Незабываемая ночь в жизни Сиякина

Романа разбудил громкий грохот на всю комнату. Подскочил он быстро, а глаза разлипли только через пару секунд после. Сначала перед лицом была непроглядная тьма. Шорох. Какое то копашение. Зрачки начали привыкать. Стали проявляется очертания комнаты. Пару раз моргнув, Сиякин встал. -Вот блять..какого хуя.. Метнувшись взглядом по комнате, с целью узнать откуда был звук, он заметил, что на соседней кровати пусто. Ни Барашкина, ни одеяла. Сделав пару ленивых шагов к соседней постели, Рома наконец то заметил Ивана. Русый парень лежал на полу, лицом вниз, ноги запутанны одеялом. В голове сразу сложилась картина произошедшего. Тяжело вздохнув метеор протер переносицу и отвёл взор на часы. Четыре часа. -Ебанный ты раком, Барашкин, че тебе не спится в такую рань?. Не смог сдержатся сонный и раздражённый капитан красных. Вот только ответа не последовало. Убился что ли?. Нет. Вымпел не спеша начал подниматся. Скинул с ног покрывало, оперся на руки и в конце концов выпрямился. Это разозлило Сиякина ещё сильнее. Да как он вообще смеет его игнорировать?. Шумит в такой час, ещё и ответить ничего не может. Рома, как всем известно, человек вспыльчивый. Поэтому, стремительно подойдя к сожителю ближе, резко отдёрнул его за плечо. -Ты че оглох?-стараясь не срываться на крик, грубо поинтересовался парень. И замер. Он не встретился взглядом с ясно-голубыми, мягкими глазами. Они были попросту закрыты. Метеор очевидно растерялся, но спросил первое ,что пришло в голову: -Это прикол какой-то?. Его хватка на плече Ивана заметно ослабла, он ожидал сам не зная чего. Русоволосый же двинулся в сторону выхода из номера. Походка чёткая, движения механические. На время просто застыв на месте Сиякин смотрел в точку, где только что стоял капитан синих. Наконец-то шумно выдохнув,он быстро опередил Барашкина и загородил ему путь. -Эй. Ты куда собрался?-Надеясь на хоть какой то ответ он продолжал недоумевать с происходящего. Но когда Вымпел попытался пройти сквозь Рому и просто врезался в него, темноволосый понял. Он слышал об этом во всяких трешовых пабликах и соц.сетях. Он в очередной раз задал абсолютно тупой вопрос, на который очевидно никто не ответит. -Ты лунатик? Можно ли за ответ считать разворот на сто восемьдесят градусов? Вряд ли. Теперь уже Сиякин действует более решительно и обдуманно, не медля. Хватает сожителя за плечи и, на удивление, бережно ведёт того к постели. Лунатиков будит нельзя. Лунатики могут навредить себе. Лунатики ничего не понимают и не осознают. Это крутилось в разуме и почему то от второго капитану красных было не по себе. Он не хотел, что бы этот идиот, что даже ничего про свой недуг не сказал, как-то причинил вред себе. Почему? Да черт его знает. Он подумает об этом после. Когда свернет податливое тело в одеяло. В голове метеора было куча мыслей. Одна из них это.. -"Он ведь даже никак не сопротивляется.. Лишь хмурится да и только. Никогда еще не видел его таким..таким уязвимым?."-Сиякин ненавидел эти навязчивые мысли. От них не избавиться. И иногда они бывают такими странными.. Живот приятно свело, а дышать от чего то стало труднее. Роман сглотнул, пока темно-карие, даже чёрные в тени глаза бегали по виновнику этого торжества. Брови Ивана же были до сих пор нахмурены. Он чуть мотал головой, видимо пытаясь понять положения. Обездвиженное тело заерзало и одеяло начало по-тихоньку ослабевать и спадать. Метеор среагировал как можно быстрее, не думая. Навис сверху, сжал коленями ноги капитана синих, а руками сдавил одеяло вокруг корпуса туловища. Последовала отдышка, осознание. Он находился к лицу Вани неприлично близко. Он ощущал руками, как тот дрогнул под ним, а затем сжался. Капитан синих чуть надул губы, подобно обиженному ребенку и недовольно мыкнул от дискомфорта. Перед глазами Сиякина звездочки. Что-то внутри потянуло как то вниз, было четкое чувство давление в груди, в помещении стало невыносимо жарко. Непроизвольно руки темноволосого чуть сжали ткань вокруг Барашкина. Тело словно уже было совсем не его. Он лишь мог наблюдать за этим завораживающим и сука! Чертовски привлекательным лицом. Аккуратные черты лица, большие ресницы, от которых взгляд более выразительный, шёлковая на вид кожа и совсем тонкие брови-все это Рома постоянно называл смазливым личиком. Нет, не сказать, что оно прям детское. Просто сразу видно, что доброе. Ласковое. Ох как бы капитану красных хотелось почуствовать теплоту и нежность именно от него..именно от Вани..Ваня. В его сознании он всегда был конкретно Ваня. Только вот признавать это никогда не получалось.Зато сейчас, в момент, когда метеор больше не контролировал себя, все эти сооброжения неожиданно стали такими очевидными, такими прямыми, что отрицать их было по просту невозможно. И вот он снова возвращается к этим губам,от изучения которых сам себя же оторвал еще вечером. В темноте было расмотреть что-то просто нереально, благо слегка помогал лунный свет, что бился в окно. Сиякин поднимает одну руку, еле ощутимо проводится по щеке, от чего Вымпел перестает мотать головой. Темноволосый же поднимается кистью выше и прикасается к нижней губе пальцем. И правда..такие мягкие, деликатные, как будто пальцы провели по бархату. Роман улавливает, как по его позвоночнику проходится дрожь. Попытка отрезвить себя. Безуспешная. Дыхание парня уже в сантиметра от манящих губ. А Ваня так и не сделал ни единого движения, словно сам испытывал какое то предвкущение. "Он ничего не может сделать. Он даже ничего не понимает. Это аморально, он беспощен."-крутится где то в зачатке мозга, но..и сам метеор ничего не может поделать. -"Я не наврежу ему. Я лишь просто.. Просто.."-убеждение обрывается на соприкосновении губ. Рома не требователен, не груб и терпелив. Он старается держать себя в узде. Действовать как только можно аккуратнее, несмотря на учащенный пульс, вихрь в голове и сжатые до боли пальцы, в попытке не сорватся. Минуя страх и риск, капитан красных тонет в сладости губ, иследующе проходится кончиком языка по деснам. Рот,волнующе содрагаясь ,открывается,пропуская. И Сиякин понимает, он не ликовал так сильно, даже когда забил три шайбы подряд. Внутри рта влажно, тепло и даже как то медово. Это притарный вкус в мгновение смешивается с горечью скуренных темноволосым сигарет. Но не обращая внимания на странный оттенок привкуса, с девушкой он не целовался так отрадно никогда. Так, что даже лёгкая дрожь пробирает. В пылу момента парень не вспомнит, отвечал ли ему лунатик на поцелуй. Но ему хочется надеется, что да. Зато с его стороны он расслышал мычание и кажется даже постанывания, и он не выражали никакого недовольства,наоборот, были наслажденные и заставляли душу и тело капитана красных трепетать. Рома отпрянул только тогда, когда воздуху ему уже не хватало. Он сразу обратил внимание на выражени лица Барашкина. Для того , что бы убедится, что все хорошо. Теперь уже русый парен был раслаблен, лишь тяжело дышал приоткрытыми ,влажными и припухлыми губами. Кажется метеор так сильно увлекся, что даже пару раз укусил уста вымпела. Ну, а как же тут сдержаться? От всего этого вида Сиякин очень хотел продолжить. Но вернулся в здравомыслящее русло и лишь любяще провёл по пунцовой щеке, запечатлив на ней слабый поцелуй. -Я мудак.-с этими словами Роман встал с Вани, что и не думал шевелится. Но зато с таким довольным лицом. На следующее ранее утро вымпел выдохнул полной грудью. Ничего про ночь капитан красных не говорил, да еще и на подкасте был покладистый и тихий. Ну не мечта ли? Правда..покуривая в стороне после передачи, тот самый парламент, он как то странно,по лисьи улыбался,смотря на него.