Серафина и семь шагов до весны

1 курс Серафины.

Серафина сидела за большим столом в подземельях, склонившись над своим учебником по зельям. На её чернильной мантии отражались колебания света от сквозняков, гулявших по подземелью. Рядом аккуратно лежали ингредиенты — сушёные коренья, ломтики мандрагоры, пузырёк с измельчённой костяной пылью. — Привет, эм, ты... Серафина Блэк? — раздался за спиной тонкий голосок, немного хрипловатый от волнения. Фина обернулась. Перед ней стояла девочка с круглым лицом, чуть растрёпанными каштановыми волосами и веснушками, пересыпанными по щекам, будто крошки от шоколада. Она нервно теребила край своей школьной сумки. — Да, — спокойно ответила Серафина, разглядывая её сдержанным, внимательным взглядом. — А ты Алиссия Спиннет. — Откуда ты знаешь? — удивлённо моргнула та. — У меня хорошая память. И ещё я подслушала, как тебя звала профессор Макгонагалл, — фыркнула Фина. — Нас определили в одну спальную комнату. — О. Можно я... с тобой? Сесть? — Болтливая? — усмехнулась Серафина, прищурившись. — Я... ну... мама говорит мне иногда заткнуться, — честно пробормотала Алиссия. Фина на секунду задумалась. В её глазах что-то дрогнуло — будто она узнала в этой девочке кого-то очень знакомого. — У тебя с ней проблемы? — мягко спросила она. — Я не очень хорошо с ней лажу. Мы часто ссоримся. Она хотела, чтобы я попала в Пуффендуй, как и она. Но я в Гриффиндоре. А ещё... она не понимает, почему я хочу быть охотником, — пробормотала Алиссия, опуская взгляд. — Ей не нравится квиддич. Может это из за папы, он бросил её ради этого спорта, но.. — Мисс Спиннет, сядьте уже на место, — раздался голос Снейпа, ледяной и отстранённый. — Урок начался. Алиссия резко кивнула и села рядом с Финой, стараясь не задеть её локтем. — Ну что ж, — пробормотала Фина, открывая книгу. — Смотри и учись. Лучше не ошибайся, у Снейпа память хуже моей, но злопамятность куда крепче. И с этого началась их... дружба. Не совсем близкая, не исповедальная, не та, о которой пишут в книгах. Но — настоящая. Плотная, как нитка между пальцами. Они не проводили всё время вместе, но часто пересекались — в зельях, на квиддичных трибунах, в библиотеке, у камина. Иногда — в обнимку, иногда — на расстоянии.

***

Фина помнила, как однажды, в библиотеке, она застала Алиссию, тихо всхлипывающую над учебником по Трансфигурации. Она села рядом, не говоря ни слова, просто молча протянула ей носовой платок с вышитой серебром буквой S. — Спасибо, — прошептала та. — Это за то, что ты тогда подставила руку, когда я чуть не упала в полуподвальный проход у класса ЗОТИ, — просто ответила Фина. — Один-один. Были и игры. Вечера, когда они, на пару с близнецами, засовывали слизеринцам скунсовое зелье в плащи. Или когда Алиссия принесла нелегальные пирожные из кухни, и они впятером — Фина, Алиссия, Джордж, Фред и Ли Джордан — устраивали мини-пир в библиотечном коридоре. Иногда Алиссия приносила ей книжки, зная, что Фина не любит просить, а читать обожает. — Я тебе завидую, — однажды сказала Алиссия тихо. — Ты всё делаешь так легко. Говоришь, как хочешь. Люди тебя слушают. — А ты громче кричи, — пожала плечами Фина. — Тебя услышат. Или бей кастрюлями. Или целуй кого-нибудь. Всё работает. — Джордж считает так же. — влюбленно проболтаться она. Блэк подняла глаза с книги на пол, а после сделала вид, что продолжает читать. — Ты влюблена в него? — Это слишком заметно? — Да, ты рисуешь его имя на подушке и бормочешь во сне. — Черт. Не то, чтобы я стыжусь этого, но знаешь...что если это не взаимно? — Когда время придет, он обязательно заметит, как ты влюблена в него. — Ты так думаешь? — Не нужно искать свою любовь, Ал. Она придет сама.

***

Третий курс. Осень только начинала золотить Хогвартс, и в Большом зале витал запах тыквенного хлеба, корицы и крепкого кофе. У гриффиндорского стола царила привычная утренняя неразбериха: совы приносили почту, ложки стучали по тарелкам, издалека доносился чей-то смех. Серафина сидела, подперев щеку рукой, и не отрывалась от книги о древних рунах. У неё перед глазами бегали строки, а на столе — остывала овсянка с кусочками яблок. Рядом Анджелина и Кэти оживлённо обсуждали новую стратегию игры, то и дело сверяясь с бумажной схемой поля. — Я всё же думаю, что если поставить тебя на центр, мы сможем взять контроль над мячом быстрее, — говорила Кэти, размахивая пером. — Ага, и тогда Монтеггю не успеет даже понять, что произошло. — Анджелина фыркнула, по-хищному ухмыляясь. — Представляю его лицо. — Мерлин, он... он сделал мне комплимент! — вдруг, будто ураганом, вбежала Алиссия. Голос её был взволнованным, почти визгливым, глаза — сияющими, щеки — пылающими. Она резко остановилась у края стола, тяжело дыша. — Что? Кто? — одновременно ахнули Кэти и Анджелина, моментально прерывая разговор. Фина подняла глаза от книги, чуть приподняв бровь. — Джордж! — выдохнула Алиссия. — Он сказал... сказал, что ему нравится мой ободок! Представляете?! Он... он сказал, что он "прикольный", и... и что мне идёт! — Ну, если по-честному, он правда идёт тебе, Ал, — улыбнулась Анджелина, слегка наклоняя голову. — Сочетается с глазами. — Я же говорила тебе. Стоило просто подождать, — фыркнула Кэти. — Я знаю, — прошептала Алиссия, садясь рядом с Финой и, не сдержавшись, с неожиданной силой обняла её. — Ты была права, Фина. Он заметил! — Воу, тише. — Серафина улыбнулась, чувствуя, как хрупкие руки Алиссии сжимают её с такой радостью, что казалось - сейчас у неё хрустнут рёбра. — Ты сейчас задушишь меня. — Прости. — Алиссия захихикала, смахнув непослушную прядь с лица. — Я просто... я так счастлива! На душе у Серафины, несмотря на улыбку, поселилась странная тяжесть. Её улыбка была настоящей - но с привкусом чего-то несказанного. Что-то кольнуло внутри, еле ощутимо. Она заглушила это чувство, упрятав глубже - в ящик, где и так хранилось уже немало несказанного. — Я рада за тебя, правда, — искренне сказала она. — Джордж... он умеет быть добрым. Особенно, когда кто-то ему по-настоящему нравится. Анджелина посмотрела на неё пристально, как будто уловила что-то в голосе. Но ничего не сказала. — Думаешь, мне стоит к нему подойти потом? — прошептала Алиссия, будто забыв, что рядом весь стол. — Может, лучше подожди до вечера. — Серафина поправила кудрявую прядь. — Дай ему время. Иногда, чем тише ты ведешь себя - тем громче тебя слышат. — Мудро, как всегда. — Алиссия засмеялась. — О, я хотела бы быть такой, как ты. Такой уверенной. Фина ничего не ответила, только вернулась к своей книге. Тихо, будто ничего не произошло.

***

Четвертый курс. Зима.

Буря над озером. Библиотека, теплая и тёмная, пахнущая пергаментом и корицей. Алиссия сидела напротив, читая в полголоса вслух отрывки из книг, а Фина что-то быстро записывала в тетрадь. — Думаешь, меня возьмут в команду по квиддичу, если я попрошу Анджелину? — спросила Алиссия, уронив голову на скрещённые руки. — Не если, а когда. Ты ловко летаешь. У тебя реакция быстрая. Анджелина — не дура, она увидит. — Фина повернулась к ней и чуть улыбнулась. — Главное — не пытайся понравиться кому-то ещё. Играй, как будто ты уже в команде. — Как ты так спокойно всё говоришь? — вздохнула Спиннет. — У тебя всегда всё получается. — Не всё. Я просто молча делаю. Это работает. На четвёртом курсе они уже не были неразлучны, как в начале, но всё равно могли найти время друг для друга. Алиссия завела новые компании, часто тусовалась с ребятами из квиддичной команды, и, если честно, Фину это устраивало. Она предпочитала тишину и стабильность. И всё же... они всё ещё сидели рядом на трансфигурации. Всё ещё делили пирог с черникой, если он был слишком кислым. Всё ещё могли прошептать что-то смешное на уроке МаГонагалл, когда та особенно дико закатывала глаза. Но особенно запомнился вечер в спальне, в середине пятого курса. Алиссия пришла поздно. Фина уже лежала в постели, но не спала. — Он снова сказал, что я смешная, — выдохнула Спиннет, сбрасывая туфли. — Думаешь, это значит что-то? — Это точно не обидно, — фыркнула Фина, повернувшись на бок. — Джордж говорит, что Фред "загадочный как грязь". Так что ты ещё в хорошем положении. — Иногда мне кажется, что ты ревнуешь. — Алиссия села на край кровати. — О чем ты? — Блэк нахмурилась. — Если вы поженитесь, я буду твоей подружкой невесты. — Обязательно. — Алиссия улыбнулась. И ведь это была правда. Даже если внутри что-то сжималось от боли, Фина никогда не хотела зла. Их дружба — не идеальная, не вечная, не слишком глубокая — была чем-то особенным. Алиссия была частью её становления, как и близнецы, как и всё в этом сумасшедшем Хогвартсе. Тепло на кончиках пальцев. Отпечатки воспоминаний. Обрывки вечеров, смеха, исписанных свитков и скомканных переживаний. Сейчас всё было по-другому. Но в глубине сердца — та маленькая часть себя, которую они поделили, осталась нетронутой. И именно это Фина вспоминала в тишине своей комнаты, склонившись над старым фото, где они обе улыбаются, подложив друг другу снежки за шиворот. Она прикрыла глаза и смахнула слёзы горечи.

***

Фина распахнула дверь так резко, что та ударилась о стену. В комнате было прохладно — солнце клонилось к закату, золотистый свет падал на пол, отбрасывая длинные тени. Джордж сидел за столом, что-то писал, по привычке склонившись над черновиком новой идеи для витрины. Он поднял голову — и замер. На её глазах блестели слёзы, щеки были вспыхнувшими от злости и обиды. Она держала в руке что-то мелкое, сжимала так сильно, что пальцы побелели. Несколько прядей волос упали на лицо, но она даже не подумала их убрать. — Серафина... — начал он, но не успел. Кулон ударился о стол с металлическим звуком, затем — кольцо, катящееся, пока не упало на пол и не застыло у его ног. Он знал их. Узнавал слишком хорошо. Кулон, который он дарил ей в канун Рождества. И то самое кольцо, с которым он встал на одно колено и сделал ей предложение. — Забери это, — голос Фины дрожал, но не ломался. — Я не хочу хранить то, что теперь ничего не значит. — Что ты... — И в итоге, ты поступил как все остальные. — сказала она тише, но сдавленно. — Бросил меня, как только я... как только я по-настоящему тебя полюбила. Джордж встал, но она отступила на шаг. — Я никогда не чувствовала себя настолько преданной. Она развернулась, и звук её каблуков разнёсся по пустым коридорам магазина, отсечённый, резкий, как выстрел. Он не пошёл за ней. Не окликнул. Только остался стоять, вцепившись пальцами в край стола. Эти слова... "Ты поступил как все остальные." Они впились в его разум, как ножи. Прошёл, наверное, час. Может, больше. Витрины уже мерцали вечерними огнями, улицы утихли. Джордж вышел на задний двор магазина, чтобы выбросить мусор. В руках — коробка с обёртками, черновиками, стеклянной банкой из-под какого-то старого зелья. Он швырнул её в бак — и замер. На земле, рядом с мусором, стояла аккуратная, но потрёпанная коробочка. Бумага помялась от влаги, но крышка была открыта, словно нарочно. И оттуда выглядывали белые ушки. Белый лис, которого он подарил на 14 февраля. Открыв коробку, он понял: здесь были все подарки, которые он когда-либо дарил Серафине — начиная с первого курса. Игрушки, открытки, зачарованный шарф, самодельные кулоны, их миниатюрная модель магазина, котенок из оригами, даже старые листовки с вредилками, на которых он подписывался её шутливыми прозвищами. В углу лежали завядшие полевые цветы, те самые, что он тайно оставлял ей каждый День святого Валентина. Он подарил ей ещё одни, перед пасхальными каникулами. И помнил, что заколдовал, чтобы они простояли дольше обычного. Коробка молчала. Так же, как и он.

***

Бар был полупустым, пахло жжёной карамелью и дымом от сладкого табака, магические огоньки лениво плавали под потолком. Фина сидела за угловым столиком, обхватив руками кружку с горячим сливочным элем, когда услышала за спиной: — Даже не здороваешься? Она обернулась. Перед ней стоял Фред — в тёмной куртке, с немного усталым, но всё тем же дерзким взглядом. Его волосы были растрёпаны, а взгляд — мрачнее, чем обычно. — Фред? — её голос был удивлённым. — Мерлин, я не думала, что... — Я знал, что рано или поздно пересечёмся, — он уселся напротив, не дожидаясь приглашения. — Просто не думал, что это будет в баре, и мы оба будем выглядеть, как выжатые совы. Фина тихо фыркнула и отпила из кружки. Несколько секунд повисло молчание, прежде чем он заговорил. — Мы с ним поругались, — буркнул Фред, рассеянно покручивая кольцо на пальце. — Чертов идиот. — Поругались? Постой, вы ведь... ну, ладно, вы ругались, но через пять минут уже мирились! А тут... — Целую неделю, Фина. Целую. Неделю. Мы просто игнорируем друг друга. Передаём всё через Анджелину, как два идиота. Он даже не может нормально спросить, где лежит проклятая жевательная слизь — пересылает ей записки. Записки, Фина! — Серьёзно? — она чуть приподняла брови, удивлённо. — Вы всегда были как одно целое... — Я не собираюсь разговаривать с ним, пока вы не помиритесь. — отрезал Фред, не глядя на неё. Она замерла. Сердце застучало чуть быстрее. — Вы поругались из-за меня? — спросила почти шёпотом. И по выражению его лица поняла — да. Фред поднял на неё глаза. Глубокие, усталые, полные боли — и любви. — Конечно из-за тебя. Чего ты ожидала? — его голос был мягким, но резким. — Ты моя сестра. Не по крови, но... как ещё назвать тебя? Ты была с нами с первого курса. Ты — часть нас. А он... он поступил как последний кретин. Он сделал тебе больно. Конечно, я защищу тебя. Я не мог просто стоять в стороне. Фина отвела взгляд. Она не ожидала этого — не такой честности, не такой преданности. Тишина между ними была тёплой, обволакивающей. — О. — только и сказала она, губы дрогнули. — Да. О. — с нажимом повторил он, а потом усмехнулся. — Знаешь, я всегда думал, что ты с ним вылетишь в закат, откроете магазин рядом с нами и заведёте свою армию вредильщиков, которые будут кидать фейерверки на свадьбах. — Звучит... мило. — пробормотала она, сжав ладони. — А вместо этого я выслушиваю, как Джордж делает предложение Алиссии на глазах у всех наших знакомых, а ты — бежишь, сдавленная, как будто весь воздух из тебя вытащили. Фина опустила голову. Глаза защипало. — Он был мне всем, Фред. И всё равно выбрал её. Не потому что любит... А потому что мстит мне. — А ты не забывай: ты сильнее, чем была. Ты выстояла после смерти отца. Ты открыла свою кофейню. Ты встаёшь каждое утро, несмотря на то, что внутри всё разваливается. — Фред наклонился ближе. — Ты достойна лучшего, Фина. Не Джорджа-из-этого-времени. Не того, кто забыл, кем ты была для него. Она резко всхлипнула. Не громко, но Фред тут же дотянулся до её руки и сжал её крепко. — Эй, — мягко сказал он. — Ты же знаешь, я рядом. Всегда. Хоть в три часа ночи, хоть в аду - зови, и я появлюсь. Как на первом курсе, помнишь? Фина кивнула, слабо улыбаясь сквозь слёзы. — Спасибо, Фредди. — Всегда, Финни. Они ещё долго сидели за этим столиком — двое друзей, потерянных, но не одиноких. Пока за окнами шумела магическая улица, внутри росла тишина, полная заботы и непрошеной надежды. Когда подошло время прощаться, они оба встали. — И, Фина? Приходи на нашу свадьбу с Анджелиной. Если тебя там не будет, Андж будет очень расстроена. — Я не собираюсь лишать себя удовольствия из за него. — фыркнула Блэк, но обняла его. — До встречи. — Береги себя.