Туда-сюда

— Я думал ты сказала, что мы поедем в небольшой домик? — Аластор спросил прямо, уставившись на чистое поле, в котором были тут и там раскиданы палатки. Перед полем стоял большой знак, на котором сверху было что-то начирикано на иероглифах, а снизу — на ломанном английском. Аластор уловил главное: "Family Friendly". Ну, значит, с ребенком нормально. Рози подняла солнцезащитные очки, но в ее глазах не было ни капли вины. — Я думала, что забронировала дом. Кажется, я ошиблась. Бывает. Аластор закатил глаза, он свою подружку знает. Она ошибется и глазом не поведет. Потому что, скорее всего, она и не ошибалась вовсе. Люцифер выдавил нервный смешок рядом, Чарли уже выпрыгнула из машины, оглядывая поле с палатками так, как будто это был парк развлечений, не меньше. И еще больше ей понравилось кострище, которое точно должны были обновить к вечеру. — Папа, там качели! ПАПА! КАЧЕЛИ! — Я тебя услышал, солнышко, — он тяжко вздохнул. — Ну... Мы спим в палатке, — Аластор сощурился и обернулся на Люцифера. — А что у нас на ужин? — Доширак. — С чем? — С чем я тебя от всей души поздравляю, дорогой. — Да, — Рози хлопнула в ладоши. — Вы — да. А я отведу Чарли в местное кафе. Оно очень даже ничего, ей понравится. А вы пока разберетесь с палатками. Пообщаетесь. Аластор открыл рот, чтобы поспорить, но Люцифер уже снял рюкзак, едва заметно улыбаясь. Ситуация его явно позабавила. — И тебе ведь идея понравилась, — пробормотал Аластор. — Не-а, не говори глупостей. Тебе кажется. — Газлайтер. — Сейчас эту палатку сам собирать будешь. И Аластор возмущаться перестал. И они объединили свои силы в борьбе с палаткой. — Тебе не кажется, что эта палка не должна быть настолько сложной в сборке? — Аластор сказал сквозь зубы, держа какую-то железяку с таким выражением лица, как будто она оскорбила его мать. Люцифер присел рядышком, взглядом пробегаясь по инструкциям. — Там написано: "Поместите в петлю Б и зафиксируйте с помощью колышка". Колышек? — Это такой крючок, дорогой. — Я знаю, что такое колышек, я просто не вижу его. Аластор дал ему по шее, но когда Люцифер обернулся, выглядя до предела возмущенным, Ал лишь показал ему убитого комара на ладони. К ним сбоку подбежала Чарли с горой камушков. — Папа, этот выглядит как сердечко! — запищала она, кладя ему на коленку камешек. — Это замечательно, родная. Положи его к остальным двадцати пяти. Они-таки смогли поставить палатку (что было удивительно), хотя один из колышков они так и не нашли. Аластор вытер пот со лба и посмотрел на Люцифера. А тот, оказывается, в это время пялился на него, и не на лицо, а где-то пониже. — Что? — выдал Аластор. — Просто думаю о том, что из нас двоих швейцарский нож всегда носил при себе ты. — Отвертки можно использовать и не в дикой природе. — Знаю я, какие отвертки ты у себя носишь. Не в рюкзаке. Аластор покраснел всем лицом. — Что, прости?.. — Ты, как журналист, разъезжающий по маньячному треугольнику, наверняка нож всегда в обуви держишь. Мало ли что? — Ага, разумеется. Это ты и имел в виду изначально. Они переглянулись, но этим заигрыванием все и ограничилось. Рози это услышала, и уже сто процентов планировала мучать этим Аластора до скончания веков. К тому времени, как солнце зашло за горизонт, резко похолодало (как обычно и бывало в пустыне). Все вокруг замедлилось, другие семьи стали разжигать мангалы и костерки. Кто-то вынес простыню и проектор, растянул белую ткань между каких-то столбов, и все смотрели кино, но Люцифер и Аластор были слишком уставшими, а Чарли и вовсе заснула раньше всех. Весь день она носилась за местными куропатками, нашла черепаху в кустах и собирала камни. Как только Рози усадила ее к себе на коленки, она свернулась в комочек и заснула, даже не доев жареную зефирку. Люцифер и Аластор сидели у костра, прижавшись друг к другу плечами, и совсем не обращая на шум от других семей вокруг них. Рози одарила их понимающим взглядом и тихонько ушла, забрав Чарли с собой в палатку. Предварительно они распределились, кто с кем спит. Рози настояла на том, что Аластор храпит, так что пусть спит с Люцифером, а она, как будущая мать, вполне себе справится с ребенком. Все понимали, что это — формальные отговорки. Аластор слегка поерзал, пощелкал костяшками слегка замерзших пальцев и убедился, что Рози и Чарли достаточно далеко. Люцифер нежно ткнул его в бок. — Ты хорошо справился, командир. Аластор хохотнул, но спорить не стал. Только прижался ближе. Небо в пустыне без светового загрязнения выглядело потрясающе. В Москве такого не увидишь, да и наверное километрах в ста — тоже. А здесь, в дикой местности, они словно смотрели на карту звездного неба, но не на бумаге. Вскоре огонь утих, оставляя за собой тлеющие угли. Звезды будто зажглись ярче, такие далекие, но казавшиеся не дальше чем вытянутая рука. Свет фонарика в палатке Рози выключился, значит, Чарли уже заснула. Аластору пришло сообщение:

"Мы спим, все хорошо. Развлекайтесь, только давайте не так, чтобы был повод нас депортировать, хорошо? :))"

Аластор фыркнул, хихикнув. — Нам разрешили развлекаться, только без секса на публике. Люцифер засмеялся — тихий искрений звук глубоко в его груди, который заставил сердце Аластора сжаться. Тишина, которая осталась после смеха, не была тяжелой. Скорее теплой, успокаивающей. — Я мечтал о такой спокойной жизни в девятнадцать, — тихо сказал Аластор и опустил голову Люциферу на макушку, все еще смотря на тлеющие угли. — Смотрел фильмы и мечтал. — Надеюсь, что не "Горбатую гору". — Упаси боже. Люцифер заелозил, и Аластор сдвинулся. Но тот лишь нырнул ему под руку, заставляя положить руку себе на талию. Ал усмехнулся. У Люци были очень изящные способы требовать такого внимания, в котором он нуждался, но не напрямую, а как будто ты сам хотел его приласкать. — Я очень хотел поделиться спокойствием с тобой. — Ты все еще можешь. От углей послышался тихий треск, одна одинокая искорка вырвалась наружу. А потом Люцифер уткнулся носом ему под ребра, осторожно, пряча лицо. "Я хочу. Сейчас можно?" Аластор не сдвинулся с места, улыбаясь. Он повернул голову и поцеловал Люцифера в лоб. Это был первый их поцелуй. Совсем-совсем первый. Даже когда они были маленькими, то не целовали друг друга в лоб. Люцифер вздрогнул всем телом, а потом весь расслабился, стал таким мягким, сладким, прильнул ближе, как домашний кот. Ал засмеялся снова. Засыпали они в одном спальном мешке. Но, вообще, спали они в ту ночь не так уж много...