Образец № 3

Ампулы "Тьмы" лежали в потайном ящике камбуза. Каждое утро Санджи открывал его, доставал шприц, наполнял оранжевой жидкостью — и замирал. Игла касалась вены. Рука дрожала. И в который раз он бросал ампулу обратно, нерешительно захлопывая ящик. "Один укол — и я стану... нормальным. Не угрозой. Не монстром". Но голос Чоппера звучал в памяти: — Санджи, это не лекарство! Это медленный яд, который не оставит от тебя и крупинки! Клетки начнут распадаться, и тогда... мы потеряем тебя навсегда! Санджи смотрел на свои руки. Сегодня утром он раздавил любимую кружку, не рассчитав силу. Вчера — чуть не порвал платье Нами, резко повернувшись на её голос. А сегодня поцарапал новую скатерть когтями. "Может, лучше раствориться, чем быть таким бесполезным..." Команда старалась. Луффи по-прежнему громко смеялся и реже ныл о голоде, зная, что Санджи сейчас нелегко. Чоппер рассказывал интересные факты о лисах, а Робин иногда гладила его по голове, словно домашнего питомца. Но были и другие моменты, подталкивающие к роковому решению: - Френки незаметно усиливал замки на дверях. - Усопп ел быстрее обычного, стараясь не оставаться последним за столом. - Брук не сводил с него пустых глазниц, когда тот оставался с Чоппером. *** — Они боятся меня, — прошептал он, обращаясь к Зоро в темноте их каюты. — Они боятся за тебя, — поправил мечник. — Им больно видеть, как ты страдаешь. Санджи сжал подушку. Костяшки пальцев хрустнули. — А вдруг... они правы? Вдруг это лекарство — единственный выход? Зоро не ответил. Его осуждающее молчание было громче любого крика. *** Луна была полной. Боль скрутила Санджи прямо на камбузе во время готовки. Рёбра трещали, когти рвали кожу на руках. Клыки впивались в специальный деревянный брус, чтобы не закричать. В голове — холодный голос Даджа: "Ты — ошибка. Ликвидация — милосердие для такого, как ты." Он дополз до ящика. Шприц. Ампула. Оранжевая жидкость переливалась в стекле, как ядовитый закат. — Прощайте, — прошептал он, поднося иглу к вене. Дверь с грохотом распахнулась. Зоро стоял на пороге без мечей, в рубахе, пропитанной одеколоном Санджи. На шее — свежий шрам (вчера Санджи в полусне укусил его за кадык, вообразив, что поймал кролика). — Брось. — УЙДИ! — зарычал Санджи. Зрачки сузились в щели. — Я СДЕЛАЮ ЭТО, И ТЫ МЕНЯ НЕ ОСТАНОВИШЬ! Зоро шагнул вперёд. Не к нему. К стене. Прислонился спиной. Скрестил руки. — Тогда делай. — Его голос был спокоен. — Но знай: если ты вколешь эту дрянь... я уйду с корабля. Санджи дрогнул. — Что.? — Я присоединился к команде, где каждый борется. Даже когда шансов ноль. — Зоро скрестил руки. — Если ты слабак — сдавайся. Я не буду оставаться в команде, где так легко сдаются. *** Оранжевая жидкость капала на пол. Санджи смотрел то на шприц, то на Зоро. "Он уйдёт. Тот, кто всегда был рядом..." Внезапно Зоро сорвал с руки чёрную повязку, скрывавшую шрам от зубов Санджи. Укус был глубоким, оставленным в момент ярости, а потом зализанным в раскаянии. — Видишь? Это ты. Твоя боль. Твой страх. — Он ткнул пальцем в рану. — И это — часть тебя, которую мы приняли. А ты себя — нет? Шприц выпал из рук. Стекло разбилось. "Тьма" растеклась ядовитой лужей. — Я... не знаю как, — Санджи рухнул на колени. Слёзы смешивались с потом. — Я не умею жить с этим внутри! Зоро подошёл. Обнял — крепко, жёстко, но так тепло... — Никто не умеет. Мы просто несём свой груз. День за днём. Как я — три меча. Как Луффи — свою шляпу. — Он отстранился, глядя Санджи в глаза. — Твой груз тяжелее. Но ты не один. *** Санджи стоял на носу "Санни". В кармане — пустой флакон от "Тьмы". Достав его, он с рыком швырнул в океан. — Что теперь? — спросил он, не оборачиваясь. Зоро подошёл, опёрся о перила рядом. — Теперь ты учишься жить заново. Готовить с руками, что рвут мясо когтями. Спать, когда луна ломает кости. И дружить со зверем. — А если... я сорвусь? — Тогда мы с Луффи быстро успокоим тебя. Как всегда. Вдали показался корабль Морского Дозора. Обычная атака. Но Санджи уже чувствовал запах пороха за милю. Спина напряглась, лицо исказилось в оскале. — Дыши, — тихо сказал Зоро. — Ты не зверь. Ты Санджи. Наш повар. Мой глупый лис. И Санджи вдохнул. Глубоко. Полной грудью. Первый вдох того,кто решил жить как зверь, и человек одновременно.