Дополнение к "Чудное дитя"

      Снег за окном спальни Астории кружил медленными, томными хлопьями, будто не решаясь коснуться земли. Она лежала, прижав ладони к округлившемуся животу, и следила за этим танцем за стеклом. Внизу, в саду, Драко расчищал дорожки — слишком резко, слишком яростно, будто сражался с невидимым врагом.       — Он до сих пор не спит, - тихо сказала Астория, когда Гермиона вошла с подносом травяного чая.       Гермиона поставила чашку на тумбочку, украшенную резными феями — подарок Катрины.       — Северус тоже. Каждую ночь проверяет учебные планы. - Она села на край кровати. — Мужчины... они боятся иначе.       Астория улыбнулась, но глаза её оставались грустными.       — Драко перечитал все книги о беременности. Вчера устроил скандал домовым эльфам из-за неправильно нарезанного сельдерея.       Гермиона фыркнула, представляя картину: Драко Малфой, потомок древнего рода, размахивающий поваренной книгой в кухне.       — Катрина сделала для малыша игрушку, - она достала из кармана крошечного плюшевого дракона с глазами-бусинами. — Северус помогал с защитными чарами.       Астория взяла игрушку, и вдруг её пальцы задрожали.       — А если... если я...       Гермиона крепко сжала её руку.       — Ты сильнее, чем думаешь.       За окном раздался взволнованный крик Катрины:       — Тётя Астория! Смотрите, что я нашла!       Девочка стояла на крыльце, держа над головой огромную снежинку. За ней, тяжело дыша, топал Люциус — без мантии, без трости, с растрёпанными от ветра волосами.       — Она заставила меня гоняться за "идеальным кристаллом" весь парк! - проворчал он, но в глазах светилось странное оживление.       Астория рассмеялась, и смех её прозвучал так легко, что даже Драко у входа остановился, заворожённый этим звуком.       — Входите же, простудитесь!       Катрина ворвалась в комнату, как ураган, и тут же замерла, увидев игрушку в руках Астории.       — Ой! - её глаза округлились. — Папа действительно помог? Он же сказал, что "этот дракончик и так достаточно уродлив"!       — Катрина! - раздался голос Северуса из коридора.       — Ну так ты так и сказал!       Люциус фыркнул, поправляя манжеты:       — Северус, когда-нибудь тебе придётся объяснить, откуда у неё этот... экспрессивный словарный запас.       — От матери, - без тени смущения ответил Северус, появляясь в дверях с кипой книг. — Вот. О кровосмесительных чарах у древних родов.       Драко побледнел:       — Это шутка?       — Нет, - Гермиона выхватила у мужа книги. — Это его способ сказать "мы поможем"       Катрина, тем временем, уже устроилась рядом с Асторией и осторожно трогала её живот.       — Когда она родится?       — Он, - поправил Драко.       — Она, - одновременно сказали Астория и Люциус.       Северус поднял бровь:       — У Малфоев дар предвидения?       — Нет, - Люциус посмотрел на невестку с неожиданной нежностью. — Просто я знаю.       В этот момент Астория вскрикнула и схватилась за живот.       — Кажется... сейчас.       Комната взорвалась хаосом. Драко побледнел как смерть, Северус схватил Катрину за шиворот, чтобы убрать с дороги, Гермиона уже кричала заклинания диагностики.       И только Люциус оставался невозмутимым. Он подошёл к Драко и крепко сжал его плечо:       — Мальчик мой... пора.       Где-то за окном запела первая рождественская песня.