лифт и красные шортики

— Это ж какая муха тебя укусила, Лу? — Эйс мешает вилкой рагу в тарелке, неверяще пялясь на Луффи. — Наверно это его... Партнерша? Ты заметил, что он стал чересчур активен в учебе после того случая? — Сабо доливает в кружку чай, усаживаясь на стул рядом. — Почему сразу партнерша? Может это партнер, — усмехается Эйс. — А почему бы вам не перестать этим интересоваться? — раздраженно отзывается Луффи, засовывая в рот побольше мяса. — Ну да, это как-то неэтично, ты прав, — соглашается Сабо. — Так все-таки партнер или партнерша? — одновременно спрашивают оба. Монки устало откидывается на спинку стула.

***

— Я уверен, что ты все знаешь, — Эйс нависает над бедным пареньком, — а ну колись! — Не буду я колоться! — визжит Чоппер, а блондин рядом смеется, оттаскивая мужчину от него. — В смысле, я не знаю ничего! — Не верю, — фыркает, нервозно стуча тяжелым ботинком. Трафальгар, стоявший все это время рядом, украдкой поглядывал то на Эйса, то на подмигивающего ему Марко, собирая со стойки какие-то уже, наверно, ненужные и неинтересные бумажки. — Идем, Чоппер-я, пациенты тебя ждут. Тот хлопает своими милыми оленьими глазками, убегая вслед широкому шагу хирурга. Марко хлопает Эйса по плечу, как-то, покажись последнему, всезнающе улыбаясь при этом. — Кто-то должен знать... — щурится, подозревая уже каждого прохожего в том, что тот скрывает великую тайну. — Да, и, возможно, этого предателя ты уже мог когда-то увидеть, — с напущенной загадочностью протягивает Марко. — Правда?!

***

Луффи, конечно, знал, что им только дай повод, и те хоть планету вверх дном перевернут — все равно все узнают. А тут ого-го какой повод! Он не держал целибат, но и беспорядочных половых связей не имел, при этом тема любви, отношений и всего из них вытекающего  всегда остро стояла в разговорах с братьями. Излишняя забота о чувствах и потенциально разбитом сердце младшего брата — то, что парня преследовало с того момента, как ему исполнилось шестнадцать. Он, в общем-то, как всем тогда казалось, не особо был заинтересован в любовных делах. Так что братья успокоились до момента, когда Луффи в свои семнадцать ввалился домой с засосами и укусами на шее, ключицах и даже руках. Когда Монки  в восемнадцать вернулся домой с легким запахом низкоградусного алкоголя и сказал: «Я кому-то отсосал», — Сабо упал в обморок. Но происшествие как-то быстро замялось, потому что позже он и Эйс узнали, что этим «кому-то» оказался Зоро, и это все было на спор по пьяне. Нет, это все еще было чересчур странно, но... Это же Зоро?... Поэтому теперь, когда Луффи исполнилось девятнадцать — братья сидели как на иголках. Вряд ли случай с Ророноа еще когда-либо повторится, а остальные его друзья на такие безумства не способны. И самое главное — он начал жить отдельно. Так чего и кого ожидать теперь?

***

Друзья соломенной шляпы в шоке и с отвисшей челюстью смотрели на отметку «отлично» в зачетной книжке и забили тревогу, когда ниже появилась точно такая же. — Накаркаете еще, заткнитесь, — Луффи ткнул Усоппу в лоб. — Ты же знаешь, что на красный диплом уже поздно? — ржет Зоро. — Я... поражена, — Робин загадочно вертела в руках синюю книжечку, раз за разом пролистывая странички. Монки захохотал, ударяя по мягкой обивке дивана в квартире Нами. Та, в свою очередь, стукнула ему кулаком по голове. — С чего это ты вдруг резко поумнел, а, Луффи? — проницательно хихикнул Санджи, допивая светлое пиво из бутылки. Последние две недели тот, кажется, начал успевать дела за все человечество одновременно: спал привычные восемь часов, ел положенные кем-то (им) шесть раз в день, выигрывал и проигрывал с друзьями в валоранте, гулял, готовился(!) к экзаменам и даже оставалось время на безделье. В сутках, наверно, стало внезапно больше часов, примерно так еще на двадцать. И, главное, успевал ежедневно написывать Ло, рассказывая о каждой секунде своей насыщенной жизни. Тот всегда читал его сообщения, слушал голосовые и даже  смотрел все видеосообщения, изредка отмечая их каким-то стикером-реакцией. Но отвечал всегда односложно и простенько, каждый день писав о том, что пропадает на работе. И их двоих все устраивало. Луффи нравилось такое общение, потому что знал, что его всегда слушают. Он знал, что будь они рядом, Ло бы тепло на него смотрел и гладил по волосам, слушая очередную глупую историю, и Луффи лежал бы у него на коленях. И ему хотелось чувствовать это снова, ощущать это каждый день, даже если его чувства не разделят в ответ. Но таким вопросом он никогда не задавался. Что будет, если Ло не испытывает того же?

***

А Ло вот спрашивать никто не собирался, так что Луффи жаргонное «похую» на все сто. Луффи был чересчур целеустремленным, вернее сказать — упертым. Если идея, цель, мечта, задача имели хоть немного, по его мнению, рациональности и необходимости в его пожизненно взбудораженной голове, то она непременно будет достигнута, какой бы не была. Поэтому, получив свою мотивацию — что, по сути своей, одновременно являлась и целью  — он начал приближаться к результату. Прорываться, прогрызать себе путь зубами, если выражаться грубее. Настолько ему тяжело это давалось — учиться. Тяжелым взглядом спотыкался о заумные слова и термины в присланных билетах для последнего экзамена. Вот — черта, стена, отделяющая его от сбывшейся мечты. Увел глаза ниже, вчитываясь в  части и огрызки разных лекций, которые он когда-то собирался и пытался писать. Из всего этого составлял цельный пазл, но походило больше на бредни сумасшедшего. Особенно вот эта запись, где он написал число, тему со слайда, а определение какого-то нового слова поплыло вниз по строчкам. Видимо, уснул. Но на самом деле, к его удивлению, этот экзамен оказался легче всех остальных вместе взятых. Вот как бывает — думаешь, что будет просто, а на самом деле вылетаешь потом из кабинета, мысленно разрывая на себе рубашку, или наоборот. Так что когда он выпорхнул из аудитории, на лету почесав нос, Усопп и Санджи переглянулись. — Ты че... Сдал? — блондин выхватывает зачетку из рук, буквально трепещущих от радости. Он и Усопп, широко раскрыв рты, глазами проверяли подлинность третьего «отлично». — Вообще-то, я очень даже умен и сообразителен, — по-умному вскинул палец вверх, с наигранным презрением смотря на друзей. — Клянись, — фыркает Усопп. — Нами узнает — инфаркт хватит, подумает, что ты с ума сошел. Монки лишь рассмеялся. Ну, не стоит же сейчас признаваться, что на самом деле он из раза в раз просто умело списывал, попутно еще слушая чужие ответы и используя их и для себя тоже. Он совсем что ли идиот, чтобы реально все заучивать? Мегабайтов бы столько в мозгу не хватило. Санджи хохотнул, видимо уловив чужие лукавые мысли, продолжая что-то печатать в телефоне. Усоппу пришла пара уведомлений, и после прочтения он начал тихо смеяться вместе с блондином. Ну что, получается, условия выполнены — жди главный приз?