Очередная вечность

      На уровне 0 было как всегда шумно. И нет, я имею в виду шумно, а не тихо, как можно было бы подумать. Возможно, другие странники привыкли к мёртвому молчанию, путешествуя по самому известному уровню Закулисья, однако в моём случае всё было иначе. Шумно было всегда, и я не могу сказать, что это очень уж сильно меня раздражало. Единственное, сегодня было как-то уж слишком.              — Шутишь? — раздался недовольный голос, грубый и резкий. — Это звучит бредово. Не смей!              — Да ладно тебе, левый! Это нормальное явление — оставлять знаки на уровнях, где побывал! — в ответ, ожидаемо, разразился весёлый смех.              — «Левый»?.. Слушай, если ты сейчас же не заткнёшься, я тебе этот язык с корнем вырву!              Слушая перепалку вполуха, я не особо вслушивались в слова, но прозвучавшая угроза заставила себя оторваться от чтения. Я посмотрела на сидящего ко мне ближе всего парня и скептично приподняла бровь.              — Каспер, — в моём голосе прозвучал укор.              — Что? Хочешь сказать, я не прав? Вечно ты его защищаешь! А если он с уровня пойдёт прыгать — с ним прыгнешь?!              — Я без вас не прыгну! — заверил Джон. Весёлая взволнованность в его тоне нарастала.              Каспер раздражённо вздохнул и хлопнул себя ладонью по лбу. Я лишь хихикнула: чудачества Джонатана, нашего общего товарища, давно перестали удивлять. Жаль, что такой снисходительной осталась только я. Каспер, к примеру, за годы, что мы знаем друг друга, так и не оттаял. Впрочем, у него на то имелись свои причины.              Джон стоял у стены, переводя взгляд с Каспера на меня точно в ожидании одобрения. Когда я, поразмыслив, кивнула, рыжий просиял и повернулся к жёлтым узорчатым обоям, частично подгнившим и заросшим плющом.              Баллончик с чёрной краской был совсем старым, в нём почти ничего не оставалось. Джон сильно потряс его перед тем, как выплеснуть остатки краски на стену. Он нарисовал кривой треугольник, каждый угол которого обозначил буквой: левый — «K», правый — «J», а верхний — «S».              Парень выглядел страшно довольным. Закончив с важным делом, он сунул баллончик в карман и подошёл, чтобы сесть рядом. Теперь костёр, разведённый посреди скучной жёлтой комнаты, был точно посередине нашей троицы.              Некоторое время царило приятное молчание, такое редкое для меня. Было слышно лишь трещание палок в костре, далёкое капание и странный шелест обоев где-то в глубине уровня. Воздух был влажным и пах кисло-сладким разложением. Впрочем, местные запахи уже стали такими привычными, что никто их попросту не замечал. Равно как и плюхающие ковры, коими укрывались все полы в округе.              — Я всё равно считаю это глупостью, — проворчал Каспер. Он первым нарушил молчание, отчего все невольно вздрогнули. И, конечно, юноша опять был недоволен.              — Неправда, — возразил Джон. Точно не замечая направленного на него раздражения, он улыбался. — Все странники оставляют напоминание о себе там, где побывали. Нас трое, значит, у нас напоминание одно на троих! Чем тебе не угодил треугольник? У тебя треугольникофобия?              — Ещё чего! — Каспер возмутился и стукнул по полу кулаком — хлюпнул ковёр. — Просто я считаю это глупостью. Человек на этот знак с высокой долей вероятности не наткнётся никогда. Ты зря портишь интерьер!              На последнее замечание удивлением отреагировали и Джон, и я. Каспер заметил наши недоумённые лица и прикусил язык. Проворчав что-то невнятное, белобрысый просто отвернулся. Ну как всегда: надулся.              — Думаю, Закулисье не против небольшого рисунка, — пожал плечами Джон. И затараторил, возбуждённый: — Помните, как мы на уровне 122 наткнулись на послание от другого странника?! Это было невероятно круто, их слова указали нам на выход с уровня! И, кстати, та надпись нисколько не портила интерьер.              Я мельком бросила взгляд на свой дневник, записи из которого перечитывала. Затем закрыла его, сунула в рюкзак и посмотрела на друзей снова. Сейчас они снова ругались: Каспер возмущался, Джон тараторил без умолку. Они словно и не слышали друг друга, смешивая звучание своих голосов и то и дело вскидывая руки.              Я всегда любила наблюдать за этой парочкой, с тех самых пор, как познакомилась с ними. Я любила придумывать им забавные описания, которые после отражала рисунками в своём дневнике. И, возможно, такой внимательностью из всех нас выделялась только я.              Вот, например, Джонатан — рыжеволосая густая копна, голубые глаза выглядывающие с блеском энтузиазма и россыпь въедливых веснушек. Весь такой высокий и нескладный, угловатый, но бесспорно выразительный. Слова срывались с его языка одно за другим без пауз на передышки, жесты получались зазубренными и шустрыми — едва за ними поспеешь! А главное — голос. Звучал Джон как флейта с нотками аккордеона, иногда фальшивил, а иногда говорил так быстро и неразборчиво, что смыслы сказанного смешивались между собой, образовывая ярко-пёструю какофонию.              Каспер… Это совсем другая история. Когда мы впервые встретились, первым делом я увидела два глаза-изумруда, уставившиеся мне в душу, и с тех пор этот парень стал ассоциироваться у меня с зелёным цветом. Этот зелёный обрамляли блондинистые пряди, безобидными кудрями ниспадавшие на плечи. Каспер выглядел, как принц, небрежно нарисованный детской рукой (причём принц с крайне паршивым характером). Когда он открывал рот, желая разразиться очередной тирадой, воздух сотрясали беспорядочные звуки барабанов. Хотя, честно говоря, иногда я слышала, как среди барабанов проскальзывала уставшая скрипка.              — Сату, ну скажи ему наконец! — грянули барабаны, вырвавшие меня из мыслей.              Я пару раз моргнула и окинула друзей скептичным взглядом. Оказывается, они всё это время спорили, успев забыть, с чего начался конфликт. Так бывало постоянно, так что я даже не выразила удивления.              — Вы оба правы, — заключила я тоном, подходящим для настоящего адвоката. В этот раз (как и во все предыдущие) я защищала сразу и подсудимого, и судью. — Но, знаете, наблюдая за вами сейчас, я поняла одну важную вещь.              Каспер чуть сощурил изумруды и посмотрел на меня недовольно. Джон же склонил голову в любопытстве и наклонился ближе. Они оба вперили в меня такие интенсивные взгляды, словно готовились услышать великую истину.              Прокашлявшись, я сообразила величественное выражение и произнесла:              — Я решила, что вы оба меня достали.              Это того стоило, отвечаю. То, как вытянулось лицо Джона и как оскорбился Каспер, — это настоящее произведение искусства в двух актах. Я едва удержалась, чтобы не похлопать себе. Впрочем, а кого удивило моё признание?              — Но! — я поспешила продолжить прежде, чем кто-либо возразил. — Я уверена, этот факт легко изменить. Раз вы такие неугомонные, значит, вам нечем заняться. Как насчёт небольшого путешествия? Может, пора отправиться в отпуск? Как минимум, я это заслужила…              Как ни в чём не бывало, я опустила взгляд. Я не смотрела на ребят, а вместо этого разглядывала свой дневник — коричневую старую тетрадку на пружинах. Проводя пальцами по его обложке я чувствовала приятную шершавость, а вдыхая глубже ощущала пряный запах пыли, давным-давно въевшейся в страницы. Так выглядела, ощущалась и пахла моя действительность.              Когда я посмотрела на друзей, то застала их в разных настроениях, но задумчивыми. Джон чесал затылок, встрёпывая и без того запутанные волосы, а Каспер постукивал пальцами по влажному ковру и смотрел в сторону. На лицах обоих читалось замешательство.              Я понимала, почему моё предложение показалось странным. В конце концов, мы все здесь были в Закулисье — непонятном пространстве с кучей измерений и лабиринтов. Лично я провела в этом месте уже около десяти циклов и успела привыкнуть к здешним законам. Привыкла даже к самому термину «цикл» — он означал около года на Сцене, в нормальном мире.              Насколько я знала, Джон провёл в Закулисье примерно столько же, может, чуть меньше. А Каспер, наоборот, целых тринадцать циклов! Не могу сказать, что наша троица значилась заслуженными странниками, но и новичками мы ни были. А это значило, нас не пугали спонтанные перемещения между уровнями — прямиком в неизвестность.              Большую часть времени мы проводили на первых уровнях основного Кластера, иногда заглядывая в А-Кластер, но без особого интереса. Всё потому, что никто из нас не был ни исследователем, ни бойцом, а потому в неизведанные и опасные земли нас не несло. По этой же причине никто из нас никогда не касался всех этих загадочных «организаций» — объединений чудаков, которые искренне верили, что могут систематизировать, понять и обуздать Закулисье. Чудаки, не иначе.              Я всегда верила лишь в одно: оставаться одному точно нельзя. Мне очень повезло однажды встретить этих двух, пускай они и частенько раздражали своими конфронтациями.              — О, да это же классная идея! — внезапно воскликнул Джон. Он выхватил из своей сумки видеокамеру, в мгновение её включил и направил на себя. — Запись номер чёрт-знает-какая: эй, наш треугольник собирается в великое путешествие!              — Опять ты за своё! — вскипел Каспер. — Выключай эту игрушку!              — Помимо великолепного меня в поход отправляются ещё двое! — не слушая, Джон повернул камеру ко мне: — Непревзойдённая Сату и… — объектив впился взглядом в застывшего Каспера. — И неугомонный мусорщик!              Глаза Каспера расширились, но лишь на мгновение. Не успела я моргнуть, как парень вскочил на ноги и бросился отнимать пресловутую камеру. Джон, защищая своё имущество, хрипел от досады и кувыркался на полу.              Я даже с места не сдвинулась, слишком привыкшая к подобным взаимодействиям. Я лишь улыбнулась, слыша, как бранился Каспер и как сдавленно хихикал Джон. Эти двое были настоящим проклятьем для Закулисья, всегда молчаливого и однотонного.              — Значит, все согласны? — спросила я. Двое бунтовщиков замерли при звуков моего голоса и повернули головы ко мне. На мгновение драка сменилась задумчивостью…              — Ну, пожалуй… — Каспер было сжал кулак, но, передумав, нехотя отодвинулся и вернулся на своё место.              Джон, оживившись, сел ровнее и снова поднял камеру. Ничто не могло помешать его энтузиазму. Парень стал снимать происходящее, в том числе и недовольного Каспера, попутно разъясняя невидимому зрителю, что у нас происходило.              Джон давненько взял за привычку вести видеоблог. Началось это с тех пор, как он нашёл рабочую камеру на уровне 2 (там мы с ним и познакомились однажды). Хотя, по словам самого Джона, он любил вести «репортажи с места событий» и раньше, представляя себе и камеру, и зрителей, и множество прожекторов.              Собственно, привычка Джона раздражала Каспера, а меня забавляла. Никто из нас не понимал, зачем и для кого Джон снимал всё подряд. Сам парень объяснял своё увлечение следующими словами: «Операторы, уважаемые мои, никогда не умирают!»              Я бы поспорила с этим фактом, но не стала. Не хотела тяготить Джона печальной реальностью.              — Но что для тебя путешествие? — Каспер перевёл на меня скептичный взгляд. — Разве вся наша жизнь теперь — не сплошное путешествие? И как можно отправиться в отпуск в Закулисье?              — Хорошие вопросы, — охотно отозвалась я. — Но всё очень просто. Я предлагаю сделать этот поход необычным: отправиться в места, где мы никогда не бывали. А отпуском я считаю это потому, что вы оба будете слишком заняты открытиями, чтобы спорить. Хотя бы не станете ругаться слишком часто. Как вам?              — Отличная идея! — Джон воззрился на меня, как на просветительницу вся народа, и снова посмотрел в камеру: — Мы, чёрт побери, отправляемся в настоящее путешествие, чтобы Сату могла отдохнуть!              — Великолепное заключение, — мрачно отозвался Каспер. И вздохнул, едва сдерживая негодование. — Всё равно, кажется, я от вас обоих никогда не освобожусь. Так что без разницы, куда тащиться. Надеюсь, мы не погибнем.              — Всё будет хорошо, — Джон как всегда излучал собой оптимизм. — Верно же, Сату?              — Верно, — я улыбнулась краем губ. — Ну что, пошли? Или будете сидеть здесь до конца цикла?              Каспер ещё что-то проворчал, но поднялся на ноги. Джон — следом. Ничего не стоило отправиться прямо сейчас.              Перед этим мы потушили костёр и собрали вещи. В мой рюкзак полетели дневник и карандаш, найдя себе место среди зажигалки, набора отмычек, запаса провизии, свёрнутого одеяла и бутылки миндальной воды. Особо много я с собой не таскала, ведь остальные припасы были у Каспера, а Джон взял на себя ношу в виде карт, некоторой техники и запасной одежды.              Я не сказала ребятам, куда мы направляемся, но пока они вопросов не задавали. Мы отправились искать выход с уровня 0, и как всегда вперёд побежал Джон. По пути он снимал происходящее на камеру, размахивал свободной рукой и не следил за тем, как далеко уходит. Следом шла я, неторопливо переставляя ноги и держа руки в карманах плаща. А замыкающим был Каспер, тащивший, помимо рюкзака, целую сумку со своими «сокровищами», отчего едва поспевал.              Мы быстро отыскали лестницу, и спускаясь по её ступеням, переместились на уровень 1. Дальше нас ждало небольшое и очень знакомое путешествие к уровню. Я напридумывала себе, что отличным и незабываемым станет приключение не абы куда, а в А-Кластер. Да и не просто на обычные уровни, а на те, что звались загадочными! Пожалуй, авантюра звучала больно неисполнимой, отчего я и не рассказала о ней друзьям заранее, однако я искренне в неё верила.              Однако первым делом нужно было добраться до Хаба. Это не составило труда, ведь путь был известен и заучен всеми: на уровне 1 следовало пойти прямо по коридору, как только очутишься на нём, а затем пройти через первую встреченную дверь. Не обращая ни на что внимания, дальше нужно было идти по новому коридору до конца. После — вернуться туда, откуда начал. Там появится развилка, на которой сворачиваешь налево и идёшь прямо. На следующей развилке — направо, следом — налево, следом — снова направо. Здесь наконец находишь две двери с буквами «А» и «В» — нужная вторая. Очутившись в похожей комнате, дальше идёшь в дверь «А» — именно она приводила к Хабу во всех случаях из всех.              Как видно, всё очень просто. Главное — не пропустить ни один из шагов!              Когда я переступила через порог двери «А», то моим глазам предстал Хаб. Это было огромное, бесконечное сооружение в виде плохо освещённого дорожного тоннеля. Пол здесь был из сухого асфальта, расчерченного жёлтыми линиями, а стены покрывались бетонными плитами с заметными швами, и вдоль них располагались жёлтые лампы, из-за света которых всё пространство казалось оранжевым. Здесь совсем не имелось звуков, если не считать тех, что создавали люди и машины: голоса, шаги, неожиданная британская музыка из 70-х.              В Хабе имелось много поворотов во все стороны, и заплутать в этом месте ничего не стоило. Впрочем, повороты встречались нечасто, а странники полагались на указатели, расположенные тут и там. Ещё Хаб состоял из бетонных дверей, встречающихся на одинаковом друг от друга расстоянии. На каждой двери имелись странные символы, но не обладали числами. К тому же большинство из них были заперты!              — Эх, хорошее всё-таки место, — сказал Джон, остановившийся как раз вовремя — я его нагнала. — Вот представь: столько уровней кроется за этими дверями!              — Мне это не интересно, — фыркнул подошедший Каспер. Он едва управлялся со своей ношей, но был как всегда невозмутим. — Ну, Сату, куда ты нас, несведущих, ведёшь?              Я лишь загадочно улыбнулась в ответ и поспешила вперёд. Джон, радостный, — за мной. Каспер, вздыхая, поплёлся следом.              Идя по тоннелям Хаба, мы видели немало людей. Пожалуй, только здесь можно было встретить так много странников, которые мирно сосуществуют и даже коммуницируют. Хаб убивал то кисло-сладкое, едкое и, но приятное чувство одиночества, которое внушало Закулисье. Большинство людей любило посещать столпотворения на уровне 1 или уровне 11, но я к таким не относилась. Честно говоря, как бы странно это не звучало, но я наслаждалась отсутствием людей, когда это было возможно. Закулисье, стоит отдать ему должное, умело исполнять мечты.              Итак, в Хабе на постоянной основе обосновались: люди из Б.И.Г., эмберовцы и Сгинувшие. Ни с кем из них я никогда по-настоящему не взаимодействовала и со всеми — по разным причинам.              Группа имела здесь аванпост «Ковёр Порога». Они охраняли уровневые ключи и хотя были приветливы, меня вид их формы всегда смущал. Зачем нужно было тратить ресурсы на то, чтобы выглядеть одинаково в месте, где это совсем не обязательно? Люди такие люди в своём стремлении подминать реальность под свои непонятные стандарты.              Аванпост Лагеря Эмбер постоянно двигался. Его люди тоже были приветливыми и не отказывали в помощи, но я считала их немного чудаками. На то даже были причины. Кто знает — тот знает.              И, наконец, Сгинувшие. Эти парни вообще были самыми непонятными во всём Закулисье, так что не только я их не понимала. Поговаривали, у них в Хабе имелось поселение, но это место никто никогда не видел. Сгинувшие бродили по Хабу в одиночку или в парах, ни с кем не разговаривали и смотрели на мир безумными ввалившимися глазами.              Так вот. В момент, когда в Хабе появились мы, здесь было оживлённо. Биговцы вели какой-то торг с людьми из Н.Т.О.З., эмберовцы проводили каким-то странникам инструктаж, а где-то вдали велись учебные сражения и развлекались странники-дети. Как уже упоминалась, здесь на всю громкость играла британская музыка, сквозь которую перебивающие друг друга голоса звучали причудливо мелодично.              Я направлялась к аванпосту Б.И.Г. Хотя их люди меня смущали, без их помощи продвинуться дальше не получилось бы. Хотелось надеяться, что нужный уровневый ключ у них найдётся.              Джон и Каспер остались спорить в сторонке, когда я приблизилась к мужчине в форме, стоящему у входа в аванпоста.              — Здравствуйте, — поздоровалась я на английском. — Я странница. Мне и моим друзьям пригодился бы уровневый ключ к А-Кластеру.              Мужчина отодвинулся от стены, сложил руки за спиной и смерил меня внимательным взглядом. Он показался мне излишне строгим, почти придирчивым, но приятно молчаливым.              — Конечно. Ключ к А-1 подойдёт? — биговец кивнул спустя пару мгновений. — К слову, Вы уже брали ключи у нас? Лицо у Вас знакомое, мисс.              — Бывало, — пожала плечами я. — Меня зовут Сату.              — Вы выглядите молодо. У Вас есть сопровождающий? — мужчина явно сомневался. — Знаете ведь, все юные странники должны…              — Во-первых, не должны, — перебила я. — Мы в мире, где нет ни стран, ни законов. А во-вторых, я не ребёнок. Не помню, сколько мне лет, но я провела в Закулисье с десяток циклов. Мне не нужны сопровождающие.              Я думала, мой ответ покажется резким, но биговец, казалось, только его и ждал. Кивнув, он тронул край своей фуражки и заверил, что сейчас вернётся. После он ушёл к своим, видимо, за ключом.              Дожидаясь, я обернулась на друзей. Джон всё снимал на камеру, болтал без умолку и даже смеялся на что-то. Поймав мой взгляд, он поднял руку и активно ей замахал. Не знаю, сколько лет Джонатану (он и сам не знал), но он всегда казался мне очень инфантильным. Впрочем, мне это даже нравилось. Закулисье заслуживало таких людей, как он.              Каспер стоял недовольный — он и был недовольством. Уперев руки в бока, юноша спорил с Джоном и уворачивался от взгляда камеры. На перепалку двоих оборачивались проходящие мимо странники, но Касперу было всё равно. Он отвлёкся только на меня, чтобы неохотно помахать, вторя Джону. Сразу после Каспер вернулся к своей тираде.              В какой-то мере, он тоже не казался серьёзным, внушающим уверенность. Вся наша троица, глянь на неё со стороны, наверняка потребовала бы взрослого «сопровождающего», как модно говорить в организациях. Однако меня всё устраивало. Как я уже упоминала, меня несколько отталкивала идея собираться в большие объединения, как это делали биговцы, Н.Т.О.З. или квзшники.              Через пару минут вернулся тот мужчина в форме. С ним пришёл другой человек, на вид помоложе, который нёс небольшую коробку с надписью «А-1». Он улыбнулся мне, проявляя доброжелательность, а затем поманил за собой. Я позвала ребят, и все вместе мы отправились вперёд по широкому тоннелю.              — Вот ваша дверь, — провозгласил биговец с коробкой. Он достал из своей ноши небольшой металлический ключ, тяжёлый на вид, и вставил его в замочную скважину.              Пока открывалась дверь, я присмотрелась к символу на ней. Это был непонятный знак, напоминавший что-то между разрезанным посередине яблоком и хвостом змеи. Символ навёл меня на кое-какие размышления, вызвав занимательные ассоциации, но я решила не зацикливаться на мыслях. В конце концов, дверь уже была открыта!              — Вот досада, — вздохнул биговец: как оказалось, сразу после открытия двери ключ в его руке растворился в воздухе. — Ну ничего, найдём и настроим ещё. Верно, Мануэль, амиго?              — Не издевайся надо мной, — буркнул тот биговец, что был мрачнее. — Я пытаюсь забыть свои корни, а ты вечно о них напоминаешь.              Его молодой напарник лишь пожал плечами. Пожелав мне удачи, он удалился, уводя коллегу за собой. Вскоре оба биговца вернулись к аванпосту.              — Ну что, идём? — спросила я, глядя на товарищей.              — На уровень А-1, серьёзно? — Каспер надулся. — Мы там сто раз бывали! А выбираться оттуда ой как муторно…              — Не туда, — я покачала головой и хитро прищурилась. — У меня есть идея, как очутиться в более интересном месте. Не беспокойся, мы и мгновения на А-1 не пробудем.              — То есть как? — в голос спросили Джон и Каспер.              В ответ я молча повернулась к открытой двери спиной. Тут всё всем стало ясно: ребята затаили дыхание в удивлении.              Как известно, в двери в Хабе всегда следовало заходить порядочно, лицом вперёд, чтобы всё сработало как надо. А если выпендриваться и заходить спиной вперёд, то тебя обязательно выкидывало на какой-нибудь загадочный уровень. Не все знали об этой фишке, я сама прознала о ней однажды из рассказа одного странника на уровне 1, но эта фишка точно работала. И я собиралась рискнуть!              — А если мы не вернёмся живыми? — заворчал Каспер. Он схватил меня за руку, задерживая перед последним шагом. — Сату, мы, вообще-то, не отчаянные исследователи.              — Вообще-то да, — встрял Джон. Его глаза были широко распахнуты, но звучал он возбуждённо. — Но какое путешествие без испытания? Без загадки? Без интриги?! Зритель требует драмы!              — Клянусь, я однажды разобью твою камеру, — процедил Каспер.              — Смотри как бы я не испортил всю твою коллекцию, мусорщик! — последовал закономерный ответ.              Я не дала Касперу разразиться тирадой, потому что в этот момент высвободила свою руку из его хватки и шагнула назад. Буквально мгновение — и очертания Хаба растворились, смешавшись с пушистым белым светом и приятным покалыванием в пятках.              Я стремительно проваливалась в неизвестность.