📖 Глава 5 — «Чужие вещи»
26 июня 2025 г., 18:04
На следующее утро бабушка ушла в поликлинику, и Илья остался дома один. Он ходил из угла в угол, в наушниках, пытался начать читать, потом бросил. Думал, писать ли Лёше. Не стал. Просто вышел на улицу.
У подъезда он увидел: у квартиры Алексея окно было приоткрыто. Это значило “дома”. Илья поднялся без звонка. Постучал — два раза, как обычно.
Открыл Алексей — с лохматой головой, в широком чёрном свитере. На запястье висела резинка для волос. Он выглядел как человек, которого вытащили из постели, но который рад, что это случилось.
— Здорово. Рано как-то.
— У нас выходной.
— У меня тоже. Чай?
Илья вошёл. Всё в квартире казалось почти тем же, но... как будто чуть ближе. Даже кресло, куда он сразу плюхнулся, уже не “чужое” — просто “не своё”.
Алексей заварил чай. Поставил две кружки.
— Ты часто сидишь у себя, когда никого нет? — спросил он.
— Да. Я к одиночеству привык.
— Не верю.
— Серьёзно. С шести лет. Когда родители начали выяснять, кто из них заберёт мебель, а не ребёнка.
Алексей опустил глаза.
— Понимаю.
На столе лежал блокнот. Толстый, тёмный, ободранный. Алексей отодвинул его, но Илья успел увидеть: на одном из листов был чей-то силуэт в окне. Очень узнаваемый.
— Это я? — тихо спросил он.
Алексей не ответил. Просто пожал плечами.
— Иногда, чтобы разобраться в человеке, мне надо его нарисовать. Не обязательно удачно.
Илья кивнул.
— Можно... когда-нибудь, если ты не против... тоже нарисую тебя.
— Только не делай меня добрым.
— А если ты уже не злой?
На секунду в комнате стало очень тихо. Часы тикали на кухне. Вода в батареях шуршала.
— Я когда в первый раз тебя увидел, — сказал Алексей, — подумал: “Вот человек, который смотрит так, будто ждёт, что всё обрушится, но всё равно стоит”.
Илья усмехнулся.
— А я думал, ты странный тип с третьего этажа, который курит на балконе и залипает в облака.
— Ну, мы оба не ошиблись.
Он остался у Алексея до вечера. Они ничего особенного не делали — пили чай, немного болтали, потом Илья читал, а Алексей рисовал. Было почти тихо, почти лениво.
Но в этой тишине родилась привычка.
