Новый пациент

Вдобавок к пропущенным вызовам нашлось сообщение от Наташи: «ПЕРЕЗВОНИ МНЕ». Баки заметил перемену настроения Стива, обеспокоенно спросил: — Что-то случилось? Стив врать не стал. — Пока не знаю. Пока. Словно солнце померкло. Баки плотнее запахнулся в халат, торопливо пригладил волосы. Стив вдруг подумал: откуда этот жест? Пирс говорил ему что-то вроде: «Приведи себя в порядок, ты похож на пугало огородное»? Наташа могла подождать ещё пару минут, а Баки — нет. Стив притянул к себе омегу, обнял крепко, поцеловал в волосы, взлохматил их и ещё раз поцеловал. Баки поднял лицо, и Стив поцеловал и его. И только когда почувствовал, как под ладонями расслабились напряжённые плечи, успокоил словами: — Все будет хорошо, Баки. Я никому тебя не отдам. Наташа ответила сразу, не здороваясь спросила: — Барнс у тебя? — Мой омега со мной. — Твою ж мать, Роджерс! Оба помолчали. Наташа — проговаривая про себя куда более забористые ругательства, Стив — вежливо давая ей на это время. — На регистрацию брака подали? — буркнула наконец адвокат. — Нет? — полувопросительно ответил Стив. Даже жар к щекам прилил, он ведь должен был подумать об этом сразу, метка на омеге автоматически перекрывала закреплённый лишь на бумаге брак, а он едва смог выпустить Баки из постели и только и думал, как они туда вернутся. — Слава богу! — Восклицание Наташи вырвало из покаянных мыслей. — Сначала Барнс подаст на развод, и уже отдельным заявлением — на заключение нового брака. — Так же дольше? — Так Пирс не выяснит твой адрес. Юридически это будут два действия, не связанные друг с другом. Барнс сам решил уйти от мужа и затем сам решил заключить новый брак. Почувствуй разницу с «доктором Роджерсом — похитителем младенцев». — Баки не младенец, — возмутился Стив. Забывшись, он назвал омегу домашним именем, но Наташа только фыркнула. — Очнись, Роджерс. Если бы не брак, он даже не был бы полностью совершеннолетним. И уж поверь, именно это Пирсу в нём и нравится. Баки, видимо, услышал фамилию мужа (почти бывшего!), втянул голову в плечи, переставил что-то на столе, уронил, начал поднимать. Вид у него был до того несчастный и испуганный, что в душе Стива снова проснулась ярость на этого мерзавца. — Посидите пока тихо, — продолжала Наташа. — Пирс носом землю роет в поисках своего ненаглядного. Я к тебе заеду, чтобы Барнс заполнил заявление на расторжение брака. И на заключение заполните, я заверю и отвезу в мэрию. — Спасибо тебе, Наташа. Стив правда был ей благодарен, но прямо сейчас ему хотелось закончить этот разговор и утешить Баки. — Будешь должен, Роджерс. Пришли сообщениеи адрес и очень тебя прошу: будьте одетыми, когда я приеду. Стив фыркнул, Наташа рассмеялась и, наконец, повесила трубку. *** Когда она приехала, они были одеты. Баки — в одежду Стива, которая была ему велика, но смотрелся он в ней очень мило. И ему нравилось, что одежда пахла Стивом! Он так и сказал, и вот такая простая в общем-то вещь, обычная для только что связанной пары, подействовала совершенно опьяняюще. Баки вообще так действовал на Стива — мозги отключались напрочь, их заменяли желание и забота. Наверное, это здорово отражалось на лице, потому что Наташа, едва поздоровавшись, посоветовала: — Ты бы хоть лимон съел, Роджерс. Неприлично быть таким довольным. Баки она оглядела куда более серьезно, протянула руку: — Наташа Рашман. Адвокат и друг твоего альфы. Баки сразу расслабился от того, как безоговорочно она признала их парой, заулыбался. — Я Баки, — и сразу поправился: — то есть Джеймс Барнс. — Я так и поняла. Роджерс мне все уши про тебя прожужал. — И подмигнула. Вот Стиву она ни разу не подмигивала за все время их знакомства. Потом, правда, Наташа выложила на стол бланк и проследила, чтобы Баки правильно его заполнил. А следующий они уже заполняли вместе, и Баки застрял на пункте, где нужно было указать собирается ли он менять фамилию. — Только если хочешь, — сказал Стив, но, кажется с такими просительным интонациями, что Баки сразу решительно вписал в графу «Роджерс». Наташа, снова посерьёзневшая, отказалась от кофе и уже в дверях ещё раз предупредила: — Мне не нравится Пирс, и ещё меньше нравятся его знакомства. Посидите дома пока. Заявление о расторжении брака я отвезу в мэрию прямо сейчас, а о заявку на заключение брака мой помощник отвезёт завтра и отдаст другому регистратору. Такие меры предосторожности показались Стиву излишними, но спорить с Наташей он не стал. Ещё раз поблагодарил, а она совершенно неожиданно спросила, как дела у Брюса. А Стив и не знал, что Брюс тоже с ней приятельствует: ни Наташа, ни Брюс никогда об этом не упоминали. Остаток дня прошёл спокойно. Баки проникся к Наташе полным доверием и не сомневался, что совсем скоро Пирс уже никак не сможет повлиять на его жизнь. О предупреждении Наташи Стив ему ничего говорить не стал, не хотел тревожить, но сам решил к ним прислушаться. Так что следующие дни они провели дома. Еды им хватало, недавнее сумасшествие с покупками пришлось очень кстати. Если им хотелось на воздух, они пили кофе или лежали в обнимку в гамаке в маленьком зелёном дворике за домом. В доме в обнимку смотрели фильмы на диване в гостиной. Вместе готовили, часто забывая о плите из-за поцелуев и очень много разговаривали. Стив с большой охотой вообще никогда не вспоминал бы о существовании Пирса, но тот то и дело всплывал в беседе, что было неудивительно. В предыдущей жизни Баки почти всё оказалось связано с ним. Так Стив неожиданно выяснил, что Баки никогда не имел собственных средств, да даже просто карманных денег. И выбор одежды в пользу толстовок и джинсов был продиктован не столько вкусом самого Баки, сколько ценой. Пирс никогда не забывал упомянуть, что содержание мужа дорого ему обходится. А ещё Пирс никогда не предлагал Баки продолжить образование, да и вообще мало интересовался желаниями омеги, аргументируя это тем, что лучше разбирается в жизни. И в результате… В результате Баки встретил Стива. Баки так и сказал однажды: «Знаешь, я Алексу даже благодарен в чём-то. Вдруг иначе мы никогда бы не встретились?» Стив предпочел бы, чтобы Баки никогда не встречал Пирса, но, увы, изменить это было невозможно. А потом неделя отпуска закончилась, и Стиву пришлось вернуться на работу.