Выживание Некроманта

Пока я слушал Да Вона, в памяти всплыло воспоминание о том, как мы с Чхве Гён Сиком спустились под землю, чтобы забрать Га Рама. Глядя на оранжевые символы, я почувствовал странное дежавю. «...!» Тогда я этого не понял, но, поразмыслив, решил, что слабый свет, исходящий от стен, похож на тот, что я видел в «Башне Офицеров». — Конечно, это не совсем та же формула, — продолжил Да Вон, словно желая успокоить меня и мою бледную кожу. Га Рам, который тоже оказался в ловушке, кивнул в ответ на слова Да Вона. — Хён, ты прав. Это не то же самое, что «Башня Офицеров», где ритуал был привязан к месту и я совершенно не мог использовать свою физическую силу. Я всё ещё мог немного двигать манекеном, пусть и с ограничениями. Помнишь? Я говорил тебе об этом в самом начале. — А... — Урезанная версия — возможно, значительно изменённая или ослабленная? — Чхве Гён Сик, который молча слушал, поднял очки и спросил. Да Вон не стал сразу подтверждать его догадку — он закрыл рот, словно погрузившись в мучительные раздумья. — Я не могу быть уверен. Но суть была та же. — С течением времени мне казалось, что я всё больше и больше облажался. Ха-а… И тело этого прекрасного юноши постепенно превратилось в скелет… — драматичным, меланхоличным тоном произнёс Га Рам. Но, поскольку в тот раз я был лицом к лицу с ним, я знал, что его внешность не изменилась. Я быстро опроверг его утверждение. — Тогда был повреждён только манекен. Твоя душа осталась невредимой, не так ли? — Именно так я и подумал, когда посмотрел на своё тело. Представь, что ты наконец-то обрёл что-то близкое к воскрешению, а потом всё обнулилось! Представь, как ужасно это должно было быть! — несмотря на преувеличенное нытьё, Га Рам взглянул на меня с тревогой в глазах. Я догадывался, почему у него было такое выражение лица: в тот момент Га Рам чуть не убил меня. При мысли об этом у меня до сих пор кружилась голова. Я вспомнил, как дрожали мои руки, когда мне наконец удалось одолеть Га Рама и забраться на стеклянную стену, чтобы оказаться вне его досягаемости… «Но даже несмотря на это, Га Рам изо всех сил старался не применять ко мне силу… И ему это удалось». Импульсивность этого приступа неразумия была похожа на то, что периодически происходит с Гу Хви Со, но между ними было одно важное отличие. Хотя Га Рам был моложе и менее опытен, он всё же предпочел подавить свои порывы и ударил себя кинжалом по руке, а не причинил боль мне. Я слабо улыбнулся, вспомнив об этом, и посмотрел на Га Рама. Когда наши взгляды встретились, он надул щёки и отвёл глаза. — Что это за странное выражение лица? — Что ты имеешь в виду под странным выражением… Он бы расстроился, если бы я сказал, что горжусь им, верно? Возможно, из-за того, что у него был комплекс по поводу роста, Га Рам болезненно реагировал на то, что с ним обращались как с ребёнком. В любом случае не было никаких разногласий по поводу того, что клетка и магия, которой она была зачарована, предназначались именно для нас. Всё это место было ловушкой, рассчитанной на нас. Чхве Гён Сик тоже вставил свои пять копеек тихим голосом. — Когда мой голем прорывался в подземелье снаружи, был момент, когда я почувствовал, что подземелье почти полностью изолировано от внешнего мира. Я бы назвал это чем-то вроде… «Феномена закрытия». В реальном подземелье это нормально, но в фальшивом подземелье такое случается редко… Мне пришлось уничтожить одного из своих големов, чтобы принудительно восстановить связь подземелья с внешним миром. Да Вон кивнул. — Когда я был заперт в клетке, я подозревал, что моя связь с Ли Гёном полностью разорвана. Затем связь восстановилась, пусть и слабая… Мы преодолели этот кризис благодаря твоему решению. Отличная работа. — Ну, это база, — ухмыляясь, ответил Чхве Гён Сик. Но как только он встретился со мной взглядом, то быстро попытался скрыть выражение лица и с силой опустил уголки рта. «Если тебе нравится, когда тебя хвалит Да Вон-и, то тебе стоит просто сказать об этом». Честно говоря, попытки скрыть это только усиливают подозрения. В любом случае, какой же он сложный человек. Я взглянул на Гён Сика, на лице которого отразилась целая гамма чувств, а затем снова перевёл взгляд на Да Вона. — Однако, несмотря на все наши усилия, я не мог выбрать подходящий момент для побега. Поняв, что магическая структура, в которую я попал, похожа на ту, что я видел в «Башне Офицеров», я начал накапливать ману, чтобы рассеять её. Обстоятельства были намного лучше, чем тогда, поэтому я был уверен в себе. Кроме того, я уже заключил контракт с Ли Гён-и. «...» Немного смутившись, я почесал щеку. Но никто из слуг не возражал мне и не насмехался надо мной. От этого почему-то становилось ещё более неловко. — ...Но чем больше я пытался выбраться из ловушки, тем яснее понимал, что клетка не разрушается под натиском моей магии. Напротив, структура ловушки становилась всё прочнее, а моя мана постепенно истощалась. У Ра Ги поморщился, услышав эти слова. — Эй, разве это не похоже на то, что ты делал давным-давно… — В середине пути я подумал о том же. И твоя догадка оказалась верной. — Что? — На самом деле ты прав. Это была модифицированная версия ловушки для нежити, которую я создал вместе с Ли До Джин много лет назад. Я оказался в ловушке предмета, который сочетал в себе эффекты механизма поимки душ «Башни Офицеров» и ловушки для нежити. О Лим вздохнула. — ...Значит, ты стал пленником в тюрьме, которую сам же и создал. — Всё верно. Это абсурдная ошибка, не так ли? Но к тому времени, как я это понял… Ну, ты понимаешь. Мы уже оказались в наихудшем из возможных сценариев, — сказал Да Вон с долей самоуничижения. Вспоминая прошлые события, я не мог смеяться над его шутками над собой. В конце концов, Да Вон пережил столько страданий от рук Мун Иссака. И я тоже… «...» Я с досадой посмотрел на свои слегка дрожащие плечи. Дрожь была вызвана хрупкостью тела, которое всё ещё помнило жестокое насилие. Да Вон, словно прочитав мои мысли, крепко сжал мои руки. К счастью, в нём не было и следа той неконтролируемой ярости, которой он когда-то поддавался. «Как в тот раз...» Я не хотел, чтобы Да Вон снова потерял себя. Возможно, О Лим тоже вспоминала то время — она тоже молчала. Как ни странно, именно Га Рам нарушил затянувшееся молчание. — Но, Да Вони-хён. А как же твои длинные волосы? Впервые за долгое время на лице Да Вона появилось обеспокоенное выражение. — Мне тоже сложно это объяснить. Я не могу контролировать эту силу. — Знал ли ты об этой силе до своей смерти? — резко спросила Ким О Лим. — ...Да. Это был сценарий под названием «Апокриф». Хотя я так и не смог его расшифровать, — Да Вон-и замолчал и закрыл рот. В этот момент Га Рам, в замешательстве склонив голову набок, выдал неожиданную сенсацию. — Почему-то от хёна тогда немного пахло Гу Хви Со… — Что? — испуганно переспросил я. Однако Да Вон не стал опровергать слова юного ассасина и остался неподвижен. Он даже кивнул в знак согласия. — Источник силы, отрицающей естественный порядок, — [Начало Ретрограда]. В некотором смысле у «того» и «другого» один корень. Услышав это, я вдруг вспомнил, как Гу Хви Со был обезглавлен и ожил. В тот момент, когда я приделал ему голову обратно и оживил его, из ниоткуда появился маленький ребёнок. «Это как-то связано с Да Воном?» Но Да Вон сказал, что больше ничего не может нам об этом рассказать. — Эта сила ограничена. — Ты идиот. Зачем ты использовал что-то подобное? А что, если бы ты серьёзно навредил себе, пока использовал это? — резко сказал У Ра Ги. Но в его словах не было презрения; в его тоне слышались нотки разочарования и беспокойства. Казалось, он даже сочувствовал Магу. В этот момент Да Вон оглянулся на меня. — Я справился благодаря Ли Гён-и. — Что? — ...А? Да Вон, вместо того чтобы продолжить объяснения, уставился на меня так, словно не мог понять мою изумлённую реакцию. Затем с выражением, которое, казалось, говорило: «Ты правда не знал?», он сказал: — Ты заключил последний контракт с Чо Чан Ёном, снова укрепив наши связи. Я даже не мог вмешаться во время заключения того последнего контракта… — А. — Гав! — рявкнул Чо Чан Ён, как будто понял, о чём мы говорим. Но на этом всё. Я надеялся, что он сделает что-то более примечательное, но в итоге он просто продолжал с энтузиазмом облизывать руку Бан Ын Джи, время от времени причмокивая, словно наслаждаясь вкусом. — Кстати, кто мог воссоздать ловушку для нежити, которую придумал Да Вон, и использовать её против нас? Как такое вообще возможно? — я выразил своё недоумение по поводу этой почти непостижимой ситуации. — Ли До Джин, — одновременно сказали Да Вон, О Лим и У Ра Ги. Имя, сорвавшееся с их губ, принадлежало самой известной оружейнице Южной Кореи — мастеру-кузнецу, известной как «Рука Бога». Она славилась тем, что могла изготовить что угодно, если цена была подходящей. Произнеся её имя, Да Вон нахмурился. — Я уверен, что она не создавала всё подземелье целиком, но клетка определённо была её работой. Она бы сделала её в соответствии с пожеланиями клиента. — Ты уверен, что она не создала всё подземелье целиком? — Я не думаю, что у Лим Джи Су достаточно денег, чтобы нанять Ли До Джин для своего спектакля. То же самое касается и Бэ Дже Мина. — А… — я на мгновение потерял дар речи от неожиданной догадки. Но вскоре я взял себя в руки — нужно было задать более важные вопросы. — Как вы думаете, Ли До Джин тоже сотрудничает с теми, кто причастен к трагедии? Однако Да Вон-и, О Лим-и и У Ра Ги снова дали одинаковые ответы. — Это маловероятно. — ...Нам следует надеяться, что нет. — Эта скряга? Даже Коллекционеры трагедий не смогли бы заплатить этой старой карге столько, сколько она запросила бы. «…» Мне было нечего сказать. Поскольку я был знаком с её работами только потому, что восхищался её оружием на аукционах, я ничего не знал о ней и её мотивах. Тем не менее, судя по тому, что сказали эти трое, у неё были твёрдые принципы — или, по крайней мере, очень чёткие приоритеты, которыми она руководствовалась. — Деньги... Просто деньги. Конечно, у меня тоже не было денег. Но у людей вокруг меня они были — и в большом количестве. И эти люди были готовы сотрудничать со мной. — Если этот человек не связан с Коллекционерами трагедий и если его можно купить за деньги… Может, нам стоит попросить Гу Хви Со нанять её? Тогда в нашем арсенале появится невероятное оружие, — я немного смутился, потому что ещё не просил Гу Хви Со о сотрудничестве, но, по правде говоря, я думал, что это самый быстрый способ с ней встретиться. Однако слуги не спешили соглашаться. Элегантно поглаживая Чо Чан Ёна, лежащего на руках щенка, Бан Ын Джи рассмеялась. — Хом Ли Гён, такой простолюдин, как ты, может не понимать, но… В этом мире много богатых людей. — Простолюдин?.. — Хом Ли Гён, до того, как ты встретил гильдмастера, тратил ли ты когда-нибудь больше ста миллионов вон за один месяц? «…» — Мастер-кузнец Ли До Джин — это ремесленник, с которой приходится ждать встречи как минимум два года даже тем сверхбогатым людям, которые не моргнув глазом тратят по десять миллиардов вон в месяц. «...» — Вот почему вещи, созданные Ли До Джин, на вторичном рынке иногда стоят дороже, чем при первом заказе. С ней просто невозможно связаться. Я не мог не испытывать одновременно удивление и обиду, слушая Бан Ын Джи. Мне казалось, что она меня принижает. У Ра Ги всё испортил. Он молча слушал, а в этот момент насмешливо фыркнул. Это меня по-настоящему задело. И как только наши взгляды встретились, он, не теряя времени, подлил масла в огонь. — На что ты смотришь, нищий без гроша в кармане? «Как я и думал — он надо мной насмехается!» Да Вон заметил, что я волнуюсь и в отчаянии прикусываю губы, и мягко остановил меня, проведя по ним большим пальцем. Затем, обращаясь явно ко мне, но достаточно громко, чтобы все услышали, он сказал: — Есть способы встретиться с Ли До Джин… Не обязательно обращаясь к ней. Эта женщина… Она без ума от денег, но в целом она без ума от красивых вещей. Причина, по которой она так помешана на накоплении денег, заключается в том, что её коллекция стоит целое состояние. О Лим-и посмотрела на Да Вона и скрестила руки на груди. — Есть ли у тебя что-нибудь, что могло бы заинтересовать Ли До Джин? — Да. Но встречаться с ней неподготовленным было бы бессмысленно. Она хитра, как змея, так что заманить её будет непросто. «…» — Значит, нам нужно подготовиться.