Выживание Некроманта

[Я нравлюсь Бан Ын Джи?] Щёлк! Когда Чон Га Рам недоверчиво пробормотал что-то себе под нос, я вдруг услышал щелчок пальцев. Я огляделся, нахмурившись от громкого звона в ушах. Как ни странно, после этого звука в комнате стало тихо, как будто вокруг никого не было. — Ч-что?.. Я постарался затаить дыхание и осторожно выглянул из-под стола, чтобы осмотреться. Должно быть, что-то произошло. Я выглянул, высунув только голову; кто-то схватил меня сзади за юбку и быстро поднял. От испуга я начал вырываться и кричать. — К-кто это?! [...Хм.] Человек, который поднял меня, развернул и заставил посмотреть ему в лицо. Вскоре я увидел розовые волосы и холодные голубые глаза — как будто она носила цветные линзы. Это была Бан Ын Джи. — ...Бан Ын Джи? О! П-подожди! […] Бан Ын Джи не ответила на мои крики, но отреагировала иначе, чем раньше. Она моргнула, не сводя глаз с моего лица, как будто наконец-то смогла понять, что я говорю. И вскоре её тело начало таять и растекаться, превращаясь в жидкость; она превратилась в гигантское желе. Конечно, я всё ещё был заперт в этом... Теле... Но я не слишком беспокоился, и мои кризисные инстинкты не сработали. Я уже сталкивался с подобным явлением. «...Настоящая [Бан Ын Джи] скоро появится». Это пространство проявляется, когда в конце [Воспоминаний мстительной души] появляется настоящий владелец этого межпространственного плана — контрактор. Я с нетерпением наблюдал за тем, как крошится желеобразный комок. Как и ожидалось, мягкие кусочки слиплись, и получилась блестящая розовая кошка. Взволнованный и напуганный, я посмотрел на вертикальные щели — кошачьи зрачки — и открыл рот: — Бан Ын Джи!.. […Какой у вас класс?] Она чувствовала себя немного подавленной, как будто её разбудили после долгого глубокого сна. Я почувствовал настороженность, слабое любопытство и глубокое смирение в глазах Бан Ын Джи. Мне было интересно, почему она так себя чувствует, но я смог успокоиться и заговорить с ней ровным голосом, опираясь на свой опыт общения с различными [Воспоминаниями мстительных душ]. — Меня зовут Чхве Ли Гён, и… Я Некромант. Я здесь, чтобы подписать с тобой контракт. […Некромант?] В ответе Бан Ын Джи не было ни намёка на насмешку, и казалось, что она не особо растерялась. Она просто бесстрастно посмотрела на меня сверху вниз. Сначала я достал контракт, который заключил с Со Да Воном, и показал его ей. Она промолчала. Затем я продолжил спокойно объяснять: — Если ты подпишешь со мной контракт, то снова сможешь влиять на мир как моя Слуга. […] — Разве ты не хочешь... Отомстить предателям? [Я хочу.] Вопреки её немедленному ответу, поведение Бан Ын Джи казалось слишком непринуждённым и беспечным для человека, одержимого жаждой мести. Это было совсем не похоже на то, как она скрывала своё волнение, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица. Чувство слабости и хрупкости окутывало её, словно густой туман, как будто в ней не осталось ничего и она была полностью истощена. Как… Человек, смирившийся со смертью. «...Не может быть, она сдалась?» Я был смущён её неожиданным поведением, но, к счастью, Бан Ын Джи всё ещё читала [Контракт с мстительной душой], составленный Со Да Воном. Это меня немного успокоило: она бы не стала читать, если бы ей это было совсем неинтересно. Однако Бан Ын Джи долго молчала, даже после того, как прочитала контракт. Облизав свои мягкие, пушистые лапки, она встретилась со мной взглядом. Я нервничал. — Ты же не... Собираешься не подписывать контракт, верно? […] Она так и не ответила на мой уточняющий вопрос. Взволнованный, я протиснулся между её пушистыми кошачьими лапами и крепко сжал их. Я хотел сказать что-нибудь, что могло бы привлечь её внимание. Первым, о ком я подумал, был Со Да Вон. — Ты нужна и Со Да Вону. [Полагаю... Я нужна господину гильдмастеру.] Бан Ын Джи ответила, медленно моргая. Однако на этом её ответ закончился. Я поднял взгляд на Бан Ын Джи, потрясённый её неожиданным поведением. Неужели без Со Да Вона она просто сдастся и погибнет? Однако, несмотря на мой внутренний конфликт, она вдруг задала несколько вопросов сама. [Вы когда-нибудь хотели чего-то, но не знали, как этого добиться?] — Что? [Вам когда-нибудь нравился человек, которому вы никогда не понравитесь в ответ?] «…!» Я посмотрел в тусклые голубые глаза Бан Ын Джи. Впервые в жизни она рассмеялась, увидев мой разинутый рот. Однако этот смех растворился в пустоте, не принеся ей особого удовольствия. [Ха-ха...] — Подожди. Тогда ты... [Ын Джи была полна любопытства, пока её не обезглавили. Чон Га Рам…] «…» [Что с ним стало?] «…» [Ну… Скорее всего, он умер. В конце концов, у него было много врагов…] «…» [Иногда Ын Джи хотелось его задушить.] С этими словами Бан Ын Джи протянула лапы, не поднимая головы. Только тогда я осмелился ступить на землю рядом с ней, но моё сердце увязло в ещё более глубокой трясине. Значит, Бан Ын Джи нравился Чон Га Рам — невероятно. Но Чон Га Рам… — Га Рам-и... Похоже, понятия не имеет о твоих чувствах? — поскольку он всегда называл её сумасшедшей, я решил, что у меня нет другого выбора, кроме как поднять эту тему. Бан Ын Джи ответила с ухмылкой на лице: [Не только Чон Га Рам — Ын Джи уверена, что никто другой не знал. Никто не интересовался делами Ын Джи.] — Что? Н-но… — я был удивлён циничными замечаниями Бан Ын Джи и попытался возразить. Однако она продолжила, повторив своё одинокое утверждение: «Я никому не была интересна». [Поначалу Ын Джи тоже не интересовалась такими парнями, как он.] «…» [Но даже если бы мой интерес возрос… Чон Га Рам не отвечал ни на что, кроме поддразниваний. Что-то вроде: «Ты меня раздражаешь, так что отвали». Ын Джи тоже поначалу хотела быть с ним милой.] «…» [Здесь нет никакой ошибки — этот парень, должно быть, психопат.] «…» [Как бы хорошо Ын Джи ни относилась к нему, он никогда не признавал меня.] Подперев подбородок лапой, Бан Ын Джи попросила меня подтвердить её слова. [Разве я не была добра к вам поначалу?] — ...Хм? [В конце концов, кто бы стал тратить столько денег на хомяка? Я купила вам домик, нарядила в красивую одежду… Все семечки, которые я давала Некроманту-щи, тоже были органическими.] — А... М-м-м... С-спасибо. У меня потемнело в глазах от шока, когда я услышал, как она называет своё одностороннее поведение детским и эгоистичным проявлением привязанности. Я подумал, что было бы вполне разумно, если бы Га Рам-и не догадывался о намерениях Бан Ын Джи. Однако я не мог этого сказать, поэтому открыл рот, чтобы успокоить её: — Н-но… Может быть… Ты знаешь, что нравится Га Рам-и? [Ну… Он притворяется, что это не так, но ему нравятся пытки и убийства.] — Что? А, да... Конечно, я знал, что у Чон Га Рама есть такие наклонности, но я был потрясён до глубины души, когда услышал, как с её милых губ срываются такие слова. Затем, поскольку это был не тот ответ, который я искал, я сузил круг своих вопросов. — Это… Кроме убийств. Должен ли я сказать… Материальные ценности…? Ты знаешь, что он предпочитает? [Да. Он выбрасывает большую часть овощей из своей еды, поэтому предпочитает мясо. Кроме того, он нечасто пьёт колу. Он предпочитает говядину свинине, а карамель — жевательной резинке… Ын Джи также знает, что он коллекционирует фигурки Aeonz Neon. Ему было нелегко найти коллекцию 2007 года, но, когда он узнал, что я купила её первой, он вломился ко мне домой и украл её! Вот дурак…! Ын Джи собиралась подарить эти фигурки ему на день рождения, но после того, как он повел себя как вор, я вместо этого послала ему туфли на высоком каблуке.]