Предпоследний рубеж

      Нил сидел на пассажирском сиденье, высунув руку в приоткрытое окно и чувствуя, как между пальцами проходит поток встречного прохладного ветра.       Тихая, приятная музыка, звучащая из динамика радио сменилась песней, которая последний месяц слышалась отовсюду и уже порядком поднадоела Нилу. Он потянул руку к магнитоле ни то убавить, ни то выключить, но рука Эндрю оказалась быстрее, закрывая все доступные кнопки от пальцев Нила.       Пару дней назад они ездили на заправку. Из динамиков там играла эта же песня и Нил ненароком поделился с Миньярдом своим мнением о ней. Сейчас же Эндрю воспользовался полученным знанием и напротив прибавил громкости, пальцами второй руки постукивая по рулю в такт мелодии.       Нил ещё несколько раз пытался, минуя руку Эндрю, прикоснутся к заветной кнопке выключения, но Миньярд, даже не смотря в его сторону, с холодным спокойствием прерывал все его попытки.       — Держи руль двумя руками, — посоветовал ему Нил.       — А ты не трогай магнитолу, — парировал Эндрю.       Помахав рукой пару раз, уже скорее играючи, нежели в попытке избавиться от песни, Нил откинулся на сиденье и, закрыв окно, прильнул к прохладному стеклу лбом. Ремень неприятно царапал кожу на шее, от чего пришлось слегка его оттянуть, а затем и вовсе просунуть под локоть, чтобы не мешался.       Его намерения поспать перебило ощущение того, что Эндрю свернул на обочину, а затем развернул машину обратно. Открыв глаза он перевёл взгляд на Миньярда, но тот, словно не чувствуя этого, захлопнул свой телефон и сунул его в карман, умалчивая о своих внезапных изменениях в плане.       Нил разглядывал окружающую снаружи темноту, в попытке разобрать направление, и уже через минуту он узнал путь до дома близнецов.       Припарковав машину и заглушив двигатель они вышли из теплоты в ночную прохладу. Нил накинул капюшон и спрятал руки в карманах серой спортивной кофты.       Отперев дверь ключом, Эндрю наклонился на пороге, снимая свою массивную черную обувь и, даже не включив свет, направился на кухню. Мысками стянув с себя кеды, Нил отправился за ним и остановился, прижавшись плечом к дверному косяку.       Эндрю открыл один из ящиков, достал из него рулон мусорных мешков, оторвал один и, вернув рулон на место, коленом толкнул дверцу обратно. Встряхнув пакетом, чтобы раскрыть его, он подошёл к холодильнику и, недолго оценивая содержимое, одной рукой сгрёб всё в пакет.       Нил мог бы и сам догадаться о причине приезда, как минимум, это случается не в первый раз. Аарон вместе с Кейтлин порой приезжали на выходные переночевать здесь и не всегда вспоминали выбросить еду после себя. Поскольку большую часть времени дом в Колумбии пустовал, оставшаяся еда портилась и преимущественно Эндрю, в компании Нила, приезжал вымести ненужное.       Он потряс наполовину наполненным мешком, обвязал горловину в узел и прошёл мимо Нила обратно в темноту коридора. Раздался шорох, видно, Эндрю скинул мусор у входа. Нил развернулся за ним, почти преодолел половину пути, как ощутил крепкую руку Миньярда на своей груди, прижавшую его к стене, едва ли не выбивая воздух из лёгких.       Холодная рука Эндрю проделала путь до его шеи, наклоняя ниже, а затем ощущение привычных горячих губ заставило Нила выдохнуть весь оставшийся кислород. Надавив большим пальцем на подбородок, Эндрю приоткрыл его рот и углубил поцелуй. Нил потерялся в этом моменте. Забыл куда они ехали, зачем развернулись к дому и почему им просто нельзя остаться тут навсегда. Поцелуи Миньярда обжигали каждый раз как в первый. К ним нельзя было привыкнуть, нельзя было устать от них, невозможно их не хотеть.       Одна рука Нила зарылась в волосах Эндрю, перебирая пряди между пальцев. Второй же он обвил его шею, притягивая как можно ближе и даже этого казалось мало.       Эндрю вцепился пальцами в кофту Нила и тот, дёрнув плечами, заставил её сползти на пол. Если до этого было холодно так, что приходилось греть руки в карманах, то сейчас было жарко даже без неё. Нил каждый раз сомневался, что сможет унять этот жар, который распространяется по его телу с потоком крови, циркулирующей по телу, и причиной тому был один Эндрю, как и он являлся причиной почему этот жар уходил.       Нил потерял и счёт времени. Целовались ли они минуту или две, прошёл ли день или год, он сказать не мог. Понял лишь, что стояли они достаточно долго, когда начали неметь губы, а воздух, казалось, плавил его лёгкие.       — Да или Нет? — выдохнул Эндрю, выводя Нила из тумана ощущений.       Нил замешкался с ответом. Этот вопрос звучал настолько редко в их нынешних отношениях и он решил, что ослышался. Только неделю назад Миньярд без сомнений и слов залез ему в джинсы, доводя до края пропасти, а сейчас вновь спрашивает «Можно ли?». Но прекращение каких-либо действий и молчание в гнетущей темноте давали ясно понять, что вопрос всё-таки прозвучал, а от него ждали отклика.       Видимо задержка в несколько секунд стала для Эндрю поводом изъяснится конкретнее:       — Я хочу попробовать.       — «Хочешь»? — повторил Нил, не поняв смысла услышанных слов, но чувствуя, что сейчас не тот момент, чтобы передразнивать Эндрю, он замолчал. Спустя короткое мгновение он всё понял, но осознание лишь больше всё усложнило. Нил с сомнением уточнил: — Эндрю, ты уверен?       — Не задавай глупых вопросов.       — Мне нужно в душ. — то ли уместно, то ли нет, ответил Нил.       Послышался скрип половиц — Эндрю отшагнул назад — а затем щелчок выключателя. Яркий свет замерцавших ламп на долю секунды ослепил обоих, вынуждая прищурится, пока глаза не привыкли к свету.       Нил смотрел на взъерошенного Эндрю в попытке найти хоть каплю сомнения, но в глазах того не было и намёка на это чувство. Видимо, уверенность Миньярда передалась и Нилу, возвращая ему способность двигаться самостоятельно.       Захватив по пути полотенце Нил вошёл в ванную. Мимолётно взглянул на своё отражение и отметил, как покрасневшие от долгих поцелуев губы контрастировали с остальными чертами лица.       Нил выкрутил кран с горячей водой на половину и встал под струю, дающую ему время полностью осмыслить решение Эндрю. Эндрю Миньярд никогда не был тем, кто откажется от своих слов, передумает в моменте и решит не делать того, о чём сам заговорил. Тем не менее он понимал, что данная ситуация к таким моментам не относится. Нил примет, если Эндрю скажет «нет» когда он выйдет из душа, решит, что сейчас не то время.       Провозившись с собой приличное количество времени, Нил наскоро просушил полотенцем волосы и тело. Он завис на некоторое время, смотря на одежду и думая, есть ли смысл вообще её надевать. И всё же решив, что раздеться можно в любой момент, а Эндрю, за время его отсутствия, мог усомниться в принятом решении, Нил натянул футболку, или попытался сделать это, поскольку та прилипала к ещё не высохшей спине.       На первом этаже Эндрю не было и, поднявшись по лестнице, Нил нашёл его в его же спальне — единственной комнате на втором этаже, в которой горел свет. Эндрю лежал на кровати и никак не отреагировал на его возвращение.       Вопрос об актуальности предложения вертелся на языке, но когда взгляд зацепился за флакон смазки и упаковку презервативов на комоде, другой вопрос вырвался сам собой:       — Успел съездить в аптеку? — спросил Нил, однако поняв, что скорее всего услышал бы рёв двигателя из ванной, или же уход Эндрю, он выдвинул другое предположение: — Или подготовился заранее?       — Забрал у Аарона. — сразу же ответил Эндрю. Он приподнялся, пробегая по Нилу взглядом. Затем встал с кровати и, подойдя к нему вплотную, ткнул его в плечо. — Ты так и не дал ответ.       — Так же, как и ты?       — Мой ответ непосредственно зависит от твоего.       Нил встряхнул всё ещё влажными волосами и взглядом прошёлся вниз, указывая на себя.       — Ты же видишь, что да.       Эндрю проследил за его взглядом и, во второй раз ткнув его по тому же месту, вышел из комнаты, направляясь в сторону лестницы.       Нил сел на край кровати стягивая повязки с предплечий, чтобы не тратить на это время потом. Аккуратно свернув их, положил на комод и, сам того не замечая, подцепил флакон со смазкой.       Аарон и Кейтлин приезжали в Колумбию не редко и очевидно, что помимо употребления пищи и забыванием мусора — которые позже вывозят Эндрю с Нилом — они занимаются и сексом. Нила позабавила мысль о будущей реакции Аарона на пропажу своих вещей в нужный для него момент и было жаль, что он не увидит досады на лице близнеца своими глазами.       Глухим щелчком открыв крышку и надавив на флакон, Нил выдавил прозрачную каплю лубриканта на указательный палец и растёр её большим. Относительно густой гель показался ему смутно знакомым и он не сразу понял, что дело не только в его консистенции. Перевернув флакон лицевой стороной к себе, Нил вспомнил, что его шампунь, оставленный в общежитии, так же имел аромат ментола.       Боковое зрение уловило движение в дверном проёме. Эндрю, стоявший там, с безучастным выражением лица наблюдал за Нилом, подушечкой пальца проводя по своим ногтям.       Нил ждал, пока Эндрю как-то прокомментирует увиденное, но тот молчал.       — Проверяю, нет ли у меня аллергии. — в итоге выдал Нил.       —После пережитого, было бы глупо умереть от аллергии на смазку. — отметил Эндрю.       Закрыв за собой дверь, он шагнул вперёд, а приблизившись к Нилу, забрал из его ладони флакон, откидывая его на постель. Эндрю подцепил край его футболки, слегка приподнимая, и Нил, схватившись за неё, потянул через голову. Ткань с едва слышным шорохом скрылась на полу.       С, казалось бы, несовместимой мягкостью и твёрдостью Миньярд надавил на плечо Нила, заставляя лечь спиной на мягкую обивку, но сам забираться на кровать не спешил. Нил отполз повыше, чтобы не мучатся на краю и, ощутив под лопатками подушку, остановился.       Предлагать выключить и без того тусклый свет — смысла не имело. Они видели друг друга голыми, да и темнота могла пробудить болезненные моменты прошлого Миньярда.       Эндрю стянул с себя чёрный свитер, откидывая его на пол, где раньше исчезла футболка. Нил заметил, что повязки на его предплечьях так же отсутствовали, скорее всего, тот снял их и оставил в ванной. Что послужило причиной этому и не хотелось ли Миньярду не иметь рядом оружия во время близости он не знал, но и предпочёл бы не спрашивать.       Когда Эндрю поднялся на кровать садясь перед ногами Нила в молчаливом ожидании, тот сообразил снять с себя спортивные штаны, стаскивая их вместе с бельём, и положил справа от себя, но Миньярд, нависнув над ним, сбросил их на пол и наклонился к его лицу сливаясь в поцелуе.       Пальцы Нила машинально исчезли в светлых волосах, а вторая рука оглаживала шею Эндрю изредка спускаясь и изучая напряжённые, крепкие плечи. Он был готов остаться в таком положении вечно и не важно, будет ли между ними что-то сегодня или будет потом, хотелось чувствовать Эндрю хоть как, лишь бы это никогда не заканчивалось.       Опираясь на одну руку около головы Нила, Эндрю водил второй до всего, до чего дотягивался в таком положении: плечи, грудь, живот — мышцы которого подрагивали под каждым лёгким касанием пальцев. Когда рука обхватила возбуждённый член, Нил невольно издал короткий стон и запрокинул голову, прерывая поцелуй. Хотя почти сразу же вернулся, чтобы перейти с поцелуями на шею Эндрю и тот явно был не против судя по прерывистому выдоху и усилившейся хватке на органе.       Завершив приятные ласки, Эндрю вернулся к изножью кровати, садясь перед Нилом он прихватил с собой флакон, который в это время опасно покачивался на краю постели.       Щелчок колпачка. Эндрю выдавил приличное количество геля на палец и Нил, оглядывая наполовину одетого Миньярда, спросил:       — Не разденешься?       — Зачем? — равнодушно спросил тот вместо ответа.       — Меня раздел, а сам останешься в одежде? — улыбнулся Нил без какого-либо упрёка.       — Ты сам разделся. — отметил Эндрю, но не счёл лишним и ответить: — Я разденусь когда буду уверен, что ты готов.       Поняв, что развитие дальнейших событий зависят исключительно от него самого и, скорее всего, от способности тела перенести новые ощущения, Нил принял этот ответ.       Эндрю отложил флакон рядом и воззрился на Нила так, будто чего-то ждал, но, видя неспособность Джостена улавливать подобные детали, был вынужден намекнуть, напряженными пальцами коснувшись его колена. Нил почти сразу же развёл ноги в стороны, ближе подтягивая их к себе. Приподнявшись на локти, он смотрел на сосредоточенное лицо Миньярда.       Эндрю выдержал меньше минуты.       — Не смотри на меня так.       — Мне больше некуда смотреть, — мигом отозвался Нил.       — Люди умеют закрывать глаза. — напомнил Эндрю.       Нехотя выполнив просьбу, Нил откинулся обратно на кровать. Влажное касание пальцев Эндрю между ягодиц, отозвалось слабой щекоткой и дрожью. Миньярд не спеша распределял смазку вокруг его отверстия.       — Готов? — осведомился он и Нил кивнул.       Палец медленно заскользил внутрь. Ощущения не были болезненными, как рассчитывал Нил, но тем не менее это было непривычно и, скорее даже, непонятно. Чувствовать Эндрю так ему ещё не приходилось, но сама мысль, что они дошли до этой черты в отношениях, отзывалась невообразимо оглушающей пульсацией в ушах.       Когда палец выскользнул из него Нил открыл глаза и понял причину. Эндрю выдавливал новую порцию геля уже на два пальца. Миньярд поймал его взгляд, но видимо на этот раз не посчитал нужным вновь указывать на это. Получив кивок Нила, он приставил смазанные пальцы ко входу и, не разрывая зрительного контакта, начал вводить.       На этот раз ощущения отозвались слабым покалыванием, которое можно было бы принять за боль или дискомфорт, но учитывая прошлое Нила, ему показалось это лишь мелким неудобством. Эндрю разумно задержал пальцы прежде чем двигаться дальше, от чего это чувство рассеялось.       Нил не понял, что сделал Миньярд сейчас, но скользящие пальцы внутри, задев стенку, заставили издать его блаженный выдох и невольно поддаться телом, насаживаясь самостоятельно.       — Не делай так, — недовольно отозвался Эндрю, скорее из чувства беспокойства, которое невозможно было уловить в голосе, или же из-за желания проконтролировать всё самостоятельно.       — Это зависит не от меня, — хрипло отозвался Нил.       — Твоё тело зависит исключительно от тебя, — не согласился он, проводя пальцами по тому же месту. Нил прикрыл глаза полностью отдаваясь во власть незнакомым, но таким приятным ощущениям. — Постарайся не калечить себя с моей помощью.       — Я и не калечу, — возразил Нил, — мне нравится то, что ты делаешь.       Эндрю, замерев на пару секунд, проигнорировал его фразу и отнял пальцы, как решил Нил, чтобы вновь смазать их и не ошибся. Услышав звук выдавливаемого геля, он расслабился, но отсутствие дальнейших действий смутило его, заставляя открыть глаза.       Миньярд сидел обтирая пальцы смазкой, при этом направил на свою руку убийственный взгляд, словно угрожал самому себе.       Нил приподнялся на локти, ожидая пока тот выйдет из раздумий самостоятельно, но через время выпрямился и сел перед Эндрю.        Коснулся пальцами его щеки привлекая внимание на себя.       — Я остановлю тебя если мне будет неприятно, — напомнил Нил.       Эндрю испытующим взглядом смотрел то на него, то на свою руку, но в конечном итоге приняв слова Нила за что-то разумное, подтолкнул его лечь обратно.       Распирающее чувство трёх пальцев, входящих в него, оправдали ожидания Нила касательно той боли, на которую он рассчитывал изначально. Нил не стал останавливать Эндрю, потому что тот сам, видимо опираясь на его выражение лица, останавливался и выжидающе смотрел: то ли ждал позволения продолжить, то ли напротив отказа от этой затеи. Нил не собирался прерываться на этом. Боль не казалось невыносимой, а резкий отказ от близости мог отстрочить следующую попытку на долгие месяцы, если даже не годы. Он хотел Эндрю не меньше, чем сам Эндрю хотел Нила и такой дискомфорт был ничтожной ценой за доверие, которое подарил ему Миньярд.       Возобновившееся спустя время скольжение, подкреплённое уверенностью Нила, было на этот раз более чем приемлемым, и даже моментами приятным, когда Эндрю кончиками пальцев задевал точку, сразу же отзывающуюся на прикосновения импульсами, посылаемыми по всему телу. Когда Нил ощутил вторую руку Эндрю на своём члене, казалось, что он сейчас вот-вот рассыплется на мелкие частицы и не будет в состоянии собраться в целого себя никогда. Размеренные поглаживая вкупе с искрами внутри себя расслабили его до состояния, что контролировать себя и свои звуки — не было ни сил, ни желания.       Кровать скрипнула, а руки Эндрю исчезли.       — Дальше терпеть в состоянии?       — Я не терплю, — выдохнул Нил.       — Терпишь. — констатировал Эндрю, — Кажется, ты говорил, что остановишь меня.       — Ты сам останавливался до того, как я произнесу хоть слово. — Нил приподнял голову, понимая, что сейчас важнее убедить Эндрю в своих осознанных намерениях. — Если так хочешь, чтобы я остановил тебя сам, можем продолжить.       Плечи Миньярда слабо вздёрнулись вверх, будто такая нелепая и дешевая провокация почти заставила его усмехнутся. Эндрю кивнул на комод и Нил не сразу сообразил, что тот просит передать упаковку контрацептивов.       Взяв протянутую пачку Эндрю встряхнул ею, достал один пакетик, и кинул обратно на комод, но та, заскользив по гладкой поверхности, с шорохом приземлилась на пол. Он встал с кровати, цепляя скользящими пальцами пуговицу на джинсах и спустил их вместе с остальной одеждой, отпихнув ногой в сторону.       Нил не мог не заметит и внутренне не восхититься тому, как Эндрю сохранял самообладание. Миньярд был возбуждён не меньше самого Нила, но при этом держался, терпел поцелуи, готовил Нила к возможному сексу, ни разу не позаботившись о себе. Нил хотел и мог бы помочь ему с этим, но в эту минуту ему казалось опасным и излишним прикасаться к Эндрю.       Разорвав пакетик, и скинув фольгу в след за одеждой, Эндрю надел презерватив. Нил только сейчас отметил, что их приезд, с целью выбросить мусор, обернулся ещё большим беспорядком.       Кровать скрипнула под весом обоих, когда Миньярд вернулся на изначальное место. Сложно было не заметить сколько смазки они истратили во время подготовки, и Нила удивляло, что там вообще что-то осталось. Эндрю размазал гель по всей длине своего члена, а оставшуюся липкость на пальцах нанёс на промежность Нила. Подтянув край одеяла на себя, Миньярд свернул его в небольшой рулон и щелкнул по тазу Нила, намекая приподняться и дать возможность подложить одеяло под него. Нил не стал уточнять, сделано это для него или Эндрю сделал это для своего удобства — значения это сейчас не имело.       Эндрю чуть развел его колени, располагаясь между ними и навис над Нилом, одной рукой облокотившись у его головы. Вторая рука исчезла между ними, пока Нил не ощутил, как в него упирается влажная от смазки головка члена. Само осознание этой мысли прошлась по его телу колючей дрожью от предвкушения. Руки Нила машинально потянулись к волосам, плечам Эндрю — да хоть к чему — лишь бы прижать его к себе.       — Не надо, — твёрдо произнёс Эндрю и пальцы Нила замерли в дюйме от него, пока он не сообразил запрокинуть их за голову и схватится за подушку.       С явным сопротивлением со стороны тела Нила — в силу первого раза — член Эндрю заскользил внутрь.       — Подожди, — процедил Нил, хотя Эндрю и сам уже успел остановиться, войдя в него лишь на какие-то полтора-два сантиметра.       Нил сделал глубокий вдох, затем выдох, и взглянул на губы Миньярда, в желании найти опору хоть в них и Эндрю не заставил себя долго ждать. В попытке отвлечься от непривычных для обоих ощущений, они переключились только на губы друг друга. Влажные языки и горячий воздух, выдыхаемый ими, помогли Нилу расслабиться и позволить Эндрю продвигаться дальше, хотя тот всё так же не спешил входить в него целиком.       Смысл подложенного одеяла Нил уловил только когда головка внутри скользила точно по той области на стенке, от которой у него поджимались пальцы на ногах, а дыхание прерывалось, превращаясь в тихие стоны.       Видимо поняв, что всё под контролем и самое опасное осталось позади, Эндрю подал голос:       — Теперь можно.       Нил не сразу успел понять на что ему дали разрешение, но осознав, как крепко стискивает подушку, чуть ли не вырывая её из под головы, он обвил спину Миньярда руками, проводя непослушными пальцами по его напряжённым лопаткам.       Эндрю то и дело наклонял голову, прикрывая глаза, то сразу же поднимал взгляд на Нила и оставлял на его губах и лице порывистые поцелуи, которые контрастировали с размеренными толчками, утыкался носом в его волосы, согревая своим горячим дыханием.       Нил в свою очередь, не желая лежать без какого-либо движения, приподнимался на локти, оставляя на шее Миньярда поцелуи, поглаживал его спину, плечи, волосы, старался прошептать ему что-то бессвязное на ухо, за что его сразу же затыкали поцелуем. В конце концов, Нил просто обвил его пояс одной ногой, без слов разрешая войти глубже.       В комнате стало слишком жарко. Тишина давно сменилась влажными шлепками и шумными выдохами вперемешку со стонами.       Рука Эндрю обхватила член Нила, доставляя ещё больше удовольствия и этого было слишком много для него одного. Нил чувствовал, как всё напряжение собирается внизу живота тугим узлом, обещающим одним взрывом распространиться по всему телу. Запрокинув голову к потолку, Нил сорвался первым. Пальцы на ногах сжались до боли, как и пальцы рук стиснули спину Эндрю с такой силой, словно это было единственное подтверждение его нахождения в реальности. Вязкая жидкость разлилась по его животу, пока каждая мышца пыталась очнутся от накативших на них ощущений. Эндрю заметно замедлился, от чего Нилу пришлось проснутся быстрее, прежде чем Миньярд выйдет из него.       — Не останавливайся, — прошептал Нил и только заметил, что слова даются ему с трудом из-за пересохшего горла. Не ощущая возобновившегося темпа, он обвил обеими ногами поясницу Эндрю и подтолкнул в себя.       Эндрю отозвался глухим, почти недовольным, шипением, но послушно продолжил. Скорее причиной этому послужило то, что внутри Нила стало теснее чем было изначально. Всё тело Эндрю напряглось и Нил прильнул губами к его плечу, поцелуями прокладывая путь к ключице, шее, линии челюсти, пока не дошёл до его губ. Эндрю, толкнувшись в него последний раз, замер, а через мгновение выскользнул и отполз на противоположный край кровати. Он не смотрел на Нила сейчас и был не в том состоянии, чтобы выдержать взгляд на себе.       Нил сталкивался с этим и раньше, поэтому предпочёл лучшим вариантом не лезть лишний раз. Несколько минут спокойствия, тишины и возможности отдышаться, дали обоим прийти в себя.       Заметив за окном на горизонте оранжевую полосу — всем своим видом намекающую на начало утра, а цветом напоминающую университет, до которого им нужно время добраться — Нил уведомил об этом Эндрю:       — Опять не выспимся.       Эндрю обернулся к окну и пожал плечами.       — Тебе ли не привыкать? — казалось, что информация его нисколько не зацепила, однако он все же сполз с кровати, подхватывая с пола все сброшенные вещи. Эндрю стянул использованный презерватив и, вместе с флаконом почти пустой смазки и фольгированной упаковкой от контрацептива в руках, остановился в дверях. — У нас не так много времени, чтобы занимать очередь в ванную. — коротко, но ясно намекнул он.       Нил рассеянно размазал по торсу сперму, чтобы не наследить пока будет спускаться вниз. Встал и, подхватывая с комода повязки и одежду с пола, направился к лестнице. Пока Эндрю шуршал пакетом, он уже успел войти в ванную и настроить приемлемую температуру воды.       Нил подвинулся, позволяя Эндрю войти в душевую кабинку и тот, перехватив лейку и направив струю воды на него, принялся быстрее оттирать с живота размазанные следы семенной жидкости. Видимо, улыбка Нила вызвала у Миньярда непреодолимое желание стереть и её, поэтому, дёрнув лейку вверх, Эндрю равнодушным лицом окатил его водой. Нил зажмурился и вслепую перехватил её, взаимно обливая Эндрю с головы до ног, но тот и не сопротивлялся, позволяя тёплой воде стекать с волос ниже.       Посчитывав это достаточным, Миньярд накрыл рукой ладонь Нила, разворачивая струю воды обратно на него самого и, явно довольный своим поступком, вышел из кабинки.       — Жду в машине. — бросил он на выходе, подхватывая со шкафчика свои повязки.