Круговерть.

То, что волшебники — люди странные и опасные, Дадли узнал ещё в одиннадцать лет, и впоследствии это знание не раз подтверждалось: то ему свиной хвост наколдуют, то конфетку подкинут, от которой язык до невероятных размеров вырастет, а то и вовсе какая-то невидимая гадость нападёт… Правда, от этого дементора его тогда Гарри спас. …Может быть, сказалось то, что под влиянием высасывающего всю радость и заставляющего вспомнить всё самое плохое, Дадли увидел себя со стороны, а может, он просто едва ли не впервые в жизни был благодарен кузену за спасение этой самой жизни? Однако Дадли словно пересмотрел отношение своей семьи к Гарри. Вот только как об этом сказать — не понимал ещё долго. И не придумал ничего лучше той нелепой фразы, которой попрощался с кузеном, когда им с родителями пришлось покинуть дом в Литтл-Уингинге. «Безопасное местечко» оказалось где-то в районе Бирмингема и, конечно, трансгрессия совершенно не понравилась ни Дадли, ни его родителям. Как и жизнь под охраной — надзором — двух волшебников. Если Гестия Джонс ещё была терпимой и с ней даже можно было иногда вполне нормально поговорить, когда она переставала удивляться, как это Дурсли не испытывают всепоглощающей любви к герою магического мира Гарри Поттеру, то Дедалус Дингл был настолько странным, что попытки общения с ним на темы, не касающиеся повседневности, сошли на нет уже через неделю. Чужой город, незнакомые люди, отсутствие работы у отца и школы у самого Дадли — не то, чтобы он так уж любил учёбу, но ведь нормальным людям требуется получить образование, разве нет? — А Мардж?! — внезапно хлопнул отец себя по лбу на восьмой день пребывания в новом доме. Дедалус Дингл — была его очередь охранять «родственников Гарри Поттера» — непонимающе заморгал. — Мардж? — осторожно переспросил он. — Моя сестра! — взревел отец так, что Дадли вздрогнул. — А если эти ваши психи нагрянут к ней?! — Исключено! — замахал руками Дедалус. — Они нацелятся только на ваш прежний дом и его обитателей, то есть, вас. Если ваша сестра никогда там не жила… я имею в виду, на постоянной основе, от полугода и более по длительности… то ей абсолютно не о чем волноваться! И вам тоже! — Ага, — буркнул отец, не особо успокоившись. — Если не считать того, то мы всей семьёй пропали неизвестно куда! — Постойте-ка, — вмешалась мать. — То есть, про Мардж ваши не знают? — Дедалус отрицательно покачал головой, и мать всплеснула руками: — А сразу вы сказать не могли? Зачем нам прятаться здесь, если можно просто поехать к Мардж! Дадли, приоткрыв рот, обдумывал новую информацию. Тётушку он не любил и жить у неё продолжительное время не хотел. Однако, к сожалению, размышлял он на эту тему слишком долго: отец за это время успел согласиться с матерью и даже предположить, что «сестра без работы не бросит, хоть с питомником ей поможем»… В общем, Дадли очнулся, когда вещи уже были наполовину собраны. Дедалус пытался что-то мямлить о несогласованности переезда с руководством, но отец, почуяв, что может выдвинуть свои требования, напирал танком, и волшебник вынужден был их принять, оставив обсуждение со своим начальством на потом. Вообще-то, разница лично для Дадли была невелика: у тётки он никогда не бывал, и так же, как здесь, у него не было друзей. Но возиться с собаками категорически не хотелось! Однако всё решили за него, и семья Дурсль свалилась на задний двор ближайшей родственницы. Собаки в вольерах подняли лай, тётя Мардж выскочила из дома, принялась охать, ахать, возмущаться… Пока родители объясняли ситуацию и выслушивали тётушкино «а я говорила, что от этого мальчишки ничего хорошего ждать не приходится!», Дадли, улучив момент, шепнул Дедалусу: — А вы нас так в любую точку мира отправить можете? — трансгрессия ему не нравилась, после неё мутило, кружилась голова и тряслись коленки, но… Дадли так нравились супергерои, которые в комиксах мгновенно перемещались куда угодно, а теперь он словно стал одним из них! А неприятные ощущения, наверное, просто с непривычки и пройдут со временем. — Нет-нет, — замахал руками волшебник. — Только в пределах Британии, да и то, лучше не на дальние расстояния. Из Лондона в Эдинбург, скажем, лучше порт-ключом… Дадли выслушал пространные объяснения о том, что такое порт-ключ, и уяснил главное: это та же самая трансгрессия, только с помощью предмета. И вот таким образом действительно можно перемещаться по всему миру. — Мам, пап, — объявил он, воспользовавшись тем, что тётка ушла в дом подготовить комнаты для гостей. — Я тут подумал… им же, которые нас ловят, будет сложнее, если мы… ну, разделимся. Так что я хочу уехать. — К-куда? — прозаикалась Петунья. Дадли задумался. А действительно, куда? — На Майорку, — выпалил он. — Мы же туда из-за Гарри не попали! А я хочу! Вот он, — толстый палец упёрся в Дедалуса, — будет меня сопровождать и охранять. А вас здесь не найдут. А втроём нам нельзя, троих выследить легче, — Дадли очень не хотелось, чтобы родители отправились с ним. Пирс вот уже отдыхал без родителей, правда, всего лишь в кемпинге, но всё равно! Дадли вовсе не хотелось рассказывать приятелю, что он работал в тёткином питомнике. Самостоятельное путешествие за границу — другое дело, этому Пирс обзавидуется! А волшебство и сопровождающего можно и даже нужно не упоминать. — Я так хочу, — с нажимом добавил он фразу, которой с самого раннего детства заставлял родителей соглашаться со всеми своими словами. — Дадли, — всхлипнула Петунья. — З-заботится о нас… Но как же… Майорка… — Я вам писать буду. Каждый день, — поспешно добавил он. — Конечно, — восторженно встрял Дедалус. — Знаете, мистер и миссис Дурсль, у вас очень умный сын! Прятать вас за границей не пришло никому в голову. Я с удовольствием буду сопровождать его, думаю, Гестия и сама справится с наблюдением за вами на новом месте… Возражений от начальства быть не должно, ведь чем дальше от Британии, тем безопасней, а если ещё и порознь… Не беспокойтесь, сов мы будем присылать каждый день, если понадобится, то и с колдофото, моя дочь чудесно управляется с камерой… — Дважды в неделю достаточно, — поспешно заявил отец. — Если здесь каждый день совы начнут кружиться, любой дурак поймёт, что дело нечисто, раньше-то их не было! А этот ваш, как его там, явно не дурак, раз захватил Министерство, верно? — К сожалению, верно, — вздохнул Дедалус. — Итак, завтра я вернусь с порт-ключом! — и он трансгрессировал, оставив семью наслаждаться гостеприимством родственницы. …Мать рыдала, отец сурово приговаривал, что Дадли уже совсем взрослый и вполне способен посетить другую страну, пусть и волшебным способом, а сам Дадли ничего не желал больше, чем наконец-то свалить подальше. Дедалус нетерпеливо приплясывал рядом. Порт-ключ оказался ещё хуже трансгрессии, но зато они приземлились на чистейшем безлюдном пляже, и Дадли был мгновенно ослеплён вспышкой колдоаппарата. — Можешь отправлять родителям, — Тея Дингл, на голову выше отца, напоминающая фигурой мячик, протянула ему карточку, на которой Дадли осоловело моргал и жмурился. — Магловский отель там, номер мы забронировали… — Знаете, мистер Дурсль, — Дадли даже вздрогнул от такого обращения Дедалуса: раньше его так называли только в школе, — я и сам всегда хотел побывать за границей, да только не получалось… Мы обязательно посмотрим все достопримечательности, магловские, конечно, однако, уверен, и у вас есть что-нибудь интересное… И, скажу по секрету: порт-ключ я переделал в многоразовый. Так что, если вам надоест Майорка, мы можем отправиться в любое другое место! Майорка надоела Дадли на пятый день: лежать целыми днями на пляже и бултыхаться в море было весело только поначалу. Какие-то замки и памятники для Дадли были скучны, хотя Дедалус и Тея пришли в восторг. Вроде бы они посещали ещё и магический мир, но по одиночке: когда уходила Тея, с Дадли оставался Дедалус, когда уходил Дедалус — оставалась Тея, так что миссию по защите «родича Гарри Поттера» они выполняли ответственно. К тому же, девушка оживлённо расспрашивала Дадли о магловском мире вообще и о его жизни в частности, и он, непривычный к такому вниманию со стороны противоположного пола, из кожи вон лез, чтобы ей было с ним интересно. Совершенно забывая о том, что она из этих, ненормальных, которых надо бояться и ненавидеть. — Всё, надоело, — заявил он Дедалусу. — Теперь хочу в Париж! В Диснейленд, — это была его мечта детства, которую, увы, родители выполнить оказались не в силах, и Дадли, даже будучи избалованным ребёнком, каким-то образом это понимал и не выпрашивал неосуществимую поездку. Дедалус кивнул и достал порт-ключ. А затем нарушил ещё одно (а может, и не одно) правило магического мира: каким-то зелем превратил Дадли и Тею на целый день в детей, чтобы они могли покататься на аттракционах, для которых были слишком взрослыми в своём подростковом возрасте… А потом Дадли судорожно штудировал всевозможные путеводители, выбирая самые интересные точки земного шара. Оказывается, если иметь безграничную возможность к путешествиям, на свете много всего интересного! Родителям он исправно отправлял письма дважды в неделю и колдографии. На некоторых он был запечатлён вместе с Дедалусом. На других — с Теей. …Когда в начале мая Дедалус ворвался в маленький уютный домик в Перу, где они остановились, чтобы полюбоваться рисунками пустыни Наска — а они уже давно не останавливались с гостиницах, предпочитая уединённые жилища, где Деддалус и Тея спокойно могли колдовать (и Дадли уже не трясся от ужаса при виде волшебных палочек) — и объявил, что Гарри победил Того-Самого-Злодея, и можно возвращаться, Дадли испытал смешанные чувства. Во-первых, он понял, что очень соскучился по родителям. Во-вторых, он боялся того, как сложится их жизнь после годового отсутствия отца на работе, самого Дадли в школе и всей семьи — на Тисовой улице. В-третьих, он почему-то очень не хотел расставаться с семейкой волшебников, сопровождавших его почти целый год. Родители, конечно, были в шоке, когда он представил им Тею. Дадли понадобилось целых пять лет, чтобы примирить их со своим выбором — но в итоге у него всё получилось. А традиция семейных путешествий а младшей семье Дурсль сохранялась все последующие годы, прерываясь лишь на время, пока их сыновья — Кларк, имя которому дал Дадли в честь супермена, и Ллойд, для которого Тея выбрала девичью фамилию своей матери — были слишком маленькими. — И всё-таки, я бы не хотел, чтобы они учились в Хогвартсе, — опасливо заметил он. — Там то преступники сбегают, то кого-то на соревнованиях убивают… — вспомнил он обрывки сведений о волшебной школе. — Я в Ильверморни училась, — поджала плечами Тея. — А вообще… магических школ семь. И, если мы переедем в другую страну, дети будут учиться в другой школе. А если будем переезжать каждый год, то они смогут побывать во всех школах сразу! — И традиция семейных путешествий не нарушится, — довольный Дадли заключил жену в объятья.