Daddy's dream (comes true)

С момента в барной комнате прошло около недели, и, на удивление, Джисон стал чувствовать себя гораздо лучше. Он не был уверен, что слова Минхо хоть что-то изменят, но в ту ночь он впервые спал без переживаний, как и следующие семь. Ему больше не снилось, как он задыхается от рук отца, и не снился Мартин. Они также возобновили разговорные сессии с Минхо по вечерам, после того, как Феликс засыпал, и тогда Джисон осознал, что он привык к запаху омеги. Тот даже успокаивал его, дарил приятное, какое-то неизвестное чувство блаженства. Наверное именно по этой немного эгоистичной причине он стал легко соглашаться на вечерние посиделки в своей кровати. Чтобы на подушках и одеяле оставался привкус мандаринов и морской соли, с которым засыпалось гораздо легче. Джисон не был уверен, почему этот запах его так расслаблял. Возможно потому, что Минхо первый человек за долгое время, кто выразил поддержку и понял его. Он не знал, но подозревал, что в этом и заключалось дело. — Хён, завтра погода хорошая, — сказал Минхо, прыгая к нему на кровать с широкой улыбкой. Изначально Джисон предлагал обращаться друг к другу просто по именам, но омега буквально через день начал обращаться к нему лаконичным «хён». Мужчина с некоторым осуждением посмотрел, как Минхо встал на матрас коленями, но решил, не комментировать это. К чёрту, всё равно не спал на правой стороне. — Не сомневаюсь. В июле всегда жарко, если не обещают тайфуны или дожди, — сказал он и снял очки, чтобы аккуратно положить их в мешочек, а затем в футляр. Минхо игриво закатил глаза, после чего легко щёлкнул его по плечу, заставив Джисона перевести на него взгляд. — Мы с Бокк-и пойдём завтра в бассейн, — заявил Минхо, и Джисон лишь недоумённо моргнул. Что ему нужно было на это сказать? Хорошо? Конечно, идите, я вроде бы его не осушал? Вам от меня специальное приглашение нужно? — На обеде. И я хотел пригласить тебя пойти с нами. Феликс тоже хочет, чтобы ты присоединился. Он сказал, что хочет показать тебе, как он хорошо умеет плавать, — улыбнулся Минхо, и Джисон быстро отвернулся, чтобы скрыть, как уголки губ поползли вверх. Мужчине всё ещё было тяжело проводить слишком много времени с сыном, его тревожность не позволяла находиться рядом больше получаса, а если мальчик ещё и лез обниматься, как он привык с Минхо, то это время сокращалось в геометрической прогрессии. — Если не хочешь, то загляни хотя бы на пять или десять минут? Пожалуйста? — Минхо сложил руки вместе в умоляющем жесте и попытался состроить щенячьи глазки. Джисон фыркнул. С такими кошачьими глазами это выглядело скорее комично, чем убедительно. — Ты же знаешь, что меня не пробить глазками? Даже у Феликса не получается, — цокнул языком альфа, откидываясь на подушки под усмешку Минхо. — Не ври, если Феликс грустными глазками посмотрит на какую-нибудь новую игрушку, ты сразу же её купишь. А если он скажет, что ему больше не нравится космос, и он теперь увлекается динозаврами, ты ему комнату переделаешь в стиле Юрского периода, — сказал Минхо, и Джисон вдруг задумался. Он вновь сел на кровати и внимательно перевёл взгляд на младшего. — Ему разонравилась его комната?! — в шоке прошипел он, на что Минхо игриво закатил глаза. — Хён, ты либо прикидываешься, либо правда меня не слушаешь! — в ответ пробурчал парень, после чего лёг рядом и повернулся к нему лицом, вот только теперь на губах сияла улыбка. Как Минхо удавалось быть всегда улыбчивым и счастливым? Даже когда Джисон срывался на нём, вёл себя холодно и отстранённо. Наверняка он был не единственным противным клиентом. Удивительно, как он любил эту работу. Джисон бы всё давно бросил. Своих проблем навалом, ещё кому-то помогать. — Я тебя слушаю. Просто зачем ещё заводить разговор про смену комнаты, кроме как для того, чтобы намекнуть мне, что Феликс хочет ремонт? — спросил мужчина с непониманием, на что Минхо фыркнул и хлопнул себя ладонью по лбу. Джисон использовал это, чтобы рассмотреть чужие черты и понять, что думал омега. Он не был раздражён его непониманием, он не насмехался, но при этом явно веселился. Ему было смешно? — Это был теоретический пример к моему утверждению, что стоит Бокк-и сделать щенячьи глазки, как ты выполняешь все его требования, — усмехнулся Минхо, и Джисон удивлённо распахнул глаза, неверяще качая головой из стороны в сторону. — Честно, я в восторге от кукольного городка. Это реально самое невероятное, что я когда-либо видел, так ещё и у мальчика альфы! Мне в детстве, хотя я омега, не разрешали играть с куклами, а у малыша тут целое раздолье! — вслух восхищался Минхо, пока Джисон усиленно пытался понять, почему омеге запрещали играть с игрушками. Ладно, ясное дело Джисону запрещали. Он, всё же, альфа, но Минхо? — У тебя есть идеи, что можно добавить в кукольный городок? — спросил мужчина, и Минхо задумался. — Надо что-то волшебное! — с восторгом прошептал он. — Чтобы кто-то из кукол был ведьмой! Волшебную библиотеку и лавку с кристаллами, зельями и всяким эдаким! Мне кажется, это было бы великолепно! Мы с Феликсом как-то недавно обсуждали, и он сказал, что ему нравится первая часть Гарри Поттера, так что, думаю, ему бы тоже понравилось что-то магическое, — улыбнулся Минхо. И если Джисон сразу после его ухода написал мастерам добавить к заказу волшебную лавку с кучей деталей — это только между ними. По крайней мере, пока всё не будет готово.

***

Джисон не особо горел желанием идти в бассейн. Он предпочитал джакузи на цокольном этаже, и всегда любил в такие моменты одиночество. Он не любил плавать полуобнажённым с другими полуобнажёнными людьми. Даже с Феликсом. Когда мальчик был младше он вечно упрашивал его пойти плавать, и вместо того, чтобы соглашаться, Джисон вызывал инструктора по плаванию, который проводил время с его сыном и, к тому же, учил его важному навыку для выживания. Сейчас Джисон понимал свою ошибку, но всё равно не мог перешагнуть через себя, чтобы всё молниеносно исправить. Он сел на диван в зале и открыл бутылку холодной воды, наблюдая за Минхо и Феликсом у бассейна. Мальчик кушал чернику из чашки и его щёки были измазаны розовым соком. Он выглядел довольным, но продолжал поглядывать на ближайшую к бассейну дверь. Минхо сидел на шезлонге в солнцезащитных очках и что-то ему объяснял. На нём была футболка и длинные шорты, и он явно не собирался заходить в воду. Феликс пытался его в чём-то убедить, но Минхо продолжал качать головой и отказываться. Джисон с интересом наблюдал, как мальчик с каждой секундой становился всё нетерпеливее, а омега отнекивался всё отчаяннее. В итоге, видимо, отказы ни к чему не привели, и Ёнбок не знал слова «нет», потому что Минхо взял надувной круг и сбросил его на воду. Наверное, Джисон должен был сказать, что Феликсу это было не нужно, и что мальчик действительно умел плавать. Он уже даже было встал с дивана, когда понял, что круг был не для его сына. А для Минхо. Он закрыл рот рукой и фыркнул в ладонь, наблюдая, как парень даже на плюшке не мог сдвинуться с места. Феликс медленно спустился по лесенке к Минхо, и начал кружить вокруг, пытаясь показать ему, как нужно было грести. Это смотрелось так забавно со стороны, что Джисон не мог перестать смеяться. Где это было видано, чтобы пятилетний ребёнок учил такого взрослого парня плавать? Тем более совсем безуспешно. Джисон не был инструктором, но у него были глаза, и он видел, что Минхо был абсолютно бесталанен в плавании. Никакого потенциала. Если бы остров накрыло мощнейшим цунами, омегу бы смыло первее всех. Феликс, казалось, тоже сдался, когда понял, что Минхо не то, что был по нулям, а уходил даже в минус. Мальчик вздохнул и поплыл по своим делам, оставив бедную няню посреди бассейна, где тот не доставал ногами и не имел возможности сдвинуться. Джисон бы посмеялся, если бы не заметил, что парень начал паниковать и пытаться докричаться до Феликса, что спокойно плыл на глубину. Альфа по этому поводу не переживал, он знал, что его сыну ничего не угрожало. Что может угрожать умеющему плавать ребёнку в спокойной воде? Но Минхо, вероятно, не догадывался об этом или не хотел верить самоуверенному мальчишке. Он ведь даже сдвинуться при чрезвычайной ситуации не сможет. Джисон помялся буквально пару секунд, прежде чем всё же встал и вышел к бассейну. Он вытащил телефон из кармана лёгких домашних штанов и положил их на незанятый третий шезлонг. Феликс мгновенно развернулся к нему и с энтузиазмом начал перебирать конечностями, чтобы побыстрее добраться к противоположному бортику, пока Минхо всё так же висел на спасательном круге со слегка обиженным выражением лица. — Аппа! Ты пришёл купаться? Ты никогда раньше не купался со мной! Ура! — прощебетал мальчик, опираясь локтями о бортик и хлопая в ладоши с широкой улыбкой, пока Минхо за ним молча водил пальцем по воде, пытаясь не выдать того, что он не умел плавать. Как будто Джисон этого не заметил. — Решил посмотреть, как вы проводите время, — улыбнулся он и повернул голову к Минхо, что показывал большие пальцы вверх и одновременно старался дотянуться до дна, чтобы добраться до мелководья пешком. — Отлично! Только Мин-хён вообще не умеет плавать! Я пытался его научить, но он даже в круге не умеет! Вызови дядю Пака, пусть он его научит, а то у меня не получается, — радостно выдал всю подноготную мальчик, заставив Минхо залиться краской. Его запах стал совсем кислым, и Джисон не удержался от едва слышной усмешки. — Минхо, ты вырос на Чеджу, — заметил альфа, на что парень лишь опустился локтями на бортик плюшки и уставился на Джисона через тёмные линзы очков. — Меня в шесть лет чуть не унесло в море, и с тех пор я не пытался учиться плавать. Я могу только в лягушатниках, — проворчал он, на что Джисон по-доброму фыркнул и опять проверил карманы, чтобы удостовериться, что в них не затерялось ничего важного. После, он аккуратно спрыгнул в бассейн в одежде и уцепился за край круга, чтобы подтянуть Минхо к бортику со стороны мелководья. Тот радостно вцепился в плитку, и растянул губы в широченной улыбке, когда смог чуть продвинуться и наконец достать ногами до пола. — А я легко смогу выплыть из моря, — гордо заявил Феликс, вновь отплывая, чтобы показать, как хорошо у него был развит этот навык. Джисон молча наблюдал за ним, после чего выдохнул и покачал головой. — Не будь таким самонадеянным, сын, — просто заявил он, без желания его обидеть или пристыдить. Просто ему надо было понимать, что даже не все профессиональные пловцы могли выбраться из сильного течения, что уж там было говорить о маленьком ребёнке. Однако Феликс воспринял его слова слишком серьёзно, и сразу стушевался, кивая. Его губки слегка надулись и он понуро опустил голову, на что Джисон неловко моргнул и почесал шею. — Твой аппа прав, Бокк-а. Иногда в море уносит даже хороших пловцов. Слышал про квадратные волны? — мягко обратился к Феликсу Минхо, и тот покачал головой из стороны в стороны, забираясь внутрь круга. Его погрустневшее в миг лицо опустилось на красочный бок пончика. — Обычно ветер дует с одной стороны, но иногда он может дуть с нескольких. Тогда волны образуют на поверхности воды узор в виде квадратиков. Это очень опасное явление, ведь никто не знает, как поведёт себя вода в следующий момент. Даже хорошего пловца может унести в открытое море или вообще под воду. И хотя это очень редкое явление, никогда не стоит быть самонадеянным, — ласково проговорил Минхо, на что Джисон неловко кивнул. Он совсем забыл, что детям, вероятно, нужно было объяснять свои слова, иначе они воспринимали их не тем образом. — У нас эти квадратные волны редкие и обычно не видны на берегу, зато у нас на южном побережье часто очень сильные течения и отливы. Даже меня могло бы унести в открытое море, — Феликс опять понуро кивнул, после чего Джисон выдохнул и подтянул грустного мальчика на круге к себе, мягко убирая мокрые волосы с его лба. — Я не ругаю тебя, сын. Просто может казаться, что течение бывает только в реках, а сильное — только в горных, но это не так. Вода очень опасна. Поверхность вполне себе может выглядеть спокойной, в то время как под её поверхностью вода течёт от берега, так ещё и с огромной скоростью. — Но я хорошо плаваю! — упрямо заявил мальчик, и Джисон еле удержался, чтобы не закатить глаза на эти опрометчивые слова. — Уговорил, я всё равно беру отпуск через несколько недель. Поедем к морю, как раз плохая погода будет. Вот и посмотрим, как ты шикарно плаваешь, — строго заявил мужчина, и Феликс угрюмо кивнул, после чего отвернулся к Минхо и больше не пытался ни в чём убедить Джисона. Альфа на секунду опешил, а затем всё же закатил глаза. Как же с ним было трудно. Почему мальчик просто не мог понять, что это не пустые слова, что действительно опасно лезть в воду. Как будто Джисон ему шутки тут шутил. Минхо переводил взгляд то с малыша, то на его отца, после чего выдохнул и подтянулся на бортик. — Бокк-а, твой аппа не имел в виду, что ты плохо плаваешь. Если бы он так считал, то позволил бы тебе плавать без нарукавничков? Просто он пытается объяснить тебе, что открытые воды несравнимы с домашним бассейном. Даже с глубоким бассейном, — терпеливо и нежно объяснял Минхо, и Джисон едва удержался от отчаянного кивка. Именно это он и имел в виду. И к тому же, как он мог считать, что Феликс плохо плавает, если он на его глазах спокойно кружил по бассейну? Так ещё и до этого видел, как тот плавал с инструктором. Но Феликс всё равно, мягко говоря, разозлил его своей упёртостью. В кого он только родился таким упрямым? Удивительно, как Минхо хватало на детей терпения. Джисон бы на его месте утопился, а не повис на круге. — Аппа просто не верит, что я делаю что-то хорошо! — тихо прошептал Феликс Минхо, но Джисон всё равно его услышал. Мальчик плавал чуть поодаль от него, и уж точно не говорил едва слышно. Злость смахнуло, как рукой, и вместо него пришло чувство глубокого стыда. В своё время он не обижался, не пытался перечить или выражать своё мнение по поводу отца, но в глубине души он всегда думал так же. Думал, что все вокруг считали его недостаточным, что никто не верил в то, что он может делать что-то хорошо. Но он-то любил своего сына, и считал, что тот способен на всё. Одновременно было стыдно и обидно, что его сын не чувствовал от него поддержки, и хотя он знал, что, вероятно, сам был в этом виноват, легче от этого не становилось. — А мне кажется, что твой аппа считает, что ты у него талантливый. Смотри, он же нанял тебе инструктора по плаванию, верно? Стал бы он это делать, не веря, что ты можешь чего-то добиться? — таким же тихим, но слышным шёпотом ответил Минхо, заставив ребёнка задуматься. Феликс повис на круге, после чего всё же развернулся к Джисону и выдохнул. — Прости, аппа. Ты прав, что в море опасно. Там ещё водятся акулы, которые могут съесть человека, а ещё я слышал в видео одном, что в Марсианской впадине живёт мегалодон! И он самый опасный среди всех морских обитателей. Он больше меня в тысячу! Нет, в миллион раз! — с энтузиазмом начал делиться информацией Феликс, после чего его лицо резко погрустнело. — От него, наверное, и правда не уплыть. Только через его нос, если он не успеет меня проглотить, — апатично заявил он, и Минхо рядом легко рассмеялся. — Повезло нам, что эта «Марсианская» впадина далеко, верно? — с улыбкой спросил Минхо, на что Феликс нахмурился и покачал головой. — Я посмотрел на карте, и если он правда такой большой, то ему доплыть до нашего берега за секунду можно! Там от нашего берега до этой впадины буквально моя ладошка! — в этот раз на утверждение Феликса фыркнул Джисон. Да, что-то такое сказал их одноклассник про «Титаник». Совсем чуть-чуть же до берега на карте, почему они все замёрзли? — Я думаю, что даже десятком человек его не прокормишь, и он всё же предпочитает добычу покрупнее, — сказал Джисон, и Феликс облегчённо выдохнул. — Ну и хорошо. Там ещё сказали, что в Марсианской впадине много других неизученных животных может быть огромных и старых. Я думаю, что он их кушает. Или его кушает огромный осьминог! Главное, чтобы они там на десять миллиардов триллионов метров оставались все, я не хочу их видеть, — Джисон на секунду замер, пытаясь понять, пошутил ли его сын про расстояния. Глубоководные рыбы на то и глубоководные, чтобы жить на глубине, а если они всплывут, то, скорее всего, не факт, конечно, но вполне возможно, просто растекутся. Они не выдерживали обычного атмосферного давления точно так же, как люди подводного. Он уже хотел было сказать это, когда Минхо начал смеяться и ущипнул Феликса за щёчку. — Я не дам им тебя скушать, Бокк-а. И тем более морской король думаешь не удержит их от тебя? Он вообще-то и на страже порядка стоит, — заявил Минхо, и Джисон не мог понять, откуда у него столько фантазии, чтобы отвечать на глупенькие вопросы ребёнка, да так, чтобы закрыть разговор. — Спасибо, Мин-хён! — радостно улыбнулся мальчик. — Пусть морского короля никогда не свергнут в его королевстве. Он классный!

***

Джисон не провёл слишком много времени с Минхо и Феликсом, через пятнадцать минут, когда его мозг опять начал подкидывать тревожные мысли, ему пришлось вернуться к себе. Даже если ему хотелось провести с ребятами чуть больше времени. Но он так же гордился собой, что всё же смог выйти к ним, хотя изначально не собирался этого делать. Именно поэтому он легко сел за работу, без какого-либо чувства сожаления. Возможно, если бы он всё же ушёл, то сейчас бы думал, как они проводят время. Была ли у Джисона возможность вписаться в их маленький мир? Мог ли он перестать быть угрозой собственному ребёнку? Однако сейчас он уже полдня работал над своими задачами, и его мозг не накручивал себя. Тем более после фотографии, присланной Минхо. Феликс радостно бросал ему мяч, его зубки мило выглядывали из-под губ, веснушки рассыпались по носу и щекам, а каштановые волосы прилипли ко лбу. Джисон стоял чуть поодаль, его лицо нельзя было охарактеризовать эмоциональным, как у Минхо, но, если приглядеться, уголки его губ чуть приподнялись вверх. Брови не так сильно нависали над глазами, да и взгляд казался гораздо мягче, чем обычно. Джисон сохранил фото и добавил его в отдельную папку, где у него были немногочисленные фотографии Феликса, после чего с чистой совестью продолжил работать. До момента, когда в его дверь не начали постукивать. На часах было полдесятого вечера, и Джисон подумал, что, возможно, Минхо сегодня уложил Феликса пораньше. Тот наверняка должен был вымотаться. Он встал с кресла и подошёл открыть дверь. Как только раздался щелчок, в комнату метеором влетел подпрыгивающий на носочках мальчик, держащий в руке небольшой блокнотик. На странице, что он зажимал, мужчина мог разглядеть только рисунки луны и какие-то неясные числа. За Феликсом медленно и слегка смущённо проскользил Минхо. Джисон непонимающе выгнул бровь, и именно в этот момент мальчик чуть ли не дал ему по лицу своим блокнотиком, так настырно пихая его ему в глаза. — Аппа! Сегодня сказали, что будет много персекоидов! А ещё сегодня новолунье! Мы пойдём смотреть на звездопад, как в прошлом году? — восторженно щебетал мальчик, крутясь вокруг, пока Минхо лишь пожимал плечами и смущённо опускал глаза в пол. — И ещё можно будет потрогать водичку? Хочу, чтобы она сверкала! Она будет сверкать? А то она иногда не сверкает! — Джисону казалось, что если Феликс ещё раз подпрыгнет, то он взорвётся, как граната. И всё бы ничего, конечно, но тогда их всех размажет по стенам, если эти стены вообще останутся. — Я уговаривал его пойти хотя бы завтра, чтобы не срывать тебя таким образом с места, но Феликс против, — усмехнулся он и поправил волосы неловким движением руки. Джисон не проводил время с Феликсом, но у него всё же была с ним одна традиция — ходить в июле–августе в безлунные ночи на пляж и пару часиков ждать персеиды (хоть сам мальчик упорно зовёт их персикоидами). Мужчина поощрял интерес своего сына к космосу, даже если он был завязан на простом восторге от красоты неба. Джисон бы, наверное, сам не отказался от подобного в детстве, вот только его дом находился в Сеуле с сильнейшим световым загрязнением. Он даже звёзд не видел, что уж там было говорить о звездопадах, млечном пути или других явлениях. — Всё в порядке. Я всегда с ним хожу смотреть на метеоритные дожди летом. Если хочешь, то можешь пойти с нами. Местность действительно хорошая для наблюдения за звёздным небом. Плюс у меня есть здесь что-то вроде кусочка только своей территории, — спокойно заявил Джисон, пожимая плечами. Феликс рьяно закивал, после чего, пританцовывая, выбежал из комнаты с лаконичным «Я собираться!». Минхо проследил за тем, чтобы тот безопасно добежал до своей комнаты, после чего повернулся к нему. — Правда? — спросил он, и Джисон непонимающе выгнул бровь, подходя к встроенному в стену шкафу, чтобы вытащить одежду, в которой он собирался выйти на улицу. — Ты точно уверен, что всё хорошо? — уточнил Минхо, и мужчина фыркнул, смотря на него чуть насмешливо. — Всё хорошо. Эта традиция действительно давняя. Феликс увлекается космосом чуть ли не с младенчества. И именно поэтому его комната и чердак сделаны в таком стиле. Я иногда пытаюсь понятно рассказать ему о чем-нибудь интересном. Вдруг в будущем он будет главой компании по созданию космических кораблей? — усмехнулся Джисон, склонив голову набок. Он медленно вытащил чёрную футболку из гардероба, после чего отложил на кровать. Минхо медленно кивнул, после чего сжал губы. — Ты не ужинал, кстати. Не хочешь спуститься вниз и поесть? Я пока соберу Феликса? — предложил парень, и Джисон не нашёл ничего лучше, чем просто кивнуть.

***

Джисон поужинал в одиночестве, в холодной темноте кухни, и сел ждать Феликса и Минхо на диване в зале. За окном было темно, свет едва исходил от бассейна бирюзовыми волнами, и то совсем слабо. Небо казалось чернильным. Не то, что безлунным, но и беззвёздным тоже. Как будто они все разом упали на землю, и зрелище было упущено. — Аппа! — Феликс прыгнул к нему на диван. Через плечо перекинута пушистая сумка, из которой выглядывала игрушка плюшевого кота. — Мы собрались! — сам мальчик был одет в чёрную футболку со светящейся в темноте звёздочкой на животе и лёгкие джинсы. Минхо стоял за ним в белой футболке и такого же цвета брюках, держа в руках небольшую сумку. — Отлично, — единственное, что сказал Джисон, прежде чем выйти на улицу. Свежий солоноватый ветер тут же ударил в лицо, обдавая вечерней прохладой. Звёзды мигали в чернильном небе, но из-за ламп в саду некоторые совсем маленькие почти нельзя было разглядеть. Чуть вдалеке подсвечивалась база отдыха, которой управлял Джисон. Он выдохнул, после чего открыл ворота, кивнув охране. Феликс проскользнул за ним и радостно подпрыгнул, хлопая в ладоши. На его лице растянулась широкая улыбка, когда он вытащил из сумки игрушку и начал ей показывать окружение. Джисон затаил дыхание и склонил голову набок. Сердце болезненно сжалось от мысли, что он не справлялся с ролью достойного отца. Он ни с чем не справлялся. — Нян-и хочет историю про Пастуха и Ткачиху! Аппа, расскажи, пока мы идём, — бурля от предвкушения, попросил Феликс, на что мужчина передёрнул плечами. Он пересказывал эту легенду точно раз двадцать до этого, и каждый раз новым игрушкам сына. Честно, он не понимал, почему его ребёнку так сильно нравится именно эта история, и как он вообще не устал её слушать. — Может, что-то новое? — попытался Джисон, рукой убирая ветку с дороги, чтобы Феликс случайно не поцарапался или не напоролся на что-то острое. — Есть китайские легенды. Я тебе не рассказывал про Чёрного Воина Севера? — с надеждой в голосе спросил мужчина, но Феликс оставался непреклонен. — Минхо не слышал историю про Пастуха и Ткачиху! Он должен услышать! — возмущался мальчик, почти заставив Джисона закатить глаза. Он был уверен, что Минхо слышал эту историю столько же раз, сколько её успел послушать Феликс за свою короткую жизнь. Она настолько популярна в Корее, что ничего знать о ней было просто невозможно. Тем более, когда эта легенда напрямую касалась праздника Чильсок, от которого у всех сносило крышу, ведь это же такая романтика. Джисона, если честно, этот праздник никак не трогал. Он, вероятно, просто ничего не чувствовал, вот и всё. — Ладно, — выдохнул мужчина, после чего пнул камень с тропинки в кусты и придержал Феликса за плечо, чтобы он не убегал. — У Царя Неба была дочь с золотыми руками. Звали её Чиннё. Она прекрасно ткала и шила одежду, вот только в один момент она увидела, как внизу, на земле, работал пастух Кёну, — спокойно, почти монотонно пересказывал Джисон. История настолько частая в их доме, что каждое слово отскакивало на автомате. — Чиннё влюбилась в пастуха, и они начали тайно встречаться, да так увлеклись, что совсем позабыли о своих обязанностях, — волны с моря бились о берег, запах стал ещё солонее, даже с лёгкой горчинкой. Феликс совсем затих и лишь на последних словах едва слышно выдохнул, как будто не знал, что будет дальше. Минхо спокойно шёл рядом, слушая легенду из уст Джисона даже, казалось, с интересом. Они ступили на песок, и мужчина поёжился от неприятного чувства, как грязь забивалась между узоров на подошве. — Чиннё забросила рукоделие, а от Кёну убежал весь скот. Царь Неба заподозрил что-то неладное, и в итоге застукал влюблённых с поличным. Как же он был зол, но надо было что-то делать. В итоге Чиннё и Кёну обвенчали, но жить вместе им не позволили. Превратил их Царь Неба в звёзды Веги и Альтаира в созвездиях Лиры и Орла, заставив их жить вдали друг от друга. — Джисон страдальчески выдохнул. Эта легенда уже в печенках у него сидела, и он хотел поскорее её рассказать. Он уже видел тёмный силуэт беседки вдалеке, и в его мыслях было лишь одно: побыстрее до неё добраться. — Какой же отвратительный этот Царь Неба! Ему нельзя быть отцом! Нельзя! — вскрикнул Феликс, прыгая по песку и поднимая грязь. Он грозно сжал руки в кулачки и уставился на Джисона, что уже хотел продолжать. Минхо едва слышно хихикнул и поднял мальчика на руки. — Что там дальше? — подал голос Минхо, и мужчина опять многострадальчески вздохнул. — Был лишь один день в году, когда они могли увидеть друг друга, да и то издалека, — продолжил он. — Седьмое число седьмого лунного месяца. Но даже тогда их разделяла млечная река. В конце концов сама природа взбунтовалась против такого жестокого решения, из-за чего в день их встречи начали слетаться птицы со всего мира, чтобы по их телам влюблённые могли перейти через млечный путь и действительно встретиться, — Джисон с надеждой смотрел на приближающуюся беседку. Как же он терпеть не мог эту легенду. Одно счастье — Феликс и Минхо, казалось, наслаждались его рассказом, смотря в небо, через которое растянулась полоса того самого млечного пути. В центре оно подсвечивалось ярким белым светом, а по краям растянулись пылевые облака синих и фиолетовых оттенков. К горизонту путь слегка тускнел, приобретая тёплые серые оттенки. — В общем, потом им опять приходится расстаться на целый год. Конец, — заканчивает Джисон и усаживается на скамейку в беседке, растекаясь по дереву. Феликс нахмурился, после чего сел рядом. — Ненавижу этого Царя Неба. Он самый плохой аппа на свете! — пробурчал он, заставив мужчину с любопытством скосить на него глаза. — Аппа! — мальчик вдруг подскочил и взял Минхо за руку. — А ты же таким не будешь, да? — спросил он, на что Джисон неопределённо пожал плечами. Смотря кого приведёт домой Феликс. — А кого ты уже собрался вести под венец? — шутливо, но при этом серьёзно спросил мужчина, на что мальчик довольно обнял Минхо. — Кого-то, как Мин-хён! — с энтузиазмом пролепетал Феликс, на что Джисон выгнул бровь. Альфа на мгновение задумался, после чего понял, что в его ответе не было ничего удивительного. Минхо был идеальным омегой: добрым, заботливым и кротким. Хороший пример для выбора спутника в будущем. Джисон неопределённо мотнул головой, после чего опять посмотрел на Феликса. — Сначала дорасти, а потом уже поговорим, — сказал он и облокотился о стенку беседки, на что Феликс надул губы и повернулся к Минхо. — Мин-хён, а хочешь я тебе покажу созвездия Лиры и Орла? Про которые говорил аппа в легенде? Я их легко вообще найти могу! — он быстро повеселел, когда омега кивнул на его предложение, и повёл к воде, чтобы указать куда-то в небо чуть выше горизонта, где сияла яркая голубоватая звезда. — Вот она Чиннё! Вега! А от неё идёт такой вот хвостик из звёздочек! Это и есть созвездие Лиры, — воодушевлённо рассказывал Феликс, после чего перевёл палец чуть ниже, указывая на белую яркую звезду. — А это Кёну, то есть Альтаир, — он обвёл пальцем область млечного пути, где сияли звёзды, после чего обернулся к Минхо и Джисону, чтобы убедиться, что они смотрят. — А вот это всё — орёл! Минхо нежно улыбнулся мальчику и потрепал его по волосам. Джисон не знал, почему он не мог оторвать взгляд от этой картины. На угольно-чёрном небе сияли звёзды и млечный путь. Небо казалось почти что объёмным, как будто бы молочная полоса была многослойной. Волны шуршали, облизывая берег, и, если приглядеться, было заметно, как вода отбрасывала ярко-синие искры. Феликс довольно улыбался, жмурясь от радости, пока Минхо… Минхо рядом смотрел на него с нежностью. Джисон не мог оторвать от него взгляд. Его тёмные волосы отблёскивали в тусклом свете звёзд, а кожа казалась плотной, но полупрозрачной, почти что стеклянной, как волны. Мягкие губы растянулись в умилённой улыбке, и мужчине было тяжело признаться себе в том, что он задержался на них чуть дольше, чем позволял этикет. И хотя это всё, конечно, имело значение: Минхо был поистине красив, как звезда на небосводе, однако, не это заставило Джисона смотреть на него без остановки. А его глаза. Его глаза не были похожи на те, что привык видеть Джисон всю свою жизнь. Вместо привычной пустоты и холода в них плескались теплота и искренность. По его взгляду легко можно было прочитать любые его мысли, они буквально плавали на поверхности. А свежий, сладкий запах мандаринов в воздухе лишь укреплял догадки. Минхо читался легко. Минхо был тёплым и нежным. Джисон сам не заметил, как расслабился. Его мозг работал медленно, не успевая цепляться за тревоги. Прохладный ветер обдувал его тело, а соль с моря забивалась под кожу, чуть раздражая нос. Он не хотел, чтобы это чувство хоть когда-то заканчивалось. Несмотря на то, что он не был заперт в своей комнате, так ещё и был за пределами дома, Джисон чувствовал себя в безопасности. Он чувствовал себя счастливым. — Там сверкает водичка! Хочу! — Феликс встал с места и пошёл по пляжу искать сломанные ветки, чтобы потом поводить ими чуть вдали от берега по воде. Минхо не стал отпускать его одного и пошёл вместе с ним, пытаясь найти нечто подходящее. Джисон пару секунд помялся, после чего встал и пошёл за ними на расстоянии. Несмотря на то, что он чувствовал себя спокойно, он не хотел делать шаг ближе. Ему нужно было как-то привыкнуть к тому, как умиротворённо он ощущал себя рядом с Минхо. Было непривычно, и немного страшно. Он никогда не испытывал ничего подобного. Он никогда не чувствовал себя спокойно рядом с людьми. — Нашёл! Бокк-а, тебе такая была нужна? — Минхо поднял длинную тонкую палку с песка. Феликс тут же закивал, протянув руки. — Пойдём! Там щас вода чуть-чуть сверкать будет! Вот так вот, — он свёл большой и указательный пальцы друг к другу, после чего широко улыбнулся и побежал к воде, чтобы с размаху ударить палкой по волне. Пара голубых искр пошли по морю, заставив мальчика смеяться. Минхо встал рядом с Джисоном и потянулся, наблюдая, как Феликс колошматил воду, пытаясь вызвать голубые брызги. — А знаешь, почему она так сверкает? — спросил Минхо, на что ребёнок пожал плечами. — Аппа говорил, но он так сложно это сказал, что я уже забыл, там что-то было про морские дино какие-то там, наверное, завры, — Джисон хотел возразить, что он вовсе не рассказывал замудрённо, а просто сказал точное название фитопланктона — «динофлагеллят», как вдруг Минхо рядом тихо засмеялся. Слова застряли в горле. Джисон задумчиво перевёл взгляд на Минхо. Да что же с ним такое было? Почему он не мог отвести от него глаз? Чертовщина какая-то. Минхо точно был дьяволом и просто притворялся хорошим, чтобы в один прекрасный момент полностью загипнотизировать Джисона. Других объяснений у мужчины на этот счёт попросту не было. — Это такие малюсенькие организмы в воде, и с латыни их название переводится, как морские светлячки. То есть, ты их вполне можешь называть морскими светлячками и это будет правильно, — мягко объяснял заинтересованному Феликсу Минхо. Джисон хотел заметить, что это лишь один вид, самый распространённый называется «морскими светлячками», но есть ведь и другие, и некорректно их обобщать, но потом он взглянул на Феликса, и в его глазах сиял такой неподдельный интерес, что Джисон опять проглотил все слова. — Днём они впитывают солнечную энергию, считай, загорают, а потом ночью, когда мимо кто-то проплывает и задевает их — они начинают сверкать. Но это не просто так, — Минхо вытянул палец перед носом мальчика и надул губы. — Это защитный механизм. Так они пытаются уберечь себя от опасности, ведь маленькие морские обитатели боятся яркого света, — Феликс посмотрел на палку в своих руках, затем перевёл взгляд на море, потом опять на палку. Его глаза резко расширились, губы распахнулись, а руки быстро отбросили от себя ветку. — Это я их бил, получается?! — вскрикнул он, закрыв в ужасе рот руками, на что Джисон по-доброму усмехнулся. Наивный глупыш. — Не переживай, эти морские светлячки тоже не святые. Знаешь, как они ещё защищаются? Подставляют рыбёшек, подсвечивая их на съедение крупным хищникам, — попытался успокоить мальчика Джисон, надеясь, что это поможет ему избавиться от чувства вины, но Феликс лишь нахмурился. — Почему в мире кто-то кушает других? — спросил серьёзно он, и Джисон замер, как вкопанный. Как стоило объяснить ребёнку, что это было необходимо каждому для выживания? Джисону просто говорили, что есть изначально сильные особи, а есть такие грызуны, как он. Природа специально создавала слабых, чтобы существовали хищники. — Потому что всем нужно кушать, Бокк-а. У каждого есть своя еда, — мягко объяснял Минхо, и Джисон, если честно, почти завидовал своему собственному сыну. Ведь даже будучи взрослым он боится, что его съедят. Даже если он живёт среди людей и ничем не отличается от остальных. Он никак не мог перестать верить в то, что был просто кормом для других. По небу скользнула звезда. Затем ещё одна. Они быстро рассекали небо и исчезали в тумане млечного пути под радостные визги Феликса, что смотрел на них с детским восторгом. Джисон безумно любил его.