Серафина и семь шагов до весны

Сентябрь выдался сухим и прозрачным — небо было чистым, а воздух по-осеннему хрупким. Древние башни Хогвартса в утреннем свете казались чуть более бледными, чем обычно, и солнце, проникая сквозь окна, рассыпалось по каменным полам залов золотистой пылью. Учебный год набирал обороты, но Хогвартс ощущался другим — не таким, каким его знали прежде. Официальные будни в Хогвартсе были однообразны и душны. Амбридж, словно зловредный воздушный шар, распухала от собственной важности. Каждый день — новые указы. На стенде объявлений было больше табличек, чем нормальных расписаний. — Я скоро сойду с ума от этого «декоративного ада», — шептал Фред в Большом зале, глядя на свежепоявившийся плакат: «Указ №27: ученикам запрещено объединяться в группы более трёх человек без письменного разрешения от Главного Инквизитора.» — Да она просто боится, что мы начнём петь хором «Амбридж — жаба». — усмехалась Анджелина, налегая на овсянку. — Я бы записала это в школьный гимн. — добавила Фина, пряча усмешку. — Только я бы туда вставила слово на «г». — Генералша? — подмигнул Джордж. — Я имела в виду другое, — с невинным видом сказала Фина, делая глоток тыквенного сока. Их четвёрка — Фред, Джордж, Анджелина и Серафина — стала неразделимой. Вместе они сидели на завтраках, вместе уходили на занятия, вместе собирались в комнате близнецов по вечерам, обсуждая новые проделки, сплетни и последние безумные идеи. Комната близнецов, хоть и разделённая с другими мальчиками, всегда была полна жизни. Но в какой-то момент — особенно вечером — она превращалась в уютное укрытие. Фина лежала на спинке кровати Джорджа, перебирая его заметки по новому «Проекту-Х», а он, полулёжа рядом, подшучивал над её «серьёзной моськой». — Если ты добавишь к этой формуле ещё один грамм порошка из шиповника, всё взорвётся. — она ткнула пером в формулу. — Это и есть цель, — беззлобно улыбался Джордж. — Мы с Фредом называем это «Подсказка экзаменатору». — Ага, вспышка, треск, амброзия, ты — гений. — фыркнула Анджелина с подоконника. — Я предпочитаю «Дымовуха и побег». — заметил Фред, вытаскивая из-под подушки очередную мини-вредилку. — Серьёзно, Джинни говорит, что Амбридж уже вешает крошечные таблички даже в туалетах. — Скоро запретит делать вдох без её разрешения. — фыркнула Серафина. — А я вообще хочу задать ей один вопрос на уроке. Просто интересуюсь, как сильно ей не понравится. — Только не дай себя подставить. — Джордж нахмурился. — Ты уже попала под её когти. Вдруг в окно застучала сова Анджелины, которая принесла свежий выпуск Ежедневного пророка. — Есть что нибудь интересное? — Нет, сплетня о бас-гитаристке «Ведуний». Та, выходит замуж. — Джонсон усмехнулась и тут вскрикнула. — Постой ка, это же мистер Блэк! — Что там? — нахмурилась Фина. — «Министерство магии получило сведения из надёжного источника, что осуждённый за массовое убийство Сириус Блэк... ля-ля-ля... в настоящее время скрывается в Лондоне! Министерство предупреждает волшебное сообщество, что Блэк крайне опасен... убил тринадцать человек... совершил побег из Азкабана...» — Что за бред!? Это неправда! — «А его дочь, мисс Серафина Блэк, если вы помните скандальную статью в конце прошлого учебного года, совсем стала копией своего отца. Как нам передают наши источники: "Серафина Блэк? Ох, та ещё...она непростой человек, то с одним, то с другим. Я думаю, ей стоило бы определиться. Её парню явно не повезло." "Мисс Блэк становится похожей на своего отца. Пререкается, дерзит на уроках. Я считаю, её должны исключить." Да уж, очень интересна эта семейка. Следующие новости...» — Алиссия и Амбридж. — прошипела Фина. — Эта сука... — Анджелина с громким хлопком положила газету на кровать Джорджа.

***

Именно после этого инцидента стало ясно: нужно что-то делать. Так родилась идея Отряда Дамблдора. Гарри, Гермиона, Рон, Джинни, Невилл... И, конечно, Серафина, близнецы и Анджелина — все были среди первых. Собрания были тайными, но наполненными настоящим смыслом. Стены Выручай-комнаты скрывали их, а каждый вечер приносил ощущение борьбы за свободу — не просто заклинания, а голос против лжи. Они не просто учились защищаться. Они снова чувствовали себя живыми после миллионов теорий.

***

В тот вечер коридоры Хогвартса были наполнены мягким жёлтым светом факелов и приглушённым гулом голосов. Серафина вышла из библиотеки, держа в руках книгу, которую даже не пыталась читать. Джордж ушёл на встречу с Фредом, они обсуждали новый ингредиент для фейерверков, а Анджелина задержалась в общей гостиной. Впереди, у поворота, показалась фигура — высокая, уверенная, со светлыми густыми волосами. — О, ну конечно. — произнесла знакомая голос, и Серафина сразу замерла. — Мисс Блэк собственной персоной. — Алиссия? — удивилась Фина. — Привет. — с едкой усмешкой повторила та. — Или ты предпочитаешь, чтобы к тебе теперь обращались: «подруга основателя Отряда» или «новая Уизли»? Серафина нахмурилась и сделала шаг вперёд. — Что ты имеешь в виду? И говори тише, Гарри ведь просил. Если ты не уважаешь меня, уважай хотя бы своего товарища по команде и того, кто спасает тебе жизнь уже 15 лет. — Это не тебе решать, как я должна относиться к Гарри. Ты слишком хорошо это знаешь, не делай вид. — Алиссия скрестила руки на груди. — Раньше ты была другой, Фина. Весёлая, честная, не лезла в каждую дыру, как сейчас. С тех пор, как ты стала с Джорджем — тебя просто не узнать. Серафина прищурилась. Её голос стал холоднее. — Думаешь, я изменилась из-за Джорджа? — Ты изменилась из-за того, что теперь тебе хочется быть везде и сразу. Ты с Анджелиной шепчешься о тайном клубе, со всеми старостничаешь, хотя это Рон и Гермиона старосты, Амбридж уже на тебя зуб точит, а ты только рада — тебе же внимание нужно. — Тебе больно, что это внимание не тебе? — отчеканила Серафина. — Что ты сказала? — Ты поняла меня. — Серафина шагнула ближе. — Я всегда думала, что ты была мне подругой. Что мы в одной команде. Но, похоже, ты только ждала момента, чтобы обвинить меня во всём, что не получилось у тебя. — Я не завидую тебе! — воскликнула Спиннет. — Нет, ты просто не выносишь, когда кто-то рядом сияет. Потому что думаешь, что для этого кто-то должен потухнуть. — Серафина заговорила жёстче. — Прости, что я не обязана быть тенью, чтобы тебе было комфортно. Наступила пауза. Две девушки смотрели друг на друга в гулком коридоре. Алиссия сжала губы. — Стерва. Из за тебя я потеряла любовь всей своей жизни, а затем и лучшую подругу! Она развернулась и ушла прочь. Когда Фина вернулась в комнату, там уже сидели Фред, Джордж и Анджелина. Серафина опустилась на кресло, откинулась на спинку и прикрыла глаза. — Что-то случилось? — Джордж подошёл и сел рядом. — Поругалась с Алиссией. — тихо. — Всё в порядке? — Анджелина нахмурилась. — Я просто устала. — прошептала Фина. — От людей, от лицемерия. От всего. Джордж приобнял её, крепко прижав к себе. — Ты не одна. И ты ничего не должна никому доказывать. Особенно тем, кто сам не знает, чего хочет. Серафина слабо улыбнулась, уткнувшись в его плечо. — Спасибо. — Всё ещё хочешь отравить Амбридж? — спросил Фред, вытаскивая из сумки пробирку. — Только если ты сначала испытаешь на себе. — усмехнулась Серафина, и они все засмеялись.

***

Серафина сидела на самой верхней ступеньке трибуны стадиона, закутавшись в шарф Гриффиндора. Ветер трепал края мантии, но лицо её было весёлым, ясным — она любила смотреть на тренировки, особенно когда летал он. На поле слаженно кружились игроки. Джордж промчался над ней, блеснув лукавой улыбкой, и она усмехнулась. Анджелина махнула ей снизу, а Фред, пронесшись в считанных метрах, изобразил воздушный поцелуй, на который Серафина ответила показным отвращением. — Прекрати, Уизли, не позорь меня! — в шутку закричала она, и кто-то из младших студентов рядом захихикал. Она уже почти не чувствовала обиды на Алиссию. Они с Кэти сидели поодаль, перебрасываясь короткими фразами между упражнениями, будто и не замечали Серафину. Фина и не стремилась — она знала, кто с ней по-настоящему. — Можешь ты хоть раз не флиртовать прямо посреди полёта? — проворчала Анджелина, когда приземлилась рядом с близнецами. — Мы тренируем не только физическую форму, но и моральный дух! — торжественно объявил Фред. — Особенно мой. — Джордж приземлился и чуть запыхавшись, снял перчатки. — Я весь день держусь только на том, что знаю: вон там, наверху, сидит девушка, которая смеётся над всеми моими шутками. Серафина закатила глаза, но не переставала улыбаться. Наступило утро матча. В воздухе чувствовалось напряжение, как перед грозой. Серафина сидела на трибуне с Джинни, обе закутаны в бордово-золотые шарфы. Анджелина сжала в руках метлу, давая последние указания команде. Стая сов пронеслась над стадионом, пока толпа ревела от нетерпения. Гриффиндор против Слизерина. Классика. — Не могу поверить, что Малфой всё ещё капитан. — пробормотала Серафина, пристально глядя вниз, где слизеринцы выстроились в зелёную линию. — Не переживай, мы их сделаем. — усмехнулась Джинни, тоже внимательно следя за братьями. Матч начался с визга свистка мадам Трюк, и мётлы с оглушительным гулом взмыли вверх. Серафина всматривалась в точку, где Джордж ловко отразил бладжер и дал Фреду возможность вырваться вперёд. Зал ревел. Вскоре Анджелина набрала первое очко. Серафина вскочила и закричала, подбадривая их. — ДАВАЙ, АНДЖЕЛИНА! Матч шёл напряжённо. Гриффиндор то отставал, то вырывался вперёд. Малфой, как всегда, вёл себя мерзко, что-то кричал с вершины поля. Слизеринцы играли грубо, грязно. Но команда Гриффиндора держалась. Наконец, Гарри с блеском поймал снитч, и трибуны взорвались. Гриффиндор выиграл. Но радость длилась недолго. Когда Серафина снова посмотрела на поле, она увидела, как Джордж, Гарри и Фред резко спустились на землю. И тут Малфой начал кричать. — Нет. — прошептала Серафина и тут же вскочила. — Нет, нет, нет. — Спас Уизли от позора? — сказал белобрысый. — Хуже вратаря я не видел... но он же на помойке родился. Тебе понравились мои стишки, Поттер? Гарри не ответил. Он повернулся к своим игрокам: они приземлялись один за другим с ликующими криками, молотили кулаками по воздуху — все, кроме Рона, который слез с метлы возле шестов и в одиночестве поплёлся к раздевалке. — Мы хотели сочинить ещё пару строк! — крикнул Малфой, глядя, как Алисия и Кэти обнимают Гарри. — Но рифм не нашли к «толстой» и «уродине», хотели и про маму его спеть... — Спой про «зелен виноград», — с отвращением бросила ему Анджелина. — ...и к «бездарному тупице» — это про его отца... Фред и Джордж, пожимая руку Гарри, услышали эти слова и напряглись. Они повернулись к Малфою. — Бросьте! — сказала Анджелина и схватила Фреда за руку. — Брось, пусть его орёт. Злится, что проиграл, ничтожество... — Но ты ведь любишь эту семейку, а, Поттер? — издевался Малфой. — Каникулы у них проводишь? Как только вонь эту выносишь, не пойму. Хотя, пожив у маглов, небось и помойке рад? Гарри вцепился в Джорджа. Анджелина, Алисия и Кэти втроём удерживали Фреда, рвавшегося к Малфою, а тот смеялся им в лицо. Гарри поискал глазами мадам Трюк, но она всё ещё выговаривала Крэббу за нечестную атаку бладжером. — А может, ты помнишь, как воняло в доме у твоей матери, — пятясь, продолжал Малфой, — и в свинарнике Уизли узнаёшь родной запах? Она бросилась вниз, толкаясь в толпе студентов, пока не достигла нижнего яруса. Гул усилился. Кто-то закричал, кто-то свистнул. Когда она выбежала к краю поля — мадам Трюк уже оттолкнула Гарри и Джорджа мощным заклинанием от Малфоя, чтобы остановить драку. — Что вы делаете! — крикнула мадам Трюк. Гарри встал на ноги. Малфой скорчился на земле, он стонал и хныкал, из носа текла кровь. У Джорджа вспухла губа; Фреда насилу удерживали три охотницы, а позади хихикал Крэбб. Серафина кинулась к своему парню. — Джордж! — она опустилась рядом, хватая его за плечи. — Ты в порядке? — Всё нормально. — тяжело дыша, прохрипел он, глядя на неё снизу вверх. — Я вмазал ему по красивой мордочке. — Ты идиот. — она прислонилась лбом к его. — Но я бы сделала то же самое. — Не стоит. — хмыкнул он. — У тебя кулак слабее. — Но язык острее. — она чуть улыбнулась, поглаживая его щёку. — Никогда в жизни не видела такого поведения! Марш в замок, вы двое, и немедленно в кабинет декана. Отправляйтесь! Ну! — Прости, надо идти, иначе меня точно исключат. — хмыкнул Джордж. — Не знаю, что страшнее. Выговор от профессор МаГонагалл или исключение. Гарри с Джорджем пошли с поля; оба тяжело дышали. Вой и улюлюканье зрителей постепенно затихали позади, и, когда они вошли в вестибюль, не слышно стало ничего, кроме звука их шагов.

***

— Запретили, — простонала Анджелина, когда они собрались вечером в гостиной. — Запретили. Без ловца и без загонщиков... что же за команда? Победного настроения как не бывало. Куда бы ни посмотрели, всюду расстроенные или злые лица, а сами члены команды, как выпотрошенные, валялись в креслах перед камином. Все, кроме Рона, который так и не появлялся после конца матча. Серафина обрабатывала двоим раны, последним был Джордж. — Это просто несправедливо, — говорила убитая горем Алиссия. — Крэбб запустил бладжером после свистка, и хоть бы хны! — Да, — уныло подтвердила Джинни (они с Гермионой сидели по бокам от Гарри). — Его только пожурили, я слышала, как Монтегю смеялся над этим за ужином. — А Фреду запретить, когда он ничего не сделал! — Алиссия стукнула кулаком по колену. — Не по своей вине не сделал, — ощерился Фред. — Я этого гадёныша размазал бы, если б вы втроём меня не держали. Анджелина с усилием встала. — Иду спать. Может, завтра окажется, что всё это было дурным сном... Завтра проснусь, а мы, оказывается, и не играли. За ней вскоре ушли Алиссия и Кэти. Чуть позже поплелись в спальню Фред с Джорджем, свирепо глядя на всех, мимо кого пролегал их путь, а потом отправилась на боковую и Джинни. Фина решилась на разговор, который долго мучал её, когда она, Гермиона и Гарри остались втроем в гостиной. — Гарри, слушай, я...я... В эту секунду позади послышался скрип — Полная Дама повернулась, и в портретном проёме появился Рон, бледный, волосы в снегу. Увидев друзей, он остановился как вкопанный. Грейнджер вскочила. — Где ты был? — Гулял, — буркнул Рон. Он всё ещё был в спортивной форме. — У тебя замёрзший вид, — сказала Гермиона. — Садись к камину! Не глядя на Гарри, Рон подошёл и сел в самое дальнее от него кресло. Беспризорный снитч просвистел над их головами. — Извини, — промямлил Рон, глядя в пол. — За что? — спросил Гарри. — Я думал, что могу играть в квиддич. Завтра с утра откажусь. — Откажешься, — разозлился Гарри, — от команды останется три человека. — И в ответ на недоумённый взгляд Рона объяснил: — Нас выгнали навсегда. Меня, Фреда и Джорджа. — Что? — задохнулся Рон. Ему рассказала Гермиона. Гарри был не в силах повторять эту историю. После рассказа вид у Рона стал совсем несчастный. — Я во всём виноват... — Не ты заставил меня налететь на Малфоя, — сердито ответил Гарри. — ...если бы я не опозорился на квиддиче... — При чём здесь это? — Я из-за песни завёлся... — Любой бы завёлся... Гермиона встала, отошла к окну, подальше от спорщиков, и смотрела, как вьётся снег за стеклом. — Слушай, кончай! — взорвался Гарри. — И так тошно, а тут ещё ты со своими угрызениями! Рон умолк, мрачно уставясь на мокрый подол своей мантии. Немного погодя он сказал: — Мне никогда ещё не было так паршиво. — Зато ты теперь не один, — со злостью отозвался Гарри. — Фина, ты что то говорила? — Знаешь, неважно. Лучше не сейчас. Сладких снов, ребят. Она поднялась и тут же ушла в свою комнату, не успели они и моргнуть.

***

Зима в Хогвартсе пришла внезапно, заваливая башни и парящие в небе мосты белоснежной пудрой, ослепительно чистой и плотной. На следующий день после первого снега, коридоры были полны радостного смеха, шаловливых шарфов и перчаток, а из всех углов раздавались звуки, как кто-то, засунув варежки под мантии, шептал: «Акцио снежки» и с хохотом бегал от ответного заклинания. На заднем дворе, где за ближайшей изгородью дымились заснеженные теплицы профессора Стебель, царила настоящая снежная баталия. Гриффиндорцы, когтевранцы и даже несколько пуффендуйцев играли, бегали, катались в снегу и смеялись. Серафина, запыхавшись, прижалась к покрытому инеем каменному столбу у края поляны. Снег осыпался с её капюшона, и она смахнула его, обернувшись, чтобы проверить, не летит ли новый снежок ей в спину. Рядом задышал холодным паром Фред — весь в снегу, с румяными щеками и взлохмаченными волосами. — Пригнись! — крикнул он, и в тот же миг снежок влепился прямо в лоб её шапке. — Поздно. — Фред Уизли! — заорала Серафина, схватила охапку снега и швырнула в него. — Это война! — Да вы и так проигрываете! — крикнула Анджелина с холма, сбивая Рона с ног метким броском. — Один — ноль в пользу команды с интеллектом! — Больше похоже на команду с плохим прицелом! — ответил Фред и полетел вниз по склону, хватая снежки обеими руками. Из-за большого куста, плотно усыпанного снегом, вынырнул Джордж и подбежал к Серафине. Пока она пыталась вновь прицелиться в брата, Джордж протянул руки и с видом полного спокойствия отряхнул с её плеч снежную крошку. — Ты вся в снегу. — сказал он нежно. — Моя снежная фея. — Джордж, это не романтично, когда твоя снежная фея сейчас зашвырнёт тебя снежком в глаз. — хмыкнула она, но всё равно чуть склонилась в его сторону. — Ну же, вали! — Никогда. — он приобнял её, и, резко опустив голову, шепнул: — У тебя снежинка на реснице. — Что? — Серафина моргнула, и он поцеловал её в уголок губ. Она тихо фыркнула. — Ты ужасный. — Но тёплый. — отозвался он, и тут же с глухим «ух!» получил снежок от Фреда между лопаток. — Всё, перемирие отменяется! Смех, снег, крики, колкие шутки и грохот бегущих по замёрзшей земле ног наполнили Хогвартс весельем, которое невозможно было удержать даже самыми злыми указами Амбридж.