Ловцы жемчуга 🔞

Любовь мне за презренье отомстила, 

Сон отогнав от покоренных глаз, 

Чтобы всечасно видели они, 

Как безутешно раненое сердце.”

 У. Шекспир

В эту ночь, после весёлого торжества, мирно спящий дом семейства именинницы… оглушили пронзительные вопли! Это была старая родственница, приехавшая на праздник по случаю. Все сгрудились в её спальне и теперь непонимающе переглядывались словно сонные куры: - Он стоял там! Огромный как гора, темноволосый парень! - она потрясала иссохшей рукой, указуя крючковатым пальцем на балконные двери.  - Тетя… Это всё воздействие Ваших сериалов - поморщился отец семейства. - Вы выдаёте желаемое, за действительное - добавил он понизив голос.  - Ну уж нет! Призываю в свидетели святых Марию и Иосифа! Я видела его как вижу тебя сейчас! - настаивала старушка. - Может кто-то из друзей Аличе? - посмотрела на него жена. - Теперь не то время. Парни не пробираются в окна к своим возлюбленным. Он бы написал ей смс! - Темноволосый парень стоял там! - во мраке! И просто пожирал меня глазами! - продолжала между тем жаловаться остальным слушателям старая донна. - Хорошо - произнесла сеньора Ла Роза- я сейчас принесу подушку и лягу на диване - составлю компанию, если Вам так будет спокойнее.  - Это излишне! - остановила её родственница, поглубже запахивая халатик. - Не станет же он возвращаться - сказала она, таким тоном, будто её, всё ещё юное сердце под одряхлевший оболочкой, надеялось на обратное.    Произошло следующее. Ферранте не находя себе место, по завершению празднества и не думал ложиться спать! Он накачивался в местной лавочке, лишённый даже законного права всех выпивох, исповедаться бармену! И вместо этого, демонстрировал ему, чудеса собственных печенки и желудка, которые после пары бутылок и нескольких крепких коктейлей, всё ещё не давали их обладателю упасть на стойку, а затем свалиться с неё на пол в беспамятстве! Живи они в другие времена, он пожалуй устроил бы тотализатор, подначивая остальных, попробовать перепить этого Голиафа! И на двоих - они сколотили бы прилично. Сам черноволосый посетитель, уже настолько основательно проспиртованный, что мог бы послужить живым фитилем, был вынужден с досадой признать, что это средство на всё времена, не помогает ему теперь. Он угрюмо уставился перед собой. Сейчас он нещадно обрушивал на себя различные ругательства за проявленную гордыню, взявшуюся непонятно откуда! Так не вовремя… Сперва вел себя как Глен Клоуз из Опасного влечения, а теперь… кого он изображал в этот вечер?! Как глупо! Он просто идиот! Разумеется если Кристобаль и желал дать ему шанс, теперь можно и думать об этом забыть! Но что если… Если поехать к нему, прямо сейчас! И выложить всё как есть: что он дурак, что он раскаивается тысячи раз, что готов сделать что угодно, за возможность… За последний шанс. Конечно, Кристобаль тоже не обделен самолюбием, но не из камня же он сделан. Решено! - слегка покачнувшись, Ферранте слез с барного стула и решительно направился к машине. Теперь, он стоял перед забором особняка судьи Гаэтано ЛаРоза сжав кулаки в карманах куртки. Ночь была необычайно тёмной и свежей. Казалось её чернильный мрак, можно резать ножом как пудинг. Жёлтые звезды, висели высоко и едва освещали лишь края облаков, не имея интересов на Земле. Не представляя, в каких именно комнатах разместила своего гостя семейство Ла Роза, он принял одно из тех блестящих решений, что приходят в голову, только под воздействием алкогольных паров. Он проберется к дому, и станет заглядывать поочередно во все окна, пока не отыщет нужное!  Сказано - сделано! Благо в небольшом летнем строении, всего два этажа. Оставив позади уже несколько балконов - и столько же раз, едва не сорвавшись вниз - он внезапно встретился глазами, с почти вековой мадам! Ей тоже не спалось, но конечно отнюдь не по причине сжигающей страсти. Обычная старческая бессонница. Крик ужаса, вырвался из морщинистой груди с такой силой, словно ей явился сам Вельзевул при полном облачении папы римского! Решив, что старушка от испуга, отправилась жаловаться прямиком Господу Богу, Ферранте спрыгнул с балкона и перемахнул через забор так быстро, как бегал однажды, в день своего двенадцатилетия. Тогда, он - вместе с приятелями - стащил вино у пастора, которое тот заготовил для причастия.    Вобще-то, он вовсе не собирался развратничать на чужих простынях. Увидев Кристобаля на вечере, его так затрясло от волнения, что он едва держал себя в руках, испытывая внутри, что-то наподобие дрожи земли при начинающемся извержении. Не зная как себя вести, он замер настороженно. От этого, возможно казался холодным и равнодушным, более чем планировал… Поняв, что Кристобаль всё ещё зол на него, Ферранте терпеливо слушал его разговоры с другими, желая чтобы он обратился с чем-нибудь именно к нему… Подал может быть какой-то знак, который был бы понятен лишь им двоим. Он не выдержал и позволил себе лишнего, лишь тогда, когда тот стал нахваливать благородство развратного прелата, противопоставляя того, ему самому! Конечно, он был в отключке и не мог помнить, как эта трясущаяся руина, воевала на аукционе, за возможность поиграть с его задом… И всё же второй раз, после его заигрывания с Синохара на Исигаке, ему страстно захотелось поколотить его от обидной несправедливости. К нижним скулам, прилил густой багрянец негодования, что не находило себе выхода.   После этого, он окончательно решил проучить его равнодушием! И когда тот скрылся в сумраке галереи, давая ему шанс на разговор - Ферранте сознательно проигнорировал его. И хотя всем своим существом, он бежал следом, заглядывая во все ближайшие комнаты, самолюбие - поднявшее голову так некстати - возобладало и намертво пригвоздило его блестящие ботинки, к дубовому паркету. Буквально затылком, он ощутил досаду Кристобаля, когда протарчав в бесплодном ожидании, тот вышел из своего укрытия и принялся веселиться вместе со всеми, как ни в чём не бывало. С тех пор, ни разу не взглянув на Ферранте. Настоящий профессионал в работе, включающий задорную беспечность, по щелчку пальцев! Тем временем, он сам, пришёл в такое уныние, что если бы это не испортило праздник именинницы, пошел и утопился бы в фонтане во дворе.   Теперь Ферранте, во что бы то ни стало, желал забрать его на ночную прогулку. Рассказать ему всё это и ещё, заставить выслушать, что он пережил за год бессмысленной и жестокой опалы. А может не сказать ни слова и просто самозабвенно целоваться в машине с выключенными фарами, спрятав её в свисающих ветвях вавилонских ив, у озера. Чтобы уже не отпускать от себя. Начать всё заново, честно и с чистым сердцем… Да хоть на Шпицбергене! Но теперь, лишь тёмные следы шин, оставленные на дороге за поворотом дома, свидетельствовали о ночном госте.   Кристобаль, играя роль подарка до конца и отрабатывая уже сверх гонорара, проявлял ангельское терпение, развлекая Аличе разговорами. Он поведал ей всё, что той необходимо было знать о мире шоу-бизнеса, выслушав затем её собственные наивные любовные переживания. Затем его попытался захватить Чиро, в своих мечтах, тот был одной ногой на сцене - в свете софит! Но тут уж Кристобаля спасла сеньора Ла Роза, тактично напомнив всем о времени и уведя его, в выделенные гостевые комнаты. Шикарная кровать с балдахином, очевидно не желала принимать никаких посетителей плебейского происхождения. Её лебяжья перина, то и дело, принимала форму тесаного базальта с местных мощеных дорог, как тот не вертелся, в попытках принять удобную позу.   Ферранте… Ферранте, Ферранте Ди Стефано - произносил он беззвучно шевеля губами, незнакомое имя, уставившись в тканый узор полога. Певучее на итальянский манер и лёгкое как дыхание с ароматом ментола и табака, оно больше подходило ему. Шло к его антрацитовым волосам... к глазам, цвета цейлонского сапфира... к стройным смуглым пальцам и прекрасному телу атлета, покрытому кожей, цвета красной глины... Давным давно, обида изжила себя! Давным давно, он желал бы вернуть их двоих на Дильмун… Он больше не был его охранником, он больше не был вероломным авантюристом-изменником, но главное - он больше не был его Гленом! Теперь их действительно разделяла бездна. Он вспоминал слова его матери… Вспоминал его доброго отца, наверное лучшего из тех, о которых только можно мечтать. Где-то существует оставленная невеста, у которой прав на него, куда больше в их глазах. И как глупо с его стороны, после всех истерик и пустых угроз - которые он ни секунды не собирался приводить в исполнение - было ждать, что тот явится поговорить! Он забыл его. Как тот и требовал. Чего же ещё? Это к лучшему... К лучшему, что он забыл его. Как жаль, что его самого, эти отношения пропитали, словно абсент кусок сахара, случайно упавший в рюмку… Он снова остался один. Уже по настоящему. Не желая до утра блуждать в неприятных мыслях и без конца проигрывать события вечера в голове, Кристобаль принял двойную дозу снотворного и всю ночь крепко проспал. Таинственный визитер благочестивой старушки, явился и исчез незамеченным для него.