Мой Валет.

Ловкие пальцы заправляют прядь непослушных, жёстких волос за ухо. Пик настораживается, чувствуя чужое, горячее дыхание на ухе. Шёпот не заставляет себя ждать, и хриплый, приглушеный, ехидный голосок проникает в уши, обволакивая ушные раковины. — Давай нагинайся, щас будешь получать похвалу. — Он не видит его лица, но знает, что его растикает зубастая улыбка. Эта фраза означает лишь одно, игра началась. Король не думал что Вару захочет играть сейчас, но оспорить желание хозяина, он не в полномочиях. Сейчас важно одно, доминация. Дашь слабину, и тебя больше не допустят наверх. Он молчит, дабы создать эффект неожиданности, медленно поворачивается на Валета. Тот уже куда то дел свой генератор-шапку, чтобы не мешалась, и с диким интересом рассматривает лицо восьмого. Тот резко срывается с места, усаживаясь пятому на бедра, заламывая руки того над головой. Тот начинает с силой пинать его коленками в спину, попадая везде, куда достаёт. Тупая боль растикается по спине. Пик мычит, прикусывая губу, он старается одной рукой растегнуть ремень парня. Но тут, в его руку впиваются острые зубы, прокусывая тонкую кожу на запястье, до крови. Король отпускает Вару, и тот легко опракидывает его на пол, надвисая сверху, утерает рот от крови. — Даже не думай, что все так просто! — Его переворачивают на живот. Но он резко подравается, ударяет с локтя тому кто с зади, прямо в живот. Валет сгинается, матеря все и вся, и отходя к кровати. Но восьмой хватает его за шкирку, переворачивая на живот, и кидает на кровать в этом положении, сразу наваливаясь сверху. Он давно понял, что эти «игры» не на жизнь, а на смерть. Не сосчитать, сколько раз Вару так колечил Пика, что тот потом отходил неделями. Нельзя позволить маленькому монстру, быть сверху. Валет резко пытается вырватся, пытаясь ударить короля так же с локтя. Но тот перехватывает руку, и заламывает вторую, прижимая того к кровати. В голове паника, с руками пятого всегда проблемы, восьмой просто не знает куда их деть. Он метается взглядом по комнате, и начинает ощущать под собой, что парень приходит в норму, вновь продолжая сопротивление.

*Ну же! Должно быть… О, это подойдёт.*

Пик подмечает на шторе, такой удобный вязаный шнурок. Он срывается с места развязывая тот, но все идёт ни к черту. Вару успевает подняться, и хватая парня за плащ, резко тянет назад, тот падает на пол. Выдыхая с болезненным стоном воздух, зато ощущая шнурок в руках, король уже собирался встать. Но на его усаживаются, придавливая со всей силы руки в локтевом суставе коленями, перенося весь свой вес туда. Восьмой шипит, ещё чуть чуть, и обе руки будут сломаны. Пятый приближается почти вплотную своим лицом к нему, и подцепляет пальцами удобное средство, для устранения его рук. Но щенок не желает подаваться, и сжимает то в кулак. Вару отвлекается, ослабляя давление, и пытается разжать кулак короля. Вдруг парень резко подаётся вперёд, натягивая веревку-шнур, и душа таким образом Вару, придавлявая того к полу, надвисая сверху. Он начинает, бить его руками, ещё чуть чуть и ударит кулаком в лицо. Восьмой перехватывает его руку, и подхватывая вторую, он начинает обьвязывать их, затягивая в три узла, передавливая все что можно, и нельзя. Лишь бы тот не выбрался. Когда он понимает что все получилось, Пик опять хватает того за шкирку, и кидает на кровать. Тот конечно пытается подняться, но его опускают на пол коленями. Король пристраивается с зади, и ещё раз проверяет руки. — ЁБАНЫЙ ПИДР! ТЕБЕ ЭТО АУКНЕТСЯ! — Все остальные угрозы король пропускает мимо ушей, он открывает второй шкафчик, вытаскивая первый попавшийся матовый на ощупь тюбик, и презерватив. Грубые руки, шелкают бляшкой, и штаны, вместе с бельём летят вниз. Восьмой щедро поливает пальцы смазкой. Он знает, что если будет груб, то на утро ему не поздоровится. Так что в начале, растягивает неподатливое тело. Он осторожно вводит пальцы, поочерёдно, медленно двигая ими. Парень под ним, все ещё выражает недовольство, только теперь в перемешку со стонами. Когда ругательств становится больше, чем тихих стонов. Восьмой растёгивает свой ремень, стягивая штаны, с бельём вниз. Так же плащ летит, куда то в бок, по нему уже ручьями стикает пот, с Вару так просто не справишся конечно. И он в спешке, открывает презерватив зубами, тонкая упаковка не подоётся с первого раза, как на зло, и её приходится еще раз рвать с другой стороны, выминая наконец-то желаную контрацепцию, он дрожащими руками, раскатывает тот по вставшему органу.

*Лишь бы не сорвался…*

Парень берет Валета за бедра, сжимая одной рукой мягкую кожу, а второй помогая себе, и медленно вводит внутрь того, горячую, пульсирующую плоть. Уже больше не скрывая наслаждения, Вару стонет в голос, выгибаясь, и подаваясь ему. Пик начинает медленный темп, но не давая Валету опомнится, ускоряется, по этапно, переводя, этот акт в неприрывную долбёжку, без единого шанса на отдых. Пока тело под ним изгибается, и начинает покрыватся мелкой дрожью. Когда же тот получает долгожданную разрядку, делая последние, грубые толчки в горячие, влажные стенки, он резко выходит. Задыхаясь пятый остаётся лежать, больше не предпринимая попыток освободится. Король снимает с органа презерватив, выкидывая куда то, и поднимает уставшую тушку на руки, укладывая того на кровать. — Хозяин, все хорошо?.. — Робко спрашивает парень, надеясь что не наложал. На удивление Вару даже открывает глаза. — Мне пиздеть как жарко. — Он смеряет полу-голого пса строгим взглядом. Тот почти сразу все понимает, и приближается к нему, пытаясь развязать руки Валета, но завязаные в сто узлов, он не поддаётся, и Пик рычит, подрываясь с места, идя к столу. Вару нравилось наблюдать за ним, в его псе все было прекрасно, даже его ошибки ему нравились. Тот подходит, с ножницами в руках, и осторожно разрезает острыми лезвиями шнурок, и помогая снять остатки одежды. Пятый вытягивается, подтягиваясь на кровати, и зивает. Его обнажённое тело, слишком соблазнительно, Пик прикусывает губу, он знает каждый изгиб, каждый шрам, но все равно завораженый наблюдает, как тот забирается под одеяло. Восьмой опускается на колени, рядом с кроватью, смотря на хозяина. Этот взгляд говорит сам за себя. «Ну я же все правильно сделал, ну пусти.» Вару смеётся себе под нос, и отодвигается к краю. — Ну иди, иди. — После разрешения, к нему мимолетно забирается щенок, обнимая того за талию, и прижимаясь, теперь тело кажется податливым, и мягким. В такие моменты король думает, что может все не так уж и плохо? Может в Вару есть человечность? Просто ему нужно внимание, которое король ему не дал. Если бы Пик только мог извинится, попытатся все наладить. — Вару… — Ну попытка не пытка. Восьмой шепчет осторожно, надеясь что тот послушает, начинает поглаживать одной рукой, нежно проходясь по этим кудрям, после чего подцепляет очки, сьехаышие на бок, пальцами, снимая те, и укладывая на тумбу, с его стороны. С одного взгляда, кажется что Валет подается, его глаза, не выражают призрения. Но восьмому не дают закончить, обрывая на первом же слове. — Заткни пасть. — И тот замолкает. К нему прижимаются, ногтями впиваясь в спину. Не сегодня.