Выживание Некроманта

Закончив приготовления, мы вернулись на виллу Гу Гён Мана, чтобы проследить за поведением Пак Хо Сока. Время встречи было назначено на одиннадцать часов — идеальное время для того, чтобы действовать вне поля зрения общественности. Однако возникнет проблема, если Пак Хо Сок потратит оставшееся время на то, чтобы принять рациональное решение и сообщить об этом в полицию или Ассоциацию охотников, вместо того чтобы попасть в ловушку, которую мы для него расставили. К счастью, ничего подозрительного замечено не было, и примерно за час до назначенного времени на вилле Пак Хо Сока погас свет. На его территории воцарилась тишина. И вот, когда до одиннадцати оставалось около получаса, Пак Хо Сок наконец появился у своего особняка. Он надел глубокую шляпу, чтобы как можно лучше скрыть лицо, и вышел из виллы через боковую дверь, которой пользовались садовники, а не через парадный вход. Пройдя десять минут, он вызвал такси и поехал в район, расположенный недалеко от места встречи. Мы незаметно последовали за ним. Он вышел из машины у въезда на дорогу, немного в стороне от назначенного места; поколебавшись мгновение, он решительно зашагал вдоль обрыва, как будто что-то решил для себя. Вскоре он подошёл к месту, которое мы заранее подготовили для мести. Понаблюдав за тем, как Пак Хо Сок входит в искажённое пространство, я последовал за ним. Поскольку я намеренно громко ступал, он быстро обернулся, почувствовав присутствие другого человека. — Ты… «...» — Я тебя знаю. Да, мы уже встречались, верно? Ты продавал барназий или что-то в этом роде. Удивительно, но Пак Хо Сок меня вспомнил. Он произвёл на меня впечатление человека, который был частью окружения Бэ Дже Мина, несмотря на его заметный шрам на лице, но он не видел меня с нашей первой встречи. Я был немного удивлён его неожиданной и поразительной памятью. Пак Хо Сок пронзительным взглядом окинул моё взволнованное лицо. Возможно, он счёл меня неподходящим соперником и, не скрывая смеха, недоверчиво спросил: — Неужели это нелепое приглашение было твоим? — ...Верно, — сказал я. — Серьёзно? Тогда что же ты знаешь, раз зашёл так далеко? «...» — Нет, это неправильно. Человек твоего уровня не стал бы пытаться привлечь меня в одиночку… Кто дёргает тебя за ниточки? Однако меня не интересовал допрос Пака Хо Сока; мне было всё равно, что он смотрит на меня свысока. Именно в этот момент, когда он сосредоточил своё внимание на мне, я... Я так сильно впился ногтями в ладони, чтобы не расхохотаться. В тот момент, когда наши взгляды встретились, в моей голове стремительно замелькали чужие воспоминания. Голубой блок, который так ярко стоял перед глазами в момент его падения, отвратительный запах жареного мяса и металлический привкус крови, заполнивший мой рот, — всё это пронеслось у меня в голове. Я собрался с духом, чтобы не запнуться, и, глядя прямо на Пак Хо Сока, открыл рот. — [Чон Гарам]. — Что? — Тебя пригласил сам Чон Га Рам. Как ни странно, Пак Хо Сок не сразу отреагировал на имя Ассасина. Воспоминания Чон Га Рама… Смерть, которую я пережил лично… Этот человек, убив кого-то собственными руками, впоследствии забыл об этом. Нет, скорее всего, из-за того, что Чон Га Рам умер, он, должно быть, получил возможность стереть всё это из своей памяти. Потому что Ассасин умер — ведь не осталось даже его трупа… Наслаждаясь победой, добытой нечестным путём… Он высокомерно полагал, что всё кончено. — Чон Га Рам…? — конечно, пусть и с небольшим опозданием, но Пак Хо Сок вспомнил, кому принадлежит это имя. А потом он в шоке посмотрел на меня. — Ты… Откуда ты знаешь? «…….» — Я спросил тебя, как много ты знаешь! Отвечай! — он начал излучать несравненно сильную жажду крови. Он отбросил маску молчаливого спокойствия. Когда я не ответил, Пак Хо Сок сделал шаг вперёд. Казалось, он был готов так или иначе добиться от меня того, что хотел услышать. Однако… — Почему ты кричишь на нашего Ли Гён-и? Позади него появился Чон Га Рам, повернувшись спиной к лунному свету. Пак Хо Сок обернулся, вздрогнув от незнакомого голоса. Когда Чон Га Рам встретился взглядом с Пак Хо Соком, Ассасин улыбнулся, и его красные глаза приняли форму полумесяца. — Давно не виделись, как поживаешь? — спросил он, подняв свою белую руку и слегка помахав ею.

***

Казалось, что пространственная иллюзия на мгновение застыла. Пак Хо Сок уставился на Чон Га Рама широко раскрытыми глазами, словно забыл, как дышать. Чон Га Рам легко спрыгнул на землю с отвратительной треугольной железной скульптуры. — Хм… — спокойно приземлившись на землю без малейшего шума, Чон Га Рам загадочно пробормотал что-то, рассматривая тени, отбрасываемые его руками и ногами. Услышав этот звук, Пак Хо Сок отступил назад, дрожа всем телом. Он был настолько потрясён, что не мог вымолвить ни слова. — Что? Я ещё даже не начал, а ты уже, кажется, выглядишь уставшим, — безжалостно подшучивал над ним Чон Га Рам. Пак Хо Сок мог только наблюдать за тем, что делает Чон Га Рам, и не мог ничего возразить, несмотря на его саркастические замечания. Он заговорил, отчаянно надеясь, что происходящее перед ним — всего лишь сон. — Н-не смей меня смешить… Я… Н-наверняка… — Ты так и будешь нести всякую чушь? — Чон Га Рам призвал кинжал и зевнул, как будто ему было скучно. Кинжал с изогнутым лезвием и острым краем, похожим на хвост скорпиона, зловеще сверкнул в лунном свете. Только увидев оружие, Пак Хо Сок перестал отчаянно отрицать реальность и поспешно материализовал Гак Болг. — Невероятно. Я был уверен, что ты мёртв… Однако даже когда Гае Болг был возведён в строй, Пак Хо Сок сохранял растерянное выражение лица, которое говорило о том, насколько он был ошеломлён. — Тебе следовало быть более внимательным, — Чор Га Рам прервал его бормотание со скучающим видом. «...» — В любом случае, на этот раз мы будем драться один на один по-настоящему. Сможешь ли ты справиться без Бэ Дже Мина? — с коварной улыбкой Чон Га Рам перехватил руку противника и наклонился вперёд, как спринтер на стартовой линии. Увидев, как эффектно Чон Га Рам меняет стойку, он поспешно поднял Гае Болг под углом и принял защитную позицию. Однако его попытки были тщетны. В мгновение ока Чон Га Рам исчез; вскоре после этого в ночной тиши раздался крик Пак Хо Сока. Чон Га Рам, мгновенно оказавшийся позади Пак Хо Сока, ударил копьеносца кинжалом в ухо. Он даже оторвал болтающееся, едва прикреплённое ухо голыми руками. — А-а-а-а-а! — Хватит преувеличивать, — сказал Чон Га Рам. Пак Хо Сок с криком закрыл правое ухо рукой. Несмотря на то, что он пытался надавить на рану, кровь из разорванного уха брызнула сквозь пальцы. Чон Га Рам поднял оторванное ухо и, немного повертев его в руках, швырнул на землю, как мусор. Глаза Пак Хо Сока были красными и налитыми кровью. — Чёрт, ублюдок… Ах, ах… Я убью этого ублюдка! — Мы ещё не начали, а ты уже в слезах? — Ты сумасшедший ублюдок! Не выдержав насмешек Чон Га Рама, Пак Хо Сок с огромной скоростью метнул Гае Болг левой рукой. Копьё, которое на огромной скорости напоминало летящий клин, криво полетело в сторону талии Чон Га Рама, но тот увернулся и бросился к Пак Хо Соку с пустыми руками. На такой скорости Чон Га Рам мог бы вонзить кинжал прямо в его сердце, но вместо этого он полоснул его по груди. — Ыгх, а-а-ргх! Услышав отчаянный, протяжный крик Пак Хо Сока, Гае Болг, не попав в цель, вернулся в руку своего владельца. Чон Га Рам ловко ускользнул от копьеносца. — Тебе следовало потренироваться в метании копья, пока ты жил припеваючи. — Ургх... Н-нгх... Пак Хо Сок был мужчиной с внушительным телосложением; он выделялся среди тех, кто работал телохранителями. Его верхняя часть тела была хорошо развита — вероятно, из-за того, что он выбрал эту профессию. Но Чон Га Рам порезал ему грудь и разорвал несколько мышц, пока орал на него. Казалось, что он получил двойной урон — Пак Хо Сок дрожал, обхватив себя руками, пока на него нападали с обеих сторон. Загнанный в угол, он посмотрел на свои окровавленные руки, внезапно отбросил Гае Болг в сторону и опустился на колени. — Что ты делаешь? — спросил Чон Га Рам. — П-пожалуйста…! Пощади меня. — Ха? — Я… Я просто… сделал то, что мне приказали. Это правда… Чон Га Рам, словно утратив всякое волнение, холодно посмотрел на опущенную голову Пак Хо Сока. Конечно, Пак Хо Сок не заметил перемены в его лице; из его рта продолжали сыпаться мольбы и просьбы. С двусмысленным выражением лица, словно думая о чём-то другом, Чон Га Рам подошёл к его распростёртому телу. — Что угодно… Я дам тебе всё, что угодно. Я расскажу тебе всё, что знаю, так что, пожалуйста… — Что угодно? — Д-да! — А как же твоя семья? В этот момент Пак Хо Сок словно отключился. — Нет, — равнодушно продолжил Чон Га Рам, словно дразня муравья носком ботинка. — После того как я убью тебя, я хочу убить твою жену и детей. В любом случае они должны заплатить за грехи своего отца, верно? «…….» — Тебе это не нравится? Пак Хо Сок, всё ещё валявшийся на земле, медленно поднял голову. В его отчаянном взгляде читалась мольба о чём-то, о чём угодно; Чон Га Рам, глядя на него сверху вниз, казался невероятно довольным. — На самом деле мне эта идея тоже не нравится, — продолжил говорить Чон Га Рам, поглаживая Пак Хо Сока кинжалом по голове. — Но если ты так легко сдаёшься, то на ком мне выместить свой гнев? «...» — Так что не сдавайся, наберись смелости и упорно борись. «...» — Пока всё твоё тело не обратится в прах.