Глава 7 - Part IV-B
28 июля 2025 г., 15:31
***
— Ох, Джуни, иди сюда! — кричит Хосок, подбегая к Намджуну. Ухмыляясь слегка озадаченному парню, он встаёт на цыпочки и смачно чмокает его в щёку. — Эм, простите? — растерянно говорит Тэхён, пока Намджун отталкивает Хосока. — Что за чёрт?! — кричит Намджун, вытирая щёку рукавом, а Хосок громко хохочет. — Ну, не стесняйся! Я видел тот плакат, что ты держал для меня! Я тоже тебя люблю! — Хосок складывает руки в форме сердца и ухмыляется сквозь него Намджуну. — Боже, — стонет Намджун, потирая щёку. — Всё нормально! — Хосок обнимает Намджуна за плечи, широко улыбаясь. — Я всегда знал, что ты тайно в меня влюблён. — Но это Я сделал тот плакат, — протестует Тэхён. Хосок ухмыляется и подходит, чтобы обнять Тэхёна сзади: — Знаю, малыш, я узнал твой почерк. Понравилось выступление? Тэхён поворачивает голову и улыбается Хосоку, кивая. — Вы, ребята, были потрясающими, — Джин улыбается Хосоку. — О, Юнги-хён! Я тебя даже не заметил, — Хосок хитро ухмыляется. — А, так это ты держал плакат для Чимина, да? — Заткнись, — бормочет Юнги, гадая, зачем вообще пришёл на это соревнование. — Не волнуйся, хён, твоё солнышко скоро будет. Он почти закончил переодеваться, когда я уходил. Понравилось выступление? Юнги закатывает глаза и пожимает плечами: — Нормально. Улыбка Хосока слегка меркнет: — Просто нормально? — Оно было отличным, не переживай, уверен, вы победите, — вмешивается Намджун. — Не обращай внимания на Юнги-хёна, он ничего не смыслит в танцах. — Всё равно, он, наверняка, лучше тебя, — отвечает Хосок с улыбкой, но она чуть менее яркая. Юнги чувствует жжение в затылке и поворачивается, встречаясь с одинаковыми осуждающими взглядами Джина и Тэхёна. — Я пошутил, — бормочет Юнги. — Думаете, я бы терпел этот дурацкий плакат, если бы ваше выступление не было лучшим? — Хён, плакат не был дурацким, — раздаётся знакомый голос позади Юнги, и все оборачиваются на Чимина, стоящего там. — К тому же, я уверен, ты не стал бы держать этот плакат, если бы был с ним не согласен? Чимин лукаво ухмыляется, а Джин тянется взъерошить его слегка влажные волосы: — Ты молодец, Минни. Хён гордится тобой. И, пожалуйста, высуши волосы, чтобы не простудиться. — Всё будет нормально, — говорит Чимин, но прижимается к руке, сияя своей самой широкой и яркой улыбкой. Юнги стоит, переводя взгляд между ними, а затем откашлялся: — Так мы будем просто стоять или что? — Ещё осталось несколько выступлений, так что результаты объявят не раньше, чем через полчаса, — отвечает Чимин, взглянув на часы. — Пойдём обратно в зал, посмотрим остальное шоу! Юнги ворчит, но позволяет остальным утащить себя за собой. — Я удивлён, что ты пришёл, — шепчет Чимин, садясь рядом с Юнги. — Спасибо. — Не обольщайся, я здесь не ради тебя, — шепчет Юнги в ответ. — Это всё из-за Хосока. — О, не волнуйся, хён, — в глазах Чимина пляшут смешинки. — Я и не говорил, что ты пришёл ради меня. Хотя тот плакат довольно ясно выразил твои чувства. Юнги закатывает глаза, но лёгкая улыбка касается его губ, пока он смотрит оставшиеся выступления без особой придирающейся строгости. — Я хорошо выступил, хён? — спрашивает Чимин через какое-то время, когда одно выступление за другим сливаются в голове Юнги. Юнги ухмыляется, глядя прямо перед собой: — Я не заснул во время него. Чимин тихо смеётся, и Юнги чувствует, как дрожит его тело. — Спасибо, — отвечает Чимин. — Комплимент принят. — Чимини, после этого выступления нам надо вернуться за кулисы, — Хосок наклоняется через Юнги и шепчет, и Чимин кивает.***
— Поздравляю! — Тэхён бросается на Чимина и Хосока, когда они выходят с трофеем, сияя широкими улыбками. — Покажите, покажите! — Джин тянет руку, и Чимин, смеясь, передаёт ему трофей, от которого старший в полном восторге. — Красивый, — тихо говорит Юнги, разглядывая блестящую награду в руках Джина. — Поздравляю. — Да, — выдыхает Хосок, глядя на трофей, и крепко обнимает Чимина. — Не могу поверить, что мы победили, Чимин! Мы победили! Трофей и пять тысяч долларов. Жизнь прекрасна! — Надо отпраздновать! — ухмыляется Намджун. — Я угощаю. — ДОГОВОРИЛИСЬ! — одновременно кричат Чимин и Хосок. — К концу вечера ты будешь на мели. Намджун с опаской смотрит на них, а Джин возвращает трофей: — Как старший, я должен угощать. — Давай разделим, хён, — предлагает Намджун. — Не-а, я самый старший, поэтому плачу я, — качает головой Джин. — Я тоже в деле, — тихо добавляет Юнги, и все поворачиваются к нему. — Я возьму половину, ты другую… хён. — Ты… не обязан, — быстро отвечает Намджун. — Это было бы несправедливо, ты нас едва знаешь. — Всё в порядке, мне не сложно, — Юнги потирает затылок. — Это повод узнать вас получше, не так ли? — Боже мой, — вырывается у Джина, и он зажимает рот рукой. — Простите, вырвалось! Не хотел. После вспышки Джина группа замолкает, и Юнги ёрзает под их коллективным взглядом. Хосок первым нарушает тишину: — Хёооон, ты нас явно любишь! — восклицает он, толкая Юнги плечом. — Поэтому и пришёл, да? Не потому, что я тебя доставал или угрожал, правда? — Чем ты ему угрожал? — одновременно спрашивают Тэхён и Намджун, искренне заинтересованные. Хосок смеётся, но молчит. — Ты уверен, хён? — тихо спрашивает Чимин. — Если тебе некомфортно, можешь не идти с нами. Мы поймём, если ты хочешь домой. — Я в порядке, — отвечает Юнги, удивляя даже себя. — Всё будет нормально. Так мы идём?***
— Как разделимся? — Юнги смотрит на Джина. — Давай по трое? Я беру двоих в свою машину, а ты веди за мной с двумя в своей. Поедем в отличное место неподалёку, — Джин оглядывается, и Юнги кивает. — Так, дети, выбирайте своего водителя, — объявляет Джин, когда они доходят до парковки. — Я беру двоих, а ещё двое поедут с Юнги. Кто с кем? — Ну, у меня особо нет выбора, — отвечает Намджун и шагает к машине Джина. — Вообще-то можешь поехать с Юнги, — говорит Джин, глядя на младшего. — Так даже лучше, ты знаешь дорогу. Повороты и улицы там запутанные. — Ничего, я поеду с Юнги-хёном. Так, наверное, безопаснее, чем если Намджун будет объяснять путь, — Хосок делает шаг вперёд. — Я протестую! — восклицает Намджун, но взгляд Хосока заставляет его быстро отступить. — Я поеду с Джин-хёном, — Чимин смотрит на Тэхёна. — Хочешь с Юнги-хёном? — Конечно! — Тэхён бодро шагает за Юнги к его машине.***
— Ох, что возьмём? Что возьмём? — возбуждённо спрашивает Хосок, садясь рядом с Джином и разглядывая меню. — Сначала устроимся, — говорит Джин, оглядываясь на Юнги, Тэхёна и Чимина, которые заходят в уютный маленький ресторан. — Давно мы тут не были, — Чимин садится рядом с Хосоком, и с теплом оглядывает заведение. — Ага, — соглашается Тэхён, плюхаясь напротив Хосока, рядом с Намджуном. — Пахнет вкусно, — небрежно замечает Юнги, занимая место рядом с Тэхёном, напротив Чимина. — Хён, хён! — Чимин взволнованно смотрит вверх. — Возьмём выпивку? Джин приподнимает бровь: — Я думал, ты стараешься избегать этого. — Ага, но давай сегодня выпьем! — подхватывает Тэхён. — Можно? — А как вы домой доберётесь? — спрашивает Джин. — Я вас не повезу. — Ничего, вызовем такси! — Чимин сияет. — Мы выпьем, ладно? — Вы знаете, что довезти вас до общежития — это только полдела, да? — Хосок бросает на них суровый взгляд. — А тащить вас по лестнице в комнату — это отдельная история. И не дай бог кому-то из вас захочется блевать. — По лестнице? Хорошо, если они вообще до нужного здания дойдут, — добродушно поддразнивает Намджун. — Вы говорите, будто это так ужасно, — Юнги с опаской смотрит на стол. — Мы не такие плохие! — обещает Чимин. — Клянусь, они преувеличивают. Правда, Тэ? Джин, Хосок и Намджун заливаются смехом, а затем тихо вздыхают, когда смех стихает. — Надо пережить это, чтобы понять, — Джин улыбается Юнги. — Хочешь попробовать? Тэхён ахает и поворачивается к Юнги: — Хён, ты отвезёшь меня домой? — Я тебя едва знаю, ребёнок, — отвечает Юнги, глядя прямо на Тэхёна, но намёк проходит мимо. — Но ты же знаешь Чимини. Не отвезёшь своё солнышко и его лучшего друга домой? — Тэхён не отводит взгляд. Юнги смеётся над его выражением лица и поворачивается к меню над стойкой: — Хм, что заказать? Чимин решительно смотрит на Тэхёна: — Неважно, мы сами доберёмся. Давай повеселимся сегодня! Джин вздыхает: — Ладно, вы, ребята, это заслужили. Хосок слегка стонет: — Надо поднять возраст для выпивки. Детям пить нельзя. Чимин и Тэхён сверлят Хосока взглядом. — Простите, что мы такие обузы. Похоже, в следующий раз ты можешь выступать один, без Чимина, — Тэхён язвительно смотрит на Хосока, чьи глаза слегка расширяются. Чимин кивает в поддержку, его лицо кривится в кислой гримасе. Намджун хохочет над выражением лица Чимина: — Ты ещё такой ребёнок, Чимини. Хосок прав, детям пить нельзя. Чимин переводит гневный взгляд на Намджуна: — Я всего на год младше тебя, хён! — Да, но такой маленький, — Намджун качает головой с притворно печальным выражением, в голосе сквозит жалость. Чимин хмурится, глядя то на Хосока, то на Намджуна, которые ухмыляются друг другу: — То, что у меня низкая переносимость алкоголя, не значит, что я не могу себе его позволить. Мы пришли праздновать нашу победу, разве нет? Почему я должен сдерживаться? Улыбки Намджуна и Хосока гаснут, когда они слышат неподдельный гнев в голосе Чимина. — Да ладно, Чимини, мы просто шутили. Давай побудем трезвыми. Какой смысл напиваться так, что завтра ничего не вспомнишь? — Хосок пытается разрядить обстановку. — Неважно, я пойду помою руки, — Чимин резко отодвигает стул, чуть не опрокинув его, и уходит. Юнги внимательно смотрит ему вслед. — Горячий нрав, да? — уголки губ Юнги изгибаются в лёгкой ухмылке. — У солнышка, оказывается, есть характер. Кто бы мог подумать. Тэхён фыркает: — А ты его вообще сколько знаешь? И насколько хорошо, чтобы делать такие выводы? Юнги приподнимает бровь на комментарий Тэхёна, но Джин кладёт руку на плечо младшего и качает головой. — Итак, — тянет Намджун, выглядя слегка виноватым из-за того, что расстроил Чимина. — Что закажем? — Сегодня еду выбираем я и Чимини! — восклицает Хосок. — А вы, ребята, просто платите. — Как мило с твоей стороны, — саркастично отвечает Юнги, и Джин находит это невероятно забавным. — Что хочешь поесть? — Тэхён улыбается, когда Чимин возвращается. — Да всё равно, — Чимин пожимает плечами, откидываясь на спинку стула и скрестив руки. — Еда есть еда. Выбирай, что хочешь. — Ну же, Минни, не будь таким, — Джин надувает губы. — Мы пришли праздновать вашу с Хосоком победу. Не порти настроение. Чимин поднимает взгляд на Джина, хмурое выражение смягчается, и Джин вздыхает: — Они просто шутили, ты же знаешь, да? Ты заслужил праздник сегодня! Не переживай, хён отвезёт тебя домой. — Правда? — Чимин тут же оживляется. — Обещаешь? — Значит, мы все можем выпить? — Хосок ухмыляется Джину и, не дожидаясь ответа, продолжает: — Джин-хён, ты лучший! Джин закатывает глаза, пока стол взрывается аплодисментами. — Не переживайте, — Юнги откашлялся. — Я не буду пить, так что могу отвезти вас, если хотите. — Ты не будешь пить, хён? — Намджун смотрит на Юнги, тот качает головой. — Юнги-хён вообще не пьёт, — вмешивается Чимин. — Совсем? — Хосок с настороженным выражением смотрит на Юнги. — Ага, — неловко отвечает тот. — Почему? — спрашивает Тэхён, и Юнги пожимает плечами. — Просто… не пью, — Юнги отвечает с каменным лицом, ясно давая понять, что не хочет развивать тему. — Я… а, — Джин замолкает, атмосфера за столом становится неловкой. — Думаю, я тоже воздержусь. Ты отвезёшь Минни и Тэ, а я возьму Хосока и Джуни? Юнги кивает, но его глаза сужаются: — Ты что, специально хочешь, чтобы я вёз Чимина и Тэхёна? — Нет! — слишком быстро и радостно отвечает Джин, глаза щурятся от улыбки. Намджун и Хосок откровенно хихикают. — Ладно, раз всё решили, давай есть! — Хосок поворачивается к Чимину. — Пойдём заказывать! Сегодня мы выбираем еду! — Окей! — Чимин встаёт, задвигая стул. — Можно с вами? — робко спрашивает Тэхён, глядя на них. Хосок ласково улыбается и протягивает руку, шевеля пальцами. Тэхён сияет и переплетает их пальцы.***
— Итак, Юнги, — Джин открывает банку с газировкой, дожидаясь, пока шипение затихнет. Его слова звучат медленно, будто он тщательно их подбирает, голос напряжён. — Очень мило с твоей стороны предложить разделить счёт пополам. Юнги моргает, глядя на старшего: — Эм… ладно? — Чего ты на самом деле хочешь, хён? — Намджун спрашивает куда менее деликатно. — Что? — Юнги переводит взгляд между ними, затем его глаза сужаются, когда он понимает, о чём речь. — Вы сомневаетесь в моих намерениях. — Не то, чтобы сомневаюсь, — Джин бросает взгляд на Намджуна, который, кажется, готов снова перебить. — Просто это немного странно. Ты нас едва знаешь, и мы тебя тоже. Я даже удивлён, что ты пришёл. Юнги слегка пожимает плечами: — Похоже, в ваших глазах это выглядит именно так, да? — Ну и? Почему ты правда предложил заплатить, хён? — Намджун прямолинеен. — Хотел поесть, — осторожно говорит Юнги. — В одиночку в общественном месте есть неловко и странно. У вас был повод праздновать, и я подумал, почему бы не присоединиться? — Ладно, но почему платить? — Просто подумал, что это будет мило, — Юнги рассуждает. — Чимини и Хосок заняли первое место. Они заслужили угощение. — Ты увиливаешь от темы, — голос Джина становится резче, глаза сужаются. — Слушайте, я не знаю, почему предложил, ясно? — Юнги повышает голос. — Просто вырвалось. Поверьте, я был так же удивлён, как и вы. Если хотите, сейчас же уйду. Я не так уж отчаянно нуждаюсь в компании. Могу поесть в другом месте. За столом воцаряется тишина, трое по очереди смотрят друг на друга. — Нет, останься, — качает головой Намджун. — Прости, мы не хотели быть грубыми, просто это показалось немного подозрительным, хён. Юнги кивает, но расстроенное выражение остается на его лице. — Какую музыку ты делаешь? — внезапно спрашивает Джин. — Ты же говорил, что учишься на музыкального продюсера, если не ошибаюсь? — Ну, — Юнги поворачивает голову и невольно смотрит на Хосока, Чимина и Тэхёна, которые наконец подходят к стойке делать заказ. — Я делаю разные песни, но сам слушаю хип-хоп. В основном читаю рэп в своих треках, поэтому и взял курс по рэп-поэзии. Хотя он оказался не совсем тем, что я ожидал. Намджун фыркает: — Не то слово. Я немного занимаюсь рэпом в андеграунде. Если хочешь, приходи на одно из моих выступлений, хён. Юнги удивлённо приподнимает обе брови: — Андеграундный рэп? — Ага, — Намджун слегка краснеет. — Я… думаю, хотел бы на это посмотреть, — кивает Юнги. — Определённо. Приглашай как-нибудь. Джин смеётся: — Тогда Намджун будет от тебя без ума. Мы вроде бы поддерживающие друзья, но на его выступления ходим не так часто, как ему бы хотелось. — Ничего, — бормочет Намджун. — Я понимаю. — Я сам на двойной специальности, — говорит Джин, отпивая глоток. — Кинематограф и вокальная музыка. — О, певец… и актёр? — удивленно спрашивает Юнги. — Не совсем, — Джин качает головой. — Это не актёрство, скорее изучение кино, но я брал несколько курсов по драме. Думаю, этим хочу заниматься после выпуска. — Не думал о мюзиклах? — спрашивает Юнги, и лицо Джина кривится. — Это было бы логично, но пение у меня больше как хобби. — Голос Джин-хёна правда классный, — говорит Намджун с гордостью на лице. — Ага, а ты, наверняка, очень объективен, — с сарказмом отвечает Юнги. Джин смеётся, когда лицо Намджуна мрачнеет. — Ты должен его услышать, — быстро говорит Намджун. — Джин-хён, спой как-нибудь для Юнги-хёна. Ты часто поёшь для меня, иногда для Хосока. — Хосок? Я думал, он танцор, — Юнги поворачивает голову, глядя на сияющего улыбкой парня, который смеётся над чем-то, слегка сгорбившись. — Да, но он ещё и читает рэп. Я его подсадил, и он просто влюбился, — Намджун пожимает плечами, будто это что-то неважное, но Юнги видит, как он горд. — Хосок и Джин-хён звучат классно вместе. Их голоса идеально сливаются. — Хм, два рэпера и певец, да? — Два певца, — поправляет Джин. — Тэхён тоже на вокале. Юнги снова приподнимает брови: — Легко понять, как вы подружились. Намджун и Джин смеются, переглядываясь, а затем смотрят на троицу у стойки. — А не сделать ли нам что-нибудь вместе? — небрежно предлагает Намджун. — Я слышал немного твоих работ, можно попробовать. — Коллаборацию? — Ага, — Намджун говорит равнодушно. — Мы с Хосоком постоянно такое делаем. Джин-хён и Тэхён тоже часто присоединяются. — У меня есть пара вокалистов, с которыми я постоянно работаю, но с другими рэперами я ещё ничего не делал, — Юнги серьёзно обдумывает идею. — Надо попробовать, — кивает Джин. — Я слышал Джуни и Хосока. Давай послушаем твой рэп и, может, твои треки? На щеках Юнги проступает заметный румянец, и он мысленно проклинает свою бледность. — Могу показать пару треков, — предлагает Юнги, и его радует, как быстро кивает Джин. — Вообще-то, — говорит Юнги, в голове крутятся идеи. — У меня есть одна песня, над которой я работаю. Не для учебы, просто так. Может, подам её на онлайн-курс, если выйдет хорошо, но… — Онлайн-курс? Не знал, что у нас есть такие. — Это в другом университете, — пожимает плечами Юнги. — Переведу кредиты. Курс по написанию и продюсированию хип-хопа. — О? — Намджун наклоняется вперёд, заинтересованный. — Где? Звучит круто. — Дай свой номер, — Юнги протягивает телефон. — Отправлю тебе детали. Правда, это дорого. — А песня…? — Джин делает круговое движение руками, побуждая Юнги продолжить. — Да, мы могли бы использовать её, посмотреть, что получится, или что-то в этом роде, — Юнги старается не выказывать ожиданий. — Звучит как хорошая идея, — Намджун возвращает телефон с сохранённым номером. — Но я пишу свои рэпы сам. — Меня устраивает, — отвечает Юнги, отправляя Намджуну сообщение, чтобы тот сохранил его номер, и поворачивается к Джину. — А ты? — Я не читаю рэп, — моргает Джин, и Юнги смеётся. — Знаю, но ты пишешь свои песни или…? Джин пожимает плечами: — Могу попробовать написать, если хочешь. Если у тебя уже есть что-то, я с радостью просто спою. Юнги кивает, обдумывая слова старшего: — Думаю, у меня есть кое-что для тебя. Но мне нужно послушать твой голос. — Сделаем это! — Намджун сияет от возбуждения. — Давай создадим крутую музыку вместе! Губы Юнги расплываются в широкой улыбке, обнажая дёсны, и Джин с Намджуном отвечают тем же. Впервые за долгое время Юнги чувствует, что обзавёлся друзьями. Он поворачивает голову и видит, как Чимин, Тэхён и Хосок возвращаются с подносами, тарелками и напитками, которые они несут с опасной неустойчивостью. Внезапно Юнги жалеет, что не встретил их раньше. Последние годы он почти забыл, как приятно быть среди людей, разделяющих твои мечты и страсти.***
— Веселитесь! — Джин одаривает Юнги слишком уж бодрой улыбкой, закрывая заднюю дверь его машины. — Доставь их домой в целости, и если станет совсем плохо — ну, очень плохо, — звони мне. Считай это своим испытанием для посвящения. — Испытанием? Это что, какой-то секретный клуб? А если я не хочу вступать? — Уже неважно, — Джин пожимает плечами, всё ещё улыбаясь слишком сладко. — Мы тебя выбрали. Посмотрим, как ты справишься. Юнги прищуривается, глядя на странное поведение старшего. Он бросает взгляд на Тэхёна и Чимина, сидящих в его машине, и думает, что они не так уж плохи. — Я справлялся с вещами и похуже, — успокаивает себя Юнги. — Они и так почти спят.***
Кружа среди почти одинаковых зданий общежития, Юнги пытается вспомнить, в какое именно Чимин его водил. Он смотрит на мирно спящего Чимина, свернувшегося калачиком на переднем сиденье, затем оглядывается на Тэхёна, прижавшегося головой к окну на заднем сиденье, и решает не будить ни одного из них. Он звонит Хосоку, надеясь, что тот ответит, но вызов сразу уходит на голосовую почту. — Чёрт, наверное, разрядился, — бормочет Юнги, прокручивая контакты и находя недавно добавленный номер Намджуна. Он звонит Намджуну, но, не получив ответа, стонет. Пробует ещё раз — безрезультатно — и решает отправить сообщение. Оглядывая здания, Юнги вздыхает, открывает дверь машины и обходит её, чтобы открыть пассажирскую дверь. Он слегка толкает Чимина: — Чимини, просыпайся. Чимин отстраняется от прикосновения, его слова сливаются в невнятное бормотание: — Ещё пять минут. Юнги снова трясёт его за плечо: — Давай, солнышко, вставай, нам надо домой. — Домой, — хихикает Чимин. — Дом — это хорошо. — Да, очень хорошо, — вздыхает Юнги и отстёгивает ремень безопасности Чимина. — Вставай, выходи из машины и покажи, где твой дом. — ДОМ ТАМ, ГДЕ СЕРДЦЕ! — кричит Тэхён с заднего сиденья, и Юнги подпрыгивает от неожиданности, ударяясь головой о потолок машины. — Ай, чёрт, — Юнги потирает затылок, бросая гневный взгляд на Тэхёна, который тут же возвращается к своему положению у окна, закрыв глаза. — Ладно, это уже не смешно, Чимин, вылезай, — Юнги тянет младшего за руку. — Какое здание? Чимин хихикает, лениво приоткрыв один глаз, и снова погружается в полудрёму. «Что за хрень?» — думает Юнги. — Чимин, — он трясёт его сильнее. — Давай, вставай. — НЕТ! — кричит Чимин, и Юнги уже меньше удивляется внезапной вспышке. — Тут удобно. Я не двинусь. Юнги раздражённо вздыхает: — Чимин, вставай! Чимин заливается смехом, и Юнги на секунду задумывается, что с ним не так. — Солнышко, вставай! — кричит Юнги. — Мне тоже надо домой! — Пойдём домой, — тихо отвечает Чимин, снова засыпая, и Юнги рычит. — Чимини, я последний раз прошу: вставай, вылезай из машины и скажи, где ваше общежитие, иначе я оставлю тебя и твоего друга прямо здесь. Чимин снова хихикает, и этот звук действует Юнги на нервы. — Не люблю двигаться, — бормочет он. Юнги готов заорать, когда его телефон жужжит. Он отходит от машины и видит сообщение от Намджуна: Это Джин. Они в здании Хокинс. Четвёртый этаж. Комната 412. Удачи ^^. Юнги начинает понимать, о чём в начале вечера говорили остальные. — Ладно, Чимин, вставай. Пойдём домой, а? — Юнги снова наклоняется в машину, слегка потянув за ткань толстовки младшего. Чимин не отвечает, из него вырывается тихий храп. — Чимин! — Юнги снова его трясёт. — Понеси меня! — требует Чимин, поднимая руки, как ребёнок, и Юнги мысленно орёт. — Понеси меня! — снова кричит Чимин, прежде чем опять заснуть. — Боже мой, — стонет Юнги и смотрит на заднее сиденье, где спит Тэхён. — Хоть Тэхён тихий.***
— Тэхён, просыпайся! Пора домой! — Юнги трясёт его и радуется, когда тот шевелится и растерянно моргает. — ПАПА! — орёт Тэхён и бросается на Юнги, так что они вываливаются из машины на траву. — Чёрт возьми! — громко ругается Юнги, когда Тэхён цепляется за него. — ПАПА, Я ПО ТЕБЕ СКУЧАЛ! — кричит Тэхён прямо в ухо Юнги, который старается мягко оттолкнуть его. — Я не твой папа! — восклицает Юнги, слегка отодвигая Тэхёна, который не отпускает. «На будущее – это была ошибка» думает Юнги, когда нижняя губа Тэхёна дрожит, и он смотрит старшего с глазами полными слёз. — Чёрт, не плачь, не плачь! — Юнги наклоняется, торопливо говоря, когда по щеке Тэхёна катится слеза. На секунду становится тихо, и Юнги почти вздыхает с облегчением, но тут Тэхён издаёт громкий вопль. — Боже мой, — Юнги тянет себя за волосы, пока Тэхён сидит на траве у его ног, громко рыдая, и крупные слёзы катятся по его лицу. — Папа! — всхлипывает Тэхён, и Юнги быстро обнимает его, чтобы успокоить, оглядываясь, опасаясь, что кто-то выйдет и подумает, что он пристаёт к парню. — Тшш, всё нормально, всё нормально! — повторяет Юнги, покачивая Тэхёна, и гадает, как он угодил в такой капкан. — Домой, мы идём домой, хорошо? — Пусан? — Тэхён выглядывает, и Юнги сглатывает, качая головой. — Нет, домой. — Но Пусан — это дом, — отвечает Тэхён, и Юнги подозрительно щурится, замечая, как связно тот звучит. — Ага, хорошо, хорошо. Идём домой. Стой спокойно, я возьму Чимина, — Юнги встаёт и идёт к переднему сиденью. — ЧИМЧИМ! — орёт Тэхён сидя на траву рядом с машиной, пугая Юнги. — ПОЙДЁМ ДОМОЙ, ЧИМИНИ! ПАПА ОТВЕДЁТ НАС ДОМОЙ! Юнги чуть не плачет, лихорадочно оглядываясь, чтобы убедиться, что никто не проснулся от криков Тэхёна. — Чимини, давай, просыпайся! — Юнги трясёт младшего за плечи. — Понеси меня, — бормочет Чимин, отмахиваясь от рук Юнги. — Нет, мелкий засранец, вставай сейчас же! — Юнги повышает голос и на мгновение пугается, не начнёт ли Чимин тоже плакать. К счастью, Чимин отворачивается и снова засыпает. Юнги вздыхает, проводя рукой по волосам, и делает немыслимое: — Пойдём, солнышко. Я тебя понесу. Чимин переворачивается на сиденье и поднимает руки, и Юнги гадает, не слишком ли жестоко будет оставить их обоих на тротуаре.***
Юнги готов расплакаться, стоя с Чимином, который, как коала, обвил его руками и ногами, и глядя на Тэхёна, сидящего на тротуаре скрестив ноги и рыдающего. — Ты… ты… — Тэхён всхлипывает. — Ты не папа. — Я и не говорил, что я папа, — Юнги старается быть терпеливым. — Давай, вставай, идём домой. — Нет! — кричит Тэхён, отползая назад. — Мама сказала не разговаривать с незнакомцами. Юнги рычит: — Я не незнакомец, смотри! Я Юнги-хён. Давай, послушай доброго хёна, и он отвезёт тебя и Чимини домой, хорошо? Тэхён качает головой: — У меня нет хёна. — Тэхён, если ты сейчас не пойдёшь со мной, я отведу Чимина домой, а тебя оставлю здесь. — НЕТ! — Тэхён ползёт вперёд и цепляется за ногу Юнги. — ТЫ НЕ МОЖЕШЬ ЕГО ЗАБРАТЬ! — Боже мой, — в который раз повторяет Юнги. — Тэхён, клянусь, если ты сейчас же не отпустишь мою ногу, то очень сильно пожалеешь. Тэхён только сильнее вцепляется. Юнги трясёт ногой, пытаясь ослабить хватку, и в совершенно просчитанном движении теряет равновесие, падая назад на тротуар, а Чимин — сверху на него. — Чёрт, — ругается Юнги, отталкивая спящее тело Чимина, чтобы потереть ушибленный копчик. — Чёрт, я сыт этим по горло. Тэхён смотрит на Юнги, слегка съёживаясь под его злым взглядом. — Хочешь, чтобы я оставил тебя и твоего ЧимЧима тут? ПОЖАЛУЙСТА! Добирайтесь домой сами, мелкие паршивцы! — кричит Юнги, вставая и потирая ноющую спину. Глаза Тэхёна снова наполняются слезами, но боль в пояснице Юнги перевешивает все чувства жалости. Он уже собирается уйти, когда чувствует, как кто-то тянет его за штанину. Оборачивается и видит Тэхёна, который с грустным лицом смотрит на него. — Я скучаю по маме. Ты можешь быть моей мамой?***
Юнги мысленно ругается, таща себя к нужному зданию общежития, слегка задыхаясь, снова неся Чимина на руках, который, к счастью, спит. — Мама, — Тэхён прислоняется к другому плечу Юнги, теребя его рукав. Юнги вздыхает и мысленно обещает побаловать себя ближайшие дни, если переживёт это приключение. — Я не твоя мама, — рычит Юнги. — А теперь возьми меня за руку и не отпускай, пока мы не дойдём до дома, понял? Тэхён кивает и перехватывает руку Юнги. — Хочу мороженое, — тихо бормочет Тэхён, позволяя себя тащить. — Нет, — отрезает Юнги, и Тэхён тянет его за руку, заставляя обоих остановиться. — Я ХОЧУ МОРОЖЕНОЕ! — громче кричит Тэхён. — А Я СКАЗАЛ НЕТ! — орёт Юнги в ответ и с лёгким удовольствием смотрит, как Тэхён съёживается и снова позволяет себя вести домой. — Ключи. Мне нужны ключи, — бормочет Юнги себе под нос. Чимин слегка шевелится в его руках, поворачивая голову так, что она ложится в изгиб плеча Юнги, обхватив руками шею старшего. — Они в моей сумке, — невнятно бормочет Чимин в плечо Юнги, его дыхание вызывает лёгкую дрожь у Юнги. Юнги закатывает глаза и поворачивается к Тэхёну: — У тебя есть ключи? — Нет, — быстро отвечает Тэхён, хихикая и выглядя слишком невинно. — Тэхён, — Юнги прищуривается, глядя на младшего, который моргает. — Давай ключи, нам надо зайти в здание, чтобы попасть домой. — Нет, — Тэхён качает головой. Юнги смотрит вниз и видит чёткие очертания ключей в левом переднем кармане младшего. Он отпускает руку Тэхёна и тянется за ключами, но тот отскакивает назад. — ИЗВРАЩЕНЕЦ! — орёт Тэхён. — НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ ТАМ! Юнги убеждает себя, что оставить их двоих перед общежитием, вероятно, можно считать выполненной задачей, и только собирается отцепить Чимина, как тот издаёт звук в горле. — Ой… я, кажется… кажется, меня… — Чимин не успевает договорить, и Юнги благодарит небеса за свою реакцию, когда практически бросает младшего на тротуар, спасая себя, пока Чимина рвёт на траву. — Ух, — Чимин вытирает рот тыльной стороной ладони, пока Юнги похлопывает его по спине, но затем младший теряет сознание. Юнги успевает поймать его, чтобы тот не ударился головой о тротуар, и, кряхтя, аккуратно укладывает его, гадая, что делать дальше с этими двумя. Юнги внезапно поднимает взгляд, осознавая, что стало слишком тихо, и его глаза расширяются от ужаса, когда он понимает, что Тэхён исчез.***
«Девятнадцатилетний парень, — думает Юнги, бродя вокруг и выкрикивая имя Тэхёна каждые несколько секунд. — Мин Юнги, как, чёрт возьми, ты потерял девятнадцатилетнего парня?» Чимин снова в машине, и Юнги размышляет о худшем исходе, если он просто уедет и оставит этих двоих. Затем вспоминает, что Намджун и Хосок точно знают, как его найти, и возвращается к поискам Тэхёна. От Намджуна: Это Джин. Всё в порядке? Дети дома?Кому Намджуну:
Иди к чёрту, хён.
От Намджуна: ЧТО ТЫ НАТВОРИЛ? ГДЕ МОИ ДЕТИ? СКАЖИ, ЧТО С НИМИ ВСЁ ХОРОШО!Кому Намджуну:
Всё нормально. Они в порядке. Иди спать, у меня всё под контролем.
От Намджуна: Дай мне поговорить с ними.Кому Намджуну:
Они спят.
От Намджуна: Фото, пожалуйста. Юнги рычит на телефон, но внезапно замечает фигуру, прижавшуюся к стене здания. — Тэхён? — тихо говорит Юнги, осторожно приближаясь. — Хён? — отвечает Тэхён, и Юнги облегчённо выдыхает, когда тот его узнаёт. — Пойдём домой, Тэхён, — Юнги протягивает руку. — Я не знаю, как, — тихо говорит Тэхён. — Я потерялся. — Ничего, — Юнги медленно подходит ближе. — Я знаю дорогу. Давай ключи, и хён отведёт тебя домой. Даже купит тебе мороженое. — Клубничное? — Какое захочешь, — говорит Юнги, думая, как легко было бы похитить Тэхёна. Он мысленно ругает себя за такие нелепые мысли.***
Юнги облегчённо вздыхает, когда дверь Тэхёна и Чимина появляется в поле зрения. Он ведёт Тэхёна за руку, неся Чимина. Он возится с ключами, а Тэхён громко зевает, потирая глаза одной рукой, другой крепко держась за кожаную куртку Юнги. — Ага! — восклицает Юнги, когда дверь поддаётся, и заходит, не снимая обувь, направляясь к спальне. Укладывая Чимина на кровать и снимая с него обувь и носки, Юнги накрывает его одеялом. — Можешь уложить меня? — тихо спрашивает Тэхён, теребя куртку Юнги. Юнги стонет, но подталкивает Тэхёна к его кровати. — Сними обувь и носки, — напоминает Юнги, когда Тэхён собирается лечь. Он натягивает одеяло и аккуратно укрывает младшего. — Прочитаешь сказку на ночь? — снова спрашивает Тэхён, и Юнги бросает на него гневный взгляд. — Жил-был парень по имени Шуга. Он поджёг себя и умер. Конец. А теперь закрой глаза и спи. — Хорошо, — отвечает Тэхён, закрывая глаза. Юнги качает головой, но его рука невольно убирает волосы со лба Тэхёна, вспоминая грустный взгляд младшего. Он бросает последний взгляд на Чимина, затем идёт на кухню. Взяв два стакана воды и по две таблетки аспирина, Юнги ставит их на тумбочки Тэхёна и Чимина. Он смотрит на спящих парней, довольный, что они оба, похоже, спят. Быстро делает фото, выключает свет, запирает дверь и просовывает ключ под неё. Отправляя фото Джину, он направляется к лифту.Кому Намджуну:
Это тебя устроит, Джин-хён?
От Намджуна: Поздравляю! Ты смог! Испытание пройдено! :D Надо чаще тусоваться вместе.
Кому Намджуну:
Держитесь от меня подальше. В следующий раз сами разбирайтесь со своими чёртовыми детьми. Этот паршивец спросил, могу ли я быть его мамой. Что это вообще значит?
От Намджуна: Тэ становится прилипалой, да? Ничего, завтра скажу ему, что у него новая мама!Кому Намджуну:
Тэхён прилипала? А то, что мне пришлось тащить Чимина всю дорогу, потому что он отказывался вылезать из машины, пока я его не понесу? И скажи Тэхёну, чтобы возвращался к своей маме, я отказываюсь.
От Намджуна: Не мне это говорить, но мама Тэхёна умерла пару лет назад. Так что не будь козлом по этому поводу, понял?Кому Намджуну:
Чёрт. Откуда мне было знать?
От Намджуна: Просто ничего не говори об этом, ясно? Спокойной ночи. Скоро увидимся.Кому Намджуну:
О, нет, чёрт возьми. Я не шутил, когда сказал держаться от меня подальше. Я с вами покончил. Больше этого не повторится.
От Намджуна: Ха, все так говорят, но потом сами возвращаются за добавкой. ^^ Увидимся на кампусе. Добро пожаловать в банду. :) Юнги вздыхает, убирая телефон в карман, когда тот снова жужжит. Сообщение от неизвестного номера, и Юнги открывает его, ужаснувшись содержимому.Кому Джину-хёну:
ХВАТИТ ИЗМЕНЯТЬ СВОЕМУ ПАРНЮ. Мы точно не настолько близки, чтобы ты присылал мне селфи посреди ночи!
От Джина-хёна: Всё в порядке. Я всем друзьям присылаю селфи с моим лицом. Намджуну достаются другие фотки.Кому Джину-хёну:
Завтра утром я подам на вас всех судебный запрет.
***
Юнги возвращается домой около двух часов ночи, потирая глаза от усталости и направляясь в спальню. Он открывает дверь гостевой комнаты, чтобы проверить Чонгука, но, к своему удивлению, обнаруживает кровать пустой. Растерянный, он идёт в гостиную и замечает, что свет там всё ещё горит. Войдя, он видит спящего Чонгука, свернувшегося на диване, сжимающего принесённое из дома одеяло, с приглушённым, но включённым телевизором. Юнги вздыхает и подходит, чтобы разбудить его. Несколько раз зовёт Чонгука по имени и даже слегка трясёт его. Юнги трёт лицо рукой, бормоча себе под нос: — Всю ночь я только и делаю, что бужу спящих детей и укладываю их в кровати. Серьёзно, что я вообще делаю со своей жизнью? Присев перед диваном, Юнги трясёт Чонгука чуть сильнее и с облегчением видит, как тот шевелится и медленно открывает глаза. — Хён? — бормочет Чонгук, голос тяжёлый от сна, глаза едва открыты. — Ты вернулся? — Ага, — отвечает Юнги, выключая телевизор. — Ты что, заснул здесь? — Нет, — Чонгук садится. — Я не мог уснуть в комнате. Юнги тихо фыркает: — Что? Боишься монстров под кроватью? Чонгу качает головой и поднимает взгляд: — Было слишком тихо… и как-то одиноко. — Поэтому телевизор включён? — Юнги проводит рукой по волосам, когда Чонгук встаёт, хватая своё одеяло. — Ага, — кивает Чонгук. — Выключишь свет, хён? Юнги вздыхает, наблюдая, как Чонгук идет в свою комнату. — Не привык спать один? — спрашивает Юнги, следуя за младшим, чтобы тот не споткнулся. Чонгук качает головой, его голос хриплый: — Я всегда спал один. Просто не привык возвращаться в пустой дом или проводить ночь в одиночестве. — Ох, — говорит Юнги, не зная, как ещё ответить, и заходит в гостевую комнату вслед за Чонгуком. — Всё нормально, хён, это не твоя вина, — Чонгук слабо улыбается, забираясь в кровать. — Я рад, что у меня вообще есть место для сна, благодаря тебе. Юнги ласково взъерошивает ему волосы и накрывает одеялом. Чонгук зевает, плотнее закутываясь в одеяло, и бормочет тихое «спокойной ночи», поворачиваясь на бок. Юнги стоит, глядя на свернувшегося Чонгука, чувствуя волны одиночества, исходящие от младшего. — Выключишь свет? — голос Чонгука прерывает его мысли, и он бормочет тихое «спокойной ночи», выключая свет и мягко закрывая дверь. Юнги устало вздыхает, заходя в свою спальню, стягивая куртку и рубашку одним движением. Бросив их на стул, он повторяет то же с брюками. Натянув свободные спортивные штаны, он решает не надевать футболку. Он направляется к кровати, когда его посещает мысль. «Нет, не надо, это глупо», — думает Юнги, но затем вздыхает, хватает подушку и выходит из спальни. — Хён? — Чонгук звучит растерянно, слыша, как Юнги входит и закрывает дверь. — Подвинься, — через несколько секунд отвечает голос, и Чонгук чувствует, как одеяло приподнимается, впуская холодный воздух. — Что ты делаешь? — шепчет Чонгук, пока Юнги забирается в кровать, мягко подталкивая его рукой. — Спать ложусь, — отвечает Юнги, поворачиваясь на бок спиной к Чонгуку. Чонгук улыбается про себя: — Спасибо, хён. Юнги молчит несколько минут, и Чонгук думает, что старший заснул. — Я постараюсь возвращаться домой пораньше, — тихо говорит Юнги, так что Чонгук едва слышит. Чонгук улыбается: — Это не обязательно. Просто к пустому дому тяжело привыкнуть. — Знаю, — быстро и искренне отвечает Юнги. — Хён знает. Чонгук смотрит на спину Юнги и гадает, сколько ещё чувств и переживаний тот скрывает за своим равнодушным лицом. — Хён? — снова говорит Чонгук через некоторое время. — Что? — голос Юнги звучит раздражённо. — Я ведь справлюсь, да? — голос Чонгука тихий и неуверенный. — Мама и папа сказали, что я не смогу, но я справлюсь, правда? Юнги поворачивается и встречается с нерешительными глазами Чонгука. — Ты сделаешь это, — говорит Юнги после паузы. — Если кто и может добиться своего, то это ты. Чонгук слабо улыбается: — Чимини говорит, что я справлюсь, но он вообще оптимист по жизни, так что я не знаю, серьёзно он или нет. Юнги хмыкает: — Это солнышко такое. Он старше тебя, почему ты не зовёшь его хёном? Чонгук хмурится: — Знаю, что он старше, но он такой… маленький и милый. Не могу звать его хёном. — Маленький… и милый? — Юнги приподнимает бровь. — Не волнуйся, хён, я не твой конкурент, — торопливо говорит Чонгук. — Мы не соревнуемся, обещаю. Юнги фыркает, поворачиваясь лицом к потолку: — Мы с тобой даже не на одном уровне конкуренции. — Это что значит, хён? — спрашивает Чонгук, но Юнги молчит. Проходят минуты, и когда Юнги почти засыпает, Чонгук снова произносит его имя. — М? — Юнги слишком устал, чтобы открыть рот. — Можно взять тебя за руку, хён? — Что? — Юнги поворачивает голову, странно глядя на Чонгука, но тот не смотрит на него. — Если мне снился кошмар в детстве, мама держала меня за руку и пела, пока я не засыпал. — Я не твоя мама, — быстро отвечает Юнги, гадая, почему все сегодня хотят сделать его своей мамой. — Ладно, — покорно говорит Чонгук и собирается повернуться на бок, когда рука Юнги проскальзывает в его. Чонгук улыбается, сжимая руку Юнги, и тихо благодарит. — Не обольщайся, — тянет Юнги. — Петь я тебе не буду, и мамой твоей быть не хочу. Чонгук хихикает и, поворачиваясь на бок, тянет Юнги за собой из-за их сцепленных рук: — Не волнуйся, хён, ты был бы ужасной мамой. Я бы никому такого не пожелал. — Паршивец. Чонгук тихо смеётся, а затем отвечает: — Но… ты был бы нормальным папой, хён. Ты не так уж плох. Юнги засыпает с улыбкой на лице.
