Сеул соединил нас

      — Здравствуйте, я к госпоже Чон.       — Здравствуйте, как вас представить?       — Ким Хаджун.       — Хорошо, ожидайте.       Секретарь, держа в руках документы, зашла в кабинет госпожи Чон, но вскоре вышла и пригласила мужчину войти.       Господин Ким выдохнул и бодро прошёл в кабинет. Встретившись с жёстким взглядом сидящей за своим столом госпожи Чон, он стушевался и замер на пороге. Она продолжала сверлить его взглядом даже после того, как он поклонился и тихо поздоровался. Выждав довольно долгую паузу, госпожа Чон встала со своего места и перешла в ту зону кабинета, где стоял кофейный столик с креслами и пригласила мужчину присесть. Когда господин Ким устроился в кресле, Шин Чон с издёвкой в голосе спросила:       — Ну, что же ты молчишь? Раньше ты был решительнее.       — Шин, я… — господин Ким вздохнул и наконец смело посмотрел на сидящую напротив женщину. — Я теперь знаю, что Чонгук не мой сын. Тэхён сверил их даты рождения.       — Он у тебя очень умный мальчик. И красивый, — взгляд госпожи Чон потеплел, когда она заговорила о молодом Киме.       — Они с Чонгуком, хм…       — Я знаю, Хаджун. Они любят друг друга. И если бы ты настоял в тот раз, то мальчики не потеряли столько времени. — Она с сожалением вздохнула. — Да и я тоже хороша.       Ким внимательно смотрел на Шин, ожидая момента, когда сможет задать вопрос, который мучал его. Но она опередила его.       — Как ты помнишь, я беременная уехала из Сеула. Всю дорогу в поезде я плакала, потому что… ты очень обидел меня, ты отказался от ребенка, оставил меня одну. А ведь я была влюблена в тебя, Хаджун. — Она судорожно вздохнула. — От всего пережитого, от стыда перед родителями я так сильно перенервничала, что организм не справился со стрессом. Я потеряла ребёнка, Ким. Твоего ребёнка, которого уже любила и которого предпочла тебе. Поэтому ты по-прежнему свободен от «ошибок молодости».       — Ну зачем ты так говоришь?! — Хаджун встал со своего кресла, опустился перед ней на колени, взял её руки в свои и уткнулся в них лицом. — Прости меня, прости. Я был глупый, трусливый и ветреный мальчишка, испугавшийся ответственности. Я очень сожалею и корю себя, что так поступил тогда. Прости меня, Шин.       Она вздохнула, высвободила одну руку и положила ему на голову.       — Что уж теперь вспоминать? Что было, того не изменишь. И если бы я не приехала сюда, в Пусан, то не встретила бы своего мужа, не родила Чонгука…       — У него твои глаза, знаешь? — Хаджун поднял голову и посмотрел в лицо своей прошлой любви.       Их глаза, блестящие от слёз, сказали больше любых слов.       — Вставай, Хаджун, не заставляй меня чувствовать себя неудобно.       — Можно я буду приезжать к тебе иногда, по-дружески?       Прижав руки к мокрым щекам, она вопросительно посмотрела на мужчину. Тот поднялся с колен и, смущаясь, промокнул слёзы рукавом пиджака.       — Для чего? Все тайны раскрыты, я простила тебя. Что может нас связывать?       — Любовь наших сыновей?       Шин тепло улыбнулась и ничего не ответила.

***

      Ким Тэхён, приехав домой после работы, первым делом накормил Куки, жившую теперь с ним, а после и сам сел ужинать под одну из дорам, на которые он подсел в последнее время. Своим незамысловатым сюжетом они отвлекали его от грустных мыслей.       В это время позвонила госпожа Чон. Увидев высветившееся имя на телефоне, Тэхён улыбнулся и принял звонок.       — Госпожа Чон, очень рад вас слышать!       — Здравствуй, Тэхён, — ласково произнесла она с улыбкой.       — Здравствуйте! Как дела, как здоровье вашей подруги?       — Всё хорошо, идёт на поправку. Её дочь уже приехала и сама ухаживает за ней. Я теперь только помогаю иногда.       — Я рад.       — Спасибо, — ответила госпожа Чон и немного помолчала, а затем продолжила: — Я поговорила с Чонгуком, как ты просил. И сказала ему то, что ты уже знаешь. Что вы не братья, — и она тяжело вздохнула.       — Я не знаю, что тут сказать, госпожа Чон. Это такая щекотливая тема, что любое слово может как-то ранить.       — Мой дорогой мальчик, ты всегда такой тактичный. Но я хочу и тебе тоже сказать, что потеряла того ребёнка, который был бы твоим братом.       — Мне очень жаль, что вам пришлось это пережить, дорогая госпожа Чон.       — Мне тоже, Тэхён, — еле слышно проговорила она, и они недолго помолчали.       — Знаете, мне очень хотелось бы сейчас быть с вами рядом, обнять в знак поддержки, — тихо сказал Ким.       — Спасибо, дорогой, я знаю, — вздохнула она, а затем спросила: — Чонгук не звонил тебе?       — Нет, не звонил, — с грустью в голосе ответил Тэхён.       — Понятно. Ну расскажи, как ты сам, как дела?       Они поговорили как старые друзья, даже успели обсудить несколько книжных новинок, как в дверь Кима позвонили. Быстро распрощавшись с госпожой Чон и пообещав в скором времени созвониться ещё, Тэхён пошёл открывать нежданному гостю.       — Привет! Не ждал? — за дверью стоял улыбающийся Хосок.       Тэхён ошеломлённо смотрел на него и не говорил ни слова. Во-первых, честно говоря, первой мыслью, мелькнувшей после звонка в дверь, было то, что это приехал Чонгук, а во-вторых, они с Хосоком разговаривали сегодня утром, и тот даже не намекнул о своём приезде.       — Как ты тут очутился? — наконец взял себя в руки Ким, улыбнулся и махнул рукой, чтобы тот заходил.       — Сегодня перед обедом мне позвонил заместитель Пак и сказал быть завтра с утра у Вона. Три часа езды, и вот я здесь, — пояснил друг и похлопал Тэхёна по плечу, но тут же спросил: — А ты кого-то другого ждал?       — Да нет, никого не ждал, — вздохнул Ким, но тут же округлил глаза и потащил Хосока на кухню, кормить и рассказывать последние новости.       — …И вот так получилось. Именно ты своими датами натолкнул меня на умную мысль проверить наши с Чонгуком даты рождения.       — Ничего себе история, — удивился друг и тут же заулыбался. — Значит, ты думал, что это Чонгук к тебе приехал, а тут я? Мда, разочарование было видно на твоём лице.       — Правда? Прости, — опустил глаза Ким.       — Да ладно тебе, я понимаю.       Они ещё долго сидели и разговаривали. Тэхёну нужно было выговориться, поделиться своими переживаниями в тот период времени, когда он думал, что, возможно, Чонгук ему брат. Затем они переключились на нового секретаря Хосока, и тот признался, что влюбился в неё. Тэхён выслушал и поддержал решение друга открыться девушке. Ему очень хотелось, чтобы все вокруг были счастливы.       Друзья засиделись за разговорами допоздна. Но понимая, что завтра рано вставать, нехотя разошлись по комнатам, пожелав друг другу спокойной ночи.

***

      Когда Чонгук узнал от матери правду, то почувствовал огромное облегчение. Ликующая радость затопила его сердце, и сразу захотелось дышать полной грудью, двигаться, что-то делать, жить, в конце концов. Пересилив желание тут же позвонить Тэхёну, Чон стал быстро собираться в Тэгу. Привёл себя в порядок, оделся и, спускаясь к машине, набрал номер Минхо, чтобы отменить обещанную встречу.       — Привет, дружище!       — Привет! У тебя хорошее настроение?       — У меня отличное настроение! Я еду в Тэгу к Тэхёну!       — Что, как? Вы помирились?       — Нет, я еду мириться. И поверь мне, сделаю всё и даже больше, чтобы он простил меня. Я поговорил с мамой, и она рассказала, что мы не братья.       — Отличная новость, Чонгук! Я очень рад за тебя. Только…       — Что, Минхо?       — Вряд ли Тэхён в Тэгу.       — Почему? Откуда ты знаешь, где он?       — Чонгук, выслушай меня сейчас спокойно, ладно?       — Ну, окей, слушаю. — Чонгук присел на капот своего автомобиля и прижал плотнее трубку к уху.       — Когда ты напился после свидания с тем парнем, помнишь? В тот вечер Тэхён был в Пусане и ждал тебя у дома. Он видел, как ты пьяный упал на улице, подбежал помочь и держал твою голову. Мы вместе затащили тебя домой, и он сказал мне, что уезжает работать в Сеул.       — Почему ты не рассказал мне?       — Зачем? Чтобы ты снова запил?       — Мать Тереза, блять! — сплюнул Чонгук. — Это всё?       — Нет, Чонгук.       — Продолжай.       — Я рассказал ему… Мне пришлось, Чонгук! В общем, я сказал, что ты думаешь, что вы братья.       — Вот как. А что он?       — Он был в шоке и поехал разговаривать с отцом.       — Понятно. Все вокруг всё знают, но никто ничего не говорит!       — Если бы ты изначально поговорил с Тэхёном, а не бросал его, вы вместе бы всё разузнали намного раньше!       — Знаешь что?       — Что?       — Ничего, Минхо! — Чонгук помолчал, а затем произнёс: — Значит, меняю направление на Сеул, мне так и так нужно туда ехать. Пока, друг!       — Чонгук, прости, что сразу не сказал.       — Проехали. Ты хотел как лучше, я понимаю.       Чонгук нажал отбой и покрутил телефон в руке, раздумывая, что предпринять дальше. Наконец приняв решение, он кивнул сам себе, сел в машину, завёл мотор и отправился на работу. Там он сообщил своему заместителю, что увольняется. А так как уже был конец рабочего дня, то он приказал созвать всех начальников отделов завтра с утра на совещание, где объявит о своём решении. Затем позвонил секретарю господина Вона и попросил встречи с генеральным. Та нашла окно в расписании начальника и назначила дату.       Два дня. Всего лишь два дня разделяли Чонгука от встречи с любимым.       Накануне поездки в Сеул Чонгук не спал всю ночь, думал, как построить разговор с Тэхёном, как искупить свою вину. Он понимал, что очень виноват. Но надеялся на то, что Тэхён ещё любит его и хотя бы выслушает, а может быть, постарается понять. Чонгук так истосковался по своему любимому мужчине, что ему стоило огромных усилий оставаться у себя в городе и доделывать необходимые дела и закрывать рабочие вопросы.       Он всю ночь пялился в потолок, просчитывая возможные варианты развития событий. А как только небо Пусана окрасилось в предрассветный розовый, умылся, выпил кофе и вот уже мчался по трассе Пусан-Сеул. У него было пять часов дороги и хоровод из мыслей, сомнений, сожалений. Решив положиться на судьбу, Чон включил музыку на полную громкость. Не убирая ногу с педали газа, он наслаждался ветром, скоростью и тем, что с каждым километром становился ближе к Ким Тэхёну.

***

      Приехав ровно к девяти часам в головной офис компании, Чонгук вошёл в холл и поднялся на этаж, где располагался весь руководящий состав. В приёмной секретарь Ли приветливо поздоровалась с ним и, поговорив по телефону, сказала, что он может зайти, его уже ждут.       Чонгук поблагодарил её и зашёл в кабинет генерального директора компании. Поклонившись господину Вону, он поздоровался и по кивку директора прошёл к столу для посетителей.       — Что вас привело ко мне, господин Чон? — спросил Вон, когда Чонгук сел на место.       — Я приехал оформить своё увольнение и передать дела.       — Вот как, — хмыкнул Вон и пожевал губу. — Причина?       — Хочу попробовать себя в совершенно новом направлении.       — И этого направления нет в нашей компании?       — К сожалению, нет.       — Честно говоря, господин Чон, мне не хотелось бы терять такого ценного сотрудника. — Вон Сонхун отбросил ручку, которую крутил в руках, и потёр лоб. — Несмотря на ваши минусы, я знаю и о ваших плюсах, которые, несомненно, перевешивают.       — Ценного сотрудника? — хмыкнул Чогук. — И поэтому вы приезжали отчитывать меня как неразумного мальчишку?! — злость явно прозвучала в его голосе.       — Полегче, Чонгук, ты ещё пока мой подчинённый! — Вон поднялся со своего места, опёрся руками о стол и испытующе посмотрел на Чона.       Тот не дрогнул и прямо встретил взгляд руководителя.       — Я скажу кое-что, чтобы тебе стало понятнее. За человека, который спас мне жизнь, я уничтожу любого. Я хотел, чтобы ты ответил за каждую секунду его страданий. Но он мне запретил, понимаешь? Запретил трогать тебя. — Вон вздохнул и развёл руками. — Ты не заслуживаешь его. Это я могу тебе прямо сказать, глядя в глаза.       — Вы же не знаете, что произошло, и сидите тут, по́ходя «разруливаете ситуацию»! — Вскочил на ноги вконец разозлившийся Чонгук.       — Не ёрничай! — повысил голос генеральный директор. — Что бы ты сделал, если бы узнал, что кто-то обидел или унизил Тэхёна?       — Разорвал бы в клочья!       — Вот и ответ, Чон, — усмехнулся Вон, зло сверля взглядом мужчину напротив.       Неожиданно в кабинет влетел заместитель Пак. Бросив короткий взгляд на мрачного директора, а затем на еле сдерживающего злость Чона, он всё понял без объяснений.       — До чего уже договорились? — вскричал он, взмахнув руками. Затем повернулся к Вону: — Ты опять за своё?       — Господин Пак! — сверля его взглядом, грозно произнёс Вон.       — Я сорок пять лет господин Пак, уважаемый господин Вон! Здесь все свои, поэтому позволю себе заметить, что твоя ревность к Тэхёну переходит всякие границы. Он взрослый мужчина и сам разберётся. А мы можем быть только сторонними наблюдателями, когда ты поймешь это? — продолжал кричать Пак.       — И давно ли ты так считаешь?! А кто ездил к нему, боясь, что он… — закричал Вон Сонхун, не сдержав эмоции.       — Прям семейная сцена. Может, мне лучше выйти? — спросил ухмыляющийся Чонгук, с интересом разглядывая кричащую друг на друга парочку.       Оба мужчины повернулись к нему и замерли, затем посмотрели друг на друга и расхохотались. Чон подхватил этот смех, который со всех снял напряжение последнего часа. Отсмеявшись, они сели на большой угловой диван, стоящий у окна в другом конце огромного кабинета, и попросили кофе, который тут же принесла улыбающаяся Ли.       Атмосфера встречи изменилась на более дружелюбную, и они продолжили разговор. Чонгук наконец рассказал о своих планах, получив дельные советы и не заметив, как переглянулись Вон с Паком, без слов понимая друг друга. Они постараются помочь, если будет нужно, ради их общего ангела — Ким Тэхёна.       Закончив беседу на почти дружеской ноте теперь уже бывшие руководители Чона пожали ему руку, желая успехов. Пак Сунан вышел из кабинета вместе с Чоном, но задержался у стола секретаря. Чонгук пошёл по коридору к лифту, чтобы спуститься в отдел кадров, и вдруг остановился как вкопанный. Ему навстречу шёл Ким Тэхён, лучезарно улыбающийся своему собеседнику Чон Хосоку.       Горячая волна радости прошла по телу Чонгука, когда они с Тэхёном встретились глазами. Но вдруг Ким опустил взгляд и, взяв Хосока под руку, приблизился к Чону. Тот поклонился им обоим, Хосок тоже в ответ поздоровался низким поклоном. А Тэхён произнёс весёлым голосом:       — Оу, какие люди! Неожиданно.       — Здравствуй, Тэхён, — откашлявшись, сказал Чонгук, не сводя сияющего взгляда.       — Какими судьбами? — по-прежнему отводя глаза от Чонгука, спросил Ким.       — Увольняюсь, — коротко ответил Чон. — А ты теперь здесь? Поздравляю!       — А, да, спасибо.       Сделав скучающее лицо, Ким посмотрел на Хосока.       — Пойдём, нам нужно ещё многое обсудить, — тихим интимным голосом сказал он и сделал шаг, потянув друга за собой.       Хосок еле успел сказать «до свидания», как тут же был утянут к двери кабинета с табличкой «Ким Тэхён. Заместитель генерального директора по связям с общественностью».       Рука Тэхёна скользнула по спине Хосока сверху вниз, опустилась на ягодицы и похлопала. И, бросив через плечо «пока, Чонгук!», Тэхён зашёл в кабинет.       Чонгук растерянно стоял и смотрел на закрывшуюся за ними дверь. К нему подошёл Пак и потянул за рукав к лифтам.       — Пойдём, Чон, тебе нужно в отдел кадров.       Чонгук, как во сне, заторможенно повернулся к говорившему, но, видимо, не слышал его. Пак вздохнул и за руку проводил его к лифту. Спустившись, они подошли к нужному кабинету и остановились перед дверью.       — Они… они вместе? — с трудом сглотнув, спросил Чон.       — Я не знаю, — покачал головой Сунан.       — Но это не имеет значения, я всё равно должен поговорить с Тэхёном, — решительно тряхнул головой Чонгук. — Где он живёт?       — Я не могу выдавать адреса своих сотрудников, тем более теперь уже постороннему человеку.       — Я ещё числюсь сотрудником компании, — горько усмехнулся Чон.       Пак испытующе посмотрел на Чона, а затем медленно отвернулся, собираясь уйти.       Чонгук вздохнул и опустил голову, но резко поднял её и посмотрел на Пака, который неожиданно бросил, уходя:       — Ты знаешь где.       Чонгук понятливо кивнул в закрывающиеся двери лифта, за которыми стоял и смотрел на него бывший начальник.       — Спасибо, — одними губами произнёс он.