Взросление

Я всегда мечтала побывать на кемпинге.       И Мальбонте смог осуществить мою маленькую мечту. Ну, согласитесь, это ведь так прекрасно — целыми днями быть на природе, засыпать под звёздным небом и просыпаться с первыми лучами солнца. И всё, что отделяет тебя от внешнего мира, это не толстые кирпичные стены, а всего лишь палатка. Это же так круто! Да, в последнее время я особенно сильно начала ценить природу и её красоту. Место, где расположилась наша палатка, было воистину чудесным: полянку окружили высокие, могущественные ели, кое-где раскинулись кустарники и яркие цветы, а впереди находился обрыв. Внизу шумела река, и вид, открывающийся с этого самого обрыва, действительно заставлял душу восторженно сжиматься.        Первые два дня прошли просто великолепно. Я, Мальбонте, Мими и Люцифер (которые очень удачно пристроились в нашей четырехместной палатке) отрывались на полную катушку. Мы жарили шашлыки, купались в озере, до коего нужно было идти минуты три, обсуждали все темы мира и спокойно отдыхали, отпуская все заботы и проблемы. А теперь Мими и Люци уехали — у них появилось срочное дело на работе. А мы с Мальбонте остались ещё на один день.       Ранним утром мой сон прервали шорохи. Обычно меня тяжело разбудить даже пулеметной чередой, но сейчас я отчего-то распахнула глаза и поднялась на локтях. Мальбонте медленно вышел из палатки, явно стараясь не разбудить меня. Куда это он? Разум мой ещё не отпустил сон, но я всё равно решила проследовать за мужем. Не знаю, почему. В голове вспыхнули картинки. Рассвет. Обрыв. Боль. Эти мысли отрезвили меня, и сон как рукой сняло. Я мигом вылетела из палатки, путаясь в одеяле.        Мальбонте не успел уйти далеко. Я окликнула его, тяжело дыша. Мой муж остановился, кажется, вздрогнул и обернулся, встречаясь взглядом с моими перепуганными глазами. На его лице промелькнуло тысяча эмоций, и самой яркой была грустная неизбежность.        — Я тебя разбудил? — тихим голосом спросил Мальбонте.        — Нет, я сама проснулась… — чуть помедлив, ответила я. — Куда ты? Так рано…       Солнце только-только стало появляться из-за горизонта, и первые лучи окрасили облака в персиковый цвет. Какой чудесный рассвет…        — Хотел… Встретить рассвет. Пойдешь со мной? — он говорил это уверенно, и я даже подумала, что это не вопрос, а утверждение. Словно Мальбонте заранее знал, что я не откажусь. А я и не собиралась отказываться, всё равно уже не усну.        — Пойду.       Через пару мгновений мы с Мальбонте стояли на краю обрыва. Вокруг раскинулся живописный лес, а там, внизу, шумела, рычала и завывала река. Течение было быстрым, а из-под воды торчали острые камни. Шаг – и ты со свистом полетишь в пропасть. Утреннюю тишину нарушали лишь шум воды и пение птиц. Я отчего-то боялась. Не знаю, почему. Атмосфера была очень приятной и… лёгкой, что ли. Причин для страха не было, но на душе было неспокойно. Я стояла, крепко сжимая руку мужа, и смотрела вдаль, туда, где розовел рассвет. Мальбонте не боялся, наоборот, был спокойным и расслабленным. Его грудь медленно поднималась и опускалась, а на лице не было совершенно никаких эмоций. Лишь изредка в его глазах вспыхивала какая-то непонятная тоска, но она быстро тонула в чёрной, как пропасть, радужке. Я повернула голову, обеспокоенно взглянув на любимого.       — Зачем мы пришли сюда? — спросила я, боясь услышать ответ. Нет, пусть Мальбонте мне не отвечает. Я не хочу ничего знать. — Так рано… На улице ещё прохладно…       В подтверждение моих слов подул по-осеннему холодный ветер. Август уже подходил к концу, и летнего тепла становилось всё меньше и меньше. Ветер трепал верхушки деревьев, развивал мои волосы, пробирался под одежду, вызывая волну мурашек. Я поёжилась, озираясь по сторонам.       — Он сказал, что мне нужно умереть, — слова Мальбонте громом ударили по ушам. Я нахмурилась, ничего не понимая. Или… Подождите-ка… У меня дежавю? — Я умру, чтобы жила ты.       — Что? — страх голодным зверем проснулся в груди, сжимая когтистыми лапами сердце. — О чём ты? Кто сказал? Что происходит?       — Месяц прошёл, — наконец Мальбонте взглянул на меня. В его глазах блестело беспокойство, а губы сжались в тонкую линию. О господи… Месяц. Я вспомнила. Страх с новой силой сжал моё сердце. — Вики, к сожалению, месяц прошёл…       — Нет — зашептала я, детально вспоминая сон. Нет, не сон… Путешествие во времени. — Пожалуйста, скажи, что это совпадение. Прошу… Нет, Мальбонте, как же так? Зачем мы поехали на кемпинг, если ты знал, что умрешь здесь! — закричала я, теряя самообладание.       — Прости, милая, — вздохнул Мальбонте и вновь уставился вдаль, на разгорающийся рассвет. — Наверное, это моя судьба.       — Нет! — взревела я, чувствуя, как в венах вскипает ярость. — Милый, ты не должен умирать! Я не позволю тому уроду столкнуть тебя! Я не отпущу твою руку, тогда мы сорвемся вместе! — сквозь слёзы ярости и отчаяния зарычала я.        Но моя рука медленно выскользнула из чужих пальцев. Мальбонте сделал шаг в сторону, посмотрел на меня и молчал. Я вздрогнула, взглянула на мужа и вытянул руку, пытаясь поймать рукав его темной кофты. Он сделал ещё один шаг в сторону. Нет. Почему? Почему ты уходишь от меня? Что я сделала не так? Мальбонте. Скажи мне, почему? Ты ненавидишь меня? Ненавидишь, да? Я в чем-то провинилась? Господи, помоги мне…       — Вики, ты не понимаешь, — Мальбонте с жалостью смотрел на меня. Нет. Не смотри на меня так. Не нужно меня жалеть. Лучше дай мне ответы. — Мне нужно умереть. Это всё сложно, но мне рассказали… Я должен умереть, Вики.       — Я ухожу, — на эмоциях выкрикнула я, злобно сжимая пальцы в кулаки. Господи. Всё повторяется. Пусть наш разговор пошёл в другое русло, но события повторяются с ювелирной точностью. Нет. Нетнетнетнетнет. Я не должна уходить. Что же мне делать? — Нет, не уйду…        Мальбонте вздохнул, подошёл ко мне и обхватил руками мои щёки. Я завороженно смотрела на него, не смея сделать лишний вдох. Мой муж наклонился, сокращая расстояние между нашими лицами до минимума.       — Я люблю тебя, Вики, — и словно в потдвержение своих слов он впился в мои губы.        Поцелуй-спасение. Я закрыла глаза, полностью растворяясь в этом человеке. Мальбонте был настырным и нежным одновременно. Наши языки сплелись в дикой борьбе. Я готова была заплакать от переполняющих меня чувств. Близость с Мальбонте сводила меня с ума. Поцелуй был сладким, как мёд, и пьянящим, как дорогое вино. Вскоре лёгкие стало резать из-за недостатка кислорода, и мы отстранились друг от друга, пытаясь отдышаться.        Нет. Этот миг закончился. Как же я этого не хотела. Я с неимоверными усилиями отстранилась от Мальбонте. Он смотрел на меня, плотно сжав губы. Может, все будет хорошо? Может, это просто страшный сон? И сейчас мы вместе посмеемся, обнимемся и мирно вернемся в палатку, досыпать ещё часов так пять? Но мечтам свойственно разбиваться вдребезги. Сзади послышались шаги, я резко обернулась и замерла, бешено уставившись на уже прекрасно знакомого мне мужчину. Он ухмылялся, с издёвкой смотря на меня. Вмиг все звуки стихли, и осталась только тишина. Гнетущая, пугающая. Кажется, я услышала стук собственного сердца. Господи, нет. Всё повторяется. Всё идет по сценарию. Беловолосый мужчина теперь был одет в белую мантию, а за его спиной величественно возвышались крылья. Это что, ангел? Да, ангел. Злой ангел. Мой злейший враг. Я открыла рот, но слова комом застряли в горле. Нет, нет, нет! Я должна что-то сказать! Соберись, Вики!        — Мальбонте, ты тут, — обратился этот неизвестный к моему мужу. Нет… Я же знаю его имя… Точно! Мальбонте упоминал его имя в том ведении! Кажется, что-то на Ф… — Но вот девчонку брать было необязательно…       — Замолчи, — ответил Мальбонте и вышел вперед, закрывая меня спиной. Нет! Я мигом вынырнула из-за плеча мужа и сама закрыла его собой. Не позволю. Не. Позволю. — Давай… — Мальбонте замолчал, внимательно наблюдая за тем, как я осуществляю героический поступок. — …покончим с этим. Ты пришёл за мной, значит оставь Вики в покое, — с этими словами Мальбонте опустил руки на мои плечи и прижал меня к себе. Я коснулась лопатками его груди.        — Конечно, — отозвался ангел и скрипуче засмеялся. Фенцио! Я вспомнила имя этого мерзкого ублюдка. Будь ты проклят, Фенцио. Проклят! Откашлявшись, он хотел было подойти к Мальбонте и положить руку ему на голову, но я взревела дикой кошкой и, честно признаться, готова была ринуться в отчаянный бой. Фенцио поморщился, цыкнул и с каким-то презрением и разочарованием посмотрел в глаза Мальбонте. Тот же только крепче прижал меня к себе и молчал.        — Девчонка, — устало вздохнул Фенцио. — Не путайся под ногами. Проваливай, а? Тебе здесь находиться не стоит.        — Никуда я не уйду! Никуда! Я знаю, что вы собираетесь сделать, и я против этого. И если вы скажете мне, мол, «да кто ты такая?», то я с гордостью могу заявить — его жена! И я не позволю кому-либо, даже ангелу, навредить Мальбонте, — я чувствовала, как внутри меня вспыхивает неконтролируемая ярость. Бесчеловечная и искренняя.       Фенцио цыкнул, закатив глаза, и полез рукой в карман белой мантии. Я почувствовала, как Мальбонте сильнее сжал пальцы. Боится? Я тоже боюсь. Очень. До чёртиков. Но подавать вид — смерти подобно. Пусть лучше страх останется во мне, а не ринется наружу, стекая слезами по щекам. Эмоции — проклятие. Не дар. Совершенно не дар. Фенцио достал амулет. Теперь он был нежно-розовым с серебристыми переливами. Ангел что-то зашептал, осторожно проводя ладонью по камню. Тот засветился, стал переливаться кроваво-красным, и я испугано вжалась в грудь Мальбонте. Мой муж нахмурился, тихо-тихо выругался и вышел вперёд, пряча меня от пугающего взгляда сумасшедшего божественного существа.        — Что ты делаешь? — не слишком вежливо спросил Мальбонте.       — Она не должна знать. Ума не приложу, как ты тогда смог послать ей видение… Видимо, я всё-таки не ошибся. Ты точно тот, кто нужен небесам, — без остановки бормотал Фенцио. Медальон в его лапах светился все ярче и ярче. — Забудь. Забудь. Забудь, — трижды повторил он, и алый свет взлетел, закружился и ринулся ко мне.        Мальбонте старался спрятать меня, но магия была сильнее него. Лучи коснулись моей кожи, ухватились за волосы, развевая их в стороны, заставили зажмуриться и задержать дыхание. Я отчаянно ловила обрывки воспоминаний, который с неистовой скоростью покидали мою голову. Нет. Нет. Нет. Нет! Боль, которую я испытала в том видении, стала стираться, образы — блекнуть. Я закрыла глаза, хватаясь за волосы. Опустошение. Грусть. Смутные, неясные очертания.        — Так ей будет лучше, — Фенцио подошёл к нам. Мой муж был выше, поэтому ангелу пришлось даже слегка привстать на носочки, чтобы коснуться своей мерзкой рукой его головы. — Не сопротивляйся…       Я затуманенными глазами следила за происходящим. И всё, что я только что увидела, сразу стиралось, оставляя неприятный осадок. В какой-то момент всё вернулось в норму. И это был самый страшный момент в моей жизни. Я услышала тихий вскрик. Тихий-тихий. Но переполненный ужасом. Я распахнула глаза, улавливая смазанное движение. На краю обрыва теперь стояла лишь я одна. Мне казалось, что кто-то ещё должен быть здесь. Мм… Что за бред? Кто должен быть здесь? С ума сошла, что ли? Мои мыслили прервал громкий стук и треск, кажется, каких-то костей. Я даже вздрогнула, ничего не понимая. Что за жесть? Чёрт дернул меня подойти к самому краю обрыва. Мало ли… Лучше бы я не делала этого.       Произошло то, от чего моё сердце треснуло и разлетелось на миллион осколков. Я закричала. Так громко, что сама чуть не лишилась слуха. Мой крик был наполнен болью и страхом. Мой крик прогнал двух пташек, мирно сидевших на ветке ближайшего дерева.        — Что? Ч-что? Как? Как ж-же так? — меня раздирало от боли, и в дело пошла защитная реакция — смех. Я нервно захохотала, давясь солёными слезами. И то ли от смеха, то ли от боли не могла связать и двух слов. — Ма-Маль… Мальб-бонте?.. Нет… Нет, нет, нет… Чт-что за х-хрень?..       Я зарыдала, чувствуя, как слабеют ноги. Рухнула на землю, отчаянно хватаясь за траву. Вновь посмотрела вниз. Тело Мальбонте лежало на камнях. Кровь. Кровь. Кровь. Я взвыла ещё громче. Боль пронзила сердце насквозь, перетянула лёгкие, расплавила мозг.        Вот так и закончился наш кемпинг. Я ненавижу этот день.