Хочу. Хочу. Хочу.

Марк Звоню в звонок, имея в кармане связку ключей. Просто как-то… Я же заезжаю только. Неудобно. Вчера Валерка съехал с Катькой на свою новую хату и отдал мне ключи от неё. И я бы прям вчера сразу же переехал, но Егор позвонил, попросил въехать сегодня. Отказывать ему я, конечно, не стал. — О, привет. — Егор стоит предо мной в объемных белых штанах и такого же цвета майке. Красивый. Ему идёт белый. Я с трудом, держа в одной руке коробку, здороваюсь с ним. — Проходи. Валеркина комната немного больше моей прошлой. Кровать они забрали себе на съёмную, а у меня будет новая. Я уже заказал. Должны в скором времени привезти. Стоила она, конечно, пиздец. Помимо кровати Валерка содрал со стен все свои постеры. Так странно представлять, что теперь я буду тут жить. Но как же я рад, блин. Это ведь буквально моя детская мечта. Жаль только, что тёти Люды уже нет, и Валерка теперь живёт аж на Соколовской. Зато есть Егор. Мы на пару с Егором и Петром, у которого недавно появилась тачка, и он по-братски согласился мне помочь. После того как всё моё барахло было более-менее сложено, мы сели с Егором пить чай. Он сделал салатик, бутерброды. Хозяйственный. — Так попрошу только об одном: когда будешь кого-то приводить, предупреждай заранее. — Пацанов сюда своих я навряд ли позову, а то вдруг у Егора опять все трусы будут в стирке, кроме тех чёрненьких. — Ну, и я тоже буду. Хотя мне, кроме Ники, и пригласить некого. Подружка моя, мы с ней в кафе как-то были. Помнишь? — Да, помню. Хорошо. — Эту пафосную сучку трудно забыть. Интересно, конечно… Подружка. У меня вот ни одной подружки, ну вот только с Катькой заобщались. Не понимаю, чего они так друг на друга взъелись. После плотного обеда меня осеняет, что кровать привезут только завтра, а сегодня придётся спать в гостиной. Поближе к комнате Егора, зато. Весь день я вожусь с вещами и уборкой, а Егор уходит погулять на пару часиков. Приходит ближе к ночи и сразу отправляется в душ. Я расправил себе диван в гостиной и с кайфом завалился на него. Хороший диван, не то что у меня прошлый. Егор выходит из душа с мокрыми волосами и в какой-то закрытой пижаме. Как он в ней спит? Разве удобно спать полностью одетым? — Спокойной ночи, Марк. — Я на всякий случай желаю ему "сладких снов", потому что мне ещё в одиннадцать тётя Люда вбила в голову, что желают "спокойной ночи" только покойникам. ** Самое лучшее чувство в жизни — это хотеть возвращаться домой. Знать, что у тебя есть этот самый дом. Весь день, пока я носился на работе как угорелый из-за полной посадки, я не переставал думать о Егоре, о том, что мы теперь живём вместе. Мы неплохо ладим, вроде бы. И, самое главное, о всякой хуйне, о которой даже думать нельзя, я наконец-то почти забыл. А всего-то и нужно было пожить с Егором парочку дней. Всё это время меня не тянуло посмотреть его фотки и… подрочить на него. Ни разу, совсем как отпало. И я наконец-то вздохнул полной грудью, как настоящий пацан, а не чёрт знает что. Не нужна мне эта пидорасня. Это же пиздец. А Егорыч вообще обычный пацан и одевается как полагается. Короче, вроде всё чётко. Я даже сегодня номерок стрельнул у клиентки. Сидела одна, вино бухала, говорит, бросил её какой-то козёл. Разговорились с ней немного, она мне номер свой предложила, а я чё, отказываться должен? А… получается, это она у меня номерок стрельнула. Ну ладно. Она ничё такая. Всё при ней в плане фигуры, приколы понимает, да и вообще… У меня секса давно не было, и девушки тоже. Пора уже, короче, ёпт. После работы спешу к Егору с сетом роллов. Он мне вчера говорил, что насмотрелся в ТикТоке мукбанков и тоже хочет роллов. Вот я и решил после работы заказать и самому забрать. У нас бы в кафешке купил, тем более для работников скидка 25%, только вот у нас такое не продаётся. Ну, только рис с сырой рыбой, порция шесть штучек. Такое себе. Я как-то пробовал, мне не понравилось. Азиатская херня. А вот роллы с огурцом, с палками — это за милую душу. Игорян вот сам как-то на дрэшку делал. Открываю дверь своим собственным ключом, чувствуя от этого что-то… классное. Приятно мне от этого всего, аж в груди жжёт. Захожу тихо, потому что у Егора какой-то ритуал есть. Он днём спит, и день для него – понятие растяжимое. Вчера в два часа уснул, а позавчера – в шесть. Снимаю кроссовки и слышу… Блядь. Он что, порнушку на полной громкости смотрит? Ебать. Такого я не ожидал. Замираю в прихожей, как еблан с пакетом роллов в руках. Стоны такие, как будто… стонут в реал-лайф, нахуй. Он что, девчонку привёл?! Внутри сразу что-то сжимается от бессилия и злости. Это Ника по-любому, которая "подружка". Так и знал, что у пацанов не может быть никаких просто подружек. Нет, может, конечно, быть. Но почему-то у Егора не может. Я не хочу. Я, блядь, ревную его. Ну, пиздец, приехали. Я же думал, что всё. Всё нахуй закончилось. Нихуя, походу, у меня не закончилось. Подхожу вплотную к двери и понимаю, что… это он. Егор стонет, как сучка. Как ёбанная блядь, которая мечтает, чтоб её выебали. И как я сразу не догадался: в прихожей же даже обуви чужой нет. Что он там делает? А если я зайду…? Может, заглянуть хотя бы буквально одним глазком? Из рук резко выскальзывают ебанные роллы, и за дверью всё стихает. Ну всё. В штанах твёрдо пиздец. Ухожу в комнату, стараясь успокоиться, хожу кругами туда-сюда. От нервов, слава богу, эрекция утихает. Становится не до этого, потому что я хуй знает, как вести себя сейчас. Делать вид, будто нихуя не было, и притвориться глухим? Что в таких ситуациях делают вообще? Внезапно слышу быстрые шаги и стук в дверь. Ну всё! А если он меня обвинит, что я стоял как извращенец и подслушивал? А если он узнает…? Открываю, стараясь сделать ебало абсолютно безэмоциональным. Егор стоит передо мной в длинных тёмных шортах и белоснежной футболке. Стоит, мнётся, смотрит куда угодно, только не на меня, и я выдыхаю. Потому что он не знает и не узнает про то, что встаёт на него как по щелчку, про то, что некоторое время жить не мог, не посмотрев на его фотки. Это я тут, походу, хозяин положения. Ему неловко и стыдно должно быть, а не мне. Ну а что я противозаконного сделал? Пришёл к себе домой просто. И, между прочим, я не дрочил на его сладко-присладкие звуки. Получается, со мной всё норм, это что-то с Егорычем не так. Так по-блядски стонать, как будто в порнушке снимался. Блин. А ведь реально есть там всякий вебкам. А если Егорыч из таких? — Ты это… Слышал всё, да? — Егор наконец осмеливается поднять глаза и перестать заламывать руки. Я киваю, боюсь, что язык меня подведёт. — Это… Боже, какой кринж. Забудь, пожалуйста. Давай просто сделаем вид, что этого не было. Я больше не буду. Чё? А если я против буду, то будет? Надо было на диктофон записать и слушать вместо пацанского рэпа. Всегда. — Прикольно ты, конечно, придумал. А зачем ты так…? — Не понимаю, как это выразить словами. Стонут обычно девчонки. Я тоже, конечно, могу постанать, что вот так вот?! И от чего он, интересненько, так стонал-то? Что он там делал? Боже, как же сильно мне хочется знать ответы на свои вопросы. — Ну… — Загнул! — Егор снова превращается в себя прежнего. Складывает руки на груди и сжимает губы. — Фетиш у меня такой! Стонать как сука. И чё теперь? В этом ничего такого нет. У людей бывают фетиши, чтоб ты знал! Егор, злобно пыхтя, уходит в свою комнату, оглушая закрытой дверью. А я стою как истукан. В голове крутится "стонать как сука", "стонать как сука". А постони ещё, сука.