Со страниц других миров

Ростислав замер перед зеркалом. Дорогой великолепный белый костюм стоил дороже, чем весь бюджет небольшого города, длинные, ниже талии белоснежные волосы были аккуратно заплетены в косу, но в бело-голубых глазах не было и капли радости. Стылая тоска и обречённость совсем не сочетались с предстоящим торжеством в честь Нового года. - Ростислав Михайлович, пора выходить, вы готовы? - Да. Тратиться на слова с этим человеком Слава уже давно не пытался. Личный слуга Отца, сын одного из их родственников ни во что не ставил единственного сына нынешнего воплощения страны - СССР. Что не удивительно, виделись они с ним только перед крупными праздниками.  Лишь 3 раза в год Рос видел своего Отца и ни о какой любви там и речи не шло. Он всего лишь нежеланный ребёнок, единственный смысл которого удачно выйти замуж. Это их 25 встреча. Но в сердце теплилась надежда, что она будет предпоследняя. Если всё получится, то в октябре они уже не встретятся. Роскошный зал мог поразить воображение даже самых искушённых гостей. Вот только Росу было плевать на это. Богатство, окружавшее его с рождения, не приносила никакой радости и лишь раздражала. Золото не греет.                                                                                                    - Явился, наконец. Почему тебя вечно приходится ждать? - Москва, ждущий его у входа был раздражён, как и всегда. - Простите, мать. - Не смей называть меня так, когда рядом никого нет, ничтожество. Я никогда не признаю тебя своим сыном. Они молча вошли в зал, и Ростислав сразу направился к одному из неприметных углов. Нахождение здесь не более, чем просто формальность, дабы не вызвать слишком много слухов в сторону родителей. Стоит мелькнуть пару раз на публике, потом можно будет уходить. По телу прошлись липким взглядом и сразу же бесцеремонно схватили за руку. - О, кого я вижу. А вы редкий здесь гость, Ростислав Михайлович. Складывается ощущение, что в главном корпусе Дворца Воплощений я бываю чаще, чем вы. - Меня не особо интересуют пышные мероприятия. Я предпочитаю больше времени уделять образованию, чем разгульному образу жизни. - О, а я-то уж подумал, что вас просто никуда не приглашают. - Не беспокойтесь обо мне, приглашений у меня более чем достаточно. Я последний год обучаюсь в школе, сейчас следует сосредоточиться на предстоящем поступлении в высшее учебное заведении, если я не хочу опозорить своих родителей провалом при поступлении. - Собеседник, поджав губы, быстро закончил разговор и сбежал. Ростислав знал, что этот индивид уже третий год подряд проваливал вступительные экзамены. Ещё несколько похожих, мерзких, липких разговоров и Рос добрался до укромного места, переводя дыхание. Небольшой перерыв перед очередным погружением в общество. Тихо хмыкнув, парень оценил иронию ситуации. Отец часто хвастался, что свергнул монархию и выгнал буржуев, но глядя на зал сейчас, приходило понимание. Изменились только лица, да аристократы сменились чиновниками. Те же повадки, та же высокомерность. Когда часы пробили 11, Рос увидел Отца. Он был похож на так ненавидимых им буржуев, как две капли воды. Бледная кожа, не знавшая работы на солнце, аккуратные нежные руки, не нёсшие следов никакой физической работы. Военный мундир, стоивший целое состояние с большим количеством медалей, вручённых самому себе, дополняли картину. Это воплощение было изнеженным цветком, ни разу не бывшем ни на пашне, ни в реальном бою, зато мнящем себя выше всех остальных. Отвратительное лицемерие. Один взгляд глаза в глаза и в глазах страны появилось отвращение. Ну, вот и пообщались. Формальность соблюдена, теперь он может уходить. Слушая разговор Отца, Ростислав горько хмыкнул. За всю свою жизнь они ни разу не разговаривали. В детстве он ещё пытался завязать разговор, но сейчас было уже плевать. Его уже заждались. - Мам, я могу идти? -Иди куда хочешь, но не смей нас позорить. – Тихо, никто лишний не должен знать, какие у них на самом деле натянутые отношения. Хотя все и так всё давно знают. Скользнув за двери зала, парень изо всех сил рванул к себе в комнату. Скинуть с себя опостылевший костюм с бесполезными пустыми украшениями, Рос оставил на себе только старинный медальон. Открыв его, Ростислав заглянул в зеркальце внутри, пуская внутрь свою энергию, активируя. Мир вздрогнул, мигнул, и он оказался в совершенно другом месте. Небольшая квартирка встретила своего владельца теплом и уютом. Вытащив из шкафа и надев простой чёрный костюм, Рос взглянул в зеркало. Волосы выбились из косы, торопливо застёгнутый костюм был неровно застёгнут, с галстуком была вообще беда. Но глаза сияли восторгом и предвкушением. Накинув на себя дублёнку с ушанкой, парень вскочил на улицу. Оставалось 40 минут до нового года. Поймав запоздалое, дорогущее такси он мчался на всей скорости к зданию, в котором он вот только был. Окна показывали Москву, столь похожую на ту, в которой он был рождён. Скажи ему кто в прошлый Новый год, что он будет сбегать в параллельный мир от пугающей серости реальности, он бы не поверил. Амулет, случайно купленный на барахолке, открыл путь в почти идентичный их собственному мир. Почти те же события, люди, воплощения. Вот только в этом мире никогда не существовало Ростислава. После Отечественной войны Союз стал бесплоден. Стоило только вбежать в здание, его тут же сгребли в объятья. - Рос, мальчик наш, наконец то ты пришёл. Нормально добрался? – Москва, сгрёбший его, был совсем не такой, как его мать. Яркий, белые волосы были немного растрёпаны, а одет он был в похожий простой костюм. - Привет, Москва. Всё нормально, просто торопился и немного растрёпан. – Яркая улыбка стала бальзамом на душу, израненную презрением родителей. - Пустяки. Пошли, оставишь верхнюю одежду и я помогу тебе. – Великолепный. Его взяли за руку, сразу заводя разговор о событиях, прошедших во время его отсутствия. Стоило снять шапку, как в волосы вплелись пальцы, быстро и аккуратно переплетая косу. - Петербург, привет. – Эти руки он узнает из тысячи. - Привет, малец. Рад тебя видеть. Как день прошёл? - От ласковых прикосновений хотелось зажмуриться и прижаться ближе. - Ужасно. Толпа высокомерных снобов выпила все силы, а тот ужас, в который меня вырядили, стоило видеть. Даже аристократия такое явно не носила. - Уверен, даже в нём ты выглядел великолепно. – Москва, поправив костюм и галстук, с лаской смотрел на своего подопечного. - Пустая трата денег всё это, не люблю я такое. - Всё, готово. Великолепно выглядишь, малец. Пошли в зал, 10 минут осталось. Идя рядом, Рос чувствовал себя по настоящему счастливым. Москва и Санкт-Петербург этого мира были прекрасной парой и за тот год, что они были знакомы, как-то незаметно сумели стать ему настоящими родителями. Они не настаивали, но когда связи со старым миром окончательно порвутся, Слава обязательно назовёт их родителями. Ведь те мать и Отец никогда не были ими, на самом деле. Так, просто формально назывались. Подойдя к месту торжества, Рос увидел простой, без роскоши, но аккуратный и со вкусом обставленный зал. Там были просто одетые люди и воплощения, искренне веселящиеся и радующиеся наступлению Нового года. Множество знакомых лиц здоровались, приглашали к себе в компанию, но Слава искал определённую фигуру. Крупные, огрубевшие от войн и работы, пахнущие хлебом и солнцем, загорелые руки оплели талию, прижимая ближе к родной крупной фигуре. Аккуратно заплетённые, не прилизанные белые волосы и сияющие радостью и любовью золотые глаза. Обычный костюм и никаких украшений или медалей. Поцелуй был мягким, сладким и долгожданным. - Привет, зима моя. Не представляешь, как я рад тебя видеть. – Развернуться в объятьях и прижаться ближе, уткнувшись в сладко пахнущие волосы, оказалось непередаваемо желанно. - Союз, любимый… - Снова поцелуй, сил оторваться просто не было. – Я ужасно скучал. Уходить от тебя с каждым разом всё сложнее, я уже просто не могу! - Всё почти готово, ещё немного и ваша с Отцом связь, как с твоей действующей страной будет разорвана. К середине мая она точно исчезнет, и ты станешь полностью моим.  - Последние слова, произнесённые слегка рычащим тоном, вызвали сладкую дрожь по телу. Раздался бой курантов и все замерли, затихли. Рос и Союз взяли шампанское. Прикрыв глаза, парень загадал то единственное желание, живущее в его сердце последний год. Глаза в глаза и с последним ударом губы вновь слились в нежном поцелуе. В нём было всё. Нежность, любовь, обещание, клятва верности. - С Новым годом, любимый мой. С Новым счастьем. Говорят, как новый год встретишь, так его и проведёшь. Если это так, то он готов жить так вечно.