но Гу Ман останавливает её, хватая кота за руку.        — Встретимся за табачкой? — он не перестает улыбаться и облизывает губы. Мужун Лянь отвечает странным взглядом.