Stronger Тhan Сircumstances

Под тяжелой гущей дымных облаков, наполняемых ядовитым дымом каждую секунду, раздавались крики о помощи, беспорядочные всхлипы несчастных, заживо погребённых под обломками здания. Где-то вдалеке еле слышался шум приближающихся машин скорой помощи. Эмили не могла до конца осознать происходящее. Место укола, оставленное незнакомцем, ныло и пульсировало, разливая жар по всему телу. Волны тепла накатывали одна за другой, температура стремительно повышалась, дыхание становилось прерывистым. С трудом повернув голову набок в попытке хоть как-то помочь себе, девушка в отчаянии зажмурилась. Мир расплывался перед глазами, попытки сфокусироваться на чём-либо казались невыполнимыми. Голова раскалывалась от боли, слезы текли ручьями, перерастая в настоящую истерику. Джес. Что с ней? Жива ли она? Мысли метались из крайности в крайность, и Эмили не могла разобрать — то ли это жар сводит её с ума, то ли её поглощает всепожирающий страх. В нескольких шагах от полной потери сознания она вдруг ощутила чёткое присутствие кого-то рядом. Кто-то грубо схватил её за щёки, неприятно сжимал скулы и надрывно повторял её имя. Тёмная пучина бессознания манила к себе, глаза отказывались открываться, но девушка из последних сил заставила себя собраться. Медленно, с невероятным трудом она приоткрыла веки, и перед ней проступили знакомые черты. Тони. Он здесь. Новая волна слёз хлынула из глаз, сталкиваясь с грубыми пальцами, крепко державшими её лицо. — Эми, слышишь меня? — Напряжённый, дрожащий голос брата вдохнул в неё немного сил, и она чуть шире раскрыла глаза, встретившись с его испуганным взглядом. — Эм, ну же… Тони умоляюще ждал хоть какой-то реакции, и Эмили понимала его страх — она даже не представляла, как ужасно выглядит сейчас. Сжав веки, а затем резко распахнув их, она просила тело подчиниться, собрала остатки воли — и наконец смогла чётко увидеть его. — Тони… — Только она произнесла его имя, как слёзы снова покатились по щекам. Вдруг она почувствовала себя маленькой девочкой, которой больше не нужно быть сильной — он уже здесь, и он всё исправит. — Тише, я знаю, Эми, знаю, как ты испугалась, — лёгкая дрожь в руках выдавала его напряжение, но он крепко прижал её к себе. Где-то внутри Тони разлилось тепло: она жива. Испугана, ранена, но жива. Он на мгновение закрыл глаза, отпуская лавину мыслей, преследовавших его с момента тревожного сигнала. Старк ещё несколько секунд не отпускал сестру, а потом, взяв себя в руки, слегка отстранился, чтобы лучше разглядеть её лицо. Большим пальцем он стёр слезы, и привычная ухмылка снова появилась на его лице. — Может, всё-таки стоило полететь на вечеринку? — спросил он, одновременно подзывая медиков. Эми попыталась улыбнуться, но получилось лишь дрогнуть уголками губ. От голоса Тони ей стало легче, но последние запасы энергии быстро таяли. Говорить больше не было сил — она закрыла глаза, как вдруг почувствовала крепкую хватку на правой руке. Ещё немного поборов соблазн сонного забытья, так сладко манившего, девушка медленно повернула голову влево — и встретилась взглядом с тревожными, но невероятно нежными глазами Стива. Тот лишь на секунду позволил себе всмотреться в её искажённое страхом лицо, а потом, не в силах сдерживаться, осторожно коснулся её щеки. Эми попыталась что-то сказать, но голос не слушался. — Тише, родная, побереги силы, — Стив отчаянно пытался скрыть тревогу, — мы здесь, все хорошо. Получив еле заметный кивок, Роджерс слегка приподняв её кофту,оценил рану. Проклятый декоративный штырь всё ещё находился на месте, вызывая нестерпимую боль. Эмили снова вздрогнула, когда пальцы Стива скользнули по её талии. Он едва касался кожи, стараясь быть аккуратным. Грохот новых обломков заставил мужчин резко поднять головы. — Роджерс, помоги медикам с носилками, — Тони бросил взгляд наверх, где в дыму метались оставшиеся в ловушке люди. — Там слишком много тех, кому нужна помощь. Присмотри за ней. Осторожно уложив голову Эмили, он торопливо поцеловал её в лоб. — Держись, Эми, — увидев, как медсестра готовит шприц с обезболивающим, — сейчас будет полегче, родная. Сжав зубы, он шагнул назад, пропуская Стива и врачей. Ещё мгновение — и он уже бежал к горящему зданию. Наташа и Клинт выводили оставшихся, стараясь быстрее подводить их к медицинским работникам. Барнс, Сэм и Тор обыскивали глубинные части развалин, вытаскивая перепуганных студентов. МиТ — обычно шумный, полный смеха и жизни, — теперь напоминал поле боя. Спасшиеся толпились за ограждением, вглядываясь в дым, ища знакомые лица. Света почти не было — лишь отблески пламени и мерцание мигалок скорой, освещавшие лишь куски разрухи. Каждый новый всплеск света обнажал всё больше раненых, и ужас в глазах людей становился только сильнее. Эмили уже не понимала, чувствует ли она физическую боль или это лишь эхо шока, глушимое препаратами. Она ощущала, как сильные руки Стива подхватывают её, аккуратно перекладывая на носилки. Сквозь туман в голове она слышала, как он просит быстрее перевязать рану, и чувствовала, как его взгляд постоянно возвращается к ней, следит за состоянием. Ей хотелось схватить его за руку, успокоить, прошептать, что она в порядке… Но была ли она в порядке? Можно ли вообще оценить своё состояние? Старк чувствовала, как сознание уплывает — медленно, неотвратимо, без единого шанса на сопротивление. *** Квинджет. 23:30 — Фьюри, мы не можем остаться в стороне, — возразила Наташа. — Это покушение… — Она широко обвела рукой крыло, где лежала Эмили, — лишь начало. На шее младшей Старк быстро обнаружили след от укола. Все мотивы и цели взрыва складывались в голове как дважды два, поэтому девушка совершенно не понимала спокойствия Фьюри. Укоризненно посмотрев на голограмму директора Щ.И.Т.а, снисходительно сложив руки на груди, Наташа ожидала понимания, но, не получив никакой реакции от Фьюри, опустила их и тяжело вздохнула. — Сейчас мы можем сделать только хуже, агент Романофф, — Фьюри потянулся к столу и достал толстую папку с данными о нападении. — Это Гидра. И, судя по анализу крови Старк, их план не ограничивается одной жертвой. Нам нужно действовать осторожно. Они хотят расколоть вас, вывести из равновесия и выследить. Держите это в голове и не давайте эмоциям взять верх. Стив, сидевший рядом с Эмили, опустил голову. Его плечи напряглись, словно на них давила невидимая тяжесть. После оказания первой помощи специалистами, девушку доставили на корабль для транспортировки на базу Щ.И.Т.а — к лучшему из их врачей, доктору Руби Джексон. Хелен Чо не отходила от Эмили весь полёт. Её тонкие пальцы быстро работали с оборудованием, а глаза не отрывались от мониторов. Она предусмотрительно взяла образцы крови и, получив первые результаты, немедленно отправила данные на базу. В крови Эмили обнаружили детриксон — вещество, использовавшееся как проводник для яда. Но состав самого токсина не совпадал ни с одним известным образцом из базы данных. Лишь один элемент указывал на создателя этой сыворотки… и Щ.И.Т. знал этот почерк лучше, чем кто-либо в мире. Эмили лежала неподвижно, лишь изредка её тело судорожно дёргалось. Кожа горела, как раскалённый металл, а дыхание было тяжёлым, прерывистым. Все введённые препараты не справлялись с жаром. Иногда её губы шевелились, словно она пыталась что-то сказать, но издавала лишь сдавленные стоны. — Температура поднимается, директор, — в голосе Хелен прозвучала лёгкая паника. Она лихорадочно просматривала новые данные. — Я не понимаю… Ни один из препаратов не работает. Нам нужно подготовить альтернативные варианты. Она снова намочила бинт в ледяной воде и осторожно приложила ко лбу Эми, отводя пряди влажных волос. — Руби Джексон — ваш лучший специалист? — Тони проговорил это нервно. Никто из присутствующих никогда не видел Железного Человека в таком состоянии. Даже у Фьюри сжалось сердце при виде парня, который изо всех сил пытался спасти последнего родного человека. — Я впервые слышу об этом докторе, так что я лично буду присутствовать при всех исследованиях, — он бросил вызывающий взгляд Нику и направился к голограмме. — Думаю, Брюс Беннер составит тебе компанию, — Фьюри скрестил руки. — Руби — лучший специалист, которого я знаю, но мы столкнулись с чем-то неизведанным. Вам стоит работать вместе. Брюс молча кивнул, уже углубившись в анализы. Его лицо было сосредоточенным, но в уголках губ читалось беспокойство. Тони благодарно кивнул в ответ, провёл рукой по лицу и вернулся на место, чуть поодаль Эмили. Старк не был в ярости. Разум лихорадочно перебирал все возможные исходы, анализировал каждый шаг. Он чувствовал, что Фьюри скрывает нечто большее. Если даже директор не позволяет Наташе начать поиск по свежим следам — значит, враг действительно опасен. Значит, у них есть козыри, которые пугают даже Ника. А это было чертовски плохо. Стив подошел к Тони, словно услышав его мысли, остановился рядом и направил суровый взгляд в сторону директора Щ.И.Т.а. — Ты предлагаешь нам просто оставаться в стороне? — его голос прозвучал жёстче, чем он планировал. Ник предпочел промолчать, опустив взгляд на документы. — Ник? – выжидающе поддержала Наташа, делая шаг в сторону Капитана. — Ты что-то скрываешь, — прошипел Старк, приближаясь к директору. — А ты что, рассказываешь мне все свои секреты? — наконец отреагировал Фьюри, его единственный глаз прищурился с едва уловимой насмешкой. Мужчина потер переносицу, словно пытаясь стереть накопившуюся усталость, и вернулся к диалогу, понизив голос до почти конспиративного шепота: — Я не хочу пугать вас раньше времени, но… — Ник тяжело вздохнул, и в этом вздохе слышалось нечто большее, чем просто напряжение. — Если Гидра решила ставить эксперименты, значит, образец уже хорошо протестирован их учеными. Наверняка созданы копии, они понимают, что делают. Фьюри подошел чуть ближе, и голограмма, мерцая холодным синим светом, отчетливо демонстрировала в его глазах смятение — редкое проявление неуверенности для человека, привыкшего держать все под контролем. — Нам нужно узнать, с чем мы столкнулись, и только после этого избавляться от врага, — продолжил он, каждый звук его голоса казался отточенным. — Иначе мы рискуем не только Эмили, но и, впоследствии, жизнями тех, кого не успеем уберечь. — Что конкретно ты хочешь предложить? — Тони свел брови к переносице. Он пристально рассматривал директора, словно пытался разглядеть скрытые между строк смыслы. Мстители часто шли на поводу у Ника, игнорируя его двойные стандарты, скрытые карты в рукавах и личные недомолвки. Но в данной ситуации Тони собирался вытрясти из директора все тайны. Старк был уверен — за длинной речью скрывалось большое «НО», и что-то ему подсказывало, что мотивы Фьюри точно ему не понравятся. — Я предлагаю вам оставить Эмили в лаборатории Щ.И.Т.а, — проговорил Ник, делая паузу, чтобы его слова обрели нужный вес, — где вы с Беннером сможете наблюдать за ее состоянием, но при этом наши ученые смогут изучить сыворотку, понаблюдать за ее действием. Тони в миг напрягся, его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Это не ускользнуло от Стива, который понимал, что нервы всех присутствующих на пределе. Никто и никогда не мог предположить, что после битвы в Заковии, после громкой победы, объявится Гидра и будет преследовать близких людей, избегая личной встречи с командой. Все были напуганы — ведь как бы хорошо ни были спрятаны родные, им грозила смертельная опасность. Старк дернулся вперед, теряя последнюю каплю самообладания, настраиваясь на жесткий диалог с директором. — Тони, стой! — Роджерс вцепился в его руку намертво, его пальцы сомкнулись вокруг предплечья Старка. Тони метнул в него грозный взгляд, но Стив уже перевел внимание на Фьюри: — Сейчас ни к чему поспешные решения, — проговорил Капитан, все еще удерживая Старка. — Эмили нужно прийти в себя, окрепнуть. Возможно, позже она поделится подробностями произошедшего. — Он перевел взгляд обратно на Тони.— Это сейчас важнее. Старк резко тряхнул рукой, вырываясь из хватки. Тони на мгновение замер, его взгляд устремился в пустоту перед собой, будто он мысленно несколько раз прокручивал слова Стива. Затем он медленно повернулся к Фьюри. — Дай мне время посмотреть, что за дрянь попала в ее организм. После — обсудим. — Но вдруг его снова накрыла волна беспокойств, тон стал на порядок жестче, — Но учти: я не позволю ставить эксперименты и превращать Эм в подопытную крысу Щита. Заруби себе это на носу и даже не пытайся вновь это предлагать. Он скрежетал зубами, его взгляд, словно раскаленное лезвие, буравил Фьюри. Ник покачал головой. — Ты думаешь, я хочу ломать жизнь ни в чем не повинной девчонке? — Фьюри фыркнул, но затем смягчился, добавив тише: — Я лишь хочу помочь. Чем раньше мы поймем, с чем столкнулись, тем быстрее найдем решение. Тони хотел ответить что-то вновь, но накаленный диалог мужчин перебил еле слышный хриплый голос, доносившийся со стороны кушетки. — Тони… — голос звучал так хрипло и так жалко, словно забирал последние силы у своего обладателя. Все присутствующие мгновенно обернулись. Хелен Чо в ту же секунду оказалась рядом, прислонив ладонь ко лбу девушки. Все также горит. Тони в считанные секунды очутился возле нее, слегка присев, чтобы оказаться на уровне ее лица. Внимательно заглядывая в глаза, жадно изучая каждую эмоцию на ее бледных чертах, он ответил еле слышно, подстраиваясь под слабый шепот Эмили: — Эми, я тут. — Мужчина сглотнул, пытаясь привести голос в порядок, и чуть увереннее продолжил: — Что ты чувствуешь? Эмили не открывала глаз, лишь слабо ориентируясь на присутствие близких. Слева она ощутила чью-то крепкую руку, слегка сжимающую ее запястье, а затем почувствовала знакомый, успокаивающий запах — Стив. Почти рефлекторно она дернулась в его сторону, насколько позволяли силы, притянула его руку ближе. Девушка прижалась к его обнимающей ладони, лихорадочно дрожа. — Мне о-очень… о-очень холодно… — еле выговаривая, с тяжелыми паузами на вдох, прошептала она. — Я… я словно не чувствую тело… Тони осторожно дотронулся до ее руки — горячая. Затем перенес ладонь на лоб — та же температура. В замешательстве он перевел взгляд на доктора Хелен, которая поспешно перебирала препараты, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы помочь. Баки, до этого державшийся в стороне, подступил чуть ближе. — Мне знакомо это чувство. — Сделав шаг вперед, к кушетке, он продолжил: — Организм сопротивляется изменениям. — О чем ты? — непонимающе перевел взгляд Стив, крепче прижимая плечи Эмили к себе и набрасывая на нее одеяло, пытаясь согреть. — При введении сыворотки тело сопротивляется изменениям. — Баки подошел ближе, внимательно наблюдая за судорогами девушки. — Ей холодно из-за жара, который растекается по венам. — Он осторожно развернул ее руку, прикоснувшись к пульсирующей артерии, затем посмотрел на Стива. — Лекарства не помогут. Ей нужно время. Ник Фьюри, до этого молча наблюдавший, мрачно переглянулся с Наташей, затем обратился к Барнсу: — Я свяжусь с доктором Джексон. Возможно, у нее есть что-то, что облегчит состояние. — Он окинул взглядом команду. — Жду вас на базе. Лаборатория готова, Старк. Директор Ш.И.Т.а обменялся с присутствующими краткими, но многозначительными взглядами, словно оценивая их реакцию, кивнул в знак согласия и исчез из мерцающей голограммы. Эмили по-прежнему содрогалась от холода, находясь в руках Стива. Ее тело дрожало мелкой дрожью, а пальцы непроизвольно сжимались в слабых попытках согреться. Тяжело разлепив слипшиеся от усталости веки, она столкнулась с глубоко напуганным взглядом Капитана. Видела ли она когда-то нечто подобное у Роджерса? Вряд ли. Благодаря своей безупречной подготовке, Стив с легкостью скрывал волнение и страх. Лишь раз девушка видела смятение в душе Капитана, когда впервые — год назад — стало известно о Зимнем Солдате. Сейчас он был напуган, напуган тем, что вновь столкнулся с Гидрой, которая сначала изменила против воли жизнь друга и теперь сумели добраться до его возлюбленной. Но он непоколебимо изображал спокойствие, всячески пытаясь всем своим видом заверить ее, что она в безопасности. Хорошо, что она уже научилась понимать Капитана так же легко, как читать описание любимой книги. Эмили чуть подняла уголки губ, не выдержав этот томный взгляд Капитана. — Я что, настолько плохо выгляжу-у? — едва проговаривая, стуча зубами, она умудряется ехидничать. Тони хмыкает, слегка покачивая головой, заметив ее усилия хоть как-то разбавить напряженную обстановку повисшую вокруг нее. Типичная Эм. Не любит, когда опекают. Боится, но храбрится. Это у них в крови. Сам воспитал — нечему удивляться. Стив в ответ мягко улыбается, не переставая поглаживать девушку по волосам, ласково заправляя выбившийся локон за ухо. — Ты всегда прекрасна. Эмили чувствует, как ее щеки теплеют от этих слов, и улыбается чуть сильнее. Ей так хочется продолжить разговор, удержать этот момент, почувствовать его тепло подольше... Но больше сил не хватает, и девушка медленно прикрывает глаза, снова погружаясь в обволакивающий сладкий сон.                                                          *** База Щ.И.Т. / Base 17:30 Клинт добавил несколько ложек сахара в уже остывший порядком кофе, крепче прижимая телефон к уху, наслаждаясь бархатистым голосом жены. Казалось, только её спокойные интонации могли хоть немного снять напряжение, копившееся в нём за последние сутки. После прилета Эмили доставили в медицинский отсек, где её сразу подключили к мониторам, отслеживающим малейшие изменения в состоянии. Тони и Беннер погрузились в изучение анализов, их лица были напряжены — результаты явно не радовали. Фьюри тем временем узнавал дополнительную информацию по своим каналам, а Стив находился рядом с лабораторией, наблюдая за всеми действиями, которые совершали назойливые учёные над спящей девушкой. Тор покинул базу, вынужденно отправляясь в Асгард, но перед уходом пообещал вернуться, если узнает что-то новое. Наташа и Баки безмолвно находились в общей комнате, погружённые в свои мысли. Романофф скрестила руки на груди, её взгляд был устремлён в одну точку, а Барнс методично постукивал металлическими пальцами по подлокотнику кресла. Бартон обернулся на присутствующих. Все выглядели подавленными. Каждый из них множество раз продумывал вероятность подобного, но до сих пор казалось, что всё под контролем. Не то чтобы во время войны существовали способы, которые обе стороны пообещали не использовать — напротив, на войне все средства хороши. Именно поэтому каждый из Мстителей держал под личным контролем безопасность родных. Особенно Клинт. Его жене и детям и так несладко приходилось в условиях одиночества — что поделать, такая у него работа. Но тот факт, что Гидра предпочла нанести удар в качестве предупреждения по младшей Старк, наталкивал его на прокручивание в голове худших сценариев. — Нет, я думаю, вам пока лучше оставаться дома, — Клинт устало потер глаза, — я поговорю с Фьюри, уверен, у него найдётся пара вариантов, где можно залечь, пока всё не решится. Он чувствовал переживания жены, но предупредить её не мог. Пусть будет настороже — мало ли какие разведывательные данные имеет Гидра. Нужно продумать все возможные варианты. Наташа аккуратно подошла к другу и бережно положила ладонь на его плечо. Бартон обернулся, понимающе кивнув. Баки тем временем был сосредоточен, просматривая карту на журнальном столике. Мужчина подчинялся указаниям Фьюри, но пытался хотя бы примерно определить, где засел этот рассадник крыс, сопоставляя имеющиеся данные. — По периметру установили по несколько групп, — в комнату вошёл Рамлоу, — на случай неожиданных визитов. Баки поднял голову, одобряюще кивнув. — С девчонкой пока ничего не известно? — Брок неспешно подошёл и присел напротив Барнса с другой стороны столика. — Нет, пока тишина, — с тяжестью прожитого за последние сутки ответила Вдова, отходя от лучника и позволяя ему продолжить разговор по телефону наедине. — Думаю, она проспит дольше, чем предполагают медсёстры. — Я думаю, они здесь, — Баки протянул указательный палец на северо-запад, обозначив конкретный объект. — Если просмотреть по камерам маршрут, они могли скрыться либо здесь… — Барнс провёл пальцем небольшой круг по карте, — либо с другой стороны. — Он продолжил водить пальцем, затем перевёл взгляд на Брока. — Если верить последним данным, не раз вокруг этого завода была замечена активность фургонов. — Ты хочешь, чтобы я проверил это? — Рамлоу усмехнулся, одобряюще понимая мысль Барнса. Эти крысы совсем обнаглели, покушаясь на людей вне зоны войны. Руки Брока так и чесались поскорее найти эту шайку и нанести им «приятный» визит. — Нет, — Наташа перевела взгляд с Брока на Барнса. — Мы будем ждать решения Фьюри. — А если ей не станет лучше? — Баки намеренно нагнетал обстановку. — Что если сыворотка после пробуждения вступит в силу, и она станет их новым «удачным» проектом? — Наташа задумчиво перевела взгляд на него. — Ты не знаешь, что такое не владеть своим телом и разумом, а я знаю. Гораздо разумнее попытаться выяснить, какой силой располагает противник, чем полагаться на быстрый антидот от учёных Щ.И.Т.а. — А что, если мы сделаем хуже? — присоединился к дискуссии Бартон. — Что если, заприметив на горизонте кучку агентов Щ.И.Т.а, Гидра активирует введённую сыворотку или вовсе… — Клинт сделал паузу, посмотрев куда-то сквозь Баки. — Мы не можем так рисковать, не зная правил игры Гидры. — Тони и Бэннеру нужно время, — Наташа посмотрела в сторону Рамлоу, — но, не приближаясь к зоне предположительного местоположения, собрать информацию стоило бы. – резонно подметила Вдова. — Возможно, — неожиданно раздался голос Ника, появившегося в дверях. Все присутствующие тут же обратили на него внимание. — Возможно. – сомнительно протянул он, - Действовать нужно аккуратно, издалека. — Фьюри посмотрел на Брока. — Ненавязчиво и желательно через Джарвиса, скрывая каналы связи. Директор швырнул на стол несколько толстых папок. — Это всё, что я нашёл на Гидру за последние 10 лет, — он грустно ухмыльнулся, — Они неплохо затаились. Нужно хорошенько изучить все имеющиеся данные. У них отличное оснащение и подготовка, раз смогли обходить поиски Щ.И.Т.а на протяжении стольких лет. Наташа взяла одну из папок, перевернула её в руках и приоткрыла первую страницу. — Поработаем?                                      *** Тони Старк лихорадочно, с нарастающим отчаянием, в который уже раз просматривал полученные результаты анализа крови. Цифры и графики сливались перед глазами в бессмысленный хаос, не давая ни единой зацепки. «Не понимаю, как это вообще возможно?» — пронеслось в его голове. Горькая усмешка исказила его губы. Горечь, что заполнила горло, вызывала почти физическое ощущение опустошенности, сжимавшей сердце. Но Старк отчаянно напоминал себе: нельзя тратить драгоценное время на пустые переживания без практического результата. — Нет, я и впрямь не понимаю, — вслух пробормотал он, и голос его звучал хрипло от усталости. Раздраженно швырнув стопку листков на заваленный деталями и схемами стол, он потянулся за четвёртой подряд чашкой крепкого кофе, что заботливо принесла ему мисс Потс ещё несколько часов назад. Горячая жидкость обжигала горло, но бодрости не приносила. — Боюсь предположить, — тихо, задумчиво начал Брюс Бэннер, наблюдая за действиями напарника, — но эта сыворотка… она настолько искусно продумана, что при смешении с кровью жертвы, по сути, маскирует свой истинный, полномасштабный состав. — Он замолчал, перебирая в памяти тонны прочитанной научной литературы. — Я видел подобные технологии… Мы не сможем через стандартный, упрощенный анализ разгадать ключевой элемент, запрятанный в основу этой сыворотки. Это как замок с невидимым ключом. Тони, казалось, не слышал последних слов. Его взгляд был прикован к одной точке на поверхности стола, которую он буравил невидящими глазами. С момента его стремительного прилета в лабораторию прошло уже более восемнадцати мучительных часов, из которых семнадцать он проработал без единой остановки, без глотка воды, без минуты покоя. Мысли, некогда острые и ясные, теперь понемногу путались, перемешивая трезвые предположения с усталыми фантазиями и страхами. Словно под гнётом невыносимой тяжести, он опустился в кресло, схватил планшет и снова, в сотый раз, начал вчитываться в безнадёжные, статичные показатели. Брюс, наблюдая за поникшей фигурой напарника, с тихой тревогой в глазах, аккуратно подошёл ближе. Он прекрасно понимал это состояние – грань между изнеможением и срывом. Им обоим отчаянно нужен был отдых. Хотя бы пара часов. — Тони, может… — осторожно начал он, подбирая слова, зная, какова будет реакция. — Нет! — Резко, почти грубо оборвал его Тони, поднимая голову. Его глаза, покрасневшие от напряжения и недосыпа, метнули на доктора вызывающий, почти яростный взгляд. — Я не пойду отдыхать, Брюс, — отрезал он, его голос дрожал от подавленной ярости и усталости. Он отвернулся, затем стремительно шагнул к голографическому интерфейсу и принялся по сотому кругу манипулировать виртуальными элементами сыворотки, пытаясь заставить систему выдать хоть что-то новое. Но когда экран вновь предательски загорелся тревожным алым светом, выводя всё ту же роковую надпись «ОШИБКА», мужчина замер на мгновение, а затем тяжело, сдавленно вздохнул, опустив плечи. — Черт возьми! — вырвалось у него глухо. Старк отшатнулся назад, облокотившись спиной о холодный край стола. Он запрокинул голову и прикрыл глаза ладонями, пальцы впились в виски, будто пытаясь сдержать нарастающую боль и хаос в сознании. Брюс беспомощно переминался с ноги на ногу рядом, лихорадочно пытаясь подобрать хоть какие-то слова поддержки, успокоения, которые могли бы достучаться до отчаявшегося гения. Но нужные фразы, как назло, упорно не приходили в голову. Тишину лаборатории внезапно разорвал неприятный, скрежещущий звук. Двери с противным шорохом и скрежетом прошлись по полу, и в напряжённую атмосферу комнаты стремительно вошла молодая доктор Руби Джексон. В её руках аккуратно покоилась очередная порция пробирок с образцами. — Вы решили выкачать из нее кровь вместе с сывороткой? – укоризненно оглядывая внушительные объемы собранных образцов и недовольно хмуря брови высказал Старк. — Мистер Старк, вы, несомненно, гений, но не биолог и уж точно не генетик, – спокойно, с подчеркнутой профессиональной сдержанностью проговорила Руби, аккуратно расставляя пробирки с алым содержимым рядом с сложной исследовательской аппаратурой. – Поверьте, я не взяла у вашей сестры ни капли больше, чем это необходимо для анализа, даже на йоту не выше строго положенного минимума. Тони прищурил карие глаза, пристально изучая доктора Джексон. Перед ним стояла миловидная, стройная блондинка, заметно высокого роста, с фигурой, которую можно было назвать атлетически подтянутой и безусловно привлекательной. Ее большие, светлые глаза казались бездонными, чуть пухлые губы были плотно сжаты, а достаточно жесткий, почти скульптурный овал лица придавал всему ее облику оттенок холодной, почти хирургической расчетливости. Возможно, такое впечатление усиливал ее ровный, лишенный эмоциональных колебаний голос, в чем Старк до конца еще не разобрался. — Доктор, — вмешался Брюс Бэннер, пытаясь сгладить напряженность, — есть ли какие-то новые данные от вашей команды? Какие-то подвижки? – В его голосе звучала сдержанная, но явная надежда, пока он осматривал точные, выверенные движения врача вокруг оборудования. — Да, — доктор Джексон тяжело, с видимым усилием вздохнула, будто воздух в лаборатории внезапно стал густым. – Данные есть. Увы, не самые приятные, но они у нас теперь есть. Тони отставил почти пустую фарфоровую чашку из-под эспрессо в сторону и сделал несколько шагов, приблизившись к Руби, выжидающе всматриваясь в ее лицо. Доктор, казалось, игнорируя его пристальный взгляд, закончила вносить последние цифры в электронный протокол на планшете и лишь затем плавно развернулась к обоим мужчинам, ее поза выражала сосредоточенную серьезность. — Дело в том, — начала она, тщательно подбирая слова, — что сыворотка, введенная Эмили, имеет… крайне специфические особенности создания. – Она потянулась к стопке бумаг на столе и извлекла плотную картонную папку, которую передала в руки Старка. – Ее не просто смоделировали в лаборатории, методично перебирая элементы и синтезируя конечный состав. Нет. Гораздо сложнее. Ее выдерживали долгое время – возможно, месяцы – под постоянным статическим напором в контролируемом электрическом поле. Этот процесс… он не просто стабилизировал смесь. Он вынудил многие изначально разнородные элементы буквально слиться в неразделимую целостность, искусно маскируя истинную природу и взаимодействие собственных компонентов. Это не раствор, а скорее… сплав на молекулярном уровне. — Вы хотите сказать, — Брюс медленно снял очки и протер перемычку носа, его взгляд, полный недоверия и тревоги, метнулся от папки в руках Тони к лицу Руби, — что элементы под воздействием этой статики самостоятельно разрушили или кардинально изменили свою исходную генетическую структуру? Но… ради какой цели? Какой в этом смысл? — Именно это мы сейчас и пытаемся понять, доктор Беннер, — Руби хлопнула ладонями по коленкам своего белого халата и приподнялась с кресла. Она подошла к центральному проектору, отбрасывающему в пространство сложную голограмму молекулярных структур сыворотки. Плавно, почти ласково проведя рукой по сенсорным панелям, она увеличила масштаб, выделив один кластер. Затем, с внезапной решительностью, девушка развернулась, взяла портативный генератор и демонстративно приложила контакты к выбранному участку голограммы, подав слабый, но четкий разряд тока. На экране визуализации виртуальная клетка сыворотки болезненно сжалась, а затем начала конвульсивно разделяться, распадаясь на множество мелких, изолированных капсул, словно живое существо под пыткой. Тони, лихорадочно просматривая врученные ему документы с графиками спектрального анализа и наблюдая за жутковатой картиной, демонстрируемой доктором, быстро складывал два и два. В его сознании щелкнуло. Он болезненно прикрыл глаза на мгновение, а затем резко повернул голову в сторону Брюса, его лицо исказила горькая усмешка: — Электрошоковая терапия, — процедил он сквозь зубы, с грустной иронией и явным раздражением взъерошивая свои темные волосы. — Ну, конечно же! Любимая игрушка Гидры. Чертовски простая и чертовски эффективная. Я мог бы догадаться раньше. Брюс лишь укоризненно покачал головой, его взгляд был устремлен в пустоту; он явно отказывался верить, что единственный исход их исследований столь мрачен и предопределен. Руби Джексон еще несколько секунд молча наблюдала за реакцией мужчин, ее лицо оставалось профессионально непроницаемым. Затем, с новой решимостью, она взяла вторую, еще более толстую папку со стола и решительно поднесла ее к Тони, буквально обрушивая на него новую порцию тревожной информации. — Здесь описана ключевая деталь, мистер Старк, — ее голос оставался ровным. Девушка столкнулась с острым, почти болезненным взглядом гения-миллиардера, и где-то глубоко внутри, под слоем профессионального хладнокровия, ее сердце невольно сделало незапланированный, тревожный кульбит. — Им не нужна терапия, чтобы управлять объектом в текущем состоянии. Напротив, — доктор Джексон обошла лабораторный стол, ее пальцы с силой уперлись в холодную, твердую поверхность столешницы, подчеркивая важность сказанного, — если Гидре понадобится обратить эффект сыворотки вспять – например, в случае дестабилизации испытуемого или утраты контроля – они используют мощный, целенаправленный электрошоковый удар. Этот импульс не убьет носителя. Он разорвет эти искусственные молекулярные связи, насильственно разъединит слияние частиц и вернет биологическую систему к прежнему, исходному этапу эксперимента. Это их аварийный выключатель. Их гарантия обратимости. Тони медленно отложил толстую папку с тревожными результатами анализов, которые он безуспешно пытался осмыслить последний час, и с заметным усилием поднялся со стула. Он встал напротив доктора Джексон, невольно копируя ее напряженную, готовую к отпору позу, скрестив руки на груди. Его взгляд, обычно полный иронии, сейчас был тяжелым и проницающим. - Они изобрели что-то вроде… рычага аварийного отключения? Механизм для переключения действия сыворотки? Как выключатель? - Да, мистер Старк, - доктор Руби слегка поджала губы, тонкой линией обозначив свое внутреннее напряжение. В ее глазах читалась усталость от бессонных ночей и тяжесть ответственности. - На данном, крайне сложном этапе изучения, после серии неудачных попыток блокировки, моя команда пришла к единогласному и, увы, пока лишь предварительному выводу. Мы считаем, что гипотеза о существовании такого механизма имеет право на существование. - Видимо, их сильно не устроил перспектива встречи с разбушевавшимся против них Зимним Солдатом, - Брюс Бэннер осторожно приблизился, присоединившись к разговору и помогая мысленно формировать полную, пугающую картину замыслов Гидры. Его голос был тихим, но твердым. - Они решили перестраховаться, создать аварийный клапан на случай, если их оружие выйдет из-под контроля или обратится против них. Тони резко повернул голову, его взгляд, сосредоточенный и требовательный, устремился на Брюса, словно ища подтверждения собственных, самых страшных догадок. - Если ты не можешь гарантированно повлиять на все последствия своего чудовищного эксперимента, - Тони отчеканил каждое слово, его голос звучал холодно и цинично, - просто создай себе кнопку для мгновенной отмотки всего к первоначальному, безопасному виду. Логика палачей. Дела были не просто плохи – они стремительно катились в бездну. Тони мысленно прокручивал слова доктора снова и снова, как заевшую пластинку. Каждый раз они звучали еще более зловеще. Они барахтались в океане неизвестности, имея лишь смутное, отдаленное понятие о подлинном действии сыворотки, словно собрав лишь несколько разрозненных кусочков из огромного, мрачного пазла. - Мистер Старк, для подтверждения данной гипотезы, для поиска этого… механизма, нам критически необходимо стабилизировать текущее состояние мисс Старк, добиться хоть какого-то равновесия в ее организме, и затем... - Девушка не успела договорить, как Тони резко, почти с угрозой, повернул голову в ее сторону. - И затем включить в протокол исследований электрошоковую терапию? – Он огрызнулся, его голос, внезапно повысившийся на полтона, повис в напряженном воздухе лаборатории, словно наэлектризовав его. Доктор Джексон не дрогнула, не отступила ни на шаг. Она лишь слегка втянула воздух, всем видом показывая, что предвидела именно такую, взрывную реакцию со стороны мужчины. Она стояла неподвижно, как скала перед накатывающей волной гнева. Такая ледяная, предсказуемая сдержанность явно не устроила Тони, подливая масла в огонь его ярости. Уже в следующую секунду он сделал резкий шаг вперед, всем телом подавшись к Руби. Его брови грозно сдвинулись к переносице, образуя глубокую складку. - Вам хоть на долю секунды известно, доктор, к какому состоянию приводят подобные варварские процедуры? – Он прошипел сквозь стиснутые зубы, и в этом шипении слышалась вся накопленная боль и бессильная злоба. Брюс осторожно, но решительно сделал шаг вперед, вставая чуть ближе к Тони, всем существом предчувствуя зарождающуюся бурю, готовую вот-вот обрушиться на лабораторию. - Вы вообще осознаете, к каким необратимым, катастрофическим последствиям для здоровья, для самой сути человека, может привести подобная мера "изучения"? Это не научный эксперимент, это варварство! Доктор Руби Джексон не опустила глаз. Она спокойно, даже хладнокровно, выдержала этот шквал, ее взгляд был прямым и недрогнувшим, всматриваясь в разъяренные, почти безумные глаза Тони Старка. В ее позе не было вызова, но была непоколебимая уверенность в необходимости говорить правду, какой бы горькой она ни была. - Мистер Старк, - ее голос звучал ровно, без тени страха, - я лишь озвучила одно из возможных направлений, возникшее в ходе анализа данных. Безусловно, моя команда прямо сейчас продолжает искать любые иные, более щадящие варианты расщепления компонентов сыворотки или блокировки ее эффектов. Она сделала небольшую, но значимую паузу, давая словам больший вес. - Но вы не должны забывать суровую реальность: на данный момент мы узнали лишь малую часть – фрагмент – касательно возможного отступления сыворотки и гипотетического лечения. Мы по-прежнему не знаем главного: для какой конечной, чудовищной цели она была создана Гидрой, и к каким глобальным, возможно, ужасающим физическим и ментальным изменениям приведет ее полное, беспрепятственное усвоение в организме Эмили. Сказав это, доктор Руби выпрямилась во весь свой рост, вставая буквально напротив Старка, не отводя с него пристального, серьезного взгляда. Расстояние между ними сократилось до минимума. - Я не враг вам, Старк, - вдруг ее голос смягчился, в нем появились нотки искреннего сочувствия. - Я не знаю Эмили лично, не связана с ней узами семьи или дружбы. Но это никоим образом не меняет фундаментального факта: она – молодая девушка, невинно попавшая в самые ужасные, немыслимые обстоятельства по чьей-то злой воле. Девушка сделала глубокий вдох, явно тщательно обдумывая каждое следующее слово, стараясь достучаться до разума Тони сквозь стену его эмоций. - Я посчитала своим профессиональным и человеческим долгом рассказать вам абсолютно все, что мы узнали и о чем размышляем, именно потому, что я прекрасно понимаю глубину вашего отчаяния, вашу боль, вашу ярость. Она выдержала еще одну паузу, ее глаза искали в его взгляде хоть каплю рациональности. - Но и вы, Тони, обязаны трезво понимать: если в ходе дальнейшего изучения, возможно уже завтра, выяснится наличие необратимого, разрушительного отрицательного эффекта от сыворотки, или, что еще страшнее, ваша сестра обретет силы, которые она физически или психически не в состоянии будет контролировать… А затем, под безжалостным влиянием Гидры, потеряет последние остатки своего разума, свою личность… – Доктор Руби выжидающе посмотрела прямо в глаза Старка, вглядываясь, ища хоть тень понимания неизбежности выбора. - То в этом случае, мистер Старк, даже самый отвратительный, самый неприятный и рискованный вариант, вроде контролируемой электростимуляции определенных зон, может стать единственным, отчаянным ключом к спасению ее жизни. К возвращению ей самой себя. Тони Старк физически ощутил, как огромный, тугой ком непроглоченной горечи и вины скатился из горла прямиком к сердцу, оставляя за собой жгучую, почти невыносимую боль в груди. Чувство собственной неспособности защитить самое дорогое смешалось с адской усталостью, образовав плотную, удушливую пелену горечи и бессилия. Как он мог допустить? Как он, Тони Старк, с его ресурсами, его технологиями, мог позволить, чтобы жизнь Эмили превратилась в этот кошмар? Почему он не окружил ее целым армейским конвоем, не приказал следовать за ней на каждом шагу, оберегая как зеницу ока? Эта мысль грызла его изнутри, острее любого ножа. В этот момент на его плечо легла тяжелая, но успокаивающая рука Брюса. - Тони, послушай меня, - Бэннер заглянул Старку прямо в глаза, стараясь поймать его потерянный взгляд, его голос звучал настойчиво, но без давления. - Мы придумаем другой способ. Обязательно придумаем. Слышишь меня? Он слегка потряс Тони за плечо, пытаясь вернуть его из пучины самобичевания. - Давай сделаем паузу. Сейчас нам всем нужна передышка. Дождемся окончательных результатов по новым образцам тканей, по последним сканам. Потом, с ясными головами, продолжим. Не дожидаясь ответа, понимая, что слова сейчас могут не дойти, Брюс мягко, но настойчиво взял Тони за предплечье и потянул за собой, направляя к двери, ведущей в небольшую общую комнату отдыха. - Пойдем. Сейчас тебе нужен воздух и минута покоя. Доктор Руби молча отступила с дороги, пропуская мужчин. Гнетущая тяжесть ситуации, ощущение тупика и невозможности найти быстрое, безболезненное решение, постепенно заполняли ее душу ледяной волной. Но, резко встряхнув головой, словно отгоняя прочь парализующие мысли, Джексон тяжело, с усилием вздохнула. Она выпрямила спину, взяла себя в руки с видимым усилием воли и решительно развернулась обратно к столу, заваленному пробирками, микроскопами и распечатками данных. Она должна была вернуться к работе, к бесконечным разработкам и расчетам. Отчетливо, почти вслух успокаивая себя, что существуют другие пути, множество альтернативных способов, до которых им просто необходимо ускоренно, отчаянно подобраться.                              *** Заметив входящих Брюса и Тони, Наташа медленно отодвинула просматриваемую папку и подняла взгляд на мужчин. Ее зеленые глаза столкнулись с разочарованным, почти безнадежным взглядом Старка. Сердце неприятно ёкнуло, сжавшись в груди, словно предчувствуя плохие новости. — Есть новости? — Баки нетерпеливо обратил на себя внимание вошедших. — Есть, но пока все не точно, — Брюс приспустил очки, потирая переносицу, словно пытаясь прогнать усталость. Его взгляд скользнул на Тони, который молча прошел в кухню, наливая очередную чашку кофе. Черная жидкость дымилась, отражая его мрачное настроение. — Впереди еще много работы. Следом в дверном проеме появился Стив, который выглядел явно не лучше остальных. Его обычно безупречная осанка была слегка ссутулена, а уставшее, осунувшееся лицо требовало хотя бы кратковременной передышки. Капитан молча прошел к журнальному столу, за которым сидели Наташа и Баки, тяжело опустился в кресло и перевел взгляд на Тони. — О чем говорила доктор Джексон? — Ты вовремя, Кеп, только собирался обрадовать присутствующих умозаключением доктора Руби, — раздраженно и снисходительно отозвался Старк, помешивая кофе ложкой с монотонным звоном. Затем он замер на несколько секунд, уставившись в окно перед собой, будто ища в темноте за стеклом ответы на мучившие его вопросы. Наконец, он порылся в карманах, достал небольшой планшет и поставил его на стол, активировав голограмму. — О, познакомьтесь, это наш Баки Барнс, бывший Зимний Солдат, — Тони пролистнул первую страницу, продолжил, намеренно игнорируя напряженный взгляд Барнса. — Год назад Баки сломал систему Гидры, самостоятельно освободившись от заложенной программы. — Тони сделал паузу, его пальцы замерли над экраном, будто он мысленно возвращался к тем событиям. — Но Гидра не забросила проект. Они не стали гоняться за Барнсом и пытаться активировать вшитый в его сознание код. Нет. — Тони резко поставил чашку на стол, громкий стук разнесся по комнате. Он посмотрел на всех присутствующих, намеренно задержав взгляд на Стиве. — Они предпочли разработать двойную концепцию игры. — Тони, о чем ты? — несдержанно уточнил Клинт, переглянувшись с Наташей. Его пальцы нервно постукивали по рукояти. — Они создали модифицированный способ контроля сыворотки. Если раньше для введения Баки в транс нужно было прогонять его через терапию, то сейчас подобным способом они сами вправе лишить подопытного всех преимуществ, дабы не сталкиваться с могущественным мутантом, обозлившимся на их исследовательский отряд. Стив непонимающе свел брови к переносице. — Ты хочешь сказать, что они вправе как отключить ее от своего эксперимента, так и подключить, когда им вздумается? — Да, Капитан, — Тони обошел столешницу, — Чертов рычажок. Барнс пристально разглядывал свою металлическую руку, болезненно прокрутив пальцами, будто проверяя, насколько она еще подчиняется ему. Затем он медленно поднял взгляд на Тони, задавая главный вопрос: — Какие изменения предполагает препарат? Тони ухмыльнулся, переглянувшись с Бэннером. В его улыбке не было ни капли веселья — только горечь и усталость. — К этому ответу мы пока не приблизились, — Брюс оглядел присутствующих, его голос звучал мягко, но в нем явно читалось напряжение. — Чтобы разобраться в последствиях введенного препарата, нужно понимание его состав, а он, как мы выяснили пока что, проявляется только при извлечении данной сыворотки. Стив встревоженно перевел взгляд на Тони: — Мы же не станем, Старк? — сканируя лицо мужчины, настойчиво уточнил Капитан. — Мы сделаем все, чтобы этот вариант не использовался, — Тони болезненно перевел взгляд на Стива, прекрасно понимая его опасения. — Мистер Старк, извините, что прерываю ваш разговор, — в обсуждение вмешался Джарвис, его спокойный голос контрастировал с напряженной атмосферой в комнате. — Мисс Старк пришла в себя в медицинском отсеке. Поспешите ее навестить. Тони резко оттолкнулся от стола, почти не глядя направляясь к выходу. Стив, не говоря ни слова, последовал за Старком, оставляя остальных в тягостной, гнетущей тишине ожидания.                                                                *** Сознание возвращалось медленно, словно сквозь толщу мутной, вязкой воды, наполненной тенями забытых снов. Сначала — только давящая, беспросветная тьма, в которой не было ни времени, ни пространства, лишь бесконечное падение в пустоту. Потом — первые смутные, едва уловимые ощущения: ледяные струйки холодного пота, стекающие по спине, одеревеневшие, будто чужие конечности, пронизывающая тяжесть в висках, будто чья-то невидимая рука методично сжимала череп, вытесняя последние капли ясности. Где-то вдали, сквозь пульсирующий, монотонный шум в ушах, напоминающий прибой далекого шторма, пробивались голоса — обрывки фраз, неясные, как эхо из другого мира, доносящееся сквозь толщу лет. Свет, даже сквозь плотно сомкнутые веки, резал глаза неровными всполохами, и первое инстинктивное движение — слабая, почти незаметная попытка отвернуться, защититься, спрятаться от этого вторжения в хрупкий мир только что обретенного существования. Тело не слушалось. Мышцы казались ватными, лишенными не только силы, но и самой принадлежности к себе, а каждое дыхание давалось с трудом, будто грудь сдавливали невидимые тиски, оставляя лишь крошечные порции воздуха, едва достаточные для того, чтобы не задохнуться. Во рту стоял привкус металла и чего-то горького — адреналина, страха, последнего воспоминания перед падением в темноту, словно тело все еще пыталось передать мозгу сигнал тревоги, уже утративший актуальность. Пальцы дрожали, судорожно цепляясь за что-то твердое — край кровати, просто складку одежды, лишь бы убедиться, что мир вокруг реален, что граница между сознанием и бессознательным наконец преодолена. Голова кружилась, и стоило попытаться приподняться, как волна тошноты накатывала с новой, неумолимой силой, заставляя снова закрыть глаза и глубже вжаться в подушку, словно она могла стать якорем в этом хаосе. — Мисс Старк, с пробуждением, — голос Джарвиса звучал слишком громко, слишком резко, неестественно четко. Мысли путались, как оборванные нити, распадаясь на фрагменты, не желая складываться в цельную картину. Кто я? Где я? Что случилось? Воспоминания всплывали обрывками — резкая, пронзающая боль, внезапная слабость, будто кто-то выдернул вилку из розетки жизни, пол под ногами, уходящий из-под… — Я сообщу мистеру Старку, что вы пришли в себя, — не унимался умный помощник, его голос звучал почти механически, лишенный обычной плавности. — Пожалуйста, не вставайте с кровати до прихода медицинского персонала. Ваше состояние требует контроля. Постепенно, словно сквозь густой туман, зрение начало фокусироваться: сначала — размытые, плывущие пятна, потом — еле понятные предметы окружающие комнату. — Джарвис… где я? — собственный голос прозвучал хрипло, чужим, словно пробиваясь сквозь слои песка, и тут же в горле запершило, вызывая новый приступ кашля. Рука, все еще слабая, дрожащая, потянулась ко лбу — кожа была влажной и холодной, как у мертвеца, и это осознание заставило содрогнуться. Сердце билось неровно, то замедляясь до пугающей тишины, то снова учащаясь, будто не решаясь, стоит ли возвращаться к нормальному ритму, или этот мир все еще слишком опасен для спокойствия. — Вы на базе Щ.И.Т.а, мисс Старк. Ваш сон составил 23 часа 13 минут. Ваше состояние чуть ниже критического уровня, пожалуйста, оставайтесь в постели. Эмили судорожно пыталась восстановить хронологию событий, цепляясь за обрывки воспоминаний, как за соломинки в бурном потоке. Каждый образ, каждая деталь казались важными, но ускользали, как песок сквозь пальцы, оставляя лишь чувство тревоги и неразрешенного вопроса: что же произошло на самом деле? Двор университета. Точно. Воспоминания покатились с бешенной скоростью. Девушка рефлекторно дёрнулась, её пальцы дрожащими движениями потянулись к животу, где сквозь ткань пижамы, под пальцами она ощутила грубую поверхность бинта, наложенного кем-то второпях, и, слегка проведя ладонью по животу, попыталась оценить масштабы повреждений. Поморщившись, Эмили попыталась собрать мысли воедино. В голове мелькали обрывки воспоминаний — яркие, но бессвязные, словно кадры из сломанного проектора. Она отчаянно цеплялась за них, пытаясь сложить разрозненные фрагменты в единую картину. И вдруг — резкий, чёткий образ. Джесс. Имя вспыхнуло в сознании, как сигнал тревоги. Джесс была там! Старк резко дёрнулась, пытаясь подняться, но мир вокруг опрокинулся. Пол внезапно ушёл из-под ног, стены закачались, словно палуба корабля во время шторма. В висках застучала тупая, монотонная боль — будто кто-то методично бил молотом изнутри, с каждым ударом усиливая давление. Кровь, до этого лениво перекатывавшаяся по венам, вдруг хлынула к голове, и перед глазами вспыхнули искры — ослепительные, хаотичные, ослепляющие. Головокружение накатило с такой силой, что казалось — ещё мгновение, и она снова рухнет. Руки дрожали, пальцы скользили по гладкому пластику кровати, безуспешно пытаясь зацепиться за край. Надо встать. Быстрее… Но тело отказывалось слушаться. Сердце колотилось, как загнанное, каждый удар отдавался в горле горьким металлическим привкусом. Дыхание сбилось — воздух не наполнял лёгкие, а лишь царапал их изнутри, будто она вдыхала осколки стекла. Собрав волю в кулак, Эмили с трудом приподнялась, но ноги тут же подкосились. Шатко держась за спинку кровати, она судорожно оглядела комнату, пытаясь найти телефон. — Джарвис, набери Джесс, умоляю! — её голос сорвался на истеричный шёпот. Воспоминания о взрыве, о том, что Джесс могла быть там, в эпицентре, — всё это накрыло новой волной паники. Но он не ответил, уже перенаправляя сигнал команде Мстителей, сообщая о пробуждении мисс Старк. — Чёрт! — тихо выругалась девушка, нервно озираясь по сторонам. — Ну же, где ты?! Её взгляд упал на небольшую тумбочку возле кресла. Сосредоточившись, Эмили попыталась разглядеть её содержимое — и вдруг заметила телефон, лежащий на столешнице. Она отпустила кровать, сделав неосторожный шаг вперёд, но помутнение в глазах тут же дало о себе знать. Старк едва успела ухватиться за спинку кресла, прежде чем беспомощно рухнуть на подлокотник. Дрожащими руками она схватила телефон, пытаясь сфокусироваться на экране. Пальцы скользили по списку контактов, пролистывая десятки имён в поисках одного-единственного. — Проклятье, ну где же ты?! — её голос дрожал. Буря эмоций накрывала с головой, стоило только представить, что могло случиться с Джесс — Прошу, возьми трубку… Удерживаясь за край подлокотника, Эмили закрыла глаза, сосредоточившись на гудках в трубке. — Ты с ума сошла?! — раздался резкий шёпот. Тони буквально ворвался в комнату. — Куда ты встала? — он стремительно подошёл к сестре, крепко взяв её за плечи, чтобы помочь удержать равновесие. Стив, стоявший рядом, тут же опустился перед ней на колени, стараясь заглянуть в лицо. — Стив… - Эмили медленно подняла взгляд. Она заглянула в глаза мужчины, игнорируя негодование брата, которое висело в воздухе плотной, почти осязаемой пеленой.— Джесс в соседней палате? Голос её дрогнул, и в этом вопросе уже читался страх, отчаянная надежда на то, что её худшие предположения окажутся ошибкой. Тони вымученно прикрыл глаза на пару секунд, словно пытаясь собраться с мыслями, затем перевёл взгляд на Стива — немой, но красноречивый призыв держаться их договорённости. Но куда уж там? Это же Капитан Благородство, человек, который не мог солгать, даже если от этого зависела чья-то жизнь. — Эми…- Стив сделал паузу, и эта заминка заставила девушку на секунду затаить дыхание, — Мы пока не знаем, что с ней. Тони закатил глаза и тяжело вздохнул, замечая состояние сестры. Резким движением, принудительно повернув лицо Эмили к себе, стараясь блокировать начинающуюся истерику, которую уже видел в её расширенных зрачках. — Послушай, — его голос стал чуть мягче. Он заметил, как слёзы заполонили её глаза, — Мы направили туда лучший поисковый отряд. Шансы есть. Мы найдём её, слышишь? Но Эмили уже не слушала. — Нет… этого не может быть…- её шёпот был едва слышен,— Она под завалами? Нет… Она дёрнула руку из хватки Стива гораздо резче, чем планировала, и тут же закрыла лицо ладонями, — я должна была помочь ей…- слёзы переросли в задыхающиеся всхлипы, её плечи тряслись, а пальцы впивались в волосы, — Это моя вина… я не хотела… Тони перевёл взгляд на Стива, и в его глазах читалось больше, чем могли бы выразить любые слова. Красноречивее всех упрёков, всех обвинений, которые он мог бы высказать Капитану, не сумевшему держать язык за зубами. Уже сутки Джесс искали в руинах университета. Разбор завалов вёлся медленно, с осторожностью, чтобы не спровоцировать новое обрушение и без того шатких стен. Тони и сам не на шутку переживал за малышку Паристер, цепляясь за надежду, но специально попросил Стива не говорить Эмили, предвидя её реакцию. — Эми, послушай…- жалкие попытки Стива достучаться до неё проходили незамеченными. В конце концов, ему пришлось схватить её за лицо, заставив посмотреть на себя, — всё будет хорошо. Сейчас тебе нужно отдохнуть. Но Эмили почти не слышала его. Мысли, панические и неконтролируемые, заполонили её разум, сжимая горло, как петля. Грудь горела, каждый вдох резал, словно нож. Пальцы цепенели, сжимаясь в кулаки, которые били по воздуху, по себе, по тем, кто пытался её удержать. И тогда она почувствовала укол. — Вот так… тише, тише…- рядом с Тони стояла медсестра, аккуратно убирая пустой шприц. — Всё хорошо, сейчас будет лучше. Эмили ощутила, как твёрдые руки брата подхватывают её, осторожно придерживая обмякшее тело. Пелена перед глазами светлела, затягивая в сладкий, безмятежный сон. По щеке скатилась последняя слеза, и веки медленно сомкнулись, унося сознание в тёмные объятия временного покоя. Стив осторожно поднял её, уложил на кровать, накрыл одеялом, затем отошёл, уступая место медикам. За прозрачной стеной палаты стоял Тони. Его скулы напряжённо сомкнулись. — Я должен был сказать ей, Тони… — начал Стив, подходя ближе. — Эми иногда… — Иногда так тянет по зубам тебе дать, — резко перебил его Тони, делая тяжёлый, дрожащий вдох. — Ты хоть иногда можешь поступить так, как тебя просят? Его глаза блестели от ярости, но в них читалось и что-то ещё — страх, бессилие. Не дожидаясь ответа, он резко развернулся и зашагал прочь, нервные шаги отдавались глухим эхом по коридору. Стив стиснул челюсть, глядя ему вслед. Затем медленно повернулся к стеклу, за которым лежала Эмили. Её глаза слегка подрагивали под веками — признак глубокого сна. Щёки, ещё минуту назад пылающие от слёз, теперь были бледны, лишь лёгкий румянец напоминал о пережитом потрясении. Губы приоткрыты, дыхание ровное. Стив не помнил, сколько простоял там. Ту же волну страха, что охватила Тони, когда он изучал данные исследований, чувствовал и Стив. Худшее — это не знать, как помочь тому, кто тебе дорог.