Зеркало кровавого Эдема

      Ночь окутала корабль своим бархатным покрывалом. Яркая луна, словно прожектор, заливала палубу серебристым светом. Нами, прищурившись, уверенно держала штурвал, чувствуя, как спокойный ветер ласково треплет ее рыжие волосы. Ничто не предвещало беды. Тишина, нарушаемая лишь плеском волн о борт, убаюкивала и успокаивала.       Внезапно, тишину разорвал душераздирающий крик, донесшийся из капитанской каюты. Сердце Нами подскочило к горлу. Не раздумывая ни секунды, она бросила штурвал и сорвалась с места, мчась к источнику ужаса.       Зоро.       Он стоял, словно каменная статуя, мрачнее самой ночи. Его лицо, обычно непроницаемое, сейчас выражало такую ярость, что Нами невольно отшатнулась. Он загораживал собой дверь в каюту, и его рука крепко сжимала рукоять меча.       Едва она сделала первый шаг в его сторону, Зоро молниеносно выхватил меч из ножен. Лезвие, блеснув в лунном свете, прижалось к ее горлу. Холод стали обжег кожу.       Крики изнутри становились все громче и страшнее. Они были полны боли и отчаяния. Нами казалось, что там, за этой проклятой дверью, режут Луффи, а этот зеленоголовый маньяк не просто стоит в стороне, а помогает убийцам. — Что ты делаешь? Ты же её накама! Как ты можешь стоять здесь, когда её убивают, ты, болван! — воскликнула девушка, её глаза наполнились слезами. — Там никого нет, кроме капитана. Тебе туда вход воспрещён. Неважно, что ты там услышишь, это не твоё дело. — Тогда почему она так кричит? — Это не имеет к тебе никакого отношения. Ты ещё не в её команде, чтобы знать всё. Луффи хочет, чтобы ты стала её накама. Но она не будет заставлять тебя, если ты сама не захочешь. Неважно, что после спасения твоей земли ты будешь плавать под её флагом. Пока ты сама не захочешь стать её накама, ни у меня, ни у неё не будет к тебе доверия. Тебе отдали приказ, и ты должна выполнять его. — Но, Зоро, она так кричит, будто ей кишки вырывают. А вдруг Багги пробрался на корабль и убивает её? — После того, что она с ним сделала, он ни за что сюда не сунется под страхом собственной смерти.       Тишина повисла в воздухе, густая и напряженная. Зоро медленно опустил меч, лезвие которого секунду назад угрожающе сверкало у бледной шеи. Девушка, стоявшая перед ним, опустила голову, пряча лицо за каскадом темных волос. Казалось, она вот-вот сломается под тяжестью невысказанных слов и скрытых слез.       Внезапно, тишину разорвал грохот, донесшийся изнутри комнаты. Дверь, скрипя петлями, медленно поползла в сторону, открывая взгляду жуткую картину.       Из полумрака вышла Луффи.       В зубах она крепко сжимала недокуренную сигарету, от которой поднималась тонкая струйка дыма. Волосы, обычно собранные в небрежный хвост, сейчас торчали во все стороны, словно их кто-то безжалостно выдрал. Одежда насквозь промокла, липла к телу, выдавая тяжёлую ночь. Но хуже всего был ее взгляд.       В глазах Луффи плескалась ярость, такая обжигающая и всепоглощающая, что, казалось, она могла испепелить все вокруг. Она была на грани. Готова убить любого, кто посмеет встать у нее на пути.       Остановившись перед Зоро и Нами, Луффи окинула их ледяным взглядом. В нем не было ни тени привычной беззаботности, только требование. Требование объяснений. — Луффи-сан, с вами всё в порядке? — спросила Нами, стараясь не выдать своего страха. — Не могу заснуть. Зоро, будь добр, перенеси к штурвалу столик и стулья. А затем ложись спать и набирайся сил — это приказ! — сказала Луффи, прежде чем скрыться в каюте. — Простите, что нарушила ваш приказ, — произнесла Нами с неуверенностью, её страх был очевиден. — Ты идёшь со мной, — сказала Луффи, появившись вновь с одеждой и тазиком в руках.       Девушки подошли к штурвалу в полном молчании. Окружающая тишина словно давила на уши, предвещая надвигающийся шторм.       Луффи, положив свою одежду на стол, взяла старый, но все еще прочный таз и, протянув руки за борт, набрала ледяную воду. Не обращая внимания на пронизывающий ветер, она сбросила одежду. Нами, отвернувшись, крепко ухватилась за штурвал, ее костяшки пальцев побелели от напряжения.       Монки, облившись ледяной водой, вздрогнула от неожиданного холода. Капли стекали по ее лицу, смешиваясь с солеными брызгами. Она подошла к столу и, взяв полотенце, принялась яростно вытираться. — Вы не боитесь, что Зоро увидит вас голой? — спросила Нами. — Во-первых, он знает, что случится с любым, кто попытается прикоснуться ко мне без моего разрешения, если это не связано с дракой. Я имею в виду тех, кто считает себя извращенцем. Он мой друг, и даже если увидит меня голой, то не скажет и не подумает ничего плохого. Он просто даст мне свою одежду, чтобы я могла прикрыться. Но если бы на палубе оказался какой-нибудь негодяй, который захотел бы полюбоваться на меня, я бы вырезала ему глаза без анестезии. — Понятно. Можно задать вопрос? — Чтобы ты там ни услышала, это не твоя проблема. На первый раз прощаю, но в следующий я тебя убью, так что делай вид, что ничего не слышишь. — Простите меня, мне казалось, что Багги решил отомстить вам, а Зоро охранял дверь. — Сейчас твоя задача на этом корабле — крутить руль и плыть туда, куда мы направляемся. Неважно, кричу ли я по ночам, убиваю ли человека или делаю что-то, чего нормальный человек не делает. Сейчас это тебя не касается. Ты будешь плавать под моим флагом только тогда, когда я выполню твою просьбу. Так что наши с Зоро дела тебя не должны волновать. Я не буду заставлять тебя вступать ко мне насильно. Но ты сама сказала, что вступишь, и это расплата за помощь. Если же ты откажешься от своих слов после того, как я выполню свою часть уговора, я тебя не убью. Но я сделаю так, что ты при всём своём желании не сможешь плавать в море. Я приму тебя только тогда, когда ты сама этого захочешь. Не потому что ты обязана, а потому что хочешь. Мне не нужны люди в команде, которые не будут выполнять мои приказы. Которые не хотят становиться сильнее, у которых нет собственной цели. — Луффи-сама, а как попал к вам Зоро? — Я спасла его от дозорных. Он не хотел вступать ко мне, потому что считал меня слабой девушкой. Я доказала ему обратное. Пока ты не докажешь, что ты сильная, неважно, духом или телом, он тебя не примет. Даже не придет к тебе на выручку. Он будет тебя защищать только потому, что сейчас у нас договор. И всё. В его обязанности не входит кормить, одевать и успокаивать тебя, пока ты плачешь. Он не обязан кому-либо подтирать задницу.       Они сидели в тишине, но девушки даже не подозревали, что Зоро был рядом и всё слышал. Он лег спать, как велела капитан, но их тихие разговоры разбудили его. Чем больше он слушал, тем яснее понимал, что его капитан — поистине замечательный человек.       Прочитав журнал Луффи, Зоро узнал почти всю её жизнь от начала до конца. Она пережила столько боли, что он не смог бы этого вынести. Каждая строка была пропитана слезами. Зоро осознавал, что девушка перед ним уже не та, что была описана в журнале, и что он сам не тот Зоро, которого она знала.       Для неё этот мир пока ещё был чужим, но парень решил сделать всё возможное, чтобы ей здесь было хорошо. Даже если капитан сейчас относится к Нами не так, как раньше, он знал, что Луффи не допустит, чтобы с ней что-то случилось. А он, Зоро, постарается адаптироваться к ситуации.       Она была права, когда говорила, что он не обязан заботиться о них. Но он знал слишком многое, поэтому его решение было таким. Что бы ни случилось, он сделает всё возможное, чтобы не допустить гибели людей, которых она знала.       Утро началось с радостного возгласа Нами, которая сообщила, что впереди земля. Зоро и Луффи отправились на нос корабля, чтобы увидеть долгожданную сушу. Луффи была погружена в свои мысли, вспоминая всех, кто когда-либо посещал этот остров. Что-то её беспокоило, но это было вполне ожидаемо.       Как и в прошлый раз, над кораблем пролетела чайка, держащая в клюве газету. Луффи тут же поймала птицу, бережно взяв газету в руки. Она направилась на кухню, призывая остальных присоединиться к ней.       Зоро, как обычно, уже приготовил завтрак на троих. Рядом с горячим чаем лежала пачка почти закончившихся сигарет. Однако, когда они сели за стол, привычная тишина исчезла. Нами начала рассказывать о том, какой чудесный остров их ждёт впереди.       Луффи прервала её одним лишь словом: «Молчать». Как только еда была съедена, она закурила сигарету и сделала глоток чая. — Первое правило этой кухни: во время еды соблюдаем тишину. Говорить начинаем, когда все спокойно поедят, и не встаём из-за стола, пока я вас не отпущу. Второе правило: каждый убирает за собой сам, здесь нет прислуги, чтобы оставлять тарелки с едой. Третье правило: никакой лишней болтовни, пока я не расскажу о делах на день. Всем всё понятно? — Луффи строго посмотрела на своих товарищей, и те молча кивнули. — Нас станет больше, поэтому как только мы спустимся на землю, нам нужно будет закупиться. Нами, поскольку ты говорила, что это чудесный остров, значит, ты либо бывала здесь, либо слышала о нём. В любом случае, ты займёшься закупкой. Еду покупай на своё усмотрение, сколько пожелаешь, но перед этим я дам тебе список. Ты должна будешь купить всё, что там написано, в первую очередь. Если чего-то не будет, не так важно. Зоро, ты идёшь с ней, потому что она одна не утащит всё. Как только закончите, идите на корабль и не высовывайтесь, пока меня нет на корабле. Если появятся гости, убей их. Если они будут сильнее, хватай Нами. Затем бегите к самому высокому зданию. — Луффи-сама, а как же корабль? — спросила Нами. — Бросьте его. Ваши жизни важнее корабля. — Капитан, а что будешь делать ты? — спросил Зоро. — Я постараюсь найти стрелка. Кстати, твои раны уже зажили? — Всё в порядке. Вы хорошо позаботились. — И так, народ, можете идти готовиться.       После завтрака команда начала собираться и готовиться к путешествию. Луффи всё это время стояла на верхушке мачты и смотрела на остров, который не изменился. Нами пришвартовала корабль к берегу, и только тогда девушка спустилась к своим друзьям.       Схватив их за талии, Луффи одним стремительным и растянутым шагом перенесла их на остров. Они разделились, и каждый отправился по своим делам. Вдруг издалека донесся крик о пиратах.       Луффи сразу узнала этот голос и, гордо шагая по деревне, направилась навстречу к нему. Однако, когда она подошла ближе, её поразило, насколько мрачными были местные жители. Они ходили с опущенными головами, и это показалось ей странным.       Не теряя времени, Луффи схватила первого попавшегося человека и затащила его за угол. Он опустился на землю и заплакал, кланяясь ей и моля о пощаде. — Хватит ныть, я не убью тебя! А теперь успокойся и вытри сопли, и расскажи мне, что здесь происходит. Живо! — Слушаюсь, слушаюсь. Дворецкий самой богатой семьи оказался пиратом. Он убил хозяев и присвоил эти земли себе. Он уничтожил всех, кроме торговцев. — Ты знаешь человека по имени Усопп? — Да, его сделали рабом. Каждый день его заставляют убирать трупы убитых пиратами жителей деревни. — Как он стал рабом? — Говорят, дочь хозяев была ему дорога, но пират убил её прямо у него на глазах. — Понятно.       Ей было очень жаль Усоппа. В этом мире она не смогла помочь ему спасти деревню и чувствовала перед ним свою вину. Она не смогла спасти его любимую. За своими мыслями она не заметила, как подошла к дому. Во дворе сновали пираты, разрушая всё на своём пути.       Монки легко перепрыгнула через ворота и красиво приземлилась, будто фея, ступая на носочки. Люди оторвались от своих занятий и столпились вокруг неё. Ничего не сказав, она тут же начала драку.       Через пять минут вокруг неё валялись мёртвые тела. Девушка пошла дальше, разрушая с одной ноги здание. Внезапно перед ней появились два человека — Усопп и капитан пиратов. Первый был весь изранен, с ошейником на шее, а другой пылал яростью. Девушка не стала медлить и напала первой.       Она сильно избивала его, а затем просто проткнула его грудную клетку, вырвала сердце и раздавила его. Усопп стоял молча, а когда пират умер, он опустился на колени и заплакал. Луффи встала и выпрямилась, подошла к нему, ожидая, когда он посмотрит на неё. — Ты пришла захватить власть? — спросил Усопп хриплым голосом, в его глазах плескалась боль и ненависть. Луффи покачала головой. — Нет, я пришла за тобой. Я знаю, что случилось, и знаю, что ты ненавидишь пиратов. Но я хочу, чтобы ты стал моим накама. — Взгляд Усоппа вспыхнул яростью. — Пираты убили любовь всей моей жизни прямо у меня на глазах, а ты хочешь, чтобы я плыл под твоим флагом? С ума сошла?! Ебанутая сука! Таким грязным пиратам не стоит существовать! — кричал он во всё горло, его голос дрожал от пережитого горя. В глазах Луффи мелькнула тень. — Ты думаешь, что ты единственный, у кого убили на глазах любимого человека? Чтобы ты знал, моего брата сожгли заживо прямо у меня на глазах. Не любовь, которую можно найти заново, а брата, которого никто не заменит. Я тоже ненавижу пиратов. Но я пират, и у меня есть цель. А ты сидишь тут и гниешь. — В ее голосе звучала грусть, но и стальная решимость. Усопп сжал кулаки. — Для чего я тебе нужен, чтобы так же, как и они, издеваться надо мной?       Луффи посмотрела ему прямо в глаза. — Нет, я не стану издеваться над человеком ради забавы. Ты станешь моим накама, и когда-нибудь сможешь увидеть отца, а можешь стать великим, признай, у тебя есть мечта. Будешь со мной, и я во что бы то ни стало убью любого, кто помешает тебе достичь той цели, которая у тебя есть.       Ночь. Тихий ветер завывал над морем, унося вдаль маленькие волны. Луффи и Зоро сидели на палубе, пока Нами спала. Луффи рассказала Зоро о трагедии, случившейся в этом месте, и о боли, терзающей Усоппа. Зоро молча слушал, не задавая лишних вопросов. Сейчас они ждали.       Вскоре за бортом послышался шум и шуршание. Луффи кивнула, и Зоро пошел встречать незваного гостя. И так же, как и с Нами, Усопп стоял перед ней, его взгляд был полон решимости. Он согласился вступить в ее команду.