Выживание Некроманта

— На кого я, по-твоему, похож? — я поспешно крикнул Чон Га Раму. — Г-Га Рам-а! Ты меня слышишь? Ты меня слышишь, да? […] — Если ты меня слышишь, пожалуйста, верни меня к Бан Ын Джи-щи! [Ха-ах...?] Чон Га Рам посмотрел на меня со странным выражением лица... Как будто он и представить себе не мог, что я заговорю с ним. Однако я был не в том положении, чтобы прятаться или хитрить. Было бы лучше остаться с Со Да Воном — если бы я ушёл с Чо Чан Ёном, то навсегда остался бы «хомяком». Меня охватил страх, что я буду жить как домашнее животное под присмотром Чо Чан Ёна. Однако Чон Га Рам не помогал мне и не закрывал глаза на мои трудности; он просто продолжал наблюдать за мной. Настороженность в его взгляде напомнила мне о Со Да Воне, который был здесь неделю назад… «Он сомневается в том, кто я такой...» В конце концов я решил, что не смогу сразу заручиться поддержкой Га Рам-и. Поэтому я изо всех сил укусил Чо Чан Ёна за руку, когда он попытался посадить меня в клетку. [Милашка?] — Я сказал, моё имя Чхве Ли Гён! Конечно, мои зубы не прокусили кожу Чо Чан Ёна. Однако он на мгновение замешкался, словно не ожидал моего отчаянного сопротивления. Благодаря этому я проскользнул между его рукой и крышкой клетки и вырвался из его хватки. Чо Чан Ён попытался схватить меня, но я смог проскользнуть под его рукой, едва не задев пальцы. Когда я приземлился ему на ботинки, он вздрогнул и отступил на шаг. Должно быть, он испугался, что наступит на меня, и инстинктивно отступил. Я не упустил эту возможность и быстро заполз под стол рядом с ботинками Чо Чан Ёна. Песок и вода для тушения пожара, которые разлетелись по комнате после срабатывания спринклеров, прилипли к моему телу, но я знал, что должен продержаться и выстоять в этом маленьком пространстве. К счастью, я сделал правильный выбор. Когда я спрятался под столом, я услышал взволнованный голос Чо Чан Ёна. Однако внезапно чья-то большая рука погладила меня по голове. Чо Чан Ён, стоя на коленях на залитом водой полу, просунул руку под стол. Я замер — мои бёдра напряглись — я не знал, что он будет так стараться. Я встретился с его обеспокоенным, тревожным взглядом; он начал извиняться, когда я быстро отступил назад. [Милашка, ты ведь испугался, не так ли?] — Что за...?! — я уставился на Чо Чан Ёна; от его голоса у меня по коже побежали мурашки. Хотя я знал, что он видит во мне только золотого хомячка... Но... Всё же... «Он просто слишком другой!» Как его личность могла так сильно измениться из-за общения с людьми по сравнению с общением с животными? Больше всего меня раздражала нежная любовь Чо Чан Ёна к животным. Даже если бы я захотел воспользоваться его привязанностью, Чо Чан Ён видел бы во мне только золотого хомячка. Несмотря на то, что он был одержим мной, он всё равно относился бы ко мне как к хомячку… Кроме того, «благие намерения» Чо Чан Ёна были самым большим препятствием в [Воспоминаниях мстительной души]. Хотя Чо Чан Ён наверняка хорошо обращался с животными, он, скорее всего, стал причиной плохого финала. На мой взгляд, Со Да Вон, который относился ко мне как к человеку, был хотя бы немного лучше. Я инстинктивно отступил назад, чтобы избежать прикосновения Чо Чан Ёна, вспомнив, как Бан Ын Джи в прошлом засыпала мою клетку семечками. Выражение лица Чо Чан Ёна стало ещё более встревоженным. Он нахмурил брови и придвинулся ближе к столу. Однако он больше не пытался меня коснуться. Он попытался проверить, в порядке ли я, просунув лицо в щель, чтобы визуально убедиться, что со мной всё в порядке. Кроме того, его воображение рисовало истории, которые могли бы объяснить мой побег. [Ты, наверное, испугался, потому что гильдмастер издевался над тобой?] — ...Что? [Я не собираюсь делать ничего такого, что могло бы не понравиться нашему Милашке.] — ...Думаешь, мне нравится то, что ты сейчас делаешь?! [Милашка, иди сюда. А? Не ешь то, что валяется на полу. Это бяка, бяка.] — Ха-ах... Как и ожидалось, идти с Чо Чан Ёном было бесполезно. Я крепко сжал ягодицы, настороженно и нервно следя за его движениями. Однако Чо Чан Ён был не единственным человеком в этом кабинете. Я почувствовал, как сзади меня внезапно подул ветер. Я рефлекторно пригнулся и увидел, как тонкая рука едва не задела меня. Мимо меня пронеслась рука с яркими ногтями. — Б-Бан Ын Джи?! Ты что, с ума сошла?! Я чуть не умер! [Тск! Я по нему соскучилась!] Не успел я опомниться, как Бан Ын Джи села с другой стороны от меня и попыталась меня обнять. Однако её движения были такими грубыми, что я чувствовал, как мои кости ломаются, стоит ей сжать меня не так. Когда я увидел её горящие глаза, у меня подкосились ноги. Мне показалось, что она больше злилась на Чо Чан Ёна и Чон Га Рама за то, что они забрали её хомяка, чем переживала из-за того, что потеряет меня. Может быть, поэтому я не чувствовал ни осторожности, ни заботы в её движениях. От звука ветра, возникавшего при каждом взмахе её руки, у меня по спине бежали мурашки. «И всё же... Полагаю, мне следует пойти к ней?» Какой бы страшной она ни была, цель [Воспоминания мстительной души] заключалась в том, чтобы убедить Бан Ын Джи. Поэтому я, нахмурившись, подошёл к ней. Однако по какой-то причине Бан Ын Джи быстро отдёрнула руку. После этого я услышал ужасный звук с её стороны. Я перестал идти в её сторону. Вскоре земля, казалось, задрожала; я упал навзничь, в ушах звенело. [Бесстыдно нападаешь на меня сзади! Ты правда собираешься продолжать в том же духе, Чон Га Рам?] […Я же говорил, что куплю тебе нового хомяка — такого же, как этот.] [Господин гильдмастер хочет этого хомяка!!!] [Эй, послушай-ка... Чон Га Рам. Я тебя предупреждаю — больше не покупай хомяков для главы гильдии. Я против этого.] Они начали ссориться между собой. Чо Чан Ён и Чон Га Рам, хотя и казалось, что они в сговоре, постепенно повышали голоса; в офисе снова повисло напряжение. [Давай выберем более простой путь, ладно, более простой путь. Давай просто подкинем ему что-нибудь ещё.] Чон Га Рам огрызнулся в ответ на слова Чо Чан Ёна, и по его тону было понятно, что он всё больше раздражается. Бестактные слова Чон Га Рама задели чувствительную натуру любителя животных. [Ты что, думаешь, что животное — это какая-то грёбаная игрушка?] Голос Чо Чан Ёна стал пугающе мрачным, а воздух вокруг — холодным. Вместо ответа молодой Ассасин прищёлкнул языком, словно счёл своего товарища по гильдии немного жалким. И… [Ын Джи купила этого хомяка за двенадцать миллионов вон!] Бан Ын Джи было наплевать на их моральный конфликт, и она заявила свои права на меня. Чо Чан Ён тут же презрительно упрекнул её: [Отвратительно… Какой смысл хвастаться тем, что ты купила — причём по высокой цене — питомца в зоомагазине…] [Я сказал, что дам тебе двенадцать миллионов вон. Почему ты не можешь понять?] Кроме того, Чон Га Рам присоединился к её упрёкам. Все трое продолжили ссору, хотя это больше походило на три отдельных монолога, чем на непрерывный разговор. Однако… [Единственное, чего хочет Ын Джи, — это Га Рам-и!] Разозлившись, Бан Ын Джи громко закричала. Затем она втянула воздух, словно смутившись. Сначала я не понял, что она сказала, но потом запоздало вспомнил, как она меня назвала. [Что?] Чон Га Рам, который ничего об этом не знал, спросил в недоумении. Однако Бан Ынджи промолчала. [Эй, что за чушь ты несёшь?] Конечно, Чон Га Рам не оставил эту ситуацию без внимания и продолжил допрос. Бан Ын Джи, должно быть, была невероятно смущена. В отличие от него, она тихо пробормотала: [Я-я просто дала ему такое имя, потому что он такой маленький. Других причин нет...] Слушая её оправдания, я только укрепился в своей прежней гипотезе. Однако Чон Га Рам по-прежнему не догадывался о том, что творилось в душе у Бан Ын Джи. Он снова спросил в замешательстве: [Что? Ты назвал этого хомяка моим именем?] [Что с того? Что ты собираешься с этим делать?] [Его зовут… Нет, блин. Зачем ты даёшь чужое имя чему-то подобному? Фу.] Бан Ын Джи ничего не ответила. После короткой паузы она резко бросила: […Разве не странно, что в твоём возрасте твой рост всё ещё составляет метр шестьдесят?] [Ты правда хочешь умереть, да?] Наблюдая за словесной перепалкой между двумя молодыми членами гильдии, я пробормотал: — Не может быть… Неужели Бан Ын Джи… Нравится Чон Га Рам? [Что?] И именно Чон Га Рам ответил мне.