лифт и красные шортики

Ло впервые опаздывает на работу. Полтора часа до операции — Ло только выходит из квартиры. И, будучи прилежным работником, открывал глаза по первому крику петуха, то есть ровно в семь утра, то есть моргал в шесть часов пятьдесят девять минут после многочасового лежания в телефоне, смахивая вылезшее уведомление о будильнике. Сегодня все так и было, только после последнего пункта он почему-то моментально захрапел. Скрипит кнопка вызова лифта, а в ответ ей тишина. Минута, две — лифт еще даже не собирался ехать. Табло с цифрами наверху как будто застыло, а ебало Трафальгара кривило в возмущении все больше. «7...8...9...» — наконец-то едет, и мужчина с грузным вздохом ожидает долгожданное «13». А если лифт сначала поехал с первого на седьмой этаж, и почему-то сейчас едет вверх, а не вниз, значит поедет Ло не один. «Надеюсь, это хотя бы кто-то адекватный». Как будто такие тут жили. Дверь открывается, Трафальгар с ветерком влетает в кабинку, молниеносно вжимая кнопку «1» и на ходу засовывая руку в карман ветровки за пачкой вишневого никотина. А, стоп, он же в лифте. Пустая рука выскальзывает обратно. — Почему лифт ездит туда-сюда? Я так-то тороплюсь, — Ло изогнул бровь и наконец взглянул налево: паренек, заметно ниже, да и в плечах поменьше, стоял и теребил в руках голую палочку от чупа-чупса, недовольна морща нос. «Да ну, не только ты» — подумалось мужчине. — О! А я тебя раньше не видел! Я Луффи — почему лифт едет так долго, и Ло все еще пулей из него не вылетел? Пролетает, наверно, этажа два, прежде чем хмурое лицо напротив реагирует. — Я тебя, вообще-то, тоже, — без интереса отвечает, но боковым зрением разглядывает причудливую соломенную шляпу на чужой голове. «О как». Луффи хмыкнул, подумав: «какой-то гандон». Шуршит упаковкой новой конфетки на палочке, и, не сумев открыть руками, принялся терзать ее зубами. Трафальгар как-то гневно дует ноздри, переминаясь с ноги на ногу. Наконец-то двери лифта распахиваются, — а прошла как будто целая вечность — и Ло, пусть и стоял дальше, благодаря разнице в росте и длине ног полушагом преграждает выход соломенной шляпе, задерживаясь буквально на: — Ло.

***

Он чуть ли не вприпрыжку торопливо бежит в метро, с метро на автобус, с автобуса — в персональный ад, превративший его жизнь в череду одинаковых бессмысленных дней. Распахивает белоснежные двери областной больницы, мгновенно ощущая ударивший в нос сгустившийся воздух из запахов спирта, бинтов и сырости. Кивает администратору за стойкой; Иккаку в привычной манере с как всегда натянутой улыбкой провожает мужчину взглядом. Трафальгар влетает в ординаторскую, метая ботинок с низким каблучком с ноги в центр помещения, второй паркуя где-то у тумбы слева — все-таки, должен же быть порядок!  — Бепо! Пенгвин! Шачи! — все трое оборачиваются: высокий, но пухловатый светлый парень с ошарашенными темными глазами и ботинком в руке; чуть ниже, но видно, что слегка спортивный и стройный, в медицинской шапочке с нашивкой с пингвином; третий, сидящий в кресле, и, какого-то хрена, круглый год в солнцезащитных очках. — Зачем орать-то так?! — Пенгвин нервно всплескивает кофейной гущей в керамической кружке. Бепо мило хлопает глазками. — Для профилактики! — зачем-то снова повышая голос, а затем, прокашлявшись, разворачивается к громадному шкафу (зачем им такой здесь? Все-таки намек на переезд на работу?) — Так, я сегодня немного припозднился. Кладет сумку на свою полку, попутно снимая темно-синюю ветровку и запихивая ее следом. Нет, не так. Достает ее обратно, расправляет, вешает на плечики и убирает на рейку. Слышно сзади копошение: Бепо что-то громко шепчет Шачи, а тот, хихикая, тянет Пенгвина за ворот халата вниз, тут же ему что-то бурно рассказывая на ухо. — А, кстати! Операцию у тебя отменили сегодня, точнее, не тебя туда назначили, а вчера перепутали просто. Куреха сказала, ты сегодня весь день в приёмке. — вдруг подал голос Шачи, вставая с кресла, — Ну, я пошел, — щелкает дверная ручка. — Ага! Ну, я это, тоже пойду. Простите...— Бепо бережно ставит ботинок на пол, забирает папки со стола и удаляется. — Да за что ты вечно извиняешься?! — Ло кривит губы, уставившись на последнего оставшегося человека в помещении. — А я то че?!

***

Луффи нервно стучит изящными пальчиками по коленке, опираясь подбородком на другую руку. Слева — удивительно мирное сопение, хотя, наверно, скоро переходящее в храп. Парень откидывается назад на скамье, тут же утыкаясь руками в столы выше, за что получает недовольное цоканье студента сверху. Оборачивается на сидящего слева Зоро — его лучший друг, с которым они пусть и на разных факультетах, но на этих лекциях сидят в одной аудитории, так как дисциплина одна. Тот вроде на мента учится, а как будто на пожарного сдает. Ежедневно! А пожарный вообще-то Луффи! И как удобно они после школы всей своей шайкой интегрировались в один университет, хоть и на разные специальности. Санджи — поварское дело, Усопп — журналистика, Нами — финансовый менеджмент. Вместе делили туалеты на кротких переменах (даже Нами), вместе дрались за последнюю сосиску в тесте в столовой, вместе бегали за забор университета на перекур Санджи. А сейчас весна, скоро практика, курсовая, экзамены... Нет уж, ему же всего девятнадцать! Поэтому Монки поправляет соломенную шляпу у себя на рюкзаке, думая лишь о том, как послезавтра будет присутствовать в приятной компании бутылки-другой хугардена в общежитии у Зоро. Улыбается, вспоминает сегодняшнее утро, перестает улыбаться. «Вот ему че, усраться как тяжело было просто представиться?». Звенит звонок, рука хватает рюкзак со скамьи, мечется в в сторону друга, а его уже след простыл. Только что ведь тут спал!

***

Хирург, сегодня по совместительству и медсестричка, скачущая по отделению весь день, наконец-то падает на скрипучий кожаный диван ординаторской. А еще же ночное дежурство — откидывает голову на спинку, устало потирая сдавленную очками переносицу.  Зато сегодня с Бепо. Тот, впрочем, тоже энтузиазмом не блещет. Горбится над отчетами и бланками за столом, нервно стуча коленками друг о друга. Затем, вздыхая, отбрасывает ручку на бумаги, победно вставая перед другим мужчиной. — Ничего, капитан! Я сегодня захватил с собой бутербродов и кофе, будете? — «капитан» с усилием поднимает взгляд на друга, откладывая очки куда-то в подушки. — Опять твой этот нескафе три в одном? — Бепо дует губы, на пятках разворачиваясь в сторону шкафа. — Да буду, буду. Я же всегда соглашаюсь, зачем спрашиваешь. Ло двадцать шесть, и он прямо-таки «горит» своей работой!