Очередная вечность

      Нам повезло: через несколько условных дней снова пришли квзшники, которые сказали, что у них нет оснований удерживать нас на уровне и дальше. Фомин лично заявился, чтобы подтвердить эти слова. Однако когда я уже собиралась идти вслед за друзьями, которым указали выход с уровня, русскоязычный исследователь меня остановил.              — С тобой и правда что-то неладное, — сказал он шёпотом и с очень серьёзным видом. — Если захочешь когда-нибудь решить эту загадку, то посети любую нашу базу и представься. Наши люди уже будут тебя знать. Помни: любая аномальная активность — это плохо.              — Спасибо, я запомню, — ответила я, но в мыслях добавила, что никогда не воспользуюсь этим советом.              Итак, я, Джон и Каспер узнали, как можно покинуть злосчастный уровень, так что сделать это не составило труда. Я выдохнула с облегчением только когда группа желтокурточных мужчин скрылась с глаз. А когда закончилось перемещение, все мои тревоги растворились вместе со снежными пейзажами.              Новый уровень оказался теплее в разы — это я поняла сразу. Поднявшись на ноги после неудачного приземления, я осмотрелась и первым делом увидела друзей, тоже приходивших себя. Они были в полном порядке.              Я повертелась из стороны в сторону, вглядываясь в уровень получше. И то, что я увидела, сделало мой день. Наконец что-то, что понравится всей нашей троице!              Этот загадочный уровень был природным, насколько так можно было сказать. Моим глазам представилась картина: зелёные поля с небольшими холмами, рощицы вечнозелёных деревьев, заснеженные пики гор вдалеке, голубое-голубое небо. Стояла я на равнине, дышалось здесь легко, а щиколотки щекотала насыщенно-зелёная трава. И здесь было настолько тихо, насколько это возможно.              Отличное место, как мне подумалось. Что-то, напоминавшее реальную местность, но слегка иллюзорное, отчего не создавалось пагубного впечатления возвращения на Сцену. Нет, здесь сохранялся баланс между убедительностью и «нарисованностью». А главное, это место было красивым, мирным и безопасным хотя бы на первый взгляд.              Благодать!              — Наконец-то лето! — раздался за спиной недовольный голос Каспера. — Клянусь, если нам попадётся хоть ещё один уровень, где будет идти снег…              Джон недоумённо приподнял бровь на эту опасно незавершённую угрозу, но ничего не сказал. Проверив, на месте ли рюкзак, он наконец встал и подошёл ко мне. Теперь мы осматривались вдвоём, впитывая новые ощущения и наслаждаясь лучами невидимого солнца. Небесные светила здесь отсутствовали так же, как и облака.              Ветер срывался несильный и мягкий. Небо приятно голубело, накрывая землю куполом. Вокруг шелестела и шумела растительность всех видов, вся ярко-зелёная, но приятная глазу. Мне показалось, будто я наконец попала в место, где могу по-настоящему отдохнуть. Наверняка здесь и где искупаться найдётся, и где позагорать, и где побегать! Началось бы путешествие с этого уровня…              Мои размышления были прерваны внезапным звуком, ворвавшимся в тишину окружения. Это был вой, далёкий и протяжный, что внезапно сотряс воздух. Мы втроём подскочили на местах почти одновременно — и было отчего!              — Волки? — осторожно спросил Каспер, встав от меня по другую сторону.              — Думаю, если и волки, то они далеко, — деловито отозвалась я. — Не переживайте, я уверена, что этот уровень безопасен… Идёмте гулять?              Джон и Каспер переглянулись и синхронно кивнули. На лице первого даже появилась улыбка, которая не могла не порадовать. Я уж начала беспокоиться, что Джон разучился улыбаться так, по-своему, как мне всегда нравилось.              Мы отправились в поход. Признаться, идти по мягкой траве, вдыхать свежие запахи цветов и смотреть на пёструю живую картинку было как никогда приятно. Я не помнила, когда последний раз была на подобном уровне. Здесь чувствовалась любимая мной свобода, не было ни намёка на человека и, конечно же, царило вечное лето. Я бы жила на этом уровне, если бы не неизменный дух авантюризма, постоянно дававший о себе знать.              В конце концов, когда у тебя есть целое Закулисье, как можно задерживаться на одном-единственном уровне? Исследовать бесконечность в любом случае интереснее, чем сидеть на одном, пускай даже самом лучшем уровне на свете!              Таким образом шли мы, по ощущениям, несколько часов. Время суток на уровне никак не менялось, так что определить точно не получилось бы.              Я не обращала внимание на усталость, слишком захваченная красивыми видами вокруг, о некоторых из которых на ходу записывала в дневник. Джон бежал впереди, снова ведя видеоблог, и выглядел он довольным. А Каспер как всегда тащился позади, время от времени наклоняясь, чтобы подобрать интересную мелочь, что пополнит его объёмную (и неподъёмную) коллекцию.              Честно говоря, когда впереди показалось то, что не походило на природный объект, я немного разочаровалась. Джон заметил перемены первым, остановился и указал пальцем вперёд. И мы, стоя на небольшом холме, посмотрели вниз все вместе.              Там, у кристально-чистого озера, стояло здание с несколькими блоками. Оно было сделано из дерева, выглядело ухоженным и оставалось тихим. Архитектура всячески украшалась цветами и кустарниками, а ещё — светящимися фонариками и разноцветными флажками. На самом высоком из блоков развивался флаг, на котором красовался неизвестный никому из нас герб.              У озера была пристань и место, с которого за предположительными купающимися должен был следить предположительный спасатель. Чуть в стороне от основного здания и озера имелась детская площадка, а в другом месте, тоже недалеко, — сад с беседками. В целом, всё это напоминало какой-то центр отдыха.              — А вот тебе и курорт! — провозгласил Джон, вдохновлённый увиденным. — Кто там хотел искупаться и полежать на шезлонге, Сату?              — Я не имела в виду что-то такое, — вздохнула я, но жаловаться не стала. В общем-то это место выглядело неплохо.              Нам понадобилось несколько минут, чтобы спуститься с холма и добраться непосредственно до территории так названного курорта. Сколько бы мы не прислушивались, никаких звуков, помимо природных, не услышали. Казалось, здесь вообще никого не было!              Джона отсутствие людей немного расстроило, но это не помешало ему остаться жизнерадостным и любопытным. Не дожидаясь нас, он побежал исследовать помещения зданий и проверять каждый уголок. Заодно убедился, что нигде не было ни одной живой души.              Меня отсутствие разумных и говорящих, наоборот, приободрило. Оставив рюкзак у входа, я отправилась к озеру — вода в нём оказалась прохладной и манящей. Каспер тем временем изучал окрестности, шагая очень осторожно, будто ожидал в любой момент наткнуться на дуло автомата.              Где бы мы не смотрели, нигде никого так и не нашли. Значит, волноваться было не о чем! Стоило отдохнуть вместо этого, пока ещё имелась такая возможность.              Я сидела у озера, опустив в воду ноги и наслаждалась покоем. Джон, поднявшись на вышку спасателя, снимал округу на камеру, время от времени поворачивая объектив ко мне, чтобы я помахала. А Каспер ходил вдоль кромки воды с мороженым в руках, которое нашёл в холодильнике внутри здания: как оказалось, там было немало холодной еды.              Тянулось время, а обстановка осталась статичной, как картинка, зависшая на экране телевизора. Я сидела у воды, Джон снимал, Каспер ходил вокруг — всё. И тишина. Никто не мешал нам развлекаться так, как мы хотели, но мы не стремились делать ничего противозаконного, довольствуясь тем, что имелось в этом месте.              Вскоре я почувствовала усталость и предложила ребятам пойти поспать, ведь наверняка в здании имелись и кровати. Джон и Каспер согласились: первый едва не зевнул, когда речь зашла о сне. Мы немало ходили сегодня, так что точно заслуживали небольшой пассивный отдых!              В одном из блоков здания нашлось две спальни, в каждой из которых было по одной двухместной кровати. Как только мы это поняли, то обменялись многозначительными взглядами. На полу спать никто не собирался.              — Ну, что же, — прокашлялась я и подошла к одной из дверей. — Видимо, придётся вам потесниться, ребята.              Я хмыкнула, мельком отдала честь и исчезла в спальне, которую себе так ловко отхватила. Беднягам Джону и Касперу придётся ютиться в одной кровати. Не то что бы такое можно было считать неудобством, всё-таки нам попадались уровни и намного менее комфортные, но мне такое решение показалось забавным. Не мне же бороться за одеяло с одним из них, правда же?              Так как на уровне всегда был день, я задёрнула плотные шторы на окне, дабы хоть как-то убрать с глаз солнечный свет. После разулась, плюхнулась на кровать и завалилась спать на нетронутых простынях, в окружении деревянных стен и приятной температуры воздуха. Я была уверена, что это будет лучший сон в моей жизни, после такого-то путешествия по полям и лугам!              Впрочем, не все мои ожидания оправдались. Когда я уже давно мирно спала, уткнувшись лицом в подушку, дверь моей комнаты приоткрылась. В следующий момент я проснулась от того, что кто-то отчаянно дёргал меня за рукав футболки. Нехотя я расплющила глаза и села. Лицо моё отражало сонливое недовольство.              — Каспер? — удивлённо спросила я. — Знаешь, в этом месте и так нет смены дня и ночи, заснуть непросто. А ты ещё и будишь вот так…              — Прости, — Каспер мучительно вздохнул и указал себе за спину. — Спать бок о бок с этим парнем невозможно — он брыкается! Ты бы видела, с какой силой он сбросил меня с кровати! Не удивлюсь, если он ещё и лунатит.              — Ну да, кажется, Джон упоминал, что он немного беспокойный во сне… — припомнилось мне.              — Это ещё мягко сказано! — Каспер переступил с ноги на ногу и вдруг выпалил: — Можно я у тебя досплю, а? Я могу и без одеяла обойтись, здесь не холодно. Только не возвращай меня к этому сорвиголове!              Вообще-то у меня было полное право вернуть Каспера в его спальню, доказывая свою правоту словами, что друзей не выбирают (как минимум в обстоятельствах, когда выбора особо нет). Однако я сжалилась над тем, как отчаянно на меня смотрел бедняга Каспер. Не удивлюсь, если Джон оставил ему пару синяков, о чём по пробуждению даже не вспомнит!              — Без одеяла, — предупредила я, и Каспер благодарно улыбнулся.              Теперь не вся кровать принадлежала мне, что прискорбно, но я не поспела выразить недовольства. Каспер очень постарался, чтобы не мешать: лёг на свою половину, отвернулся и притиснулся к самому краю. Я, по сути, многого не потеряла — с этой мыслью и заснула снова…              Касперу не стоило жаловаться на Джона. Если тот дрался, что вполне простительно, то сам Каспер, как я самолично открыла для себя, имел привычку кардинально менять позу во сне. Собственно, по этой причине заснули мы на разных частях кровати, отвёрнутые друг от друга, а проснулись уже едва ли не в обнимку. Причём Каспер наполовину лежал на мне, попутно расползаясь по всей кровати!              Да, не слукавил, обошёлся без одеяла… Но вместо этого едва не придушил во сне, сам того не ведая!              Когда мы оба проснулись и сели, Каспер бросил на меня виноватый взгляд.              — Я больше не приду проситься, — пообещал он, видя, с каким неудовольствием я потирала ту половину тела, которую он прижимал половину «ночи».              — В следующий раз будешь спать один, — отозвалась я. — Думаю, я справлюсь с драчливостью Джона.              — Справедливо.              В голосе Каспера мне послышалась нотка досады.              Я вздохнула, отбросила мысли в сторону и попыталась встать с кровати, но тут же плюхнулась обратно. Что-то мне помешало. Мои глаза расширились от удивления, когда я, посмотрев вниз, увидела верёвку, каким-то чудом обвившуюся вокруг моего правого запястья.              Каспер проследил за моим взглядом и тоже замер. А потом мы оба увидели, что другой конец верёвки был привязан к его запястью. Левому.              Одновременно подняв головы, мы уставились друг на друга в молчаливом потрясении.              Вдруг дверь спальни с грохотом распахнулась: на пороге появился запыхавшийся и взъерошенный Джон.              — Эй, ребят! — парень в отчаянии потряс правой рукой, к которой был привязан один конец верёвки; другой, свободный, болтался в воздухе. — Посмотрите, меня пытались связать во сне!              Джон прервал себя, когда увидел меня и Каспера, которых действительно связали, доведя дело до конца. Глаза Джона расширились в удивлении и он медленно опустил руку.              — Ну отлично. Что это за бред?! — проворчал Каспер. Он был занят тем, что пытался развязать узел на своём запястье.              — Особенность уровня? — неуверенно ответил Джон. Наверное, он вдруг осознал, что ему ещё повезло, в отличие от нас, потому что озарился улыбкой. — Это наверняка связано с тем, что вы двое спали вместе!              Каспер цокнул языком и бросил в ответ обиженный взгляд.              — Хочешь сказать, что если бы я остался с тобой, дабы отхватить лишних тумаков, то связали бы наши с тобой руки?              — Наверное, — Джон пожал плечами. — Повезло же мне быть невыносимым даже во сне!              Я отвернула голову, чтобы незаметно закатить глаза, и заметила, что Джон и Каспер обменялись крайне напряжёнными взглядами. Это меня насторожило. Выглядело всё так, словно они хотели что-то сказать друг другу, но не делали этого. И, что подозрительно, сказать хотели что-то плохое…              В любом случае, сейчас у нас была небольшая проблема, с которой предстояло разобраться. К этой проблеме добавилось ещё пара условий, когда мы с Каспером, всё так же не способные отойти друг от друга дальше, чем на шаг, вместе вышли на улицу. За нами спешил Джон, взволнованный происходящим.              Буквально на крыльце здания нас встретила табличка, которой не было раньше. Я вслух прочитала её для всех:              — «Приветствую скреплённые сердца на самом лучшем курорте, что способен связать вас ещё более крепкими узами! Для того, чтобы проверить ваши чувства на прочность и подарить массу незабываемых впечатлений, наш уровень предлагает несколько замечательных испытаний! В конце вас будет ждать заслуженная награда!»              Я и Каспер посмотрели сначала друг на друга, а затем — на наши связанные руки. И тут же отвернули головы.              — Эй, а чем я займусь? — встрял Джон, тщетно попытавшись протиснуться между нами.              — Тут внизу дополнение, — сказала я. — «Если каким-то чудом здесь обнаружилось одинокое сердце, оно может помочь подготовить награду! За дальнейшими указаниями обращайтесь в здание администрации».              — Значит, я буду работать, а вы — развлекаться? — Джон разочарованно вздохнул, но тут же поднял камеру. — Отлично! Встретимся позже!              С этими словами Джон, которого ничего в ситуации не смутило, ушёл. А мы с Каспером остались стоять в замешательстве, понятия не имея, как относится к событию.              — Лучше бы это просто было ничейное место, — не мог не заворчать Каспер. — А теперь какие-то испытания… Куда идти-то?              Я подняла руку и указала вперёд, на холм, где высился красный флажок. Однако сделала я это связанной рукой, отчего Каспер дёрнулся вперёд и едва не упал. Я тут же поспешила извиниться.              — Да уж, — Каспер кое-как выровнялся. — Придётся привыкнуть к этому неудобству, иначе разобьём себе головы.              Я была согласна с этим утверждением, поэтому предложила двигаться медленно. Так, вдвоём, следя за шагами друг друга, мы направились к первому маркеру на пути нашего «испытания».              Возможно, этот уровень просто играл с нами. А возможно, всё так и было задумано. Но почему никто не принимал во внимание тот факт, что гости курорта не захотят принимать участие ни в каких испытаниях? Вечно в Закулисье всё по своим правилам!              Как только мы забрались на холм, что потребовало некоторого времени, то увидели распростёршуюся долину, что была усеяна высокой травой. За долиной виднелось что-то наподобие тоннеля или пещеры, а ещё дальше начинался горный склон. Что дальше — неясно, но красные флажки виднелись и впереди. Значит, путь наш лежал туда.              Каспер посмотрел на меня, ожидая подсказок, но я знала о ситуации не больше его. Несколько мгновений мы стояли у флажка, не решаясь сделать первый шаг. Признаться, было немного боязно.              Наконец, Каспер преисполнился решимости и вступил в траву. Она оказалась ему преимущественно по грудь, а так как ростом мы были практически одинакового, у меня тоже остался неплохой обзор. Впрочем, стоит сказать, что стоять по грудь в щекочущей жёсткой траве — то ещё удовольствие.              — Ну, значит, идём? — почему-то Каспер не звучал уверенно.              Кивнув, я пошла вперёд. Каспер — в шаг со мной, стараясь не отходить, дабы верёвка не натягивалась и не тёрла нам обоим кожу.              Некоторое время всё было спокойно. Мы просто шли по долине, оглядываясь по сторонам. Никакого испытания будто бы и не предвещалось… Я даже расслабилась, совсем перестав торопиться. Каспер, казалось, тоже перестал хмуриться.              В конце концов, небольшая прогулка не повредит…              Внезапно я почувствовала прикосновение к своему плечу и вздрогнула. Это был не Каспер. Это была одна из высоких травинок, которая неожиданно шевельнулась вполне себе неестественным образом и потянулась к моей руке!              — Сату! — воскликнул Каспер, и я обернулась на него, чтобы подивиться зрелищу: несколько травинок, что оказались крепкими и изворотливыми, обхватили ногу парня.              Мы обменялись быстрыми взглядами, а затем посмотрели по сторонам: трава тянулась со всех сторон, пытаясь схватить и утянуть за собой.              Не сговариваясь, я и Каспер сорвались с места и побежали.              К сожалению, бежать, будучи связанными друг с другом, было не просто. То и дело кто-то оказывался впереди или, наоборот, отставал, и замедлялись оба. Опасно было и спотыкаться, что я проверила на своём опыте, когда едва не грохнулась на землю, утягивая за собой Каспера.              Мы бежали так быстро, как могли, но проклятая трава не собиралась сдаваться. Долина всё не кончалась, хотя впереди мелькал долгожданный второй маркер. Постоянные замедления не помогали к нему приблизиться, а я уже чувствовала, как мои конечности и торс обвивала живая растительность…              — Стой! — Каспер вдруг остановился, резко потянул меня назад и заставил встать рядом. Он был очень серьёзен и тяжело дышал. — Нам нужно бежать синхронно, ясно? Только так скорость будет неизменной!              Я всё поняла с первых слов. На мгновение мы замерли, становясь как можно ровнее по отношению друг к другу, а затем, на счёт три, одновременно сорвались с места. Бег продолжился, но теперь ощущался легче. Я старалась не отвлекаться и следила за шагом Каспера, а он, в свою очередь, следил за моим.              На последних метрах трава стала такой агрессивной, что начала лезть в лицо и пытаться схватить за шею. Тогда Каспер вдруг схватил меня за плечи, прижал к себе и вырвался вперёд. В пару мгновений мы оба пересекли невидимую черту и, ожидаемо, свалились на землю.              Трава осталась позади. Мы лежали на спинах, глядя в небо, и пытались отдышаться. Я очень давно не бегала так быстро.              — Кажется, это было первое испытание, — пробормотала я, смахивая со лба капли пота.              — Дурацкое испытание, — дал оценку Каспер, с которой я была полностью согласна.              Тем не менее это было даже немного забавно. Неудобно, да, но когда мы решили бежать правильно, то стало почти весело! И мне подумалось, что нас не пытались убить… наверное.              Когда прошла прежняя усталость, мы поднялись на ноги и подошли к красному флажку. Теперь перед нами красовался тёмный вход в пещеру, от которой веяло холодом. Каспер поёжился; я в недоумении потёрла шею.              Переглянувшись, мы зашли внутрь.              Первые шаги были в полной темноте, но вскоре откуда-то появился рассеянный свет, у которого не было источника. Наша пара тащилась по скользкому каменному полу, приближаясь к чему-то, что поначалу показалось водой.              В пещере обнаружилось небольшое озеро, вытянутое и длинное, которое уходило во тьму. На берегу озера нашлась лодка с двумя вёслами, сразу подсказавшая, что стоило сделать. Однако нельзя было не отметить, что озеро было наполнено не водой, а странной чёрной жидкостью, трогать которую никто из нас не решился.              — Умеешь грести? — спросила я скептичным тоном.              — Смеёшься? — Каспер фыркнул. — Нет конечно.              — Значит, будешь учиться. Прямо сейчас.              Я сделала осторожный шаг к лодке и потрогала её. Лодка закачалась, но осталась на месте. Вроде устойчивая. Тогда я попыталась сесть в неё так, чтобы не опрокинуть Каспера. Тому пришлось подойти как можно ближе к краю, дабы не упасть. После Каспер сел и сам, плюхнувшись на сиденье рядом.              У нас в руках были вёсла — по одному на каждого. Теперь от нас требовалось лишь грести одновременно, так же синхронно, как мы бежали только что. Если сделать всё правильно, то быстро справимся и с этим дурацким испытанием!              Каспер и правда не умел управляться с лодкой, но я подсказала, как это делалось, и вроде у него стало получаться. В полном молчании мы оттолкнули лодку от берега и начали надводный путь. В тишине пещеры раздались лишь тихие всплески воды и — иногда — недовольные вздохи Каспера.              Чёрная вода ощущалась плотнее обычной, но кроме лишних усилий, что приходилось прикладывать, трудностей не возникало. Мы не разговаривали, потому что все слова в этом месте отражались и усиливались эхом. Оставалось лишь прислушиваться к тишине…              Так было до тех пор, пока откуда-то из тьмы не раздался голос:              — Сюда.              У меня от звуков этого нечеловеческого, тихого, холодного голоса побежали мурашки. Я замерла с поднятым веслом и повернула голову в сторону, откуда слышала шум. Каспер, как оказалось, испугался не меньше, но виду не подал — молодец парень.              В темноте ничего не было видно. Я различала лишь поверхность воды, очертания лодки и фигуру Каспера рядом со мной. Во остальном — пустота. И из этой пустоты снова раздался жуткий голос:              — Сюда. Плыви сюда. Здесь выход.              У меня отвисла челюсть. Вдруг стало так холодно, что захотелось натянуть и куртку, и шапку, и шарф. А желательно — сбежать подальше из этого странного места, из глубины которого доносился душещипательный шёпот…              Мы с Каспером медленно перевели взгляды друг на друга. А затем — схватились за вёсла и быстро загребли в почти идеальном темпе.              — Сюда… — продолжал нашёптывать голос, который, казалось, перемещался вслед за нашей лодкой. — Выход…              Ясное дело, мы и мне думали останавливаться. Но вдруг — в совершенно пугающий момент! — что-то выскочило из темноты и метнулось к боку Каспера. Я не успела увидеть, что это было, но посчитала, что мельком увидела кривую жуткую конечность. И вот эта штука схватила!.. Но не Каспера: тот успел увернуться.              Конечность нащупала лямку его сумки и резко потянула на себя. Мгновение — и всё исчезло. Каспер оторопело уставился во тьму, когда снова воцарилась тишина.              Потрясение стремительно сменилось на отчаяние. Каспер пощупал воздух в том месте, где только что была его сумка. А следом его лицо побледнело…              — Мои находки… — одними губами прошептал Каспер. Он схватился за грудь, словно задыхался. — Я собирал их тринадцать циклов…              — Каспер! — выдохнула я в растерянности.              Но ответа не последовало. Каспер отпустил весло, вздрогнул всем телом и вдруг наклонился ко мне, как обмякшая кукла. Я едва успела подхватить его и обнять. Теперь Каспер держался лишь на моего страхе упасть с лодки в воду.              Я молчала, пока Каспер переживал самую большую потерю в его жизни. Плечи парня содрогались время от времени, но он, вроде бы, не плакал. Я старалась поддержать его, как могла, отчего и принялась гладить по спине. Мне трудно было представить, насколько сильно Каспер ценил свои сокровища, но… Но я правда не хотела, чтобы он расстраивался из-за их потери.              Возможно, стоило сказать пару ободряющих слов, но я не придумала ни одного в тот момент. Поэтому я просто держала Каспера, а он сидел, уткнувшись носом в моё плечо, и смотрел перед собой остекленевшими глазами.              Спасибо, что хотя бы жуткий голос затих!              Спустя несколько минут Каспер отстранился и сел. Его лицо было пустым, а губы беззвучно двигались. Я следила за другом с беспокойством, боясь, что он может сгоряча вытворить что-нибудь. Например, броситься в воду, лишь бы добраться до похитителя ценностей!              — Не переживай, — кое-как я заставила себя произнести эти слова. — Ты насобираешь ещё, мы поможем, обязательно поможем… Я боюсь, твою сумку уже не вернуть.              На мгновение мне показалось, что глаза Каспера заслезились, но парень быстро протёр их рукавом и отрывисто кивнул. Он правда старался держать себя в руках, и я ценила это. Трудно представить, какой хаос творился в его несчастной голове.              — Я собирал их тринадцать циклов… — едва слышно сетовал Каспер, дрожащей рукой берясь за весло. — Столько уровней, столько воспоминаний… Всего не стало…              — Каспер, — позвала я. Когда глаза-изумруды, сейчас чуть потускневшие, посмотрели на меня, я прокашлялась и сказала: — Воспоминания — в твоей голове, а не в вещах, которые ты собирал. Я понимаю, что трудно терять старую коллекцию, однако… Не относись к этому, как к потери прошлого, ладно? Главное, что ты всё ещё помнишь все те моменты. Да и потом, с тобой всё ещё есть мы — живые напоминания о всех трудностях и приключениях, что случились!              Каспер несколько мгновений смотрел мне в глаза, не выражая толком никаких эмоций. Наконец, он поджал губы, коротко кивнул и с крайне серьёзным видом посмотрел в темноту, что забрала его дражайшую радость.              — Ну и подавись, чудище, — процедил сквозь зубы Каспер и погрозил тьме кулаком. — Попадитесь ты мне ещё!              Я тихо хихикнула и взялась за весло. Мы возобновили ход лодки. Очень скоро озеро закончилось, сменившись твёрдым берегом. А когда наша пара прошла сквозь недолгую тьму, то впереди замерцал свет — выход и тепло!              Третий флажок стоял прямо у подножья того, что издали показалось горой. На самом деле это был очень высокий холм, обладавший причудливой формой и крутым склоном. И, судя по всему, следующая марка находилась на его вершине.              — Чёрт бы побрал эти «испытания сердец», — проворчал Каспер. — А тем, кто это придумал, не говорили, что чувства не нужно доказывать? Они либо есть, либо их нет! В другое я не верю.              — Наверное, они считают иначе, — я пожала плечами и улыбнулась. — Не волнуйся, Каспер, самое худшее позади. К тому же в конце нас ждём награда, ты забыл?              — Надеюсь, наградой станет открытие: это был сон, а я валяюсь на полу с избитыми боками.              — Ага. А я сплю в своей большой постели совсем одна без угрозы проснуться с верёвкой на запястье!              Мы одновременно улыбнулись, и я не могла не признать, что улыбка Касперу очень шла. С ней его зелёные глаза начинали сиять маленькими блестящими огоньками. Такими маленькими, что приходилось подходить поближе и всматриваться внимательно, дабы их не упустить…              Я мотнула головой и указала наверх, на холм. Нам пора было начинать подъём. Может, это будет не так уж и трудно?              Каспер немного подумал и предложил взяться за руки, чтобы верёвка мешалась меньше. Я согласилась. Так, вдвоём, мы отправились вверх на высокий крутой холм, поддерживая равновесие свободными конечностями.              Это было не так-то просто, но хотя бы не опасно. Я не помню моментов, где срывалась с холма, однако отлично помню те, в которых становилось страшно. А всё потому, что холм обладал аномальным свойством становится всё более и более крутым, даже когда это стало нарушать законы физики и логики. В какой-то момент я осознала, что взбираюсь не наверх, а вниз — холм начал закручиваться в спираль! И это, признаться, было пугающее ощущение.              Весь путь я не отпускала руку Каспера и старалась не смотреть по сторонам. Я просто упрямо забиралась всё выше, уверенная, что однажды путь закончится. Пускай голова у меня кружилась, страх упасть усиливался, а дыхание сбивалось — всё это не имело значения. Я просто крепко сжимала чужую ладонь и хваталась за новый выступ.              Не знаю, сколько прошло времени, но по ощущениям — минут десять. Я не поняла, в какой момент иллюзия невозможного подъёма исчезла, а мои ноги ступили на вполне обычную, ровную твердь. В любом случае, отсутствие спиралей означало, что цель была достигнута!              Каспер встал рядом со мной и обернулся, чтобы посмотреть вниз. Его лицо тотчас вытянулось от потрясения. Я поняла причину этого, только когда тоже посмотрела назад.              Каким-то чудом мы стояли на вершине очень высокой горы, а там, внизу, всё было ужасно маленьким! Просто от открывшегося вида у меня снова заболела голова…              — Бред какой, — пробубнил Каспер, когда посмотрел вперёд.              Замечание оказалось справедливым, потому что другой склон горы был совсем другим — низким, отлогим, поросшим травой. Получалось так, что с одной стороны у нас неприступный горный хребет (по которому мы, видимо, забрались!), а с другой — небольшой мягкий холмик. И правда, бред какой…              От мыслей меня отвлекло журчание. Повернув голову в ту сторону, я увидела небольшой ручей, что брал начало с вершины этой чудной горы. Источник кристально-прозрачной воды весело бился, разбрызгивая прохладные капли.              Я подошла к ручью, утягивая за собой Каспера. Мы вместе присели у источника и протянули руки, чтобы взять немного воды. Несколько мгновений прошли в приятном молчании восстановления после нелёгкого пути.              — Как думаешь, где сейчас Джон? — спросила я, откидываясь назад.              — Бездельничает, — проворчал Каспер. — Клянусь, в следующий раз в подобную историю ввяжется он! Я лично его свяжу!              — Звучит очень угрожающе.              Я не могла не рассмеяться. Каспер поначалу хмурился, весь такой недовольный, но вскоре невольно расцвёл улыбкой. Так мы сидели, глядя друг на друга, и веселились.              Лёгкий ветер налетел порывом и растрепал светловолосую шевелюру Каспера. Парень тут же фыркнул и потянулся, чтобы убрать чёлку со лба. Его изумрудные глаза блеснули на мгновение, зажглись теми самыми маленькими огоньками, которые издалека не рассмотришь. И я подалась вперёд, из чистого любопытства не желая пропустить возможность приглядеться.              Каспер замер с поднятой рукой и уставился на меня во все глаза. Я тоже застыла, тоже слегка удивлённая. Пару мгновений мы пялились друг на друга так, будто впервые увиделись.              Затем я молча отстранилась, а Каспер неловко сдул с лица прядь и опустил руку.              Пора было продолжать путь. Мы поднялись, помогая друг другу, и отправились вниз по противоположному склону. В этот раз всё прошло ровно в самом буквальном из смыслов: склон холма оказался обычным и удобным. Не прошло и минуты, как и я и Каспер оказались на травянистой поляне.              Видимо, это был конец, потому что здесь нас встретил зелёный флажок. Я из любопытства ткнула его, и флажок тут же втянулся в землю, словно спугнутое животное. Забавно.              — Смотри, Сату, — позвал Каспер, указывающий куда-то вперёд.              Я подняла взгляд и присмотрелась. И правда, впереди имелось что-то. Возможно, та самая обещанная награда!       Вдвоём мы пошли по поляне, и ничто не попыталось снова нас схватить, утащить или перекрутить. Вскоре земля закончилась — буквально закончилась. Мы увидели большой обрыв.              Неужели всё это время мы находились на парящем острове?! Это было очень неожиданное открытие. Я буквально стояла на краю, а внизу, вверху и вообще повсюду было голубое небо. Единственное, что можно было рассмотреть — иллюзорную, почти прозрачную поверхность Земли, что виднелась вдали. Земля выглядела, как плоский диск, как нарисованная картинка, и растворялась в тумане. Помимо неё, было лишь небо.              — У меня сейчас мозг сломается! — пожаловался Каспер и отошёл от обрыва. Мне пришлось последовать за ним, хотя мне вид, наоборот, понравился своей невероятностью.              Внезапно кто-то появился позади и хлопнул нас с Каспером по спине.              — Поздравляю! — воскликнул Джон, когда мы подскочили на месте от неожиданности. — Долго же вы, ребят. Я успел заскучать здесь.              — Джон? А ты тут откуда? — недоумённо спросила я.              — Вообще-то я помогал с подготовкой приза. Меня сюда привели окольными путями и, в общем, всякое было… Но это важно! Как-нибудь потом расскажу.              После этих слов Джон щёлкнул ножницами и с торжественным видом разрезал верёвку, что сковывала меня и Каспера. Но я так привыкла к ней за это время, что даже поёжилась: мне показалось, что мне отрезали часть тела.              Каспер с удовольствием стянул с руки огрызок верёвки и стал массировать запястье. А Джон тем временем едва сдерживал свою радость.              — Я не буду вам мешать, — заверил он и указал куда-то мне за спину. — Наслаждайтесь видами!              Никто и глазом не успел моргнуть, как Джон куда-то исчез. Понятия не имею, чем он занимался всё это время и куда направился. В будущем нужно было обязательно его расспросить.              Но пока меня интересовало другое. Я обернулась, чтобы посмотреть на награду.              Ею оказался стол. Небольшой, круглый, укрытый белой скатертью. На нём были две тарелки, две вилки и две ложки, две чашки. Кроме того нашлись чайник, вазочка с фруктами и коробка салфеток. Выглядело всё это так, будто сервировкой занимался профессионал.              Я неуверенно подошла к столу и села за один из резных столиков. Каспер поспешил за мной — сел напротив. Мы оба уставились на пустые тарелки, а затем посмотрели друг на друга.              — Этот уровень, кажется, решил всё за нас… — вырвалось у Каспера. Я так и не смогла понять, с каким тоном он это сказал: разочарованно или облегчённо.              Я перевела взгляд в сторону, чтобы посмотреть на обрыв, к которому столик был придвинут очень близко, и ахнула. В бескрайнем голубом небе нашлось ещё что-то, помимо далёкой нарисованной Земли.              В воздухе парил огромный, просто исполинских размеров дракон! Я бы даже назвала его Левиафаном, ведь больно уж он походил на то самое библейское чудовище. И вот, это существо было там, в небесах, очень далеко от парящего острова. Однако оно было так велико, что казалось очень близким!              — Дракон… — ошарашенно прошептал Каспер, тоже заметивший большого наблюдателя.              Некоторое время мы — маленькие букашки — сидели за столиком на краю острова, задрав головы, и смотрели на грандиозное, мощное, безмерное создание. Оно оттенками сливалось с небесами, но очертания его не расплывались. Время от времени Левиафан шевелился. И я могла поклясться, что его титанических размеров глаз наблюдал за мной и Каспером с ленивым любопытством!              Когда мы опустили взгляды, с трудом оторвав их от величественного змея, то увидели, что наши тарелки наполнены едой. Причём такой, которая точно понравилась бы! Всё это действительно напоминало награду: отдых, невероятные пейзажи, неповторимая обстановка и… вкусная еда. Именно так.              Я была занята трапезой и, насколько могла видеть, Каспер увлёкся тем же. Вокруг нас шумел ветер, шелестели травы и иногда, где-то очень далеко, шумно вздыхал Левиафан. Было светло без солнца и тепло без огня. Мы просто сидели на краю мира и вкусно ели, забыв обо всей абсурдности происходящего.              Закулисье оно такое, что в нём нужно наслаждаться моментом, неповторимым и красочным. Не думай ни о прошлом, ни о будущем, ни о смысле —думай о моменте!              — Слушай, Сату… — внезапно Каспер заговорил, и голос его звучал неуверенно.              Я подняла взгляд и остановила руку с вилкой, так и не донеся её до рта. Мой взгляд стал любопытным, я слегка наклонила голову набок.              Каспер мешкал некоторое время. Он смотрел то в сторону, то в небо, на дракона, то себе под ноги. Казалось, какие-то слова никак не решались сорваться с его уст. Я ждала терпеливо, догадываясь, какими они могут быть.              — Это «испытание сердец», — сказал наконец Каспер, глядя в свою тарелку, — оно же подразумевалось не просто дружеским, да?              Я смиренно вздохнула и опустила вилку. Да, я знала, что Каспер скажет именно это. Я даже была удивлена, что он не сказал этого ещё раньше. Но эту тему, пожалуй, и правда стоило обсудить.              — Для начала я хочу сказать тебе, Каспер, что мы оба достаточно взрослые, чтобы поговорить об этом прямо, — начала я, звуча одновременно и строго, и мягко. — Ты согласен с этим?              Каспер кивнул и посмотрел на меня.              — Так вот, — продолжила я. — Я не буду скрывать, что ты мне нравишься. Вы оба — ты и Джон — мне нравитесь, но ты… Пожалуй, ты всё-таки больше. Иначе. Я никогда не говорила об этом, потому что в этом не было надобности. Мы отлично ладим, мы всегда были лучшими друзьями… Однако раз сейчас зашёл об этом разговор, я буду честной и скажу: да, с нашей первой встречи ты стал для меня особенным.              — Это так странно обсуждать, — Каспер говорил так, будто слова застревали у него в горле. — Со мной всё это время творилось тоже самое.              Я не смогла сдержать улыбку. Нельзя было отрицать того факта, что услышать это было приятно. Не то что бы я когда-либо считала, что Каспер может ответить иначе, но одно дело — считать, другое — слышать своими ушами.              Придвинувшись ближе к столу, я сцепила пальцы рук в замок.              — Ты невероятный человек, Каспер, — заговорила я. — Ты с самого начала поразил меня своими упрямством, решимостью, искренностью. Ты всегда боролся со своими недостатками, и это делало тебя в моих глазах идеальным. Заодно я сама не заметила, как начала считать тебя невероятно красивым человеком. И не потому, что я объективна, а потому, что твои лучшие черты тебя украшают.              Лицо Каспера потемнело. Он снова опустил взгляд и заговорил с неприятным самоуничижением:              — Разве не странно говорить это человеку, который то и дело срывается на близких, говорит грубости и лишь кое-как сдерживается, чтобы не навредить?              — Не странно, потому что ты — не твой гнев, Каспер. Ты — постоянное противостояние ему. А помимо этого, в тебе есть множество других качеств, которые можно любить. И я очень рада, что однажды встретила тебя. Лучше друга представить сложно.              Каспер некоторое время смотрел мне в глаза, и на его лице проступило уныние. Я не могла не вторить его настроению. Вздохнув, я продолжила:              — Я знаю, что ты хотел услышать не «друг». Я понимаю, Каспер. Но я выбрала это не слово не потому, что занижаю твою ценность или мои чувства к тебе. Однако, знаешь… Это довольно сложно, но вместе с тем очень просто. Я всего лишь считаю, что не готова к чему-то другому, понимаешь?              Уныние Каспера медленно сменилось на удивление. А после, немного поразмыслив, просто устало вздохнул. Кивнув, он сказал:              — Я понимаю. Но это всё равно внезапно для меня.              — Извини. Я хочу быть честной.              — Не извиняйся. Всё нормально. По правде сказать, мне тоже трудно представить, как бы мы взаимодействовали в другом ключе. Ты мне очень дорога, Сату. Я никогда не знавал человека более доброго, отзывчивого и терпеливого, чем ты. Ты с самого начала меня поддерживала. Ты стала моей опорой. И я просто… Наверное, я просто хочу сделать в благодарность как можно больше, но тоже не уверен, что готов.              Мы обменялись слегка смущёнными взглядами. Затем я улыбнулась так уверенно, как только могла.              — Я очень рада, что ты понял меня. Правда, ты очень хороший человек, Каспер, и я счастлива, что люблю тебя. Но я могу любить тебя в любом из смыслов, особенно — как друга. Или как члена своей новой семьи. Ты и Джон — моя семья. Мне неважно, насколько с вами бывает трудно. Я просто хочу быть с вами. С тобой.              — Семья, — повторил Каспер таким тоном, словно пытался вникнуть в смысл этого слова; его изумрудные глаза заблестели. — Да. Семья… Это звучит здорово. И я не могу поверить, что заслужил быть для кого-то таким близким.              Я осторожно протянула руку через весь стол и взяла ладонь Каспера в свою.              — Не заслужил — ты этого достоин. И я ещё раз скажу: ты особенный для меня, Каспер, и я вкладываю в слово «друг» намного больше смысла, чем ты мог бы подумать. Ты — очень важный для меня человек. Я просто хочу быть с тобой рядом. Хочу, чтобы ты был в безопасности, счастливый и свободный. Я надеюсь, что для тебя не сильно обижает тот факт, что при всём этом я не готова к чему-то… ещё.              — Не обижает, — твёрдо произнёс Каспер. Он слегка сжал мою ладонь и улыбнулся краем губ. — Я тоже просто рад, что ты рядом. И если ты хочешь, чтобы пока что всё оставалось так, я согласен. Не меньше, чем твоё терпение, я ценю твою рассудительность. Я доверяю тебе.              — И я тебе.              Встав из-за стола, я подошла и протянула руки. Каспер с сияющим видом поднялся. Мы обнялись.              Я никогда не чувствовала себя так легко, так свободно. Казалось, весь тот груз, что я тащила на себе все эти десять циклов, растаял в мгновение ока. Не передать, насколько я была счастлива узнать, что Каспер любил меня не меньше, чем я его.              И насколько я была счастлива услышать, что он понимал меня и был готов согласиться с любым моим ответом.              Больше всего на свете я ценила понимание…              Через некоторое время явился бодрый и готовый к приключениям Джон. Он потряс видеокамерой и заявил, что хочет покинуть уровень. Я и Каспер, глянув друг на друга, немедленно согласились. Это место, конечно, было приятным и запоминающимся, но нам нужно было двигаться дальше.              Я чувствовала, что наш маленький отпуск, начавшийся не очень хорошо, заканчивался, причём заканчивался на славной ноте. Возможно, кое-что ещё предстояло решить… Но уже сейчас я ощущала внутри тепло, которое приятно грело душу.              Впервые в жизни мы не шли друг за другом: Джон не спешил вперёд, а Каспер не был обременён тяжёлой сумкой с сокровищами. Поэтому, сами того не заметив, мы пошли бок о бок, и лишь изредка Джон спешил, а Каспер — медлил.              Я шла между ними, поглядывая то на одного, то на другого, и чувствовала себя свободной.