Охота на белого носорога

Было раннее утро и Терри спал этой ночью от силы часа полтора. — Мне влетит сегодня, — произнёс Эшли легкомысленно. Он, одетый только в полотенце на бёдрах, стоял на большой кухне в своей квартире, прислонившись к кухонному острову и пил из бутылки апельсиновый сок. Терри в одних брюках сидел за столом с чашкой кофе. — За то, что мы переспали? — спросил Теренс. — Ага, — Эшли улыбнулся. — Ни о чём не жалею. — Ну, мне тогда тоже влетит, — сказал Терри и внутренне поёжился, попытавшись представить, как это будет. — Не, не думаю. Он тебе отдавал приказ со мной не спать? — Нет, — Тери покачал головой. — А тебе дал? — Ага, — Эшли допил сок и взял со стола пачку сигарет. — Ты вообще больной? — спросил Теренс. — Если отказывать себе в удовольствиях, какой смысл жить? — сказал Эшли, закуривая. — Ну накажет он меня, я это переживу. Не убьёт — это точно. Терри покачал головой и показал пальцем на сигареты. Эшли кинул ему пачку с вложенной в неё зажигалкой, Терри поймал её и закурил. — И часто ты так делаешь? — спросил Терри. — Я хорошо взвешиваю, действительно ли мне нужно то, за что меня отделают, — сказал Эшли буднично, без каких либо признаков огорчения на лице. — И когда действительно чего-то хочу, я позволяю себе это. — Хм… — Терри посмотрел на Эшли задумчиво. — Было горячо. — Давно так хорошо не трахался, — согласился Эшли. — Но, боюсь, повторить мы сможем не скоро. Надо будет дождаться, когда носорог успокоится и разрешит воспитанникам шалить друг с другом. — Ты социопат? — задал Терри внезапно вопрос, который всё утро не давал ему покоя. — Какой неприличный вопрос, — рассмеялся Эшли. — Я давно не был у психиатра, лет тридцать с лишним. Но последний, с которым я встречался, утверждал, что да. — Ты даже был с этим у психиатра? — Терри выгнул бровь. — Это тебя беспокоило? — Это беспокоило следователя и судью, и они устроили мне комиссию, на которой холёные стареющие мудрецы убедились в том, что я абсолютно неисправим. И меня приговорили к смертной казни. Терри, округлив глаза, смотрел на Эшли, чувствуя как холодок пробежал по спине. Ночью, в каком-то сладостном безумии, ему было хорошо с ним, очень хорошо, а сейчас он снова вдруг осознал, кто перед ним, и это было как поток ледяной воды в лицо. — Страшно? — спросил Эшли и подмигнул. — Странно, — ответил Теренс. — Ты, получается, не чувствуешь, к примеру… любви? Или жалости? Или стыда… — Глупости, — фыркнул Эшли, — я жутко сентиментальный. А вот стыд... Не знаю, что это такое. Но это позиция принципиальная. Стыд — это метод манипуляции, к которому прибегают религия, культура, законы и прочие ёбаные институты, существующие, чтобы доить население. — Тебя послушать, так ты прям социалист. — Я социал-дарвинист, если уж так хочется меня как-то типировать. — А страх? — спросил Терри. Эшли посмотрел на него укоризненно. — Что ты приебался? Нормально у меня всё с эмоциями. Я просто сильный человек, умеющий выживать. Со временем лишнее отмирает или утягивает тебя в могилу. — Тот-то ты всего тридцать лет прожил. — Поэтому и прожил всего тридцать, что доверился одному мудаку, — сказал Эшли. — Ныне покойному. Я не буду тебе рассказывать, что я с ним сделал, а то завтрак обратно полезет. — Да уж… — проговорил Терри, глядя в чашку, — не стоит. Эшли рассмеялся. — Я вижу в тебе потенциал, Теренс, и я его из тебя заботливо, но уверенно вытащу. Мы отшелушим всё наносное и лишнее, и ты расправишь крылья. — И стану социопатом? — Социопатом можно только родиться, — ответил Эшли. — Но это херня, все эти диагнозы. Они — не более чем попытка описать то, что обычные люди не в состоянии понять. Жизнь, которая им и не снилась. Внутренняя свобода, которая делает тебя сильным, и ты можешь выдержать реально всё. Тебе пригодится это, Терри. Очень пригодится. Теренс вздохнул. — Давай лучше поговорим о сексе, — сказал он. — На этом поле у нас с тобой хотя бы есть взаимопонимание. Эшли снова рассмеялся. — Я бы предложил продолжить, но через минут десять нам бы уже выезжать. Жодар вернётся из министерства и захочет отсыпать мне пиздюлей, и мне надо быть для этого на месте, а то количество пиздюлей увеличится в кратном размере. Терри взглянул на часы на стене, кивнул, затушил в пепельнице сигарету, допил кофе и пошел одеваться. Уже подъезжая к особняку, Теренс увидел красный, красивый, массивный автомобиль в ретро стиле, несущийся по улице навстречу. Напротив особняка он, оставляя на асфальте черные полосы, а в воздухе, запах жженой резины, развернулся и на полной скорости влетел в красивые, чугунные ворота особняка. Ограда со скрежетом завалилась и погнулась. Теренс остановил мотоцикл на обочине, глядя на происходящее с изумлением. Рядом остановился Эшли, снял шлем и присвистнул. Терри думал, что в машине водителю на этом пришел конец, но погнутая дверь со стороны водителя вылетела, сорванная с петель, и из машины вышел совершенно здоровый и очень злой лорд Ред и, отшвырнув легко, как картонную декорацию остатки ворот, пошел в дом. Сняв шлем, Терри переглянулся с Эшли. — Сейчас будет лютый пиздец, — весело сказал Эшли. Из дома, внезапно, ударив по ушам, раздался звук, природу которого Терри не сразу понял. Инфразвук резанул по ушам и болью отдался в груди. Терри, прижав ладони к ушам невольно пригнулся и вдруг осознал, что это демоны друг на друга орут. — Нихрена себе… — прошептал он. Слов разобрать он не мог, он лишь отличал более низкий, сильнее отдающийся в груди голос Жодара и более высокий, сильнее режущий слух голос Рэда. — Рэд предъявляет Жодару за то, что тот Владыку убеждал, что это Рэд покушение устроил, — перевел Эшли, невесть как умудряющийся слышать, о чем орут демоны. — А Жодар? — спросил Теренс. — Говорит, что закопает Рэда так глубоко, что тот не выкопается, — ответил Эшли. — Подождём, когда он уедет. Очень, блин, неудачно… Надеюсь, шеф про нас забудет на фоне всего этого шоу. — Эшли достал из кармана сигареты и закурил, глядя на то, как поднимается дымок над капотом разбитого автомобиля. Второй, точно такой же красный автомобиль внезапно свернул на улицу и остановился напротив особняка. Инфразвук, наконец стих и решительной походкой Рэд вышел из дома и направился к поджидающему его автомобилю. — Предлагаю зайти через гараж, — сказал Теренс, массируя уши. — Да. Здравая мысль, — согласился Эшли. План провалился. Мрачный, как туча, Жодар стоял у перил второго этажа, глядя на то, как Терри и Эшли заходят в дом, стараясь не шуметь. — Оба, в мой кабинет, — прорычал демон. Терри почувствовал как страх сжал грудь и скосил взгляд на Эшли. Тот был расслаблен и улыбался. “Действительно же не чувствует страха!” — подумал Теренс с некоторой завистью. Терри тяжело вздохнул. — Не ссы. — Сказал Эшли негромко. — Боль — просто плата за удовольствие. Плати честно. Теренс криво усмехнулся. Слова Эшли его совсем не успокоили. Они поднялись на второй этаж, подошли к массивной двери и Эшли коротко постучал и открыл дверь. Жодар стоял, прислонившись к письменному столу напротив входа. Взгляд его был тяжелым и яростным. Теренсу показалось, что в его глазах появился красный блеск, как будто два уголька зажглись в зрачках. Эшли с серьезным, ничего не выражающим лицом зашел в кабинет. Двигался он легко и свободно. Терри, ощущая себя сжавшимся от страха щенком, закрыл дверь и встал рядом с Эшли перед Жодаром. Жодар смерил взглядом обоих, затем обошёл неспешно стол и открыл ящик. Терри замер. Он не знал, чего ожидать, от этого было ещё страшнее. Жодар достал из ящика стола пистолет и взвёл его. Теренс почувствовал, что воздуха стало мало и стало сложно дышать. Демон еще раз окинул взглядом двух своих подчиненных и, не целясь, небрежно, вскинул руку и выстрелил Эшли в пах. Эшли заорал, согнулся и упал на паркетный пол, скрючившись в позе эмбриона. Терри остолбенел, чувствуя, как кровь отливает от лица. Запахло кровью. Терри сглотнул и пошатнулся, взмахнув руками в поисках опоры. — Ты можешь идти, — сказал Теренсу Жодар, глядя на него тяжелым взглядом. — А ты… — Жодар подошёл к Эшли и пнул его носком туфли. — Когда доберёшься до Морриса, а я запретил ему самому к тебе приходить, и он тебя залечит, возьмёшь наемников, и вы поедете и сожжёте нахрен особняк Рэда на третьем круге. Терри выскочил из кабинета демона и, придерживаясь за стену, поспешил в свою комнату. Спустя полчаса Терри мчался на мотоцикле в сторону Свободного района. У Жодара он не отпрашивался и ни с кем об этом не говорил. Он просто не мог больше оставаться в этом доме. В ушах раз за разом звучали выстрел и крик Эшли. Оставив мотоцикл у Трамвая, Терри, махнув рукой курящим в стороне ребятам, взбежал по ступенькам в трамвай. Мурзик был там. С ним вокруг столика, сделанного из куска толстого стекла и металлической бочки, сидели парни и девушки из банды. Среди них Терри узнал Вусс и Флафа. — О, привет! — воскликнул Мурзик. — Привет, — ответил Терри и подошел здороваться. — Как ребята? Как Пума? — Выкарабкаются, — сказала Вусс. — Я с утра ездила в морг, патологоанатом говорит, что все идут на поправку и скоро всех выпишет. — Отлично, — вздохнул Терри. — А как с Ржавыми дела? — спросил он у Мурзика. — Пока что не появлялись, — сказал тот и подвинулся. Терри сел рядом с ним на диван. — Есть инфа, что они с Механиками встречались. Но Механики сейчас сами побитые. Их Ходоки с ЗБС и Алкозаврами очень круто потрепали. — Терри, — сказал Вусс, — а можешь ещё один залог внести? И его точно не вернут. — Без проблем, — ответил Теренс, — а что случилось? — Барри без регистрации в Центре поймали. — Хорошо, сейчас съезжу, — сказал Терри, — а что за регистрации? — О-о-о! — воскликнула Вусс. В компании рассмеялись. — Красиво жить не запретишь, — сказал, смеясь, Мурзик. — Чтобы в Абиссусе приезжему жить, нужно на работу официально устроиться. Беда в том, что никто не берёт на работу приезжих без профессии. Терри задумался. — А если заплатить? — спросил он. — Ну, такое предлагают регулярно, — ответил Мурзик. — Мол платите и мы вас на работу возьмём. Или работать бесплатно предлагают. — Пока есть деньги, — сказал Терри, — давайте платить. Каждый раз рисковать, выезжая из района — это не дело. Найдёте сами варианты куда устроиться за деньги? — Без проблем, — сказал Флаф. — У меня есть несколько контор на примете.