Рестарт отношений

Скоро их путь закончится. Скоро настанет финальная битва и всё вернётся на круги своя. Но пока что они готовились к решающему рывку. Костёр в небольшой пещерке щёлкал искрами, языки пламени мерно извивались, пока Сейя подбрасывала в них мелкие щепки, прежде чем подготовить более крупные ветки и брёвна. Такую работу нельзя было доверить Ристарте, но он, стремясь доказать, что не является бесполезным балластом, каким-то чудом нашёл дикий картофель. И вот, они жарят его в умиротворённой тишине. Пламя потрескивает раз, два. Божество косит взгляд на девушку и с нетерпением ёрзает на своём месте. Только вовсе не из-за голода, причиной неустанных телодвижений была энергия и нетерпение молодого бога. Он обкусывает свои губы, обводит пещеру ещё одним взглядом, пялится на то, чем занимается героиня и наконец не выдерживает. Выпаливая радостно. – Поверить не могу, ещё совсем немного и всё закончится!– Он глупо улыбается, качаясь на месте как болванчик. Сейя перевела на него взгляд, но не перестала подкидывать дрова в голодное пламя. – Да, каждый наконец сможет вернуться в свой мир,– Звучит серо, строго и немногословно. Прямо под стать девушке и её повседневной манере общения. Но от чего-то в сердце юноши неприятно жмёт… вроде бы обычная фраза, которую стоит ожидать от Сейи, но его грудную клетку непривычно жмёт. Может быть он заболел? Перед битвой он обязательно осмотрит себя на предмет повреждений и болезней, вылечит себя, если будет нужда. И в то же время он знал… боги не болеют. – Ох да, ты наконец сможешь вернуться в свой обычный мир! Чем займёшься, когда вернёшься?– Всё ещё звучит весело и задорно. Какая разница, если в сердце щемит, а в глазах щиплет? Это наверняка от радости, что их приключение подходит к концу! Как он может не радоваться этому?! Особенно после успехов Сейи в учениях у самой Валькирии! Всё же простая смертная смогла так быстро выучить атаку Врат Вальхаллы. Поразительно. В глазах божества эта девушка сияла ярче всех тех героев, что были прежде. Но девушка явно не разделяет его восторга. В целом, в последние дни героиня стала заметно тише, холоднее и это вызывало беспокойство у Ристарте. Может быть он обидел её? Сделал какую-нибудь глупость и не заметил этого?? В этом дело? Тогда ему стоит разузнать причину всего этого и исправиться, как он всегда любит делать. И всё же… Сейя подозрительно долго молчит, уже не глядя на юношу, а просто наблюдая за извиванием пламени перед собой. Это молчание гнетущее, такое тяжёлое, что Ристарте не может усидеть на месте, но и спросить, что случилось, тоже не может. Вдруг девушке нужно побыть одной? Подумать обо всём, что случилось? И он растерянно, неловко чешет затылок, прежде чем отвести взгляд в сторону выхода из пещеры, на небе уже появлялись яркие звёзды. – Знаешь, тебе не обязательно отвечать…– Он уже собирался подняться на ноги и от части ему это удалось. И разрываясь между тем, чтобы оставить героиню в одиночестве и среди собственных мыслей, и между тем, чтобы поддержать, приободрить её, Ристарте выбирает второй вариант. Приближаясь тихо, спокойно, чувствуя, что обязан сделать что-нибудь, чтобы осчастливить девушку. – Всё будет хорошо. Я верю, что после возвращения в свой мир ты обязательно станешь великим человеком после такого путешествия и преград. Простые мелочи земного мира покажутся тебе пустяками,– Божество обнимает подругу со спины, обхватывая её нежно, возможно даже нежнее обычного, так ласково, так мягко. Может быть даже слишком мягко, переходя некоторые границы дозволенного. Ведь как ещё объяснить то, что Сейя в конце концов оборачивается к нему лицом и долго, пристально смотрит ему в глаза, в самую душу, но так ничего и не говорит. Пламя продолжает освещать их силуэты, но под этими искрами, под мягким светом, Ристарте замечает, что взгляд девушки наполнен грустью. Она так хорошо прятала это чувство, так глубоко зарывала его в себе, что с первого взгляда это было даже не заметно. – Ты…– Было начал Ристарте, удивлённый и тронутый этим выражением глаз напротив. Но сильная ладонь толкает его назад, к стене, грубо прижимая к каменной поверхности. Она так и не перестала пялиться, всё ещё смотрит в саму его суть и наклоняется опасно близко. Ристарте не понимает, что происходит, прежде чем его губы захватывают в поцелуе. Таком же остром, колком от зубов и укусов, как и сама девушка. И он не сопротивляется, а наоборот, нагло потворствует её развратно у желанию, прогибается под её напором словно невинная девица, особенно когда колено Сейи вклинивается между бёдер божества. – Нам нужно больше тренироваться перед грядущей битвой, улучшить выносливость,– Только и говорит та, стоит их губам наконец разойтись. Ристарте не успевает ничего сказать в ответ, прежде чем его роняют в сторону, на их импровизированные лежанки из шкуры животных набитой сеном и всякими вкусно пахнущими травами. Но словам героини он ничуть не верит. А стоит ему даже попробовать что-нибудь сказать и его вновь затыкают голодным поцелуем. Со страстью, желанием и болью, такой поцелуй, который вручают перед долгой разлукой, не уверенные, что возлюбленные встретятся вновь. И божество глотает эту горечь, он упивается ей, как и болью, когда колено девушки вновь давит ему между ног, но в этот раз сильнее, настойчивее, не дразня, а по настоящему вызывая на бой. Который божество конечно же проиграет. Ристарте знает это заранее, ведь стоит его члену оживиться и начать предательски капать сквозь его наряд, то Сейя сразу же вытаскивает эрекцию из-под ткани. Её рука грубая, мозолистая от многочисленных тренировок, боёв, и всё же эта грубость на грани болезненной приносит молодому божеству невероятное удовольствие. Оно даже не сравнится со всем тем, что было раньше. Как бы Ристарте не хотел забыть опыт с Валькирией, её образ всплывал перед его взглядом, пока очередной укус героини не ломал это ведение богини разрушения на мелкие осколки. На мелкие осколки и искры, с которыми Сейя кусала его язык, оттягивала зубами нижнюю губу юноши, а затем утешала боль ловким языком, сплетаясь им вместе с языком Ристарте. До тех пор, пока лёгкие не начинали гореть, до тех пор, пока кончик члена не начинал предательски капать между пальцев девушки, так и выдавая возбуждение божества. – Не надумай себе лишнего, это просто тренировка,– Вновь грубо повторяет девушка и смотрит на паренька свысока, сдвигая свои шорты с нижнем бельём в сторону. Строгое выражение лица никак не сходится с её дрожащими от напряжения и удовольствия руками, с тем жаром, что успел скопиться между её бёдер. – А-ах!– Громко вскрикивает от удовольствия Ристарте, стоит девушке сесть на него одним резким движением и погрузить его член до самого основания в темный жар. Юноше становится неловко и стыдно за свой стон,– такой громкий, звонкий, на фоне тихого дыхание и мягких постанываний Сейи. Он успокаивается лишь с первым толчком, открывая губы в новом эмоциональном стоне, отчаянно цепляясь за талию девушки, но не в силах указывать ей, какой именно той брать темп. Сейя сама решает, сама двигает бёдрами и седлает своего напарника отчаянно, резво, достаточно грубо и быстро, чтобы в пещере раздавались шлепки плоти о плоть. Её смазка капает Ристарте на бёдра и это заводит его ещё больше, когда он щурится от удовольствия. Его член находится во влажном натиске, узкие стенке сжимают, выдаивают из него всё удовольствие, стимулируют горячую плоть… а он может жалобно стонать и подчиняться, только изредка подавая бёдрами на встречу девушке. Ну что за позор, вновь он бесполезен и почти лежит без дела… думает он про себя, губы кривятся от неприятного осознания, пока Сейя двигается и кончиками пальцев божество ощущает как сильные мышцы сокращаются под её кожей. Ах… Он тоже должен сделать что-нибудь. Сделать ей приятно. Внести свою малую, но лепту в эту прощальное действо! Поэтому Ристарте стремится вперёд, оглаживает тело девушки так, как умеет,– нежно, ласково и любя. Кончики пальцев с ладонями щекотливо блуждали по животу и талии Сейи, заходя на грудь, сжимая и тиская мягкие железы. Пожалуй одно из немногих мягких мест этой грубой и сильной девушки. А героиня, ощущая его намерения и замечая это глупое, обиженное на собственное беспомощное состояние лицо, наклоняется ближе. Её толчки ускоряются, размазывая всё больше смазки. Движения сопровождаются не просто шлепками, но влажными звуками, хлюпаньем и чвоканьем. Оба краснеют, но не перестают наслаждаться этим. Особенно когда губы Ристарте цепляют соски девушки, он присасывается нежно, обводит языком твёрдые горошины и прикусывает их на грани болезненного. И он же едва сдерживает стон, когда влагалище облегающее его член сжимается тисками и грозится раздавить чувствительный орган… Ристарте жалобно стонет, но не перестаёт ласкать тело героини, не перестаёт лапать её, оглаживать эту кожу покрытую мелкими шрамами и царапинами, откровенно наслаждаясь её жаром. – Сейя… Сейя… я скоро кончу…– Скулит божество через несколько таких толчков, что с напором оглаживают и стимулируют его. Он всё ещё зарыт лицом между её грудей, всё ещё извивается и облизывает, сосёт и приносит удовольствие воительнице. Насколько он вообще способен доставлять удовольствие. Сейя будто не слышит его, сосредоточенная на собственном блаженстве, периодически протягивая руку к своей промежности, мельком лаская себя. И каждый раз Ристарте пялился, словно заворожённый на эти широкие зрачки сожравшие радужку, на эти алые скулы, румяные кончики ушей и влажные от пота виски. Как редко божество могло лицезреть свою подопечную в подобном откровенном удовольствии, как редко он мог помочь ей с этим. В очередном упрямом намерении показать, что он не бесполезен, Ристарте распускает руки, так и не отпуская одну из грудей девушки. Пальцы теребят сосок одной груди, язык и губы стимулируют второй. А свободная рука скользит вниз, оглаживая и вызывая дрожь у девушки по всему телу. Проходят по бокам, животу и даже шее, прикасаясь как у дорогому сокровищу, прежде чем прийти к паху, к влажному и горячему местечку его любимой подруги и подопечной. – М-м-м, жулик,– Шипит наконец Сейя, но больше себе под нос, чем отвечая юноше. Движение бёдер Сейи заметно сбивается с ритма, стоит Ристарте коснуться её клитора, хорошенько подразнить, захватить смазку на пальцы и продолжить стимулировать её складки, основание и головку клитора. Уши божества краснеют ещё ярче, ещё сильнее, а губа беспощадно кусается зубами, ведь лишь от пары громких стонов этой девушки парень боится кончить как глупый подросток. – Ах… пр… прекрати!– Она ёрзает и приказывает достаточно строго, чтобы юноша в конце концов проигнорировал её приказ и просто упрямо продолжил дразнить. Это чувство, с которым у Сейи дрожат бёдра, та сила с которой она сжимает член Ристарте в своих тисках. В один из моментов он просто не выдерживает и кончает, откидываясь назад в страхе потерять сознание от удовольствия. Сперма практически выстреливает из него и он громко стонет, оглушенный этим ощущением и делая резкий толчок вверх. Он подбивает героиню кончить следом, ведь никто не ожидал последнего выпада. Он вышел случайно. А долгую минуту в пещере было слышно одно лишь пыхтение и жалкие звуки, которые мог издавать только Ристарте. Сейя опять наблюдала, переживая свой оргазм так и не отрывая от его румяного и жалкого лица пристального взгляда. А как можно было оторваться, когда под тобой такое красное от румянца и влажное от пота божество? Лежит, скулит, и девушка продолжает ощущать как член дёргается внутри неё, как Ристарте продолжает кончать, едва не закатывая глаза. Героиня лишь хмыкает, восстанавливая дыхание после скачки и резко поднимаясь на ноги. – Сейя…– Жалобно повторяет и канючит парень, не находя в себе даже сил, чтобы придержать её, сказать, чтобы она осталась с ним подольше. Чтобы они поделились теплом ещё немного, совсем чуть-чуть, ведь он будет сильно скучать, когда всё это закончится… – Тренировка ещё не окончена, продолжаем,– Она всё ещё пыхтит, но упрямо держится за свои слова. Пускай Ристарте не верит в эту ложь, он видит, что девушка так же голодна, сколько и опечалена. – Куда… у меня сил уже нет!– Восклицает бог. Несмотря на божественную выносливость, он хотел просто полежать и насладиться моментом, проявить нежность и ласку. Но получил резвый хлопок по груди от девушки. Шершавые от постоянного сжатия меча и тренировок пальцы сжали бусины сосков, вырывая из бедного парни вскрик ужаса. – Ты что делаешь?! Больно же!– Взвизгнул Ристарте словно девица, делая прикрыть свою грудь ладонями, чтобы чертовка не добралась до сокровенных сосков. – И как ты собираешься биться с королём демонов в таком состоянии? Надеюсь хотя бы свой выпендрёжный костюм поменяешь,– Сейя нахально усмехается и продолжает подкалывать божество,– А знаешь, с другой стороны, если с тебя сдерут эти тряпки и ты будешь писать как девчонка, это послужит хорошим отвлекающим манёвром,– Она задумалась над этой мыслью достаточно серьёзно, фыркая и потирая подбородок, но не переставая сидеть на бёдрах парня. – Я то и приманка?! Это будет на твоей совести! И между прочим мой наряд модный и не такой уж и хрупкий, чтобы его могли так легко разорвать!– Ристарте упирался. Это же божественная ткань! Ничего смертная девушка не понимает в моде, куда уж ей там, знать про божественные моменты. Сейя поднимает брови, выражение нейтральное, но гнусное в своей хитрости, когда одним неосторожным движением большого пальца она рвёт ткань около члена Ристарте. Полупрозрачный материал разошёлся так просто, будто бы и не нужно прилагать усилия, чтобы испортить одежду. – И это ты называешь крепким?– Она откровенно издевается и смеётся. – Ты просто слишком сильная и! И! И вообще ты случайно нашла уязвимое место ткани! Это случайность!– Кричит пуще прежнего юноша, приходя в ужас от того, что его наряд так легко испортили. – Значит тот тентакль монстр тоже случайно нашёл все слабые места твоего наряда и разорвал его? Совершенно случайно. Вот же везучий монстр,– Сейя беззастенчиво передразнивает паренька. И когда Ристарте замялся, собираясь придумать очередное оправдание и объяснение произошедшему ранее недоразумению, его уже не слушают. Девушка ловко и быстро сместилась, так, словно делала это множество раз на тренировках. То было не далеко от правды, с одной лишь разницей, что сейчас Сейя примкнула губами к члену божества и повернулась к нему задом. Так, что Ристарте мог видеть как пульсирует нутро девушки, как её промежность всё ещё капает влагой. Особым стыдом юноша загорелся, когда сквозь влажные, бархатные складки девушки начала капать сперма. Сперма Ристарте. «О всевышний…»,– Он мысленно пищал, не возмущённый, но загнанный в пучины стыда от такой картины, прежде чем его голову зажали между бёдер и не собирались отпускать. – Почисти за собой,– Отозвалась девушка, сжимая и двигая рукой по слабеющей эрекции члена. Она легко наклоняется, облизывая и посасывая головку, старательно двигая ловким языком. Член очищают от их выделений, смазки и следов спермы. Губы влажно хлюпают и всё сопровождается слабыми звуками от Сейи, они довольно тихие, едва заметные на фоне бурно стучащего сердца Ристарте. И всё же он слышит. Так отчётливо, так громко… что у него сводит основание живота и член пульсирует с особым усилием… бедняга не может это контролировать, что уж там, он даже сдвинуться на может, зажатый в горячую ловушку. Но ему нравится, как бы он не говорил себе обратное, выпуская язык и широко раскрывая рот, чтобы лизать, сосать и ласкать нежную часть этой грубой героини. Ристарте знает, что у всех людей есть слабые места! Особенно у этой хмурой и грубой зануды! Такая упрямая, такая заумная и осторожная. Напрягает бёдра под его хваткой, когда пальцы божества сжимают и лапают её ягодицы, но даже не пытаются сдвинуть с места. А потом борьба падает, стоит его языку коснуться клитора. Небольшой кончик, но такой чувствительный, что если прижаться к нему губами и облизывать самым кончиком языка, Сейя не выдержит и застонет так нежно, так мило. Ристарте пользуется этим знанием, вырывая из девушки тяжёлое дыхание, слабые звуки. Пока что. Сейя старается не отвлекаться и сосредоточиться на облизывания члена, очерчивая его от основания и до самой вершины языком, а затем полностью заглатывает. С такого ракурса они не могут видеть свои лица, но это и не требуется, чтобы понять, что оба стараются вывести партнёра из себя, выбить оргазм в первую очередь из противника. Никто не собирается сдаваться, даже если дыхание сбивается, даже если язык устаёт постоянно двигаться и сосать, облизывать. Ристарте забывает дышать, его лицо непроизвольно покрывается смазкой, пока он тщательно вылизывает вульву героини, пока ныряет с головой меж этих сильных бёдер. Ему льстит ощущение того как дрожат эти сильные ноги от его языка. Как он простым действием может вывести эту собранную девушку из равновесия. Но и божество никто щадить не собирается, практически высасывая из него оргазм, грубо и быстро двигая головой, языком, заглатывая ствол глубоко в глотку. Сейя игнорирует дыхание, фокусируя внимание на том как сдать горло, как провести языком по венам и стволу эрекции, когда Ристарте издаёт громкие звуки. Ну совсем как девушка, думает Сейя и ухмыляется в мыслях. И вот оргазм уже грозится обрушиться на парочку. К сожалению для Ристарте, основание члена зажимают, оргазм остаётся для него не более чем мечтой, пока Сейя поднимается, отпуская голову божества. Но её хватка на члене нерушима. Юноше даже немного боязно, что его попросту раздавят, зная всю мощь этих грубых рук… – Ну Сейя! Я… Я почти! И ты почти!– В очередной раз начал жаловаться Ристарте, злобно хлопая ладонью по бедру девушки. Она сдвинулась в сторону и отпустила напряжённый член только тогда, когда была уверена, что парень не кончит раньше времени. – Это тренировка, ты что, так и не понял? Терпи, тренируй силу воли!– Девушка нахмурились, словно не понимая в чём проблема нетерпеливого божества. Она ведь и сама не кончила, а вела себя совершенно спокойно, протягивая руку к своему рюкзаку. Ристарте хмурится в ответ, но так обиженно и возмущённо. И зачем она только тянется? Смазки достаточно, зелье тут ни к чему… Как же широко раскрываются глаза божества, когда Сейя достаёт из своего рюкзака двойное дилдо и переворачивает юношу на живот. Вместе с тем, конечно, на его задницу капают масла́ как альтернативу смазке, размазывая ту по анусу кончиком двойного страпона. Второй конец с лёгкостью помещается внутри девушки и она вздрагивает, стоит игрушке оказаться внутри до нужного положения. – Ну и извращенка. За этим ты ходила на рынок?– Ристарте не препятствует, ведь пальцы девушки обводят его задницу относительно нежно и бережно, в отличие от той же Валькирии. И всё же божество не может не подшутить над героиней. Он фыркает и хихикает, до первых двух пальцев в своей заднице, давящих аккурат на его простату и вырывающих из него визг от неожиданного удовольствия. – Это дали в подарок за большой заказ. К слову продавец смотрел в твою сторону, думаю это что-то да значит,– Парирует Сейя, вынимая пальцы и размазывая ароматное масло по игрушке, прежде чем двинуться вперёд. – И что бы это значи-Ох!– Юноша не способен удержаться от нежного стона удовольствия. Это так сильно отличалось от секса с богиней разрушения, что Ристарте невольно удивляется. Его простату трут и толкают мерными толчками, вызывая жалкие всхлипы и дрожь в ногах. Воительница явно знает куда бить. Движения становятся быстрее, но всё ещё не настолько жестокими, чтобы показать контраст между болью и удовольствием. Божество с благоговением ощущает над собой жар чужого тела, то как горячая грудь упирается и прогибается у его лопаток. Голодные и неровные губы касаются его затылка, плеч и лопаток, облизывая и нежно целуя. Так непривычно. Так необычно для уверенной в себе и грубой девушки. Ристарте едва успевает расплавиться в довольной улыбке, ощутить, что это самый подходящий момент для того, чтобы кончить. И как раз в этот момент его кусают. Кусают и кусают много раз! Оставляют следы зубов на спине, шее, затылке, присасываются губами и облизывают языком тёмные следы засосов, словно настоящие метки притязаний. Член божества взрывается от удовольствия, как тогда, когда его перестают щадить и толкаются намного быстрее, сильнее, а хватка сжимает запястья, не позволяя схватиться за девушку и попытаться её остановить. Ристарте даже не пытается, только жалобно стонет, ведь оргазм так и не прекращается, беспощадные толчки страпона давят и таранят простату, выдавливая всё удовольствие, всю оставшуюся сперму из члена. Сейя тоже кончала. Эти жалобные звуки, стоны… так низменно и так прекрасно, её уши, душа и тело пели от этого скулежа. Её киска сжимается на игрушке. Ей даже не нужно себя трогать, одного лишь звука от Ристарте достаточно для её оргазма. Ах, ну что за горячая парочка. Игрушка выскальзывает так же просто как и вошла. Некоторое время уходит на восстановление сил, но пара переглядывается между собой. Всё ещё голодные и страстные. Этого было мало. Сейя думает, что возможно переборщила с напором, глядя на жалкое подобие юноши, примятого к шкуре на полу. Он пыхтит, под ним уже настоящее мокрое пятно, а член ярко красный, ровно как и его уши и скулы. Бедняжка, может быть ей следовало действовать более нежно? Снисходительно по отношению к хрупкому существу? На секунду в её лице читается сожаление, может быть даже капля вины. Как же этот балбес будет сражаться бок о бок с ней, если даже не сможет подняться на ноги? Она думает об этом слишком много, слишком долго, рационально просчитывая возможные варианты событий, слишком поздно замечая как Ристарте оглядывается и хитро ухмыляется. В другой момент девушку уже валят на спину, задирая и придерживая её бёдра. Несмотря на то, что Сейя намного сильнее божества, она позволяет этому случиться и не отталкивает его. Даже когда его член толкается в её влажное лоно, даже если она уже перевозбуждена несколькими оргазмами. Оба стонут в унисон, когда яркое удовольствие режет их двоих, когда смазка льётся через границы промежности и влажные, вульгарные толчки продолжаются. Всё становится только громче. Ристарте вздыхает почти устало, но эти руки крепко обхватывают его спину, плечи, он отвечает тем же, и не перестаёт толкаться, не перестаёт двигать бёдрами, будто от этого зависит его жизнь. И когда близится очередной оргазм, Ристарте кусает свои губы, пыхтит, льнёт к Сейе за поцелуем и ловит себя на мысли, что его член опять сжимают в стальных тисках, так, что невозможно двинуться с места. Так, что его яйца начинают звенеть и гудеть от пустоты. Ему казалось, что кончать уже вовсе было нечем. И всё же, он ухмыльнулся, глядя прямо в лицо девушки. Он уже играл в эти игры! Потому вместо поражения, вместо жалких попыток толкнуться, божество резко двигает бёдрами, так сильно, так резво, что любая попытка остановить его рушится и уже Сейя удивлённо стонет, когда давят на её внутренности, когда Ристарте прижимается как можно плотнее и толкается до самого основания. Клитор трётся о пах божества, а сам парень толкается, с голодом и уверенностью в себе. – Хитрюга!– Восклицает она между стонов, но теперь очередь Ристарте толкаться и получать удовольствие, переигрывать своего соперника. Дыхание пары становится тяжёлым, удовольствие начинает казаться пыткой, но они не отказываются от него и идут до самого конца. Даже когда Сейе кажется, что член натирает что-то приятное внутри неё, каждый раз, когда Ристарте прорывается вперёд через поставленные тиски из стенок влагалища. То была почти бесконечная битва, пока силы не закончились на одном из оргазмов. Воительница последний раз вздрагивает, её бёдра не сходятся вместе. Этот соблазнительный вид слишком близко, чтобы Ристарте остановился. Теперь уже он льёт масла́ на задницу подруги и сам медленно проталкивается вперёд, чтобы совершить пару жалких дрожащих толчков и кончить в последний раз. У него темнеет в глазах на несколько секунд, а позднее он находит себя на той самой шкуре, рядом с героиней. Оба потные, тяжело дышат и не чувствуют своих ног от удовольствия. Интуитивно Ристарте льнёт ближе к своей подруге, желая вновь проявить тепло и ласку, обнять её. И к его удивлению Сейя позволяет это сделать и даже обнимает его в ответ. Вяло так, будто нехотя, но хватка крепкая. Грубая ладонь сжимает плечо божества и он слышит тяжёлый вздох. – Я не позволю такому тупице пострадать на последней битве,– Это не звучит ласково, это не звучит сладко или нежно. Но всё ещё в стиле воительницы. Ристарте улыбается мечтательно. – Да-да, я тоже тебя люблю,– Он глупо хихикает, прижимаясь ещё плотнее к девушке. ... Пахнет чем-то горелым, горьким и неприятным… – КАРТОШКА СГОРЕЛА!?–