удачное заселение.
27 августа 2025 г., 20:56
Лето — сезон отпусков, когда люди спешат разлететься по разным странам, поближе к морю и солнцу. Именно поэтому аэропорт Тайланда сейчас переполнен приезжими, а отели забиты туристами.
И в этом году Сынмин не стал исключением. Он вышел из самолета всего несколько минут назад, но уже протиснулся в главное здание в поисках своего багажа. Сеть на телефоне наконец появилась и тот почти сразу стал разрываться от входящих сообщений, а затем и раздражающе вибрировать в кармане.
Ким игнорировал звонки и уведомления сколько мог, ведь первым делом нужно разобраться с вещами, а затем найти выход из огромного зала. И только когда чемодан и сумка оказываются в руках, а одна нога уже стоит на парковке, он поднимает трубку, даже не глядя на экран:
— Да?! — Сынмин раздраженно почти кричит неизвестному абоненту в трубку.
— Ты чо орешь? — а голос по ту сторону кажется уж больно обиженным.
— А чо ты названиваешь?! Я только прилетел!
— Так я волновался!
— Чего тебе, Джисон?
— Хотел узнать, как долетела моя вечно работающая крошка!
— Нормально я долетел.
— Никакого энтузиазма! Ты же в отпуске!
— Да нормально у меня энтузиазма! Ты же знаешь, что я не люблю, когда названивают! — Сынмин освобождает руку от чемодана и потирает переносицу, сводя брови вниз и пытаясь успокоиться. — Давай я тебе из отеля позвоню, а? Приеду, передохну… Хоть весь вечер болтать будем потом.
— Ла-а-адно… — удовлетворенно тянет Джисон и наконец сбрасывает.
Сынмин убирает телефон от уха, облегченно выдыхает и закатывает глаза. Он безусловно любит Джисона, они же друзья как-никак, но иногда его прилипчивость выводит из себя, прямо как сейчас.
На экране он быстро смотрит время. Часовой пояс отличается на пару часов, и это заметно ощущается — голова раскалывается. Перелеты Киму даются крайне сложно, и самым верным решением сейчас будет скорее заселиться в забронированный отель, расслабиться в душе и завалиться спать.
Сынмин оглядывается по сторонам: местность совсем не знакома — в этой стране он ни разу не был, а поиски в интернете ему все равно многого не дали. Тайским он тоже не владеет, но очень надеется, что его ломаный английский поймут.
Вдали он присматривает яркую желтую машину. Чуть прищурившись, Ким разглядывает на ней и привычные шашки, подтверждающие, что это такси. Взяв в руки чемодан, что уже собирался упасть от перевеса стоящей на нем сумки, парень быстро и уверенно направляется вглубь парковки.
Всего через несколько мгновений в виде показанного водителю на телефоне нужного адреса и недолгой поездки, Сынмин стоит у высоких стеклянных дверей и сверяется с фотографиями на сайте.
Теперь можно выдохнуть. Перелет позади, и, хотя головная боль никуда не делась, Ким постепенно расслабляется. Морской воздух города приятно бьет в нос, и это сильно отличается от выхлопных газов родных мест.
«Главное, не переживать…» — думает парень, заходя в просторный холл. Он не путешествовал один никогда, оттого и нервничает. — «Все будет нормально, я же в отпуске!»
На ресепшене Сынмин переглядывается с приветливо улыбающимся администратором, и тоже пытается выдавить из себя лыбу.
— Добрый день. Добро пожаловать в Ocean City. Вы бронировали номер? — речь девушки была четкой и зазубренной до автоматизма, и, услышав знакомый язык, Сынмин заметно повеселел: меньше стресса и мучений с его английским, а тем более с неизвестным ему тайским.
— Здравствуйте. Да, бронь на имя Ким Сынмин, с шестнадцатого по двадцать третье июля, — Ким на всякий случай сверяется с датой на телефоне, который он держал все время в руках.
— Отлично, вы есть в нашей базе. Двухместный номер, верно?
— Да, все верно.
— Ваши документы, пожалуйста, — девушка берет из рук парня паспорт и кладет перед ним несколько листов бумаги. Ловким движением она сканирует документ, сверяется с данными компьютера и возвращает его на стойку. — Заполните и поставьте подписи здесь, — ручкой указывает на нужные места на листах, — здесь и здесь.
Сынмин бегло ознакамливается с договором — благо, хотя бы в отелях он бывал ни раз — и тут же расписывается, соглашаясь со всеми формальностями.
Не успевает он поставить ручку на место, как девушка почти сразу забирает документы, и на их месте оказывается копия договора, пару брошюр и ключ-карта.
— Ваш номер пятьсот четырнадцать, он находится на пятом этаже, — Ким старается поскорее собрать все со стойки, ногой придерживая чемодан и не позволяя ему упасть. А девушка продолжает: — В рамках выбранного тарифа, на территории нашего отеля вам доступны: бассейн, сауна, игровая зона с бильярдом и боулингом, а также бар — он находится на первом этаже, как и столовая, но в другом крыле. К вашим услугам также предоставляется кухня со шведским столом.
Парень кивает почти на каждое слово.
— Если вам нужна помощь с багажом, вы можете обратиться к любому из бельменов доставить его в номер. В случае возникновения каких-либо вопросов, вы можете спуститься на ресепшен или набрать нужный код из справочника, который лежит рядом со стационарным телефоном в вашем номере. Приятного отдыха.
Ким на самом деле еле успевает уловить информацию, отчего тормозит, задерживая очередь. Подобрав себя и свой вечно падающий чемодан, а также игнорируя предложение воспользоваться помощью с багажом, он устало плетется к лифту.
«Надо выспаться, а там и прогуляться…» — мечты о мягкой кровати заполняют голову, пока он с другими туристами поднимается на нужный этаж.
Уже в номере Сынмин оставляет сумки у кровати и, наконец, садится. Вид из панорамных окон великолепный, все как он себе и представлял: море, волны и белый песок. В какой-то степени он даже не верит, что на самом деле находится здесь. Он слишком давно не отдыхал.
Полюбовавшись синевой воды и ярким солнцем сквозь прозрачность стекла, Ким встает. Он так замотался, что даже не успел разглядеть место, где ему придется жить ближайшую неделю. Но решив, что сделает это позже, он опускает свой багаж в горизонтальное положение, ловко достает нужные вещи и отправляется на поиски душевой.
⛱
Под струями горячей воды тело расслабляется, кожа становится невероятно мягкой, и боль постепенно отступает. Сынмин не любит душевые, предпочитая валяться в ванной, но сейчас он довольствуется тем, что есть. Шум из лейки прекращается совсем скоро, и парень уже стоит на теплом махровом коврике и вытирает с себя остатки воды. Зеркало запотело от горячего пара, но Сынмин даже не собирается на себя смотреть — знает, что выглядит уставшим. Когда он выходит, тело сразу обдает прохладным воздухом из кондиционера. Полотенце, висящее на бедрах, прикрывает нагое тело. Капельки воды скатываются вниз и впитываются в мягкую ткань. По ногам пробегают легкие мурашки, и Сынмин слабо вздрагивает. Проходя глубже в комнату, Ким попутно вытирает влажные волосы, уже предвкушая ощущение прохладного постельного белья под собой. Но, оторвав взгляд от пола, он замирает на месте: на его кровати кто-то развалился. «Какого черта…» — Сынмину требуется несколько секунд для осознания ситуации. Он даже трет глаза, не веря им и надеясь, что это все галлюцинации, что он просто перегрелся в душе, и к нему в номер никто на самом деле не ворвался. Но, нет. На кровати действительно кто-то лежит. Сынмин делает пару шагов вперед, осторожно и крайне тихо, будто от этого зависит его собственная жизнь. Оказавшись совсем рядом с незнакомым человеком, он осторожно касается его ноги, стоящей на полу. Парень, совершенно не обращавший внимание ни на что до этого, от касания резко подскакивает и вынимает из уха один наушник. Увидев Сынмина, он испуганно пятится назад, а тот и сам отбегает подальше, будто боясь, что его прямо сейчас ударят. На некоторое время в номере повисает тишина. Но Сынмин не выдерживает и первым начинает визжать, точно как девчонка, увидевшая таракана: — Вы кто такой?! И почему вы в моем номере?! — удивительно, но даже в сложившейся ситуации Ким остается вежливым. Сынмин успевает рассмотреть незваного гостя, прежде, чем тот что-то ответит: парень перед ним одет в красивый летний голубой костюм с белым узором, а свободная светлая майка под рубашкой чуть топорщится на животе. Сам по себе он кажется крупным и примерно одного с ним роста. — Что значит «ваш номер»?! Это мой номер! — незнакомец хмурится и явно начинает закипать, но больше всего ему хотелось снова заткнуть уши наушниками, чтобы не слышать этот ультразвук. — Вы ворвались ко мне в номер, когда я был в душе! Вы что, извращенец?! Я сейчас вызову охрану! Сынмин не собирается останавливаться, ведь откровенно возмущен всем происходящим. И свое негодование он поддерживает активной жестикуляцией. — Нет, это вы извращенец, судя по всему! Заявились в чужой номер в таком виде! — и парень слабину не дает: тоже повышает голос и рукой указывает на то, что Сынмин стоит в одном полотенце. — Да как вы смеете?! Вон стоят мои чемоданы! На кровати лежит моя ключ-карта! — страх получить кулаком по лицу, по всей видимости, испарился, и Ким начинает напирать. Каждое следующее слово звучит громче предыдущего, а особенный акцент он делает на последнем предложении. — Значит, вы еще и ключ-карту от чужого номера украли? — незнакомец не отстает и сразу находит, как защититься от подобных нападок. Вдруг он резко встает с кровати. Прежде нахрабрившийся Сынмин ни на шутку пугается и пятится назад. Человек перед ним явно крупнее — почти в двое, если не втрое. Первое впечатление оказывается оправданным. В голове уже проносятся последние предсмертные слова. Теперь Ким понимает: если на него сейчас накинутся — он не жилец, потому что щуплый и слабый. Шаг в отступную оказывается слишком широким, потому полотенце, что держалось на добром слове и отчаянии, тут же начинает падать вниз. Попытки поймать ускользающую с бедер ткань оказываются тщетными. Хотя его можно похвалить — у него даже получается ухватиться за уголок ткани! Но, не успев прикрыть все свои достоинства, он наступает на упавшую часть полотенца, подскальзывается и оказывается на полу со страдальческим видом и отбитым копчиком. От боли Ким теряет дар речи, в отличие от поющих птичек, которые кружат прямо над ним. Странно, головой вроде не ударялся, а такие галлюцинации. И только спустя несколько секунд он понимает, что сидит на полу. Парень, что на самом деле просто собирался выйти из номера, становится свидетелем неудачного сальто и искренне не понимает, как докатился до такой жизни. — Чо ты уставился!? — Сынмин тут же забывает про формальности и яростно кричит. Да так, будто этот самый бугай его и уложил. Но тот только резко отворачивается, понимая, что смотрит туда, куда ему смотреть точно не стоит. — Прикройся, извращенец конченый! — он быстро прячет лицо в ладонь, стараясь закрыть себе вообще весь обзор на этот стыд. Сынмин смотрит на него сначала совсем не понимая, что за бред несет его незваный гость, и только потом опускает взгляд вниз. Видимо, без полотенца стало прохладно, раз он только сейчас заметил, что ноги у него расставлены, как у роженицы, открывая прекрасный вид на мужское достоинство. — Я иду к администратору! Это невозможно! — кричит незнакомец и боком старается обойти Сынмина, не отпуская головы и, тем более, не убирая рук от лица. Ким тут же сдвигает ноги и кое-как вытаскивает из-под себя полотенце, решив хотя бы просто прикрыться. Парень, что пытался осторожно обойти расположившегося на полу «извращенца», врезается сначала в угол, затем спотыкается о ногу Сынмина и чуть не падает рядом с ним, а затем чуть не целуется с дверью, которая почему-то была закрыта. Руки от лица он все-таки убирает и выныривает из номера. Ким тут же подскакивает и решает выбежать вслед за ним, потому что его не устраивает данное ему звание «извращенца», так еще и от человека, который сам к нему ворвался! И настолько сильно он фокусируется на мысли о жалобе и скорейшем решении этой проблемы, что снова забывает про свое положение и вылетает из номера, в чем мать родила. На его счастье, в коридоре никого не было, да и он на удивление быстро соображает, что стоит в общественном месте абсолютно голый. Он тут же забегает обратно, быстро одевается и мчится вниз.⛱
— Что значит «перепутали»?! — Сынмин стоит вместе со своим незнакомцем в точно таком же недоумении, как и он. — Пожалуйста, успокойтесь, молодой человек, — администратор хоть и выглядит растерянной, но все еще держит лицо, пытаясь решить проблему. — Система при регистрации дала сбой. Вероятно, это произошло потому, что ваш номер двухместный и бронировался в одно время. Поэтому, вероятно, бронь прошла дважды. — И что вы прикажете делать? — теперь возникает уже незнакомец. — В таких ситуациях мы обычно предоставляем постояльцам другой номер, но, к сожалению, сейчас все номера заняты. В данном случае я могу предложить одному из вас полностью вернуть средства и помочь в подборе другого отеля. Либо же, мы можем вернуть каждому по пятьдесят процентов от стоимости номера, и вы останетесь там вдвоем. Парни замолкают и медленно поворачивают друг к другу головы. У Сынмина дергается глаз, а брови другого парня уже не выходят из хмурого состояния. Они оба понимают, что никто из них выезжать не собирается.⛱
— Он так и сказал? — Джисон на том конце трубки ржет уже десять минут, узнавая все новые подробности заселения Сынмина. — Да, Джисон, он так и сказал! Начал орать на весь лифт, пока мы поднимались, что, цитирую: «я не буду жить с таким извращенцем, как ты»! Сынмин идет по тропинке вдоль пляжа, разговаривая со своим другом по телефону. — Джисон, это кошмар! Я как будто попал в самую тупую комедию! — он разочарованно тянет слова, хмурит брови и вздыхает. — А что тебе не нравится? В таких комедиях обычно начинаются курортные романы! — Ким его не видит, но по интонации догадывается, что Джисон играет бровями и хихикает. — Да какой нахрен роман?! Ты его не видел просто! — Сынмин определенно не рад такому представлению Хана о его поездке. Он останавливается, пытаясь переварить сказанное, и добавляет, стараясь как можно точнее описать своего соседа: — Он грубый, заносчивый и просто невыносимый! И вообще, спасибо, что в лифте стояли одни тайцы! Его просто не поняли. — Подожди, а тебя, то есть, не смутило, что он тоже на корейском говорит? — Джисон вдруг становится особенно заинтересованным. Ким замолкает. Шестеренки в голове зашевелились, пошел еще один процесс обработки, и только теперь он понимает. — Он кореец, Сынмин. Как ты, как я. Понимаешь? — Понимаю. — Да я тебе отвечаю, это судьба! — выкрикивает в трубку Хан и хохочет. — Да ты издеваешься, что ли? Какая судьба? Это все — бред чистой воды! — Сынмин только сильнее раздражается, отказываясь соглашаться с такой действительностью. Хочется рвать волосы на голове, а, может, вообще улететь домой, лишь бы не слушать такую ересь. — А как его зовут хоть? Или ты не удосужился узнать имя того, с кем живешь? — сквозь смех спрашивает друг. — Я с ним не собираюсь общаться! Зачем мне его имя знать? — Так ты знаешь, или нет? — Ли Минхо его зовут. — Найду его в соцсетях, посмотрю хоть на твоего нового парня. — Джисон, иди в жопу, а? — У меня жопа дома живет, не переживай. Мне хоть есть куда сходить. А тебе бы не помешало. Тебе от Феликса «привет», кстати. — Все, я отключаюсь. Сынмин не выдерживает этот диалог и давление со стороны самого близкого человека, который очередной раз говорит, что ему давно пора бы завести отношения. Он и сам прекрасно это знает, только понятия не имеет — как. Решив убрать телефон куда подальше и все-таки попробовать расслабиться, он продолжает гулять вдоль огромной набережной. За прогулку около часа легкие уже пропитались морским воздухом, вытесняя городскую грязь. Дышать стало совсем легко, только вот голова так просто очищаться не хочет. После тяжелого дня, на самом деле, все еще хотелось просто поспать, но возвращаться в номер к соседу-грубияну — нет. Судя по карте, которую Сынмин успел изучить, пляж расстилается на несколько километров вперед. Такой путь он вряд ли сейчас пройдет, но за неделю успеет, он так думает. Сланцы то и дело набирают песок, а солнце приятно обжигает кожу. Чайки, которых Ким периодически ловит взглядом, кружат над морской гладью, иногда подлетая поближе к людям, чтобы чем-нибудь угоститься. Ему однозначно нравится эта атмосфера — жаркое лето, песчаный пляж, море, в конце концов; только вот чувство одиночества все равно идет за ним по пятам. В родном городе он обычно забывается в работе, и на мысли о любви и отношениях особо нет времени. Там ему выносит мозг с этим только Джисон. Но оно и понятно — иногда на Сынмина смотреть больно. Его друг давно в отношениях, у него практически семейная жизнь. И только Ким вечно ходит один. «Даже на встречу одноклассников все с парами пришли, кроме меня», — он вздыхает. На небе ни облачка. Только белые пушистые полосы от самолетов и много кричащих птиц. Сынмин останавливается, давая себе передохнуть, и засматривается в эту бескрайнюю голубизну. «Но это же не значит, что я должен начать мутить с каким-то идиотом!»⛱
Когда все вокруг порозовело от красочного заката, Сынмин отправляется обратно в отель. Честно сказать, он просто замерз, потому что не планировал бродить так долго. Но, потерявшись где-то в собственных мыслях и в нежелании делить номер с Ли Минхо, он загулялся почти дотемна. Минуя ресепшен, длинный холл и лифт, он снова задумывается над словами Джисона. Казалось бы, а чем плох этот Ли Минхо? Он ведь тоже, как и Сынмин, не виноват в том, что так произошло с регистрацией. Да и если уж совсем Ким не выносит соседство с кем-то, то почему он не переедет в другой отель? Но парень слишком упрям, чтобы так просто уступить этот прекрасный номер. Да и не должен же он постоянно пересекаться и уж тем более общаться с Ли, правильно? Дверь тихо открывается, и Сынмин осторожно проходит внутрь. С коридора он смотрит вглубь комнаты и выдыхает — его соседа нет. «Надеюсь, что он все-таки решил съехать», — думает Ким, но замечает чужой чемодан, который так и остался стоять на своем месте с его ухода. — «Или нет…». Сынмин быстро ополаскивается в душе, переодевается и ныряет в прохладную постель. Он хочет поскорее уснуть, сбросив с себя все тяжести этого дня, и, желательно, до прихода Минхо. Они так и не решили, как собираются спать на одной кровати. В любом случае, Сынмин стащил с маленького дивана подушки и поделил ее ими ровно пополам. Как на второй половине будет спать Ли Минхо — его не интересует, пол всегда свободен, где места хоть отбавляй, да и тепло — лето же.
