Out of My System

Чимин поправляет одежду перед зеркалом, проводя рукой по волосам, чтобы слегка их пригладить. Щёки всё ещё пылают румянцем, и он мысленно просит Чонгука не отпускать замечаний о его внешнем виде, даже если младший прекрасно знает, что только что произошло.  С сумкой в руке он выходит в гостиную, готовый попрощаться. Но атмосфера, что встречает его, далека от уютной.  Юнги сидит на подлокотнике большого углового дивана, а Чонгук — на диване напротив, опустив голову. У его ног — две спортивные сумки и рюкзак. — Эм, — Чимин невольно издаёт звук, и оба резко поднимают на него глаза. — Я просто хотел попрощаться.  — Почему он всё ещё здесь, хён? — Чонгук игнорирует Чимина, глядя прямо на Юнги.  Юнги хмурится, услышав тон Чонгука, и бормочет:  — Это сейчас неважно.  — Всё… в порядке? — Чимин не удерживается от вопроса, хотя прекрасно понимает, что лучший выход — уйти и никогда не возвращаться. Сумки Чонгука красноречиво намекают на, что произошло.  — Не знаю, а ты как думаешь после всего, что видел? — В голосе Чонгука яд, но Чимин знает, что не стоит принимать эти слова близко к сердцу – все же парня можно понять.  — Чонгук, он принял удар за тебя, так что прояви хоть немного уважения, — голос Юнги звучит резко, и он поворачивается к Чимину. — Прости, солнышко, он сейчас немного не в себе. Тебе что-нибудь нужно?  — Нет, всё нормально, я просто… переживал, — Чимин бросает взгляд на Чонгука.  — Разве ты недостаточно напереживался и наделал дел? — Чонгук поворачивается, прожигая его взглядом.  — Это не моя вина, — огрызается Чимин, раздражённый намёками младшего.  — Чонгук, хватит вести себя как ребёнок. Чимин помог тебе больше, чем навредил. А теперь прекрати дуться и решай, что мы будем делать с этим дальше, — Юнги сползает с подлокотника и усаживается на диван. — Будто у меня есть выбор. Меня выгнали, и не примут обратно, пока я не соглашусь на СНУ. Я не смогу себя обеспечивать, если пойду в Кёнхи, — Чонгук бормочет, потирая глаза тыльной стороной ладони, чтобы сдержать слёзы.  — Ты сможешь обеспечивать себя в Кёнхи, — вмешивается Чимин. — Будет тяжело, особенно если ты привык к роскоши, но в университете есть поддержка. Стипендии, гранты и всё такое. Можно найти подработку на кампусе, а первокурсникам гарантируют общежитие.  Чонгук медленно поднимает на него взгляд, глаза широко распахнуты от удивления, и Чимин с радостью замечает, что в его выражении нет злости.  — Чимини, что ты делаешь? — Юнги смотрит на Чимина, когда тот бросает сумку у дивана и садится рядом.  — Я могу помочь, — Чимин игнорирует Юнги и улыбается Чонгуку. — Будет непросто, но если ты правда хочешь учиться в Кёнхи, если правда хочешь обучаться вокалу, это возможно. Мы с моим лучшим другом так и делаем. Родители присылают, сколько могут, но у нас есть работа и стипендии. Это нелегко, но и не невозможно. Я помогу тебе!  Чонгук смотрит на Чимина, затем переводит взгляд на Юнги:   — Хён, где ты вообще его нашёл?  Юнги смеётся, а Чонгук дарит Чимину лёгкую улыбку, прежде чем спросить:  — Хён, я правда смогу?  Чимин энергично кивает:  — У меня на первом курсе был наставник, который помог мне. Я могу стать твоим наставником!  — То есть я правда смогу? — В глазах Чонгука загораются звёзды, и Чимин тает от этого взгляда. — Смогу учиться в университете, который выбрал сам?  — Именно, — Чимин кивает. — Но не стоит совсем рвать связь с родителями. В конце концов, они всё ещё твои родители, и они многое для тебя сделали. Настаивай на своём выборе, но не обрывай контакт. Это никому не принесёт радости.  — Я… не знаю, — Чонгук запинается, и Чимин разочарованно смотрит на него.  — Я не прошу тебя бежать к ним прямо сейчас, но свяжись с ними через какое-то время, если они не сделают этого первыми, хорошо? — Чимин вопросительно приподнимает брови.  — Чимини, — Юнги обнимает его за плечи, — вырос в очень счастливой семье. Он не понимает, что значит иметь таких родителей, как у нас.  Чимин сердито смотрит на старшего, сбрасывая его руку, и протягивает Чонгуку мизинец:  — Обещай, что поговоришь с ними, когда мы всё уладим, и я обещаю тебе помочь. Я даже знаю несколько человек на вокальном отделении, я вас познакомлю.  Чонгук смотрит на протянутый мизинец, затем смеётся — но не зло, — и переплетает свой мизинец с Чиминовым:  — Ладно, хорошо, я обещаю.  Улыбка, которой Чимин одаривает Чонгука, заставляет того замереть, и Чимин спешит представиться:  — Я Пак Чимин, второкурсник Кёнхи, специальность — танцы.  — Танцы? — Глаза Чонгука загораются, и Юнги мягко улыбается, глядя на него. — Я тоже танцую, Чимин!  — Зови меня хён! — Чимин встаёт и взъерошивает волосы младшего.  — Но я выше! — протестует Чонгук.  — И что? Я старше! — восклицает Чимин, когда Чонгук упрямится. — Ничего не поделать, Чимин, он тот ещё сорванец, — Юнги тоже встаёт, качая головой. — Но, знаешь, это и делает его таким обаятельным.  Чонгук лишь улыбается, глядя на Юнги и Чимина, но ничего не отвечает.  — Иди, разбери свои вещи в гостевой комнате, Чонгук, — Юнги подхватывает одну из сумок с пола и небрежно бросает её на диван рядом с младшим.  — Хорошо, хён, — Чонгук закидывает рюкзак на плечи и хватает обе спортивные сумки.  — Ты назвал его хёном, — возмущается Чимин. — А он не выше меня!  — Ещё как выше, — Юнги фыркает с притворным негодованием. — Я точно выше тебя!  Чонгук смеётся:  — Какая разница, вы оба коротышки. Но Юнги-хён любезно предоставил мне комнату, так что он — хён.  — Паршивец, — бормочет Юнги, пока Чонгук уходит.  — Прости за его поведение, он был просто расстроен, — тихо говорит Юнги, когда Чонгук скрывается из виду.  — Ничего, хён, я понимаю, — Чимин улыбается. — Он, наверное, всё ещё сильно переживает.  Юнги кивает:  — Он довольно закрытый, и не сразу открывается людям. Но он не плохой парень. Спасибо за то, что ты сделал. Когда я поступал в университет, у меня всё было совсем иначе — мне не приходилось об этом беспокоиться, да и сейчас не приходится. А ему нужен кто-то вроде тебя, чтобы поддержать. Спасибо, что предложил помощь.  Чимин смеётся:   — Ты правда к нему привязан, хён, да?  — Как к родному брату, — Юнги улыбается Чимину, и тот невольно задумывается, каково это — чаще видеть эту улыбку, обращённую к себе.  Телефон Чимина жужжит, и он видит сообщение от Тэхёна со списком покупок, который не соответствует ни одной кухне мира.

Кому ТэТэ:

Что мы вообще готовим? 

От ТэТэ: Еду. Ты где вообще? Хочу свои заслуженные Поки

Кому ТэТэ:

Выхожу от Юнги-хёна. Вернулся за вещами. Сейчас поеду за продуктами. Разве мы не купили целую коробку Поки на прошлой неделе? 

От ТэТэ: Ага, но я всё съел. Купи ещё! И поторапливайся. 

Кому ТэТэ: 

Ладно, ладно. Но что мы всё-таки готовим? 

От ТэТэ:  Без понятия. Еду. Джин-хён и Хоби-хён составляли меню и просто дали мне список покупок. Нам с Намджун-хёном в кухню вход воспрещён… 

Кому Тэтэ:

Скоро буду! И, кстати, нам надо поговорить про тебя и Хоби-хёна. Вы наконец-то встречаетесь??? Вы держались за руки!!! 

От ТэТэ: После того, как мы поговорим про тебя и Юнги-хёна.  Чимин убирает телефон в карман, широко улыбаясь, когда комнату возвращается Чонгук. — Эй, прости, мне надо бежать, обещал лучшему другу приготовить ужин, — Чимин хмурится, глядя на младшего. — Давай обсудим все позже. Когда ты свободен? Хочешь встретиться где-то, или мне лучше зайти сюда?  — Всё нормально, — Чонгук выглядит немного разочарованным. — Я возвращаюсь из школы к пяти, и, наверное, по выходным буду тут весь день.  — Не прогуливай подготовительные курсы, — Чимин подхватывает свою сумку с одеждой. — Если родители уже за них заплатили, ходи. Может, завтра? Юнги-хёна не будет дома, и мы сможем спокойно всё обсудить. Разберём твоё предложение, посмотрим варианты, подправим резюме.  — Солнышко? — Юнги высовывается из кухни.  — Да, хён? — Чимин оборачивается, привыкший к прозвищу.  — Это мой дом или твой? Думаешь, можешь просто приходить и уходить, когда вздумается?  Чимин хихикает и поворачивается к Чонгуку, игнорируя Юнги:  — Так что, завтра?  — Только поэтому я останусь дома на весь день! — заявляет Юнги. — Мне нужен покой и тишина, так что устраивайте свои посиделки где-нибудь ещё.  — Хён, ну не будь таким, — ноет Чонгук, делая щенячьи глаза и теребя рукав Юнги. — Хён, можно Чимини-хёну завтра прийти и помочь мне?  Юнги фыркает, выдергивая руку:  — Нет, нельзя. Идите в библиотеку.  — Хён, я же помог тебе с твоим треком в прошлый раз, ну пожалуйста! — умоляет Чонгук.  — Ага, а я даю тебе целую комнату в этом доме бесплатно, пока ты не найдёшь жильё или что-то ещё.  — Отлично, спасибо, хён! — Чонгук сияет, а Юнги смотрит на него с недоумением.  — Я не сказал «да», — уточняет Юнги, но Чонгук его игнорирует.  — Гостевая комната пока моя, Чимин-хён, так что приходи завтра. Обсудим все там, и нам не придётся никуда выходить, — Чонгук улыбается Чимину, и тот тихо смеётся, прикрывая рот ладошкой.  Чимин направляется к двери, чтобы надеть обувь, слыша, как Юнги с теплом в голосе отчитывает Чонгука за то, что тот «нахлебник высшего класса» и должен уважать старших и их желания.  — Пока! — кричит Чимин в пустоту, собираясь выйти, но Чонгук внезапно возвращается.  — Хён, подожди, — Чонгук тянет за край худи Чимина, и тот оборачивается.  — Что? — Чимин держится за дверную ручку.  — Я… э-э, — Чонгук потирает затылок, а потом поднимает взгляд, встречаясь с глазами Чимина. — Спасибо. Я знаю, ты делаешь это не ради меня, а ради Юнги-хёна, но всё равно…  Чимин перебивает:  — Я делаю это не ради Юнги-хёна и не ради кого-то ещё. Я делаю это ради себя, потому что мне нравится помогать людям, и это делает меня счастливым. Увидимся завтра, Чонгук. Спать в новой кровати после своей, привычной, тяжело, но я надеюсь, ты хорошо отдохнёшь. Поговорим завтра, хорошо? Чонгук смотрит на Чимина с удивлением, застыв на месте. Медленно кивает, слегка приоткрыв рот, пока тот, мягко улыбнувшись, уходит.  «Мне нравится Чимин», — думает Чонгук, запирая дверь. — «Чимин… хён». 

***

— Я дома! — кричит Чимин, с трудом открывая дверь, нагруженный пакетами с покупками.  — Иду! — отзывается Тэхён, выбегая из гостиной и забирая два пакета из рук Чимина.  — Спасибо, — говорит Чимин, пока они идут к обеденному столу в гостиной.  — Поки! Где мои Поки?! — Тэхён роется в пакетах. — Ты взял клубничные?  — Да, я купил две коробки клубничных Поки. Кассир решил, что я чокнулся, — ворчит Чимин, открывая нужный пакет. — Чего я только для тебя не делаю, Тэ.  Тэхён ухмыляется:  — Поэтому я тебя и люблю.  — Фу, — Чимин кривится. — Не ешь их пока! Сначала помоги разобрать и разложить всё!  — Ладно, — стонет Тэхён. — Чего я только для тебя не делаю, Чимин.  Намджун смеётся с дивана, и оба оборачиваются к нему, почти удивлённые его присутствием.  — Что? — спрашивает Чимин, когда Намджун перестаёт смеяться.  — Не могу решить, вы выглядите как лучшие друзья или как женатая пара, — Намджун сияет ямочками на щеках.  — Как женатая пара, — отвечает Тэхён, обнимая Чимина за талию.  — Как лучшие друзья, — одновременно говорит Чимин, обнимая Тэхёна за плечи.  Намджун снова смеётся, а Джин выходит из ванной и появляется в гостиной.  — Что смешного? — спрашивает Джин, направляясь к столу, где лежат пакеты.  — Ничего, — отвечает Чимин, чувствуя неловкость. — Вот все продукты, хён, что готовим?  Тэхён тихо ускользает, явно не желая участвовать в разборе пакетов.  — Где Хоби-хён? — Чимин оглядывается, вытаскивая из кармана ключи и кошелёк.  — Поехал к нам в квартиру за кое-какими продуктами, — отвечает Намджун, откидываясь на спинку дивана, куда вскоре плюхается и Тэхён. — Не было смысла это покупать.  — А, — кивает Чимин. — Пойду переоденусь, сейчас вернусь.  — Корзина для грязного белья теперь в ванной, а не в спальне! — кричит Тэхён.  — Закинь, пожалуйста, их туда, Тэ? Они в синем пакете, — кричит Чимин из комнаты, а Тэхён нехотя ставит коробку с Поки на диван.  — Точно женатая пара, — ухмыляется Намджун, глядя на Тэхёна, который хватает вещи Чимина, и тот отвечает ему такой же ухмылкой.  В дверь стучат, когда Чимин выходит из комнаты. Он открывает и видит Хосока.  — Ваша надежда вернулась с ванильным экстрактом! — восклицает Хосок, входя, и Чимин смеётся над его безграничной энергией.  — Ванильный экстракт? Мы что-то печём? — спрашивает Чимин, следуя за Хосоком на кухню.  — Ага, готовим полноценный ужин из трёх блюд, солнышко, — Хосок ухмыляется, игриво шевеля бровями.  — Хён, не называй меня так! — восклицает Чимин, когда на кухню заходит Джин.  — Почему? Только Юнги-хён может тебя так называть? — Хосок ставит две бутылочки на столешницу, пока Джин достаёт несколько мисок.  — Джин-хён, — ноет Чимин, поворачиваясь к старшему. — Хоби-хён меня достаёт.  Джин смеётся, взъерошивая волосы Чимина:  — Нам просто интересно, Минни.  Чимин слегка хмурится от прозвища, а перед глазами всплывают воспоминания о Юнги прошлой ночью.  — Тут нет ничего интересного. Правда. Это ничего… ничего не значит.  — Ты не из таких, — Джин качает головой, понижая голос, и Чимин вздыхает.  — Это было… не знаю. Просто случилось, хён. Это ничего не значило. Я, наверное, больше его и не увижу, — отвечает Чимин, а Джин пристально смотрит на него, прежде чем кивнуть.  — Жаль, — говорит Хосок, открывая кран. — Он мне нравится. Надо чаще с ним тусоваться. Вообще, я собираюсь пригласить его на наш танцевальный конкурс на следующей неделе!  — Что? Хён, нет! — кричит Чимин, заставив Джина вздрогнуть. — Не надо, хён.  Хосок пожимает плечами:  — Я не из-за тебя его приглашаю.  Чимин сверлит Хосока взглядом, но тот лишь улыбается в ответ, снова пожимая плечами.  — Ладно, хватит болтать, давайте уже готовить!  — Почему мы готовим так рано? — Чимин открывает холодильник, чтобы взять бутылкуй воды. — Мы же только поели.  — Десерту нужно время, чтобы застыть, — просто отвечает Джин. — Закуску и основное блюдо приготовим позже, хорошо?  — Будет весело! Устроим настоящий пир! — кричит Хосок, и Чимин смеётся.  — Надо позвать остальных помогать, — Чимин высовывается из кухни, видя, как Намджун и Тэхён скучают на диване.  — Просить Намджуна помогать с готовкой стоит, только если тебе нужно оправдание, чтобы заменить посуду, — спокойно говорит Хосок.  — Да ладно, он не так уж плох. Ну, разбил пару тарелок, он же не специально, — возражает Джин, а Хосок лишь пожимает плечами. — По крайней мере, он не перепутал соль с сахаром, как Тэхён.  — Это нечестно, хён. Тэхён не тот, кто чуть не спалил нашу квартиру, — парирует Хосок, и Чимин решает, что пора вмешаться. — Эм, давайте не будем, а? — Чимин прерывает спор. — Не стоит списывать со счетов Тэ и Намджуна-хёна. Почему бы не попросить их помочь с мелочами, с которыми они точно справятся? Они там явно скучают.  Джин и Хосок одновременно смотрят на Чимина, затем вздыхают и бормочут тихие извинения. 

***

— Итак, Чимин, — Намджун накручивает спагетти на вилку. — Ты и Юнги-хён, да?  Чимин вздыхает, уткнувшись в тарелку, и качает головой:  — Мы не встречаемся.  — Но между вами что-то есть… — Намджун внимательно смотрит на младшего.  — Нет, — Чимин снова качает головой. — Ничего, насколько я знаю.  — Ох, — Намджун переводит взгляд на Джина, который пожимает плечами.  — Он ничего не скрывает, — защищает Чимина Хосок. — Это ровно то, что он нам сказал.  — Зачем мне вообще вам врать? — Чимин яростно тыкает вилкой в кусочек курицы. — Там правда ничего нет.  — Мы не в этом смысле, Минни, — Джин мягко кладёт руку на предплечье младшего. — Нам просто любопытно. Ты давно тусуешься только с нами, и ни с кем не знакомился. Чимин пожимает плечами:  — Университет отнимает всё время. Я думал, что факультативы будут лёгкими, но они доставляют больше проблем, чем основные предметы.  — Прости, — бормочет Намджун с набитым ртом. — Мы все прошли через это. Не хотели тебя обидеть, просто хотели порадоваться за тебя.  — Знаю, — Чимин поднимает взгляд и улыбается Намджуну, надеясь разрядить обстановку. — Но знаете, о чём будет интересно узнать больше? — О чём? — Хосок зачерпывает салат из миски, который стоит в центре стола.  Чимин машет вилкой, указывая поочередно на Хосока и Тэхёна:  — О вас двоих.  Тэхён ухмыляется, глядя на лучшего друга, но Джин фыркает и открывает рот, опережая Тэхёна:  — Что тут такого интересного?  Чимин хмурит брови:  — Я просто хотел узнать, встречаетесь ли вы теперь официально.  Джин смеётся:  — Что значит «теперь»? Будто они и раньше не были практически парой. То, что это не было официально, ничего не меняет.  Тэхён надувает губы и оседает на стуле:  — Хён, не надо так.  Хосок смеётся, наклоняясь к Тэхёну, чтобы оставить лёгкий поцелуй на его губах и слизнуть языком соус с уголка рта.  — Можно не делать это за ужином? — Намджун бросает на Хосока суровый взгляд.  Хосок удивлённо приподнимает обе брови:  — Что? Это ты мне говоришь?!   — Что ты имеешь ввиду? — Намджун хмурится еще сильнне, а Хосок смеётся.  — Намджун, — мягко говорит Джин, предупреждающе качая головой.  — Что? Нет, скажи, — Намджун смотрит на Хосока, который всё ещё хихикает.  — Серьёзно? Хочешь, чтобы я сказал это вслух? Ты знаешь, что я живу с вами двумя, да? — Хосок приподнимает бровь. — То, что я молчу, не значит, что я не в курсе, что у вас творится большую часть времени.  Джин краснеет, а Намджун стыдливо отводит взгляд.   — Ладно, слишком много информации. Давайте не обсуждать это за столом, — Тэхён бросает Чимину мягкую, успокаивающую улыбку.  — Или вообще не обсуждать? Как вариант, — говорит Чимин, беззвучно благодаря друга.  — Мне по душе этот вариант! — восклицает Тэхён, отодвигая тарелку. — Можно уже десерт?  — Все закончили с едой? — Джин оглядывает почти пустые тарелки.  — Вроде того, — бормочет Хосок, тоже отодвигая свою тарелку.  — Я всё сделаю, хён, — Чимин встаёт, собирая тарелки, и направляется на кухню за подносом с десертом.

***

— Юнги-хён! — кричит Тэхён, размахивая руками, заметив старшего, входящего в здание. — СЮДА!  Высокого парня с яркими волосами, прыгающего на месте, трудно не заметить, даже в толпе из почти тысячи человек, так что Юнги пробирается к Тэхёну, размышляя, зачем вообще сюда пришёл.  — Ты пришёл, — Джин искренне улыбается, и Юнги, хоть и неловко, отвечает тем же. — Я правда не думал, что ты появишься.  — От Хосока трудно отделаться, — честно отвечает Юнги. — Он каким-то образом меня выследил и даже раздобыл мой номер.  — Ага, это наш Хоуп, — ухмыляется Намджун. — Хосок знает всех. Если нужен чей-то номер, он твой человек.  — Странная компания, — замечает Юнги, глядя на троицу.  — Это судьба, — мечтательно говорит Тэхён. — Нам всем суждено быть вместе.  — Может, вам и суждено, но объясните, зачем вы втягиваете меня? — спрашивает Юнги без намерения грубить.  — Ты мог не приходить, — мягко указывает Намджун. — Мы, может, и втянули тебя, но ты особо не сопротивлялся, хён. Для танго нужны двое.  Джин смеётся, переплетая пальцы с Намджуном:  — Полегче, Джуни. Уверен, Юнги не хотел быть грубым.  Юнги нечего ответить, так что он просто продолжает стоять хмурясь.  — Он здесь ради своего солнышка, — смеётся Тэхён, и Джин присоединяется к нему, прикрывая рот свободной рукой.  Юнги приподнимает бровь, но не подтверждает и не опровергает. Он сам не до конца понимает, зачем пришёл, и в итоге пожимает плечами.  Ему просто нужна была смена обстановки. Вот и всё. Находится безвылазно в студии порой невыносимо.  — Когда откроют двери? — ноет Тэхён, глядя на толпу у входа.   — Ещё пять минут, — отвечает Джин, взглянув на часы, и прижимается спиной к груди Намджуна.  Намджун обнимает Джина за талию, затем берет его руку, переплетая их пальцы. Устало вздыхает, опуская подбородок на плечо Джина.  Шёпот вокруг становится громче, и Юнги поворачивает голову, чтобы понять, что так всех заинтересовало.  Он замечает, как несколько человек указывают на Джина и Намджуна, прикрывая рты руками и перешёптываясь.  Юнги оборачивается как раз вовремя, чтобы увидеть, как Джин напрягается и выпрямляется.  — Не обращай внимания, — говорит Юнги старшему, заметив его дискомфорт. — Людям всегда нужно о чём-то сплетничать.  Намджун благодарно улыбается Юнги, и четвёрка молча ждёт своей очереди. 

***

— Он… не так уж плох, — признаёт Намджун, обращаясь к Джину, когда они наконец занимают свои места и ждут начала соревнования. Он косится на Тэхёна, который достаёт баннер.  — Знаю, — кивает Джин. — У Чимини хороший вкус. Он ворчливый, но не плохой парень. Хотя, это только наша вторая встреча. Ты ведь знаешь его дольше? — Только со слов общих знакомых, — отвечает Намджун, бросая на Тэхёна неодобрительный взгляд, когда тот предлагает ему плакат с именем Чимина. — Я уважаю его работу, но на этом всё.  — О, нет, ни за что, — тон Юнги категоричен. — Ни за что на свете. Я не буду стоять с вами, если вы собираетесь заниматься этим.  Он смотрит на Тэхёна и кучу баннеров и плакатов, которые тот вытащил из сумки.  — Тэхён, мы тоже не будем это делать, — поспешно добавляет Намджун.  — Но мы должны поддержать Хоби-хёна и ЧимЧима! — Тэхён надувает губы, держа плакат.  — Хочешь их поддержать? — Юнги одаривает младшего приторно-сладкой улыбкой. — Можешь поддерживать их вон там, в углу зала. Джин по очереди сверлит взглядом Юнги и Намджуна:  — Дайте ему быть собой! Вот, Тэ, я возьму плакат Чимина, а ты хочешь держать Хосока?  Тэхён сияет, глядя на старшего:  — Вот почему ты мой любимчик после Хоби-хёна.  — Я любимчик всех, — Джин ухмыляется, небрежно пожимая плечами. — Чей баннер возьмёте вы двое?  Намджун и Юнги обмениваются взглядами.   — Ладно, давай так, — говорит Юнги, разведя руками. — Ты и Тэхён можете болеть за Хосока и Чимини отсюда, а мы с Намджуном просто пойдём сядем в тот угол. Не слишком далеко, но достаточно, да? Намджун смеётся и кивает:  — Мне очень нравится эта идея. Давай так и сделаем.  — Ты ужасный сосед и ещё худший лучший друг, знаешь об этом? — Джин сверлит Намджуна взглядом.  — Поверь, я уверен, что Хосок и Чимини были бы очень благодарны, если бы мы не участвовали в ваших безумных затеях, — фыркает Юнги, глядя на Джина.  — Неправда, — Тэхён качает головой. — ЧимЧим обожает все мои планы, безумные они или нет.  Юнги закатывает глаза:  — Делайте, что хотите. Только меня и Намджуна не втягивайте.  — Согласен, — твёрдо отвечает Намджун.  Но каким-то загадочным образом посреди выступления Чимина и Хосока Юнги обнаруживает себя с плакатом, на котором написано «Чимин! Я ❤ тебя», а Джин сидит рядом, восторженно хлопая, и без всяких плакатов.  Намджун, теперь тоже держащий похожий баннер для Хосока, бросает взгляд на Юнги, вздрагивая от громкого вопля Тэхёна, и они молча обмениваются сочувствующими взглядами.