Взросление

Лето. Жара. Море.       Я лежала на шезлонге, нежась под обжигающими солнечными лучами, и думала только о том, где бы мне раздобыть прохладный мохито. Вокруг кипела жизнь, и я старалась вливаться в, на удивление, быстрый ритм маленького курортного городка. Надев солнцезащитные очки и соломенную панамку, я решительно поднялась со своего места, кинула на шезлонг пляжную сумку, чтобы никто не занял, и медленно двинулась в сторону мини-бара, расположившегося в самом начале пляжа. Бармен с яркими рыжими волосами вытворял такое, что я невольно улыбнулась, наблюдая за тем, как парень замешивает коктейли. Какие у меня планы? Напиться! К чёрту всё! Теперь я живу так, будто каждый день – последний. И мне плевать, что там скажут люди. Я пообещала себе… Я пообещала ему.       С того самого дня, который я постоянно выделяю чёрным пятном в календаре, прошло уже пять лет. Недавно мне стукнуло тридцать лет, но внешне, честно признаться, я практически не поменялась. Разве что волосы подстригла слегка покороче, до конца вылечила кожу лица, нарастила реснички и похудела на килограмм так шесть… И улыбаться стала меньше. Честно признаться, совершенно не могу контролировать свои эмоции. Иногда я чувствую себя счастливой, например, когда встречаюсь с Мими или смотрю любимый сериал, но периодически накатывает такая сильная тоска, что мне хочется навечно запереться дома, забыться вечным сном и никогда больше не открывать глаза. Но эмоции быстро сменяют друг друга. Эх, может, я действительно больная? Да, смерть моего любимого мужа подкосила меня. Сильно. Очень. Но я пообещала себе держаться. Жизнь продолжается, и мы с ним ещё обязательно встретимся, но позже. Прогнав грустные мысли из головы, я уверенно приблизилась к бару, встала в маленькую очередь и разглядывала меню. Мой взгляд зацепился за клубничный мохито, и я не стала больше раздумывать над тем, что мне взять. Девушки передо мной громко хихикали и, кажется, обсуждали бармена-красавчика. Я – девушка, которая обожает сплетничать о парнях, поэтому посчитала своим истинным долгом тоже посмотреть в сторону объекта обсуждения. Рыжеволосый бармен действительно был весьма симпатичным, но слишком уж миловидным. Мой взгляд плавно переместился на парнишку, который стоял рядом с рыжим. Хм… А вот этот уже лучше. Ему было лет двадцать шесть, тёмные волосы были растрепанными, слегка прикрывали глаза. Нос с горбинкой, брови вразлет, ореховые глаза. Парень был одет в чёрную рубашку, верхние пуговицы которой были расстегнуты, а на руках виднелись браслеты с шипами и какими-то надписями, кажется, названиями рок-групп. Словно почувствовав мой взгляд, таинственный незнакомец перестал рассматривать стол и посмотрел на меня. Искра. Да, я почувствовала её всей поверхностью кожи. Бабочки в животе подали признаки жизни, и одна, кажется, даже смогла взлететь. Я улыбнулась, помахав ему кончиками пальцев. Была не была! Курортный роман ещё никому не вредил. Тем более мне, определенно, нужно забыться. К чёрту всё! Я живу. Живу. А жизнь должна нести в себе удовольствие.       Наконец подошла моя очередь. Бармен-лисенок улыбнулся мне, поздоровался и даже отвесил весьма милый комплимент. Я для вида засмущалась, похвалила его крутую укладку и заказала мохито. Лисёнок кивнул и принялся за работу. Но скучать мне не пришлось – на место бармена-лисёнка пришёл тот самый темноволосый красавчик. Парень подошёл к кассе, поставил локоть на деревянную поверхность и приятным бархатным голосом сказал:       — Привет, красавица, не против познакомиться?       — Не против, — совершенно не растерялась я. Да, банальщина, но мне абсолютно всё равно. Веселье! Я. Хочу. Веселиться. — За «красавицу» спасибо.       — Не вижу смысла таить правду, — ответ парня удовлетворил меня. — Как твоё имя, милая?       — Вики.       — Вау, — улыбнулся парень, и мне показалось, что он действительно удивился. — Какое необычное имя. Я – Кирилл. Правильно понимаю, что ты не из России?       — Да, — кивнула я, заправив за ухо выбившуюся прядь волос. Кирилл проследил за моим движением и слабо качнул головой. — Я родилась в Америке, но моя семья решила вернуться на Родину. И, знаешь, я рада, что вернулась обратно. Не знаю… В России мне просто нравится больше. Не думаю, что когда-либо вернуть в США. Только если слетаю туда в отпуск.       — Понял, — Кирилл неожиданно протянул мне печеньку с предсказанием, которые в меню стоили рублей семьдесят. — Вот, возьми. Оставайся в России, Вики. Мне будет грустно, если ты уедешь так далеко.       — Ха-ха! — я прикрыла рот рукой и захихикала. Было приятно, не стану таить. Печеньку я всё-таки взяла. — Спасибо, Кирилл, мне очень приятно.       Бармен-лисёнок подошёл к кассе и, увидев за ней воркующего со мной Кирилла, покачал головой, слегка оттолкнув, кажется, друга. Кирилл был удивлён, что его так нагло сдвинули с законного места, но, встретившись взглядом с рыжеволосым коллегой, лишь улыбнулся:       — Ой, Лех, мешаю, да?       — Определенно, — парировал Лёха и протянул мне мохито. — Девушка, у вас наличкой или по карте?       — Наличными, — и я протянула бармену деньги. Он вежливо улыбнулся, забрал честно заработанные купюры, и я отошла в сторону, чтобы не собирать очередь.       Кирилл мигом вышел из-за стойки и подошёл ко мне. Он переступил с ноги на ногу – горячий песок обжигал его босые ступни, но торопиться в тенек парень явно не хотел. Он смотрел на меня с высоты своего роста и, откашлявшись, посмотрел вдаль, туда, где шумело море:       — Нравится тебе тут? Была раньше? Или это твой первый раз?       — Не была, — честно ответила я. — Мне посоветовала сюда съездить моя подруга. Хотела поехать со мной, но в последний момент слегла с ангиной, представляешь? Поэтому я тот одна, — поведала я душераздирающую историю, и Кирилл покачал головой, цокая языком:       — Закон подлости.       — Ага.       Наш разговор плавно перетёк в другое русло – теперь мы обсуждали домашних животных. Кирилл рассказал мне, что у него есть немецкая овчарка и два белых котенка. А я сказала, что у меня домашних любимцев нет. Но, честно признаться, я планировала завести себе кошку. Желательно серую – очень люблю серый цвет у котов. Мы с Кириллом медленно двинулись в сторону моря. Шум волн становился всё громче и громче.       — Сейчас я заберу сумку, и пойдём дальше, хорошо? — остановилась я около своего «забронированного» шезлонга и надела на плечо соломенную пляжную сумку. — Всё. Идём?       — Да, конечно.       Не знаю, почему, но с Кириллом мне было так хорошо. Он оказался очень общительным парнем, любил играть на гитаре и хотел полностью посвятить себя музыке. Кирилл даже зачитал мне один из своих стихов, и я была искренне удивлена – уж больно хорошо у него получается! Кирилл смущался, благодарил меня и вёл себя просто восхитительно. В какой-то момент парень осторожно взял меня за руку, и я не стала сопротивляться. Мне было хо-ро-шо. Отпив ещё немного прохладного мохито, я улыбнулась. Ох, кажется, мной вновь овладело счастье. Сладкое, как мёд, и такое желанное.       Мы с Кириллом шли, куда глаза глядят, и в итоге вышли к пирсу. Время плавно близилось к вечеру, и жаркое солнце медленно, но уверенно садилось всё ниже и ниже, разгораясь на небе алым закатом. Мы сели на самом краю пирса. Здесь практически не было людей, лишь две девушки и пара влюбленных. Кирилл галантно стряхнул с деревянной поверхности песок и помог мне сесть. Вскоре и сам приземлился рядом. Мы сидели в приятной тишине. Не давящей, не навязчивой. Мы молчали не из-за отсутствия тем для разговора, а из-за желания сохранить эту чудесную летнюю тишину. Было действительно тихо. Только волны бились о берег и пирс, и слышались далекие, приглушенные голоса. Волшебный момент.       — Вики, — обратился ко мне Кирилл.       — Что? — спросила я, продолжая наблюдать за разгоравшимся закатом.       — Знаю, это может показаться тебе странным, но… — парень притих, явно что-то обдумывая. Я повернула голову, заинтересованно заглядывая в чужие глаза. — Ах! Короче, извини за это…       И он резко поцеловал меня. Так аккуратно и быстро. Это был даже не поцелуй, а лёгкий чмок в губы. Кирилл отстранился практически сразу. И как-то виновато улыбнулся. Моё сердце предательски сжалось, а в животе вспорхнули ещё несколько бабочек. Они закружились в невесомом танце, касаясь крыльями моего сердца, и оно стучало всё быстрее и быстрее, намереваясь пробить грудную клетку. На щеках выступил лёгкий румянец, а губы сами собой растянулись в довольной улыбке. Да… Ну, а что? Курортный роман ещё никому не вредил… И я самостоятельно впилась в губы Кирилла…