Выживание Некроманта

— Ты всё ещё не понимаешь? Разве ты не знаешь, зачем ты пришёл «сюда»?— спросил Бэ Дже Мин. — Что? «Это из-за того, что я был погребён в воспоминаниях?» Бэ Дже Мин не обратил внимания на мою нервную реакцию и продолжил болтать сам с собой. Я почувствовал, как у меня начинает болеть голова, и в конце концов убрал руки с перекладин лестницы и упал. Возможно, падение было не таким сильным, как я думал; я смог быстро встать на твёрдую землю. Проблема, однако, заключалась в том, что Бэ Дже Мин тоже спрыгнул, услышав, как я приземлился. Лицо этого ублюдка было скрыто в темноте, но его надвигающееся присутствие было яснее, чем раскат грома. — ...Что за неприятные вещи ты бормочешь себе под нос? — спросил я, незаметно протягивая в его сторону кинжал. Я решил ударить его, если он подойдёт ближе. В этот момент у меня в голове пронеслась мысль о том, что этот ублюдок был членом моей гильдии, но инстинкты подсказывали мне, что нужно действовать. Я знал, что должен прикончить его, пока он не сказал что-то ещё. Однако я снова замешкался. Бэ Дже Мин наклонился ко мне, словно собираясь наброситься, но, как только я широко раскрыл глаза, чтобы проследить за его движениями, он остановился и выпустил [Свет]. Пока мой взгляд был временно затуманен внезапным светом, он скрылся из виду и без колебаний набросился на меня. Из-за своего беспокойства я попал в элементарную ловушку. Однако, вопреки моим ожиданиям, моё тело не почувствовало боли. Вместо этого чья-то мягкая рука обхватила моё лицо. Сначала я подумал, что этот ублюдок целится мне в глаза, но он упустил свой единственный шанс попасть в жизненно важные точки. Он просто обхватил моё лицо обеими руками. Не теряя ни секунды, я вторгся в его личное пространство и приставил кинжал к его кадыку. Теперь ситуация изменилась —теперь я угрожал Бэ Дже Мину. Однако этот ублюдок не обращал внимания на своё изрезанное и кровоточащее горло. Вместо этого, когда я оказался в его объятиях, он шире раскинул руки и посмотрел на меня снизу вверх глазами глубокими, как колодец. Я почувствовал какой-то диссонанс в тот момент, когда наши с Бэ Дже Мином взгляды встретились. В то же время я понял, что что-то здесь не так. — Не может быть. «...» — Ты не Бэ Дже Мин… Когда я впервые посмотрел в глаза Бэ Дже Мину, я не почувствовал ничего необычного... Но почему-то не мог отвести взгляд от этих обычных глаз. Словно притянутый какой-то невидимой силой, я не отрываясь смотрел в его тёмные глаза. В его взгляде было какое-то странное волшебство — как будто прямо перед моими глазами бурлила река. Это было не то же самое, когда я в последний раз встречался взглядом с Бэ Дже Мином. В его глазах читались более глубокие и сильные эмоции, чем те, что я когда-либо испытывал. Моё впечатление об этом человеке до и после того, как я встретился с ним взглядом, было совершенно разным. Мне даже стало трудно понять, почему я принял этого человека за Бэ Дже Мина. Только тогда я понял, что человек передо мной на самом деле не Бэ Дже Мин, а кто-то, кто носит его кожу как оболочку. К сожалению, прежде чем я успел взять себя в руки, я вздрогнул, и таинственный мужчина, стоявший передо мной, понял, что я только что осознал. Тем не менее он обнял меня более уверенно, не пытаясь спрятаться или смутиться. Эта ситуация сводила меня с ума; я слишком нервничал, чтобы заставить себя сжать руку, держащую кинжал, поэтому я попытался слабо оттолкнуть его. Но мужчина лишь крепче прижал меня к себе, и мне ничего не оставалось, кроме как стоять и думать, что делать дальше. Мужчина склонил голову в мою сторону, не обращая внимания на моё волнение. Более того, словно дразня меня, он приблизил свои губы почти вплотную к моим; я затаил дыхание… — Я пришёл сюда, чтобы разбудить тебя, [Ли Гён-а], — тихо прошептал он, наклонившись к моему уху. И я... Я по глупости не открывал глаз, пока мужчина не назвал моё имя. Затем, после того как он назвал моё имя, я услышал, как где-то вдалеке разбилось стекло; это место начало медленно рушиться.

***

У меня закружилась голова, и я выронил кинжал. Кинжал упал на землю и растворился в ней. Обычно это вызвало бы тревогу, но сейчас всё это не имело значения. В конце концов, всё здесь было ненастоящим. Растворившийся в воздухе кинжал не был проблемой; это тело — этот «Чон Га Рам» — тоже было ложью. Моё тело уже вернулось к своей первоначальной форме: «Чхве Ли Гён». Однако, когда я вернулся в своё прежнее тело, я, как ни странно, почувствовал непонятную боль во всём теле. Я не мог сохранять бдительность, потому что всё моё тело было в синяках, как будто меня избили; в глубине моих костей ощущался странный холод. Меня автоматически начало тошнить. — Ыгх... Конечно, в моём желудке не было ничего, что могло бы вызвать рвоту. Несмотря на то, что отвратительный запах еды щекотал мне ноздри, изо рта у меня текла только слюна. Я всё ещё отчётливо ощущал вкус гамбургера, который съел вместе с Чхве Гён Сиком, но на самом деле я ничего не ел. Мой желудок, которому нечего было переваривать, сжимался и растягивался, но в нём не было ничего, кроме слюны. В этот момент чьи-то нежные руки без колебаний коснулись моего рта. Этот человек поддержал меня, обхватив моё шаткое тело. Прижав ладонь ко лбу, я посмотрел на человека, который всё ещё был похож на Бэ Дже Мина. — Со Да Вон? — спросил я. — Да, Ли Гён-а. Когда мои предположения подтвердились, голова начала болеть сильнее, чем тело. Как Со Да Вон принял облик Бэ Дже Мина и оказался внутри этого [Воспоминания мстительной души]? Более того, он решил выглядеть как Бэ Дже Мин — враг, которого он ненавидел больше всего? Я посмотрел на отвратительное лицо, вперив взгляд в единственную знакомую деталь — красные глаза, — и спросил: — К-как ты сюда попал? — Я разработал метод, потому что ты долго не просыпался. — Что? Как долго я спал? — Сегодня третий день. Действительно, такой промежуток времени наверняка бы встревожил Со Да Вона. И всё же что-то не давало мне покоя. Я пытался убедить себя, что моя жизнь — всего лишь важная переменная в его планах… Вот и всё… Однако я не мог долго пребывать в таких приятных чувствах. Поэтому я проглотил всё, что хотел сказать, и склонил голову, чтобы извиниться. — И-извини… Это… В какой-то момент я подумал, что должен вести себя идеально, как Чон Га Рам… «...» — Мне не казалось, что будет разумно попасться... Так что я действительно помню, зачем пришёл в это подземелье, но с тех пор, как я вошёл, у меня не осталось никаких воспоминаний... — ...Тебе было бы трудно устоять. Это хорошо продуманная ловушка, — немного помолчав, Со Да Вон утешил меня. Однако, к моему смущению, его утешительные слова расстроили меня ещё больше. На самом деле я почти не слышал его упрёка из-за нескольких секунд тишины перед его утешительными словами — эта тишина давила на меня. «Я даже на такое не способен… Что он вообще подумает?» Неспособность быть надёжным «хозяином» — чувство стыда, которое я испытывал из-за неспособности судить и действовать так, как это делают члены гильдии «Красный Лотос», несмотря на наше (надо признать, короткое) общение, — давило на меня сильнее, чем когда-либо. Хотя это было ненастоящее чувство, воспоминания о том, как я мог двигаться и действовать как Чон Га Рам, вызывали у меня ещё большую горечь. Как бы это сказать… Я испытывал сильное чувство обделённости. «Со Да Вон, должно быть, очень устал от этого, верно? Если бы не его положение, он бы никогда не подписал со мной контракт…» Но как только я об этом подумал, Со Да Вон внезапно схватил меня за подбородок и поднял его. Я удивлённо посмотрел на него. Со Да Вон внимательно вглядывался в мои глаза. — О чём ты думал? — А? Я-я ни о чём не думал… — Но почему ты выглядишь так, будто вот-вот расплачешься? Тебя всё ещё тошнит? — Нет, дело не в этом… — я мямлил и оправдывался, но Со Да Вон продолжал держать моё лицо в своих ладонях. Чем дольше продолжалась эта сцена, тем сильнее колотилось моё сердце. Хотя передо мной было не лицо Со Да Вона, я начал нервничать и испытывать странное чувство вины. В этот момент Со Да Вон сказал прямо то, что у меня на уме, как будто прочитал мои мысли. — Ты ещё не потерпел неудачу, так что не грусти. — П… Правда? — Да. Это ещё не конец. Я просто пришёл пораньше, потому что волновался. — Серьёзно? Ха-а… Какое облегчение. Я улыбнулся, услышав, что моё испытание не закончилось полным провалом. Со Да Вон посмотрел на меня и подошёл на шаг ближе. Казалось, он собирался что-то сделать, но тут же отступил, ничего не предприняв. Я с любопытством посмотрел на него. Когда мы с Магом встретились взглядами, он просто пожал плечами. — Я даже не могу «поднять тебе настроение» с помощью этого тела». — А? Что? — Ли Гён-и нравится, когда я делаю для него то то, то это, верно? — Ч-что ты такое говоришь! Он намекнул, что, будь он в своём прежнем теле, он бы «кое-что сделал». Кроме того, выражение его лица было таким загадочным, что я в итоге накричал на него.