Случайный шанс

POV Вик — Ауч! — острый край мифриловой проволоки рассек палец и я рефлекторно сунул его в рот, слизывая выступившие солоноватые капельки. Больно не было, скорее неожиданно и оттого обидно. Проволока оказалась неожиданно упругой, не похожей на серебро и тем более медь. Зато, артефакты из мифрила невозможно обнаружить магическим поиском. А это именно то, что мне нужно. Тонкий плетеный браслет легко замаскировать кожаным наручем и никто его не заметит. Но если мне попробуют подлить какое-то зелье — браслет предупредит, нагреется. Эш, конечно, утверждала, что в доме рыжего безопасно, но… Но это сидхе, а от них можно ожидать чего угодно. Хотя вот тот же рыжий… Лис оказался необычным. У меня вообще появились сомнения, что он сидхе. Были у него… странности. Я отложил в сторону кусачки. Поднял круглогубцы. Покрутил их в пальцах и оперся локтями о каменную столешницу. Выделил мне крыло дочери. И защита в этом крыле была такая… словно защищала не обитателя от окружающего мира, а мир от обитателя. И это наводило на мысль, что он знает, кто я. И знает больше, чем я сам. Но при этом он меня не запер. Он дал мне ключ от защитного контура. Дал доступ к библиотеке и мастерским. Снабдил материалами, инструментами и реагентами. И следилок я не заметил. Но не мог же он совсем не следить за мной? Это нелогично и иррационально. Я фыркнул. Качнул головой и подхватил конец проволоки, скручивая в колечко. А его отношения с Эш? У этих двоих явно была общая тайна и не одна. Ну, это, как раз понятно. Лис живёт далеко не первую тысячу лет, может видеть душу леса, значит — у него и самого есть душа, в отличие от большинства сидхе. То, что они нашли общий язык и то, что Эш его покрывает закономерно. На прямой вопрос о том, кто он такой, она пожала плечами и порекомендовала спросить у самого Армеса. Но к этому я определенно был не готов. Слишком мало информации. Слишком непонятно, что конкретно ему от меня нужно… К тому же, сейчас это не главная проблема. Эш уже погрузилась в зимний сон и мне предстояло пережить новое полнолуние самостоятельно. Чёрт. Уже скоро. Я ощущал, как тьма во мне начинает ворочаться. С каждым годом она становилась все сильнее. И мне всё сложнее было её контролировать. После первого выброса весной меня сорвало. Самое хреновое — я не помнил, что тогда произошло. Пришел в себя на рассвете, руки и одежда в крови. Жутко испугался и сбежал к Эш. Четыре мифриловых колечка обняли хрустальную бусину-индикатор. Жаль, я не знаю, каким должно быть плетение блокираторов. Пока эксперименты с этим не увенчались успехом. Я вздохнул. Итак, что делать через три дня? Где пересидеть полнолуние? Снова сбежать в лес? А если без Эш на меня там кто-то наткнется, когда я буду не в себе? Но оставаться в замке ещё опасней. Я совсем не хочу вредить кому-то из его обитателей. Никто из них не сделал мне ничего плохого. Колечки и бусинки собирались в браслет кольчужного плетения, а решение всё не приходило. Хреново. Браслет был почти готов, когда я расслышал шаги за дверью и непроизвольно замер. Тихий стук. — Да? — я одним движением защелкнул браслет на запястье и прикрыл его наручем. Потом зачарую. — Вик, можно войти? — голос Армеса. Чёрт, как не вовремя! Подавил желание из вредности буркнуть «нет». Перевел дыхание. — Да, заходи. Дверь открылась беззвучно, только чуть потянуло сквозняком. И цветущим клевером. Запах его магии. Он мне нравился и это бесило. Впрочем, перед полнолунием меня бесило абсолютно всё. Включая багряную мантию с кленовыми листьями. Лис остановился у моего стола. Я поднял взгляд, встречаясь с синими глазами сидхе. И готов поклясться, они не всегда были синими. Пару раз я замечал в них янтарное пламя. — Вик… — осторожно начал он. — Ты в мастерской уже сутки. Не хочешь спуститься поесть? — Нет, — ответ прозвучал грубее, чем мне хотелось. — Не сейчас. Может быть позже. — Хорошо. Как скажешь. И… пришло официальное приглашение от Неблагого Двора. Через месяц нашу делегацию ждут для начала отбора на Игру. Ты хочешь остаться в замке или поехать со мной? По позвоночнику прошёлся холодок. Игра. Шанс получить свободу. Меня к отбору, конечно, не допустят. Я ещё слишком мал. Но… но можно будет понаблюдать… присмотреться. Правда, это продлиться целых три месяца. Даже чуть дольше. А я ещё не решил, что делать с полнолуниями. — Можно я подумаю? — Конечно, — кивнул он. — Главное, сообщи мне хотя бы за пару дней до отъезда. И Вик… если тебя что-то беспокоит… или тебе что-то нужно, ты можешь мне сказать. — Да, хорошо, — ответил я слишком быстро. Очень не хотелось, чтоб он что-то заподозрил и начал расспросы. — Спасибо, я запомню. И скажу если что. — Хорошо. Я буду на площадке, — он явно не хотел уходить. Но говорить вроде как больше было не о чем. Я отвернулся к столу. Рассеяно подхватил бусину лазурита. — Да-да, — бросил через плечо. Расслышал тихий вздох. И ещё через минуту шаги. Дверь закрылась. А я откинулся на спинку стула и тихо простонал. Чёрт. Как же мне всё это не нравилось… *** Туман в лесу казался живым. Стелился над тропой, выпускал плети в стороны, обвивал ими черные стволы деревьев. Сумерки опустились быстро, слишком. Я упрямо шёл вперед, к ясеню, ускоряя шаги. Чувствуя, что не успеваю. Где-то там, в полях, небосвод уже осветили лучи поднимающейся луны. Я сорвался на бег. Где-то там со стороны завесы разлился вой. Дикая охота приветствовала луну. В глазах потемнело и тело словно налилось свинцом. Я остановился и покачнулся. Из центра груди поднялся глухой рык. Дикая охота ищет добычу. Но найдёт меня. Тьма рвалась наружу и я перестал её сдерживать. Взошедшая луна коснулась голых ветвей. Напитала туман серебристым сиянием. И мир покачнулся. И померк. Мелкий камешек больно колол щеку сквозь мох. Я пошевелился и охнул — в мышцы тут же впились тысячи мелких иголок. Тело затекло. Попытался приподняться на подрагивающих руках и открыть глаза. И тут, сквозь металлический запах крови и оседающий на корне языка пепел, пробился аромат цветущего клевера. Плечи обняло тепло и я ощутил под спиной чью-то руку. Инстинктивно дернулся в сторону и уткнулся носом в мягкие перья. — Тише, Мышонок, тише… — голос лиса. Я проморгался. Темнота отступила, сменившись теплым янтарно-золотым светом. — Всё хорошо. — Лис?.. — шепнул я. Голос оказался непривычно хриплым. А вот зрение постепенно адаптировалось и я разглядел перед собой укрывающие меня огненные крылья. И они не обжигали. Тепло было мягким, как и перья. — Лис, — ответил он. — У тебя был выброс. Это нормально для некромантов. Можно я заберу тебя домой? — Да, — согласился я. И ощутил, как меня подхватывают на руки, всё также закрывая крылом от внешнего мира. — Ты не сидхе. — Верно. Не сидхе. Я феникс. Расскажу тебе потом, ладно? — Ладно, — легко согласился я. Всё казалось таким нереальным, что я предпочёл счесть это сном. Ну и что, что раньше сны мне не снились? Всё ведь бывает в первый раз. Тем более сейчас у меня не было сил ни сопротивляться, ни спорить. Меня вообще мало волновало всё происходящее. И голова кружилась. Эш говорила, нужно считать вдохи. И я начал считать. Раз. Два. Три. Меня опустили в постель и по коже прошла волна чужой магии. Пять. Шесть. — Тебе нужно поесть. И поспать, — волос коснулась рука. Я промычал в ответ что-то невнятное. Глаза открывать не хотелось. Повернулся, утыкаясь носом в подушку. Я уже понял, что он принес меня в мою же спальню. Здесь пахло моей магией и немного его. — Ну хорошо, отдохни пока, — снова легкое касание. Теперь он поправил одеяло на мне. — Я скоро вернусь. Это было совсем не обязательно. И одеяло и эта… мягкость? Я же явно натворил что-то ночью. А он… Почему-то захотелось, чтоб Лис не уходил. Чтоб посидел со мной. Но я, конечно, никогда в этом не признаюсь. По крайней мере, вслух.