Охота на белого носорога

Огненные светильники освещали комнату, над столом низко висел светильник, выполненный в виде связанной, висящей вниз головой девушки. Поверхность стола была глянцево-черной. Пахло лилиями и сандалом. В большом и удобном кресле полулежал Лео. Одет он был в брюки и рубашку, которую поленился застегнуть. Он курил трубку и от неё по воздуху плыл плотный белый дым, распространяя запах гашиша. Эта комната для отдыха и приятных разговоров располагалась в Царстве боли — любимом клубе Салазара. Магнитный замок на двери тихо пискнул, и в дверь вошёл Салазар. Он тоже был растрёпан и так же, как и Лео, поленился застегнуть рубашку. — Как оно? — спросил Лео, неспешно повернув голову. — Хорошо, — довольно ответил демон и сел в кресло рядом с Лео. — Новый мальчик терпеливый, долго держится. А ты как? — Мне всё лень, — улыбнулся Лео. — И шлёпать кого-то мне тоже лень. Я пожелал минет и массаж ступней и остался удовлетворён. У меня нет столько энергии, чтобы по полной тут отрываться. — Очень расслабляет попробовать в другой роли, — произнёс Салазар с улыбкой. — Я не люблю боль, — сказал Лео лениво. — У нас с ней давняя и сложная история взаимоотношений, приведшая к моей к ней ненависти. — Ну вот, — Салазар вздохнул, — а я всё надеялся тебя уговорить. Лео фыркнул, бросив на Салазара укоризненный взгляд. — Раз уж мы заговорили о боли, — сказал Лео и повернулся в кресле на бок, чтобы удобнее было разговаривать с демоном, — ко мне вчера приходил новый “воспитанник” Жодара. Теренс. Салазар удивлённо поднял брови. — И что хотел? — Хотел автоматы, патроны и бронежилеты. Я ему всё это продал. Жодар лезет в Свободный и поручил это мальчику. Демон скривился. — А зачем ты ему помог? — Ммм… — протянул Лео. — Потому что он довольно необыкновенный мальчик. — Гарри Поттер? — спросил Салазар. Пурпур фыркнул. — Он живой. Это во-первых. — Ого… — воскликнул Салазар. — Жодар совсем берега потерял. — Угу… А ещё он неоднократно сам приходил в Ад, чтобы выносить отсюда на Землю картины померших гениев. Ещё интересовался нотами и литературой. И всё это нужным людям за большие деньги на Земле продавал. Юный интеллектуал, ценитель прекрасного и денег. Организовывал всё ловко, действовал чужими руками, но и сам не промах. — Это всё звучит, как начало романа. Но оружие то ты ему зачем продал? — Он сильный и гордый, — сказал Пурпур. — Он не сломается под Жодаром. Если его направить… — А чем он его держит? — Родными, друзьями… его ублюдок Линден мотается на Землю, как к себе домой, несмотря на запрет Владыки пересекать границу. — И ты полагаешь, он поможет тебе отомстить? Как? Он просто человек. — Вы недооцениваете просто людей, доведённых до отчаяния, — сказал Лео. — Это несправедливое обвинение. Я уважаю многих людей и в первую очередь тебя, — ответил Салазар. — Но чем он тебе поможет? Лео улыбнулся загадочно и промолчал. — Он уже в отчаянии? — спросил Салазар. — О, с Жодаром не нужно много времени, чтобы впасть в отчаяние, — произнёс Лео. — Надо быть сильным и гибким, чтобы пережить это. И иметь веру в себя, или надежду. Но, говоря откровенно, если бы не Ворон, я был бы до сих пор его питомцем, а, может быть, и рыцарем. У Теренса нет покровителя главы синдиката, и полагаться ему не на кого. И я предложил свою поддержку и посильную помощь. — А если он ему доложит? — Салазар выгнул бровь. — Ничего страшного. Я же не предлагал ему Жодара убить. Но он не доложит. Он не из тех, кто ложится под тиранов добровольно. Салазар достал из ящика стола сигареты и закурил, задумчиво глядя на дым. — Я тут подумал, — сказал Лео. — Если бы Ворон не был против того, чтобы демоны в синдикате заводили рыцарей, он сделал бы меня рыцарем, несмотря на то, что я бы отбивался. Он хочет меня контролировать. Салазар улыбнулся и покачал головой. — Он хочет, чтобы ты боролся с его контролем, — сказал он. — Поверь, это намного интереснее, чем кого-то контролировать. Лео заинтересованно взглянул на Салазара и задумался. — Странные вы создания, — произнес он в итоге. — Как твой Рик? — Занят делами в Свободном, колдует что-то запредельно опасное, — ответил Салазар, усмехнувшись. — Обижается, что я уделяю ему мало времени, и бесится, когда уделяю много. Лео улыбнулся. — Я таким же был в юности. — Ты и сейчас такой же, — ответил Салазар. — Как кот. Погладить нельзя, не гладить — тоже не разрешается. Лео рассмеялся лениво. — Можно было бы шепнуть Владыке, что Жодар против воли держит живого, — сказал Салазар. — Я думал об этом, — произнёс Пурпур. — Поверь, его это не остановит. Он спрячет его, или ненадолго вернёт обратно, а затем снова присвоит. Жодар не расстается без боя с теми, кого считает своей собственностью. Я давно говорю Ворону, что Жодару Владыка не указ. — Ворон будет с ним вести дела, пока тот лоялен синдикату и сидит в кресле министра. Как таковая лояльность Владыке его мало интересует. Пурпур рассмеялся. — Ворон меня к Рэду приревновал, — сказал он довольно. — А у тебя с рыжим что-то было? — удивился Салазар. — Ну надо же мне, чтобы кто-то шептал нужные слова Владыке. Салазар покачал головой и усмехнулся. — Ты страшный человек! — И очень красивый, — сказал Пурпур, глядя на Салазара смеющимся взглядом. — Тем страшнее.