Мы меняем правила

Когда Сайрус появился на пороге с незнакомой женщиной, удивительно похожей на Лили, Петунья сперва оцепенела. Но быстро взяла себя в руки и встала в полный рост, решительная, как всегда, когда дело касалось семьи. — Знаешь, Сайрус… последний раз, когда в наш дом пришли волшебники, они оставили нам Гарри. — Боюсь, и на этот раз новости будут не из приятных. Позовёшь остальных? — Гарри в порядке? — в голосе Петуньи проскользнула тревога. — Не волнуйтесь, мэм, Гарольд в безопасности. На данный момент. — В разговор спокойно вмешалась незнакомка. — Я Ядвига Петровна, со мной связались через банк. С сегодняшнего дня вместе с Сайрусом я являюсь его опекуном — в магическом мире. Не беспокойтесь, вас мы никак не стесним. — Всё хорошо. — Склонила она голову. — Чем больше у него будет наставников до поступления в эту чёртову школу, тем лучше. Гарри… он любознательный. Но один раз эта любознательность уже обернулась бедой. Они прошли в гостиную. Пока Сайрус с разрешения хозяйки готовил чай, Петунья собрала семью. Сидя напротив, было видно, что больше всех нервничает Дадли. Верно, мужу она уже успела коротко изложить суть, но сын… — Так… вы тоже стали его опекуном? — Дадли глядел настороженно. — Верно, магия ещё не признала меня официально. Но как только ритуал завершится, это изменится. — Какой ещё ритуал? Что происходит? С Гарри всё в порядке? Его кто-то обидел? — Дадли, сядь и успокойся. — Мать косо посмотрела на сына. — Гарри не в опасности. Пока что. — Но Сайрус… ты же обещал! Обещал, что он будет в безопасности! — Энергичный парень. — Девушка усмехнулась. — Сейчас нечасто встретишь братьев, так искренне переживающих друг за друга. Ведьма слегка склонила голову. — Представлюсь ещё раз. Ядвига Петровна. Преподаватель школы магии. Не британской — той, о которой вы, к слову, отзывались довольно... нелестно. Но справедливо. Она ненадолго замолчала, словно собираясь с мыслями. — На восточной окраине бескрайних уральских лесов, где равнины начинают подниматься в холмы и скалы, скрыта Медная гора. Это место — пограничье между светом и тенью, между Европой и Азией, где природа словно замерла, охраняя свои сокровища. Именно в этой горе и находиться наша школа. И в отличии от Британской у нас не разделяют магию на светлую и темную, потому что магия едина, и даже светлые, по мнению британцев, заклинания могут причинить непоправимый вред в плохих руках. — Я понимаю, о чём вы говорите. — кивнул Вернон. — Вместо деления на тёмные и светлые, вы классифицируете заклинания как защитные и атакующие, так? — Впечатляет. Вы достаточно хорошо осведомлены о магии. — Гарольд любит учиться… и ещё больше любит учить. — вздохнул он. — Мне хватило двух его лекций, чтобы разобраться, как устроены школы. — И ещё пяти, чтобы понять, когда лучше прикинуться тупым. — хмыкнул Дадли. — Гарри говорил: если маг достал палочку и держит её неуверенно — можно выбить. Если держит слишком уверенно — лучше сразу выйти из зоны поражения. Не всегда сработает, но шансов выжить больше. — Что ж… — усмехнулась Ядвига, откинувшись на спинку кресла. — Ещё раз убеждаюсь, что ваш Гарри — не по годам умён. Она на миг замолчала, затем чуть серьёзнее добавила: — Перейдём к делу. Рассказ о произошедшем в банке занял немало времени — но оказался предельно понятным. Дурсли выслушали молча, лишь изредка задавая уточняющие вопросы. Они, как оказалось, были вовсе не глупы — и уже спустя час собрали все необходимые вещи для переезда. — Вы так легко согласились? — с уважением спросила Ядвига, немного склонив голову. Её голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась нотка искреннего удивления. Петунья взглянула на неё прямо, почти вызывающе — в её глазах отражалась твёрдость, закалённая годами нелёгкой жизни. — Жизнь дороже стабильности, — сказала она без тени сомнения. — А Гарри мы не бросим. Ни при каких обстоятельствах. — Тогда вы крепче, чем многие маги, — с мягкой улыбкой откликнулась Петровна. — На первое время я поселю вас у себя. Особняк просторный, места хватит. Гарри после ритуала понадобится не меньше месяца покоя и тишины. Насчёт финансов можете не беспокоиться — в его детском сейфе у Поттеров достаточно золота, чтобы обеспечить ему безбедную жизнь… и вашей семье, если понадобится, мы тоже поможем. Вернон кивнул, всё ещё молча, но уже не так настороженно, как раньше. — А как насчёт школы Дадли? — спросила Петунья, глядя на сына, который старался выглядеть невозмутимо, но не мог скрыть лёгкого беспокойства. — Не переживайте. Я улажу все формальности, — уверенно ответила Ядвига. — У меня есть связи в нужных отделах. Мы подчистим кое-кому память, а в магловских документах всё будет выглядеть, как нужно. — А... я-то как? — не выдержал Дадли. — Я ведь… не волшебник. — У нас есть кадетская программа для сквибов, — с лёгким лукавством сказала ведьма. — Там обучают и маггловским дисциплинам, и тем магическим наукам, которые доступны без активного ядра. — Расширенная программа? — Глаза Дадли загорелись. — А я смогу видеть Гарри? Смогу помогать ему? — Конечно. Программа включает изучение истории магии, расоведение, основное заклинательное право, руны и даже тактическое мышление. То, что не требует катализации магии, но всё равно важно. И да — будешь рядом. А когда придёт время… кто знает. Магия — упрямая сущность, но иногда делает исключения ради тех, кто по-настоящему предан. Дадли расправил плечи, и в его лице проступила решимость. — Тогда я согласен. Ядвига посмотрела на всех по очереди, будто оценивая их ещё раз. Потом, довольная увиденным, протянула Вернону небольшой медальон на цепочке, инкрустированный тремя крохотными камнями. — Это перенесет нас в мой дом. Крепко возьмитесь за цепочку — перемещение будет групповое. — А это не... — начал было Вернон, с явной тревогой косясь на сверкающий артефакт в руке Ядвиги. — Безопасно, — успокоила его волшебница. — Резкое, но мягкое. Будет ощущение, будто нырнули в горячую воду — и тут же вышли. Она дождалась, пока все возьмутся за звенья зачарованной цепи. Те встали в полукруг, словно по невидимому сценарию. Пальцы Дадли дрогнули, но не отстранились. Петунья стояла прямо, но сжала губы. Вернон тихо вздохнул. Они были готовы. Девушка произнесла слово-активатор на незнакомом англичанам, русском языке — и мир вокруг них на мгновение задрожал, вывернулся наизнанку. Секунда — и всё исчезло. Они очутились в просторном, старинном, но светлом особняке. Витражи, деревянные панели, резные перила, мягкий свет из-под купола. Воздух пах пряностями, воском и чем-то тёплым, как хлебный мякиш. Где-то в глубине дома тиканьем отзывались старые часы. — Добро пожаловать домой. В это же время, в другом конце магического мира. Сайрус, облачённый в строгую чёрную мантию с серебряной вышивкой, уже входил в незаметный, хранящийся под двадцатью печатями вход в Отдел Тайн. Он направлялся к старым друзьям — не ради болтовни, а чтобы напомнить о долгах.. — Так, вообщем… Руфи! — позвала Ядвига, обернувшись к пустому пространству у лестницы. С громким хлопком в воздухе возникло удивительное существо: домашний эльф. Он был чуть выше табуретки, с огромными, трепещущими ушами и влажными, блестящими глазами. На нём была аккуратная рубашка с вышивкой из алых нитей — узор будто светился, складываясь в старинные символы, смысл которых ускользал, но чувствовался интуитивно. Он поклонился низко, почти касаясь пола. — Хозяйка привела гостей, — голос у эльфа был тонким, певучим. — Руфи подготовить гостевые комнаты? — Знакомьтесь, — сказала хозяйка дома, поворачиваясь к Дурслям. — Это Руфи, мой домашний эльф. Он отвечает за порядок в доме, готовку, уборку, иногда даже за защиту. Если вы проголодаетесь, потеряетесь, не найдёте что-то — просто назовите его по имени. Он придёт. — Прямо… появится? — удивлённо переспросил Вернон, косясь на эльфа. — Мгновенно, — спокойно подтвердила Ядвига. — И не пугайтесь. Он вежлив, но умеет быть решительным, если потребуется. Ведьма обернулась и кивнула на вопрос заданный эльфом. — Семья Дурслей пробудет у нас некоторое время. Позаботься о них, как подобает. Комнаты, еда, дом — всё под их нужды. Только не трогай мою спальню и лабораторию. — Как прикажете, хозяйка, — эльф снова поклонился. Его глаза мельком скользнули по лицам гостей — и он мягко улыбнулся, по-эльфийски, чуть смущённо, но с неподдельной теплотой. — Рада познакомиться, Руфи, — неожиданно мягко сказала Петунья. — Благодарим за заботу. Эльф покраснел от смущения и закивал, пряча взгляд в рукавах. — А теперь, — продолжила Ядвига, — мне нужно вернуться к Гарольду. У нас впереди сложная часть ритуала. Вопросы? — Эм… — Дадли почесал затылок. — Гарри как-то упоминал… о защите дома у магов. О сложных заклинаниях. Это… актуально? — Прекрасный вопрос, — улыбнулась волшебница, одобрительно кивнув. — Поскольку я лично провела вас через порог, дом признал вас гостями и угрозы не представляет. Все защитные контуры на месте и активны. Ваша безопасность — под гарантией. Она чуть наклонила голову. — Моя спальня и лаборатория, как я уже сказала, закрыты и защищены отдельно — и прошу туда не заходить. В остальном — пользуйтесь домом свободно. Библиотека доступна, но с книгами нужно обращаться аккуратно. Некоторые из них древние и ценные. И ещё: некоторые — чувствительные, хотя и безопасные. — Мы поняли, — ответил Вернон, уже немного успокоившись. — Благодарим. Ядвига, не тратя лишних слов, кивнула и исчезла, растворившись в тонком вихре искр. А семейство, растерянное, но целое, осталось в холле, окружённое величием чужого, но неожиданно уютного дома. Словно он дышал рядом с ними — наблюдал, но не угрожал. Руфи тем временем поклонился вновь, отрывисто, и с неожиданной решительностью сказал: — Прошу следовать за мной. Ваша комната с видом на сад. Они шли на встречу неизвестности — странной, пугающей, но неожиданно светлой. Никто из них не знал, каким будет завтра. Но впервые за долгое время в этом не было страха.