Выживание Некроманта

— Д-Да Вон-а... Каким бы необычным ни было его платье... Даже если он выглядел как ребёнок... Да Вон всё равно оставался Да Воном. К счастью, Да Вон поднял голову и улыбнулся — я угадал. — Куда ты ходил? — ...Я заблудился... — глядя на выражение лица Да Вона, я подумал, что совершил ошибку. — Ты здесь уже несколько лет, и… Ты заблудился? — ...Ах! — я вздрогнул, немного растерявшись. Но, к счастью, Да Вон больше не задавал мне вопросов. — Ну, я думаю, что во дворце всё немного сложнее, — он кивнул, как и подобает решительному ребёнку, и вскоре крепко сжал мою руку. Несмотря на то, что для ребёнка его хватка была крепкой, это была хрупкая сила, от которой я мог бы легко освободиться, если бы захотел. Это было совсем не похоже на то, как Да Вон-и держал меня за руку раньше. — Я принёс цветы для хён-нима из сада. И Да Вон, не подозревая о моих чувствах, потянул меня за собой, уводя всё глубже в заросли драпировок. Я не слышал, чтобы кто-то шёл за нами, и, когда занавеска опустилась, свет тоже постепенно погас. Вокруг стало темно и тихо. Кроме того, приятный аромат скошенной травы и полевых цветов стал ещё сильнее. Вскоре после этого Да Вон остановился: в конце длинного коридора показалась огромная комната. Дилинь, дилинь!.. Вскоре появился слуга, который, должно быть, ждал в углу комнаты, и принёс нам яркий букет белых цветов. Это были цветы, которые Да Вон принёс для меня. Я осторожно принял букет и взял его в руки. — С-спасибо… — Пахнет вкусно, правда? — ...Ты прав, — я глубоко вздохнул, не выпуская цветы из рук. Со Да Вон широко улыбнулся, глядя на меня снизу вверх, а затем потянул меня за собой, как будто хотел, чтобы я пошёл за ним. В итоге я оказался сидящим на огромной кровати — его кровати? — рядом с ним. «...Что это вообще за обстановка?» Судя по прислуге и роскошному окружению, мы с Да Воном были довольно богаты. Однако то, как Да Вон называл меня «хён-ним», и мои длинные волосы намекали на что-то, что я не мог до конца понять. «А? У Да Вона в ушах тоже... Серьги». Чтобы получить как можно больше информации, я огляделся по сторонам. Конечно, больше всего моё внимание привлёк Да Вон. Он выглядел как ребёнок — ему было около двенадцати лет. Однако, если бы не детский жирок, который всё ещё виднелся на его щеках, он выглядел бы более зрелым. Его черты лица не были особенно детскими. «И… Он не похож на обычного ребёнка». Он был одет в роскошные пурпурные одежды и сдержанно командовал молчаливыми слугами. Как и настоящий Да Вон, он носил множество украшений. На обеих руках у него было по три нефритовых кольца и по два золотых. Даже на первый взгляд от этого парня исходила неповторимая, необыкновенная аура. Кроме того, его серьги были в тон моим. Как будто у нас с Да Воном была одна пара на двоих. Я невольно погладил рукой серьгу в ухе. — Тебе нравится? — спросил он. — …Что? — Серьги. Тебе было очень больно, когда ты их прокалывал. В этот момент Да Вони оглянулся и спросил. Я неловко потрогал мочку уха, которая всё ещё была слегка тёплой, и опустил голову. Значит, я недавно сделал пирсинг... — Д… Да. Теперь я в порядке. — Я испугался. Ты плакал. Если бы Да Вон был взрослым, я бы подумал, что он меня дразнит, но мне было так стыдно видеть, как ребёнок задаёт мне этот вопрос с широко раскрытыми невинными глазами. Поскольку у Да Вона тоже были проколоты уши, это означало, что он стойко перенёс боль, а я плакал… — ...Не беспокойся обо мне, — неловко улыбнулся я и убрал руку от уха. Да Вон застенчиво улыбнулся. Затем он взял меня за руку и подвёл к столику в комнате. — Подожди минутку. Я хочу тебе кое-что показать. — Ладно… Да Вон усадил меня за стол, а сам быстро убежал в другую часть комнаты. Я немного поколебался, прежде чем сесть за стол, который был намного ниже, чем я привык, но оказалось не так неудобно, как я ожидал. И было приятно осознавать, что высота стола была подобрана специально для юного тела Да Вона. Не замечая моего тихого восхищения, Да Вон быстро вернулся с маленькой деревянной шкатулкой и открыл её передо мной. Шкатулка была наполнена красивыми бусинами, похожими на драгоценные камни, и они ярко сверкали. На некоторых бусинах были узоры, напоминающие аммониты, но эти узоры тоже выглядели красиво. «Но что это вообще такое?» Я не мог безрассудно прикасаться к ним, так как не знал, для чего они нужны. К счастью, Да Вон не просил меня контактировать с ними. Вместо этого он стоял неподвижно, держа в руке несколько бусин. Дилинь, дилинь!.. Затем двое слуг, которые тихо ждали в стороне, принесли аквариум подходящего размера, чтобы поставить его на стол. Аквариум был наполовину заполнен водой, и, как только его поставили на стол, Да Вон начал бросать в воду бусины, которые держал в руках. Плюх, плюх! А потом произошло нечто удивительное. Драгоценные камни, коснувшиеся воды, сначала казалось, быстро пошли ко дну, но вскоре они начали красиво мерцать и извиваться, как рыбки. Они излучали мягкое свечение, на мгновение всплывали на поверхность, а затем медленно распускали свои закрученные хвосты! После этого драгоценные камни превратились в длинных рыбок, которые неторопливо плавали в аквариуме. Конечно, если присмотреться, можно было заметить, что они не превратились в настоящих живых рыб. Головы рыб были сделаны из гладкого круглого камня. Однако зрелище того, как рыбы кружатся в аквариуме, не сталкиваясь друг с другом, было настолько ослепительным и прекрасным, что я начал сомневаться в том, что вижу. — Что… Что это такое? — спросил я. Да Вон невероятно гордился моей реакцией. Когда наши взгляды встретились, он улыбнулся. — Я пытался создать сикигами. — Си… Сикигами? — переспросил я, смутившись от незнакомого термина. К счастью, не обращая особого внимания на мою реакцию, Да Вон продолжил говорить: — Я собирался подарить их тебе, но просто отдавать их немного скучно. «...» — Кроме того, хён-ним любит рыб. Я впервые услышал, что мне нравятся рыбы, но румянец на щеках Да Вона, когда он протягивал мне драгоценный камень, был слишком милым, чтобы отказаться. В конце концов я получил в подарок драгоценный камень и поместил его в аквариум. Затем, как и показывал Да Вон, драгоценный камень превратился в рыбку, которая плавала в узком аквариуме. В отличие от длинной рыбки, которую создал Дм Вон, моя рыбка была круглой и напоминала декоративного карпа кои. — Если ты хочешь снова их собрать, тебе нужно всего лишь хлопнуть в ладоши. Хлоп! С этими словами Да Вон хлопнул в ладоши. Тут же все рыбы, кроме той, которую я поместил в аквариум, поджали хвосты, снова стали круглыми и всплыли на поверхность. Да Вон-и выловил их рукой, как будто использовал сеть. «Это... Сикигами?» У меня было предчувствие, что они станут важным фактором в этом [Воспоминании мстительной души]. — Есть ли… другие Сикигами? — спросил я, надеясь, что не навлеку на себя подозрения. К счастью, Да Вон великодушно интерпретировал мой вопрос — должно быть, он подумал, что я спрашиваю, готовит ли он что-нибудь ещё. — Это немного грубее, чем то, что у нас есть, но… Ты всё ещё хочешь посмотреть? — немного смущённый, Да Вон прошептал чуть тише, нерешительно пошевелив пальцами. — М-м-м… — Да Вон вернул шкатулку с драгоценными камнями и на этот раз принёс на руках что-то похожее на игрушечного пони. В отличие от рыбок из драгоценных камней, он не стал сразу хвастаться находкой, а посмотрел на меня с опаской. — Это был первый подарок на день рождения, который я получил от хён-нима… Прости, что я трогал его без разрешения… «Я подарил ему эту куклу?» Опять же, я не мог всего понять, но у меня не было выбора, кроме как смириться с этим фактом. В конце концов, это была обстановка, созданная [Воспоминанием мстительной души]. Более того, Да Вон, обнимавший куклу, которая была в два раза меньше его самого, выглядел невероятно мило. Я кивнул, показывая, что всё в порядке. Только тогда лицо Да Вона немного просветлело, и он положил игрушку на пол. Кукла, которая оказалась более прочной и твёрдой, чем выглядела, начала неуклюже двигаться взад и вперёд, кружа по полу. Наблюдая за ней, я задумался о том, что создание «сикигами» похоже на оживление неодушевлённых предметов. — Она такая милая. Она так хорошо двигается, — сказал я. Да Вон радостно кивнул. — ...Эта мне нравится больше всего. Пока он говорил, на его лице читалось явное восхищение; от его выражения у меня покраснели щёки. «Раз он называет меня «хён-ним», то, наверное, испытывает ко мне братские чувства…» Не в силах больше сдерживаться, я погладил Да Вона по голове.