Взросление

Мы с Мальбонте стояли на краю обрыва.       Вокруг раскинулся живописный лес, а там, внизу, шумела, рычала и завывала река. Течение было быстрым, а из-под воды торчали острые камни. Шаг — и ты со свистом полетишь в пропасть. Я отчего-то боялась. Стояла, крепко сжимая руку мужа, и смотрела вдаль, туда, где розовел рассвет. Мальбонте не боялся, наоборот, был спокойным и расслабленным. Его грудь медленно поднималась и опускалась, а на лице не было совершенно никаких эмоций. Я повернула голову, обеспокоенно взглянув на любимого.       — Зачем мы пришли сюда? — спросила я, боясь услышать ответ. Нет, пусть Мальбонте мне не отвечает. Я не хочу ничего знать. — Так рано… На улице ещё прохладно…       В подтверждение моих слов подул по-осеннему холодный ветер. Он трепал верхушки деревьев, развивал мои волосы, пробирался под одежду, вызывая волну мурашек. Я поёжилась, озираясь по сторонам.       — Он сказал, что мне нужно умереть, — слова Мальбонте громом ударили по ушам. Я нахмурилась, ничего не понимая. — Я умру, чтобы жила ты.       — Что? — страх голодным зверем проснулся в груди, сжимая когтистыми лапами сердце. — О чём ты? Кто сказал? Что происходит?       — Время ещё не пришло, — наконец Мальбонте взглянул на меня. В его глазах блестело беспокойство, а губы сжались в тонкую линию. — Ты не должна знать это. Ещё слишком рано.       — Что значит рано? — я начинала злиться. — Тебе плохо? Ты говоришь какой-то бред…       — Сейчас ничего не поймёшь, — вздохнул Мальбонте и вновь уставился вдаль, на разгорающийся рассвет. — Через месяц мы встретимся тут вновь. И тогда ты поймёшь…       — Милый, ты меня пугаешь, — призналась я, делая неуверенный шаг в сторону. Моя рука медленно выскользнула из чужих пальцев. Мальбонте вздрогнул, посмотрел на меня и вытянул руку, пытаясь поймать рукав моей кофты. Я попятилась. — Мне страшно. Ты не в себе? Не выспался?       — Вики, ты не понимаешь, — остановился мой муж, с опаской протягивая мне ладонь. — Мне нужно умереть. Через месяц на этом месте… В этот день меня не станет. Как же ты тут сейчас оказалась? Ещё слишком рано…       — Я ухожу, — на эмоциях выкрикнула я, злобно сжимая пальцы в кулаки. Что за бред? Рано? Что рано? Хотя, если подумать… Я совершенно не помню, как вообще оказалась у этого чёртова обрыва. Твою мать, что происходит? Но оставаться здесь я не собиралась. Я должна уйти.       Развернувшись, я собиралась было сделать шаг, но замерла, бешено уставившись на уже прекрасно знакомого мне мужчину. Он ухмылялся, с издёвкой смотря на меня. Вмиг все звуки стихли, и осталась только тишина. Гнетущая, пугающая. Кажется, я услышала стук собственного сердца. Беловолосый мужчина теперь был одет в белую мантию, а за его спиной величественно возвышались крылья. Это что, ангел? Господи… Я открыла рот, но слова комом застряли в горле.       — Мальбонте, ты тут, — обратился этот неизвестный к моему мужу. — Но вот девчонку брать было необязательно…       — Замолчи, — ответил Мальбонте и вышел вперед, закрывая меня спиной. — Давай покончим с этим. Ты пришёл за мной, значит оставь Вики в покое.       — Без проблем, — отозвался ангел и скрипуче засмеялся. Откашлявшись, он подошёл к Мальбонте и положил руку ему на голову. Мой муж был выше, поэтому незнакомцу пришлось даже слегка привстать на носочки. — Не сопротивляйся…       И произошло то, от чего моё сердце треснуло и разлетелось на миллион осколков. Ангел с силой толкнул Мальбонте, и тот, в последний миг спихнув меня в сторону, ринулся вниз, прямиком в пропасть. Я закричала. Так громко, что сама чуть не лишилась слуха. Мой крик был наполнен болью и страхом. Мой крик прогнал этого мерзкого старикашку, посмевшего навредить моему мужу. Он растворился в воздухе, продолжая ухмыляться, и крикнул:       — Через месяц!       Я зарыдала, чувствуя, как слабеют ноги. Рухнула на землю, отчаянно хватаясь за траву. Посмотрела вниз. Тело Мальбонте лежало на камнях. Я взвыла ещё громче. И мир перед глазами померк… Я вскрикнула.       Резко села, прижимая ладонь к дрожащим губам, и уставилась на стену. Сердце в груди билось в сумасшедшем ритме, а горло резало от сухости. По щекам текли горячие слёзы, а перед глазами вновь и вновь появлялась одна и та же картина. Мальбонте. Летит. Вниз. Опомнившись, я резко повернула голову и уставилась на мужа, который мирно спал рядом со мной. Мальбонте свёл брови к переносице, губы его скривились, и на лице, освещенном первыми солнечными лучами, отразилось глубокое беспокойство. Ему, кажется, снился кошмар. Он повернулся набок, пытаясь нащупать что-то рукой. Когда его пальцы коснулись моего бедра, Мальбонте тяжело вздохнул и положил на меня руку, пытаясь обнять. Господи, какое же облегчение в тот момент я испытала. Легла обратно, прижалась к мужу и неотрывно смотрела на него. Мальбонте спал. Всё было хорошо…       — Боже, ну и кошмар, — прошептала я, невесомо касаясь подрагивающими пальцами чужих волос. Мягкие тёмные пряди окутали мою ладонь. — Сон… Просто сон…       Уснуть удалось только через минут двадцать. Сердце наконец стало биться в нормальном ритме, а тревожные мысли покидали голову. Я прижалась к Мальбонте, вдыхая родной запах его тела, и погрузилась в мир снов. Кошмар отпустил меня. И следующие четыре часа прошли спокойно…       Утром Мальбонте удивил меня так, как никогда не удивлял. Мы завтракали, смотря новости, и тут он неожиданно спросил:       — Вики, тебе не снилось, что я умер?       Господи, я подавилась чаем. Закашлявшись, я прикрыла рот, безумными глазами уставившись на мужа, а он только легонько постучал мне по спине, виновато заглядывая в глаза.       — Нет… — решила не выдавать свои секреты я. — Что ты вообще несёшь? Жесть…       — Извини, — провел рукой по моей щеке Мальбонте и криво улыбнулся. — Мне просто приснилось, что я тону и слышу твой плач, представляешь? Ты в порядке?       — Да… Да, всё хорошо, — отмахнулась я, делая ещё один глоток чая — в горле резко пересохло. Мальбонте опустился на свой стул, взял в руки вилку и начал есть, посматривая на экран телевизора. А мне стало плохо, и кусок теперь в горло не лез. — А почему ты решил спросить? Думал, мне приснилось нечто похожее?       — … — Мальбонте долго не отвечал, явно что-то обдумывая. Когда я уже начала нервно заламывать пальцы, он ответил:       — Просто почему-то показалось, что тебе сегодня тоже снился кошмар. Ты ворочалась во сне.       — А… — я кивнула, отпивая ещё чая. — Хорошо… Приятного аппетита.       — Спасибо, дорогая.       В это мгновение я будто выпала из мира — настолько сильно погрязла в своих мыслях. Так что же было ночью? Кошмар? Или, упаси господи… Отрывок из будущего? Предсказание? Путешествие во времени? Что за бред…       А, если это действительно было будущее, то всё произойдёт через месяц… Через месяц моё сердце разобьётся.