Выживание Некроманта

...Мне показалось, что я вот-вот упаду в обморок. Однако мне показалось, что я был единственным, кто вздрогнул при виде улыбающегося лица этого похожего на труп человека. — Это Гу Хви Со, — спокойно сказал Со Да Вон, вглядываясь в его лицо. — Но как он ещё жив в таком состоянии? [Я в таком положении, потому что остался жив.] И, как ни странно, этот «Гу Хви Со» ответил весёлым тоном. Я ещё раз внимательно рассмотрел лицо и тело Гу Хви Со, пока слушал их разговор. Я не был уверен, что происходит с теми частями его тела, которые поглотило дерево... Но те, которые были снаружи, посинели. Как бы я ни смотрел, он определённо был трупом. Даже лицо, скрытое под волосами, которые всё ещё держал Со Да Вон, выглядело изуродованным, а глаза были затуманенными и широко раскрытыми. Он был похож на зомби из фильма — трудно было поверить, что он всё ещё жив. — Н-нежить?.. — машинально произнёс я... Двое мужчин передо мной заговорили одновременно. — Он не мертвец. [Я ещё не совсем умер.] ...Тогда кто же ты такой? Когда я уставился на них с ошарашенным выражением лица, Со Да Вон опустил глаза и вместо ответа задал вопрос Гу Хви Со. — Это работа твоей матери? [Думаю, ты можешь понять это, просто взглянув на результат], — Гу Хви Со дал расплывчатый ответ и глубоко вздохнул. Дерево задрожало, и несколько свисающих чёрных плодов упали от его дыхания. Чёрный плод скатился с моего плеча, на котором он лежал рядом с свисающей веткой. Я машинально схватил его, но нахмурился, когда он тут же лопнул от лёгкого нажатия. Плод был гнилым, хотя до этого момента созревал на дереве. Возможно, он меня заметил. Гу Хви Со разговаривал со мной очень любезным тоном. [Хочешь попробовать?] …Хотя содержание было совсем не добрым. — Н-не совсем, — я отступил на несколько шагов на случай, если он снова начнёт давать советы. В этот момент Со Да Вон небрежно отпустил голову Гу Хви Со; он медленно обошёл ствол толстого дерева и подошёл ко мне. — Он не нежить, он химера. — А? Что? — Эта штука. Тебе было интересно, что это такое. Конечно, мне было любопытно узнать, как сложилась судьба Гу Хви Со. Честно говоря, разве не каждый, увидев эту сцену, воскликнул бы: «Как ты докатился до такого?». Этот парень... Меня не волнует, химера Гу Хви Со или нет. Меня волнует, как обычный человек мог стать химерой всего за несколько лет! Однако Со Да Вон, ответив «химера», похоже, решил, что на этом его работа закончена. Он просто скрестил руки на груди и сердито посмотрел на дерево. Он выглядел погружённым в свои мысли… Я почувствовал, что сейчас не самое подходящее время задавать дополнительные вопросы вроде «Что такое химера?» или «Что ты имел в виду, когда упомянул его мать?» «...» В конце концов, хоть мне и претила сама мысль о том, чтобы подойти ближе, я сделал несколько осторожных шагов и оказался прямо перед Гу Хви Со. Я взглянул на Со Да Вона, но, поскольку он не пытался меня остановить, я, должно быть, не представлял для него большой опасности. Я набрался смелости, глядя на его спокойное поведение. Я присел на корточки, не хватаясь за волосы Гу Хви Со, и посмотрел туда, где, как мне казалось, были его глаза. Я видел его устремлённый на меня взгляд сквозь пряди волос, но не испытывал особого страха — тонкая преграда из волос придавала мне смелости, и первоначальный шок прошёл. Поэтому, хоть я и дрожал от волнения, я набрался смелости и задал Гу Хви Со вопрос. — Извините… Как вы дошли до такого? [Ты имеешь в виду то, как я выгляжу сейчас?] — тихо спросил Гу Хви Со. — Да... […Ммм, с чего бы мне начать], — сказал Гу Хви Со, качая головой взад-вперёд и обдумывая ответ. — [Хви Со был таким добрым мальчиком]. «…?» Почему он говорил в третьем лице? Разве он не Гу Хви Со? Зачем ты зовёшь себя по имени в рассказе о себе? [Чтобы показать вам пример его доброты, он заботился о внебрачном сыне своего отца, как о полнородном брате. Позже он лично внес этого брата в семейный реестр.] Я не мог прервать его, чтобы спросить, почему он так странно говорит. Казалось, что эту историю нелегко рассказать. Брат Гу Хви Со... Разве это не Гу Гён Ман? Подумать только, он был незаконнорождённым. [Однако это решение стало для Гу Хви Со как яд. «Отцу» было наплевать на личность Хви Со. Когда он был молод, его часами мучили, пытаясь изменить его характер...] — Э-это... [Но Гу Гён Ман пошёл в отца. Кроме того, «отец» любил мать Гу Гён Мана больше, чем «мать». Думаю, можно сказать, что это была трагедия, которую все могли предвидеть.] Итак, подытожим: биологическая мать Гу Хви Со была официальной женой, но отец больше любил сына, рождённого в результате его интрижки? В этом суть дела? Однако именно Гу Хви Со официально зарегистрировал Гу Гён Мана в качестве члена семьи… До этого момента всё было просто — как в банальной мыльной опере. Меня больше беспокоило странное поведение Гу Хви Со. Было довольно странно говорить о своей семейной истории отстранённо. Мужчина, похожий на труп, мягко продолжил: [Хотел бы я, чтобы Хви Со тогда послушался меня… Я говорил ему убить брата или парализовать его. Но Хви Со не послушался.] Вот это было действительно странно. Это же Гу Хви Со, верно? Почему он говорит так, будто он кто-то другой? Он был озадачен, когда я прервал его рассказ вопросом. — П-простите… Но… Разве вы не Гу Хви Со? [Хм? Ну, мы немного похожи... Думаю, технически я отчасти Гу Хви Со...] О чём, чёрт возьми, он говорит? К счастью, он, похоже, быстро заметил моё полное замешательство. [Хм…] — сказал Гу Хви Со, прежде чем быстро перейти к краткому объяснению. — [Я — остатки Гу Хви Со, то, что от него осталось. Печаль Хви Со, его одиночество, его боль… всё это было отдано мне. Я рос, питаясь этим…] …Что я только что услышал? Объяснение Гу Хви Со всё ещё приводило меня в замешательство, но Со Да Вон, стоявший позади меня, слегка надавил мне на плечи и прошептал на ухо: — Он говорит о множественном расстройстве личности. — Что? Раздвоение личности? [Ах, но «я» остался один. Другие личности не смогли вынести нашего «нынешнего состояния». К сожалению, Гу Хви Со тоже не смог.] Я мог только моргать — казалось, что на меня обрушилось слишком много информации, перегрузившей мой мозг. Однако Гу Хви Со ещё не закончил. [По мере того как состояние Хви Со ухудшалось, парочка наиболее жестоких личностей несколько раз вступала в борьбу за власть. За исключением Хви Со, большинство из нас хотели убить его брата… Придя в себя, Хви Со начинал причинять себе вред. Это был порочный круг.] — Так вот почему ты передал «Красного Дракона» своему брату и ушёл? — в отличие от меня, пребывавшего в оцепенении, Со Да Вон быстро сориентировался и задал несколько проницательных вопросов. [Всё было аккуратно упаковано, и он добровольно отдал это посторонним… Но на самом деле его выгнали], — ответил Гу Хви Со. — [В конце концов, я несколько раз ударил его ножом.] В этот момент у меня перехватило дыхание, но Со Да Вон продолжил: — Твоя мать не была в этом замешана? [Поначалу она придумывала множество способов остановить или замедлить деградацию, но после того, как Гён Ман был добавлен в семейный реестр, Хви Со и «мать» стали часто ссориться. С тех пор она почти не общалась с нами.] Услышав эти слова, Со Да Вон почесал подбородок и на мгновение замолчал. Затем он спросил тоном, который больше подходил для непринуждённой дружеской беседы: — Мы уже знаем, что после ухода из «Красного Дракона» Гу Хви Со подвергался бесчисленным покушениям. Следовательно, я слышал, что твоя мать защитила тебя с помощью проклятия. Гу Хви Со хихикнул, как будто услышал особенно забавную историю. Со Да Вон ничего не сказал, а тот продолжал смеяться; в воздухе повисла тяжёлая мрачная атмосфера. [Что ж, думаю, «мать» спасла нам жизнь… Хоть я и выгляжу так сейчас, я действительно жив. Хочешь, чтобы я поблагодарил её за это?] Гу Хви Со снова рассмеялся, и от звука его смеха огромное дерево затряслось. Сверху, словно капли дождя, посыпались чёрные плоды.