《Тепло в ладонях》

Глава 4: Имя, вписанное в родословную «Род — не в крови. Род — в тех, кого ты выбираешь не бросать». В утро церемонии воздух был особенно прозрачным. Небо — вымыто дождём, а двор украшен белыми лентами и красными фонарями, как того требовал старинный обычай клана Ло. Все собрались: старейшины, младшие поколения, воины, чиновники и даже соседние кланы. Впереди — три трона. Средний пустовал. До этой минуты. Ло Хань вошёл в парадных одеждах. Спокойный, сдержанный — и абсолютно уверенный. Он не кланялся — он шёл, как тот, кто возвращается туда, где давно должен был быть. Когда он поднялся по ступеням, старший из совета произнёс громко: — Клан Ло принимает нового главу. Кто возглавит нас — должен подтвердить: кровь, честь, ответственность. Ты готов? — Да, — твёрдо сказал Ло Хань. — Перед небом и людьми. — Тогда преклонись перед предками. Он сделал поклон — глубокий, точный, достойный. — И принеси первую запись. И тут зал замер. Ло Хань обернулся, протянул руку — и сзади вышла Фэнь Сянь, ведущая за руку девочку в светлом наряде. Та осторожно держалась за материну кисть, но не пряталась. Её щёки румяные, шаги твёрдые. На волосах — простая, но изысканная заколка из нефрита. — Это моя дочь, — сказал Ло Хань. — Её звали Мао Мао. Но с этого дня её имя — Ло Мэйлинь (洛美琳). Я признаю её своей кровью, своей наследницей. И вписываю в книгу рода первым именем, прежде чем впишу туда себя. Один из старейшин начал было возражать, но другой поднял ладонь. — Ребёнок, рождённый в любви, — уже достоин. Ребёнок, которого защищают с таким сердцем, — честь рода, а не позор. Ло Хань взял кисть, чернила, и собственной рукой вывел на свитке: Ло Мэйлинь — дочь главы рода Ло, признанная наследницей. Аплодисментов не было. Но тишина — была громче всех голосов. И в этой тишине стояла Фэнь Сянь, гордая, но с блеском в глазах. После церемонии, когда они вернулись в сад, Ло Мэйлинь сидела у пруда и разглядывала своё отражение. — Папа… а теперь я настоящая? — спросила она вдруг. Ло Хань присел рядом. — Ты всегда была настоящая. Просто теперь весь мир это знает. Она кивнула. — Тогда я научусь писать своё новое имя. И принялась водить пальцем по камню: 琳. Фэнь Сянь смотрела на них — и впервые позволила себе поверить: даже в этом мире, полном жестоких стен и недоверия — бывает дом, который не рушится, а строится. А через три дня, когда в клане Ло зазвучат свадебные барабаны, весь мир узнает и другое имя: жена главы рода — Фэнь Сян