Молодые и дерзкие

Се Лянь уже второй час сидел в зале заседаний и слушал наискучнейший доклад кого-то из небожителей. Он с трудом сдерживался, чтобы не зевнуть и держать глаза открытыми. Сегодня утром ему так не хотелось вылезать из теплой постели, особенно, когда в ней лежит его драгоценный супруг, весь растрёпанный, зацелованный, и так откровенно трогает за чувствительные места. «Ооххх», — Се Лянь расплылся в сладкой улыбке, вспоминая, какое безобразие они творили ночью, хотя все начиналось с невинного «не желает ли гэгэ на десерт клубнику со сливками?». Вдруг он почувствовал, как его щеки что-то коснулось. Он скосил глаза — в воздухе зависла призрачная бабочка. Се Лянь протянул палец и легонько погладил лапки бабочки. Та встрепенулась, взмахнула крылышками и проскользила ко лбу Его Высочества. Невесомо опустилась чуть выше линии роста волос и замерла. В голове Се Ляня появилась размытая картинка, с каждой секундой приобретая четкость. «Гэгэ, этот демон очень сильно скучает», — изображение показало недовольное лицо Хуа Чэна. — «И чтобы гэгэ тоже заскучал, этот демон шлёт пламенный чмок», — он вытянул губы, изображение увеличилось, демонстрируя губы демона крупным планом. Изображение пошло рябью и исчезло. Се Лянь прикоснулся к губам, все ещё чувствуя на них вкус супруга. В голове начало проявляться новое изображение. Глаза демона были полуприкрыты, рот слегка приоткрыт. Красный кончик языка медленно обвёл сухие губы. «Ваше Высочество, этот демон жаждет получить от вас поцелуй вот сюда», — он постучал тонким пальцем на стыке шеи и челюсти. — «И вот сюда», — палец скользнул вниз по шее, очертил ключицы. На них виднелись красные пятна — почти сошедшие божественные любовные метки. Се Лянь сглотнул, вспоминая, как эти метки были поставлены. Ох, он тогда перебрал с цветочным вином и накинулся на своего супруга с обнимашками и жадными поцелуями. Картинка снова исчезла, сменяясь новой. Ракурс необычный. Виден живот Хуа Чэна и сведённые колени. В кадре показалась рука с чёрными, чуть удлинёнными когтями. Се Лянь до сих пор стеснялся того, что ему безумно нравилось, когда эти коготки царапали его плечи, спину, в особенности он дурел, когда дело доходидо до ягодиц. Когда острые кончики коготков впивались в упругие половинки, подгоняя и умоляя двигаться быстрее. Рука проскользила по красным одеждам и скрылась между сведёнными бёдрами. Послышался вздох и еле слышное «гэгэ». Се Лянь откашлялся, поёрзал на месте. Внизу живота потяжелело. Следующая картинка. Вид сверху на низ живота и разведённые бёдра демона. Непревзойденный без штанов. Пах прикрыт верхней рубахой. Проворные пальцы перебирали ткань, комкая её и подтягивая вверх на живот. Из-под красноты показался возбуждённый, истекающий член демона. Рука потянулась вниз, обхватила его, задвигалась вверх-вниз. Ноги раздвинулись шире. К первой присоединилась вторая рука — ласке удостоились яички. Послышались стоны. Се Лянь вспыхнул, стремительно краснея. Он весь вспотел, а член в штанах предательски восстал. Следующая картинка добила Его Высочество. Крупным планом — вздёрнутые ягодицы Непревзойдённого. Ноги, разведённые в сторону, подрагивали. Между двух ягодиц скользили пальцы, подразнили сжимающийся вход, проникли внутрь и снова появились. Вторая рука в быстром темпе двигалась на члене. «Гэгэ, гэгэ», — между стонами шептал демон. Се Лянь прикусил губу, рукой прижимая возбужденный член и пряча его между своих бёдер. Сколько бы лет не прошло, а он все никак не научился спокойно реагировать на своего супруга. Возбуждённого. Стонущего. Ласкающего себя. «Ох, небеса», — мысленно застонал Се Лянь, сгоняя бабочку со лба. На сегодня с него хватит. Как только собрание закончилось, он быстрым движением достал кости, подбросил и исчез.

***

Он быстрым шагом шёл по коридорам Дома Блаженств, направляясь прямиком в кабинет Непревзойдённого. Рывком распахнув дверь, он устремил взгляд на притихшего за столом Хуа Чэна. — На колени, бесстыжий демон! — приказным тоном произнёс Се Лянь. Хуа Чэн восторженно ойкнул, эротично стёк с кресла и на четвереньках подполз к супругу. — Ваше Высочество, — с придыханием проговорил демон, кланяясь в божественные ноги. Се Лянь распахнул верхний халат, нервно развязал завязки и спустил штаны, выпуская гордо стоящий член. — Открывай ротик, милый, — тихо, но властно сказал Се Лянь. Хуа Чэн поднял голову — в глазах горел восторг. Он с улыбкой широко открыл рот, высовывая длиннее, чем обычно, язык. Его Высочество сделал шаг вперёд и ворвался в мокрый и горячий рот супруга, сдавлено застонал. Хуа Чэн руками обхватил любимые ягодицы, выпуская коготки и позволяя божеству трахать себя в рот. Се Лянь впился пальцами в плечо демона, резко толкнулся, загоняя плоть глубоко в глотку. Ему не особо нравилась грубость, но сейчас он просто не смог себя сдержать. Демон жадно принимал, расслаблял горло, довольно мычал, посылая вибрации от головки к основанию, отчего бог зашёлся мелодичным стоном, схватил демона за загривок, потянул за волосы. Еще пару размашистых толчков, и Се Лянь излился глубоко в глотку супруга. Хуа Чэн с довольным чмоком выпустил член из зо рта, крепко обхватил его рукой и двинул вверх, выдавливая последние капли и с наслаждением слизывая их. Демон не успел и слова сказать, как его повалили на пол и жадно поцеловали. Се Ляня с остервенением стянул штаны с худых демонических бёдер, рукой обхватил изнывающий член, сразу переходя на быстрый темп. — И не стыдно тебе, Непревзойденный Князь, так бессовестно отвлекать супруга от работы? — низким голосом спросил Се Лянь, кусая того за подбородок. Хуа Чэн помотал головой, довольно ухмыляясь. — Ты самый развратный, наглый, соблазнительный и сладкий, — божественная рука совершала круговые движения, сжимала у основания, то ускорялась, то замедлялась. Хуа Чэн извивался, закатывал глаз и рвано дышал, сходя с ума от такого дерзкого супруга. — И ты только мой, — Се Лянь прикусил кадык, затем облизнул его, провёл мокрую дорожку до уха и прошептал: — Кончи для меня, мое порочное дитя. Хуа Чэн выгнулся, вонзил когти в ворс ковра и выплеснулся себе на живот. Се Лянь напоследок чмокнул его в губы и улёгся рядом с ним. — Ради такого я готов посылать к тебе бабочек хоть каждый день, — переведя дыхание, хрипло произнёс Хуа Чэн. — Ты понимаешь, в какое положение ты меня ставишь своими выходками, дорогой? — чуть обиженно проговорил Се Лянь. — В стоячее, — выдал Хуа Чэн и рассмеялся. — Сань Лан! — Се Лянь толкнул супруга в плечо и тоже засмеялся.