Серафина и семь шагов до весны

Утро началось тревожно. И дело было не в погоде — хотя небо, казалось, специально выбрало оттенок тяжёлого свинца, чтобы дополнить настроение. Весь Хогвартс гудел с самого рассвета. Ученики спешили в Большой зал, притормаживали в коридорах, выглядывали в окна. Даже преподаватели были как-то не по себе — слишком ровные улыбки, слишком чёткие шаги. Слухи об обмене, о Турнире, об артефакте по имени Кубок Огня давно перестали быть слухами. Серафина шла к завтраку в привычном темпе — никуда не спешила, не сбавляла. Внутри неё царил обычный порядок. Почти. Она не любила перемены. А ещё больше не любила, когда все вокруг от них в восторге. — Фииина! — Джордж догнал её у поворота к залу. — Ты не выглядывала в окно? — Я сегодня вообще не выглядывала из себя, — буркнула она. — Что, гости уже прилетели? — Почти. Туман над озером, говорят, как молоко. А где-то сверху видели, как что-то огромное спускается с неба. — Может, наконец здравый смысл, — сказала она и открыла дверь в Большой зал. Их встречал непривычный вид: мантии были глаже обычного, свечи горели как будто ярче, а стол преподавателей сверкал до неестественного блеска. Даже слизеринцы сидели чуть ровнее, чем обычно. — Вот и начинается, — пробормотала Фина, занимая своё место между Кэти и Джорджем. Тот явно не мог усидеть. Он всё время оглядывался, дёргал рукав мантии, поднимал взгляд к потолку. Где-то за их спиной шептали первокурсники. — Успокойся, ты выглядишь как эльф, которому дали в руки нож, — заметила она. — Но ведь они должны появиться с минуты на минуту! Она скользнула по нему взглядом. — Кто? Принцессы? Именно в этот момент двери Большого зала распахнулись. В зал вошли ученики из Шармбратона. Первой шла высокая девушка в серебристо-голубом плаще. Её движения были плавными и чёткими, как будто она шла по подиуму. За ней — ещё дюжина. Мантии были длинные, почти воздушные, лица — спокойные, грациозные. Ни одной улыбки. Ни одной неловкой походки. Их появление вызвало эффект парализующего зелья. — Мерлин. — Ты видел третью слева? — Нет, посмотри на вторую! Фина стиснула зубы. Головы мальчиков поворачивались, как будто у всех был встроенный заклятием компас. Даже старшекурсники поднимались, чтобы лучше видеть. Некоторые застыли с ложками на полпути ко рту. Фред, к её удивлению, просто смотрел молча. А вот Джордж... Он усмехался. Повернулся к Фреду, что-то ему сказал — и потом кивнул в сторону девушек. А потом — поднял руку и чуть пригладил волосы. Ты что, издеваешься? Фина отвернулась. — Они красивые, — заметила Кэти. — Элегантные. И, кажется, уверенные. — Они... обычные, — процедила Фина. — В хорошей упаковке. — Ты только что почти признала их привлекательность. — Я признала, что знаю, как работает шоу. Не более. Но, несмотря на слова, что-то у неё внутри дрогнуло. Джордж всё ещё смотрел в сторону новеньких. И не просто смотрел. Оценивал.

***

Спустя минут двадцать зал наполнился гулом — снова. На этот раз со стороны озера. Все поднялись. Кто-то уже стоял на скамье. Далеко, за окнами, над водой поднимался туман. Из него медленно выныривал силуэт корабля. Не лёгкий и сияющий — тёмный, массивный, с острым носом и парусами, которые словно поглощали свет. — Это они, — шепнул кто-то. — Дурмстранг. Когда двери зала открылись во второй раз, внутри стало холоднее. Ученики из Дурмстранга вошли чётким шагом, в длинных темных плащах, массивные, как скала. Впереди — Виктор Крам, молчаливый, мрачный, почти неотличимый от собственной тени. За ним — остальные. Один из них, чуть сбоку, выделялся: русоволосый, с резкими скулами и голубыми глазами. Он не улыбался — но его лицо не было каменным. Скорее, живым. Ищущим. Он скользнул взглядом по залу. Мимо факультетов, мимо столов. И остановился. На ней. Серафина Блэк. Спокойная, прямая спина, тёмные волосы, ровный взгляд. Она сразу поняла — он смотрел на неё. Не как на часть толпы, а как будто выбирал. Они встретились глазами — на секунду. Потом он прошёл дальше. — Вот и все. Теперь, как в театре, ждём кульминации, — пробормотала она. — Акт первый: ревность, — добавила Кэти. — Я не ревную. — Ты сверлишь взглядом всех девушек из Шармбатона. Фина ничего не ответила. Потому что это было слишком близко к правде. В Большом зале горели все свечи, и даже столовые приборы блестели сильнее обычного. Пахло свежим хлебом, жареным мясом и каким-то новым пряным соусом, который явно пытались приготовить только для впечатления гостей. Фина сидела ближе к краю гриффиндорского стола — не потому что так хотелось, просто не хотелось слышать восторженные вздохи Лаванды Браун, пересчитывающей вслух «шесть красавиц из Шармбратона, и все выше, чем я». — Мерлин, у них даже осанка волшебная, — вздыхала Парвати. — А как они едят! Как будто балет на столе. — Они просто жуют, — отрезала Фина. — Только не открывая рта. — Это тоже искусство, — с серьёзным видом добавила Джинни. Фина не ответила. Она вообще с самого ужина не особо участвовала в разговорах. Потому что слышала, как где-то недалеко смеётся Джордж. И это был не просто смех — он был лёгкий, флиртующий, не её адресованный. Он сидел через три места. Между ним и Фредом расположилась одна из девушек из Шармбратона — та самая, белокурая, с глазами цвета воды. Она говорила с акцентом, смеялась чуть слишком звонко, но, кажется, никого это не смущало. А его — тем более. Фина попыталась сосредоточиться на тарелке. Вилкой нарезала кусок запечённой тыквы, даже поднесла ко рту — но аппетит исчез окончательно и она бросила вилку в тарелку. — Эм... привет. Она вздрогнула и подняла взгляд. Перед ней стоял тот самый русоволосый ученик из Дурмстранга. Уже без плаща, в строгой, но простой тёмной школьной форме. Он смотрел прямо, но не нагло. Уверенно, но не вызывающе. — Можно? — Он кивнул на пустое место рядом. Фина оценивающе посмотрела на него. Потом — чуть в сторону, куда-то за спину, не глядя ни на Джорджа, ни на реакцию зала. — Садись. Он опустился плавно, без лишнего шума. — Я - Эмиль, брат Виктора Крама, — сказал он. — Я... заметил тебя ещё до ужина. — Я заметила, — ответила она. Не сухо, просто констатация. — Серафина Блэк. Но лучше просто Фина. — Это было... необъяснимо. Не потому что ты красивая, — он сказал это без намёка на фальшь, спокойно, — а потому что ты выглядела, как будто не пытаешься никому понравиться. Это... непривычно. Фина повернулась к нему. — А ты часто подходишь к тем, кто «непривычен»? Он пожал плечами: — Нет. Я редко подхожу вообще. Но здесь всё чужое, и взгляд, который не просвечивает — зацепил. На мгновение воцарилась тишина. Только стук вилок и гул разговоров. В глубине зала снова засмеялись — Джордж. Фина опустила взгляд. — У вас, в Дурмстранге, так всегда говорят? — Нет. Там так не говорят вообще. Но я здесь. А ты — немного как лёд. И, думаю, я предпочитаю лёд — пламени, которое обжигает всех подряд. — Глубокомысленно. Не думала, что здесь начнутся философские вечера. — Не начнутся, если ты не захочешь, — спокойно ответил он. На секунду она удивилась, как чётко он держит границу: ни навязчивости, ни нажима. Просто факт: подошёл, потому что захотел. Говорит, потому что интересно. Всё просто. И при этом странно приятно. Она снова взглянула через стол. Джордж смотрел. Не смеялся. Просто смотрел. А потом отвернулся. Вот и прекрасно, — подумала она. Или, по крайней мере, хотела так подумать. — Так что ты думаешь о Турнире? — спросил Эмиль, снова спокойно. — Думаю, это хорошая возможность показать, кто есть кто. — И ты будешь участвовать? Она фыркнула: — Мне достаточно быть зрителем. Видеть, как кто-то ломает нос на третьем испытании — вполне развлечение. И вообще, мне нет семнадцати. Так что, даже если бы очень хотела, то все равно не смогла. Эмиль улыбнулся — по-настоящему. Не ухмылка, не показное восхищение — просто лёгкая, одобрительная. — Знаешь, мне кажется, ты бы отлично справилась. Твоя магия — в удержании себя. Фина ничего не ответила. Просто еле заметно кивнула. Она не знала, почему это казалось... не лестью. А уважением. И всё равно, даже спустя разговор, даже после того, как Эмиль поднялся и вежливо попрощался, а потом пошёл обратно к своему столу, — ощущение остатков взгляда на затылке не исчезло. Джордж. Он больше не смеялся. И она не знала, что с этим делать.

***

Утром всё было иначе. Хогвартс проснулся в состоянии нервной радости. Не в панике, нет — просто всё вокруг чуть громче, быстрее, острее. Ученики спешили в вестибюль, преподаватели прохаживались с лицами, как будто что-то важное вот-вот должно произойти. И все это знали. Кубок Огня появился внезапно. Он стоял в центре холла, в большом кубке с сияющими синими языками пламени, вокруг — барьер из возрастного заклинания, наложенного лично профессором Дамблдором. Возле кубка собирались группы студентов, разглядывали его, шептались, делали ставки. — Он правда... выбирает? — Рон выглядел как человек, собирающийся предложить Кубку дружбу. — Только самых достойных, — с пафосом проговорил Фред. — Значит, точно не тебя, — сказала Фина, проходя мимо. — Больно, Блэк. Прямо в сердце. Она шуточно закатила глаза и он закинул ей руку на плечо. — Кажется твое вчерашнее общение с один из Дурмстранга обидело Джорджа. — думает Уизли. — Ну, я думаю, у него была достойная компания. — Я видела его утром. — сказала Джинни, вмешавшись в разговор. — Он буркнул на меня, что занят и ушел. Куда, я так и не поняла. К середине дня стало понятно: Кубок — это не просто предмет, это нервный центр школы. Все говорили только о нём. Кто сунет имя, кто не сунет, какие школы кого выдвинут, как действуют чары. — А ты бы сунула? — спросила Алиссия на Зельях, пока Снейп объяснял, как не испариться, работая с дымящимися грибами. — Нет, — ответила Фина, не отрываясь от котла. — Мне нет 17, Ал. — А если бы была возможность? — Я бы лучше пошла спать. Алиссия вздохнула, думая о чем то своем и повернулась на рыжую голову. — Джордж флиртует с ученицами из Шармбатона. Почему он не обращает на меня внимание, Фин? Блэк проследила за её взглядом и сразу же отвернулась. — Забей, Ал. Он не стоит того. Но вечером в библиотеке всё стало... интереснее. Она сидела у дальнего стола, штудировала пособие по трансфигурации и делала пометки. Все уже привыкли, что Серафина проводит вечера именно так. Она никого не ждала. Она просто была. Как часть пространства. И если бы кто то искал её, все не задумываясь ответили, что она в библиотеке. — Ты часто здесь бываешь. — Голос прозвучал спокойно. Она подняла глаза. Эмиль снова стоял рядом. На этот раз — в обычной мантии, без пафоса, с книгой в руках. — Ты снова, — тихо сказала она. — Я думал, ты будешь в зале. Но потом понял — ты не из тех, кто стоит и смотрит на огонь ради огня. — Я вообще не из тех, кто стоит, — отрезала она, но слегка кивнула на стул. Он сел. — Ваша библиотека слишком шумная. — Это Хогвартс. У нас всё шумное. Даже чайники. — Да, благодаря двум рыжим близнецам, я так и не запомнил... — Фред и Джордж Уизли. — выдохнула она. — Да, точно. Я бы хотел спросить, — сказал он спустя паузу. — Ты всегда так... наблюдаешь? — Наблюдаю? — Ты не говоришь просто так. Но когда смотришь, у людей появляется ощущение, что они под микроскопом. Фина чуть пожала плечами. — Может, потому что я действительно смотрю. А не просто слушаю, чтобы ответить. Эмиль снова усмехнулся — этой своей взрослой, почти непривычной усмешкой. — С тобой невозможно говорить в полсилы. — И это... комплимент? — Это редкость. Она не знала, как на это реагировать. Обычно она знала. Но не сейчас. В коридоре мелькнула фигура. Рыжие волосы. Джордж. Он прошёл мимо, взглянул — быстро, мимолётно. Но их глаза встретились. Она заметила, как он замедлил шаг, будто собирался что-то сказать — и всё же прошёл мимо. И не обернулся. Хорошо. Пусть не оборачивается. Он же был занят.

***

На следующий день Фина снова оказалась в Большом зале. Толпа у Кубка не утихала. Кто-то уже пытался пробиться через возрастное заклятие, кто-то делал ставки, кто-то фотографировал. Джордж стоял в толпе. На этот раз — молча. Рядом с ним не было никого из чарующих гостьи. Он заметил её. — Эй, — коротко сказал он, подойдя. Она остановилась, но не двигалась к нему ближе. — Слышала? Завтра до полуночи последний шанс сунуть имя. — Я не собиралась, — отрезала она. — Я знаю. Просто... хотел сказать, что... Он замялся. Она прищурилась: — Что? — Ты в библиотеке сидела с этим... Эмилем, да? Фина остановилась. Не повернулась сразу, просто осталась стоять, слегка приподняв подбородок. — С чего ты взял? — Слизеринские сплетни. Они, кстати, метко шепчутся. Иногда даже в рифму. — Очаровательно. Надеюсь, ты собираешь коллекцию. Джордж склонил голову набок, разглядывая её. Он не выглядел злым. Скорее... озадаченным. Или, как бы он сам выразился, «не в духе, но без повода». — Ясно, — сказала Фина, чуть выдохнув. — Удивительно, насколько ты доверяешь Слизерину, когда дело касается меня. Он проигнорировал. — Приходи сегодня к нам в комнату. Мы с Фредом придумали новые вредилки. Она покосилась на него, прищурилась, как всегда делает, когда не доверяет ни единому слову, но в глубине глаз уже появилось то, что не скроешь — интерес. А за ним — всё то же: привычное тепло. — Вы не будете пробовать их на мне. Сразу предупреждаю. — Клянусь своей бородой, которую наконец убрала мне мадам Помфри. — Джордж драматично приложил руку к груди. — Она ушла, но воспоминания остались. Согласен, звучит глупо, ведь прошел всего час, но..я дорожил ей. — Отлично, — усмехнулась Блэк. — Я приду. — Да? — Да.

***

В комнате у близнецов всегда пахло корицей, пылью и каким-то странным травяным порошком, который, по уверению Джорджа, «улучшает слух, а заодно и чувство юмора». Никто, правда, не проверял. Фина сидела на подоконнике, укутавшись в клетчатый плед, который они однажды притащили из гостиной. Джордж развалился на ковре, опираясь на подушку, а Фред копался в коробке с очередными новыми идеями. — Помнишь, как ты разлил зелье роста и жаба Невилла стала размером с кошку? — спросил Джордж, улыбаясь. — Она смотрела на меня, как будто хочет стать моим опекуном, — Фред потёр переносицу. — Причём налоговым. Фина рассмеялся и он достал из коробки какой-то пузырёк. — А ты? Джордж, не хочешь вспомнить, как ты пытался флиртовать с ведьмой, а после оказалось, что она наш новый преподаватель? — Это была ловушка! — Джордж поднял руки. — Мантия была слишком молодёжной. Это подстава. — Это была профессор Вектра, — уточнила Фина. — Она читает лекции по звёздной магии и уверена, что ты «имеешь потенциал, но слишком много пылишь». — Я оставил след в звёздах, вот и всё. Блэк покачала головой и отхлебнула тыквенного сока из кружки. За окном медленно оседал туман. Было уютно. Тихо. Без давления. — Ну, давайте честно, — сказала она. — Кто из нас троих выживет в зомби-апокалипсисе? — Я, — ответили близнецы одновременно. Фина рассмеялась. — Нет, ну серьёзно. — Я умею прятаться, — пожал плечами Фред. — А я умею быстро бегать. — Ты спотыкаешься через шаг. — Так это отвлекающий манёвр. — Ты просто падаешь, Джордж. — Это часть стратегии. — Конечно. Умер с замыслом. Они засмеялись — громко, искренне, как будто ничего на свете не было важнее этого момента. Фина подтянула колени к груди, улыбаясь. — А я бы выжила, — добавила она. — Я бы просто притворилась зомби. — Не отличишься, — фыркнул Джордж. — Ты и так иногда ходишь, как будто мир тебе должен. — Он действительно мне должен. За терпение. — Ты будешь первой, кого укусят. — Тогда я сразу же пойду за вами. А если не сумею, то буду преследовать вас в ваших кошмарах. Они вновь рассмеялись. Тишина повисла на секунду, но она была... не пустой. Спокойной. Фред зевнул и встал. — Ладно. Я пойду поищу наш запас «взрывных конфет». Если они всё ещё не взорвались. — Он подмигнул и вышел. Они остались вдвоём. Джордж вытянулся, положив руки за голову. — Всё меняется, а здесь — будто ничего. Как сидели с первого курса, так и осталось. — Именно поэтому я сюда и прихожу, — тихо сказала Фина. Он повернул к ней голову. — Рад, что ты пришла. Она не ответила. Просто осталась сидеть на подоконнике, завернувшись в плед, слушая, как Фред где-то в коридоре громит шкаф.